Глава 34 - Выход

От резкого поворота по мокрой дороге машину занесло, и Мегуми внутри сжался в сидении, а потом с прищуром и осуждением посмотрел на того, кто был на месте водителя. — А можно не так гнать? — спросил он с хрипотцой, ему уже было плохо, потому что это не первый занос. И, к огорчению Мегуми, и не последний. — Пусть дороги и пустые, это опасно. — Это меня и напрягает, — ответил холодный голос Сатору, сжимавший кожаный руль сильнее обычного. Он едва сдерживался, чтобы не переборщить и неоторвать его. — Уже какой раз еду по этим дорогам, а такое мерзкое ощущение, словно по всему телу пиявки прилипли, — прорычал он и в отвращении повел плечами. И Мегуми его прекрасно понимал. Ему самому было отчего-топротивно даже в салоне машины. Дождь за окном лил так, что не разглядеть ничего за оконным стеклом. А на переднем щетки едва успевали убирать воду, как видимость снова ухудшалась. Они, конечно, маги и посильнее в планефизической силы обычных людей будут, но если попадут в аварию, то проблем все равно не избежать с любых сторон. Мегуми напряженно покосился в сторону окна со своей стороны, и его совсем не успокаивали черно-серые размытые пейзажи лесов. Еще и машина содрогалась и съезжала. Как тут не беспокоиться? Сатору переключил скорость и едко пожаловался, что не любит водить машины, да ине сел бы, не будь ситуация такой торопливой. Фушигуро на его недовольство ничего не сказал, неотрывая глаз отсвоегоотражения, которое, казалось ему,улыбалось. Он зажмурился, открыл глаза на сей раз медленно, и его же лицо стало прежним, серьезным и тучным. — Вы хоть знаете, куда ехать? — с задержкой в дыхании спросил Мегуми,посмотрев на профиль Годжо. Тот поджал губы и выждал пару секунд, прежде чем ответить в своей своенравной манере. — Без понятия. Это ты у нас на связи с тем волшебным оленем. Гакуя так сказал. Мол, тебе подскажут, куда и чего. Брови парня пали еще ниже, и он окончательно помрачнел. Неприятный ответ с лишней отвесностью на его плечи. — Если что, я ничего не вижу и не слышу, — предостерег он, отвернувшись. — Поэтому я не знаю, куда нам… А? Дальше прямо. Мегуми вздрогнул, пробиваемый потом. Голос. В его голове прозвучал голос. Ласковый, теплый и такой нежный. Совсем юный, как у молодой девушки. Прямо, а там конец. Скажи ему. Вновь проговорил этот голос и еще усмехнулся. Мегуми в полном изумлении, как сумасшедший, стал озираться по сторонам, выискивая возможныйисточник голоса. Он бегло оглянулся на заднюю часть машины — пусто. Потом, сам не понимая зачем,вверх и обратно к окну, откуда на него смотрел он сам, только напуганный до смерти. — Что за… чертовщина? — отчаянно прошептал он, схватившись руками за мокрое от холодного пота лицо. Сатору, до этого совершивший более спокойный поворот, краем глаза, что был под повязкой, заметил нестабильное поведение своего ученика, которого на эмоции чтобы пробить,постараться надо. — Эй, Мегуми, ты чего? — спросил он без усмешки. — Только не говори, что укачало. — Прямо, — тихо и опасливо выдал Мегуми, все еще скрывая лицо за прижатыми руками. — Что? — не понял Годжо. Вздохнув, парень убрал руки и вытянулся в кресле. Бледный и с напускным спокойствием, он повторил подавленным голосом: — Езжайте прямо. Только прямо. А дальше, — Фушигуро, ощущавший себя хуже некуда, с вялым взглядом смотрел в перед, не зная, стоит ли договаривать. Ибо он сам не понимал, как это объяснить. — Конец. И думать не надо, как же неопределенно это звучит. А для порядком уставшего и ничего не понимающего Годжо Сатору еще и раздражительно. Серьезно услышав слова ученика, он вздохнул так, будто отчаялся вернуться в привычный ему мир. Безумия становится уже слишком много даже для элитного шамана. — Мегуми, вот только ты не начинай, ага? — брюзжа попросил он, на миг подняв пальцы от руля, а потом стукнув по нему же, вновь сжав. — Я не пью алкоголь, но, честно, мне уже так хочется напиться, что словами не передать. — Внешне он был спокоен, но голос повышался и становился все нетерпеливей и враждебней. Если Годжо Сатору говорит без особого возмущения, сохраняя хладнокровие, а кричал он только когда капризничал, то это было еще хуже и страшнее. Потому что понять, о чем он думает на самом деле, не дано никому. Мегуми один раз услышал, как Сатору ругался при Иери на старейшин, когда те предъявили ему обвинения в некомпетентности как учителя. У Фушигуро кости морозом покрылись,когда он слышал ровный и при этом яростный тон Годжо, который ни на октаву не повысился. Секо тогда лишь ухмыльнулась, пожала плечами и просто предложила ему свою сигарету. Сатору же, увидев, что старую подругу ничем не проймешь, отмахнулся рукой, пожаловавшись уже на нее. А точнее, на ее природное бессердечие. — Я лишь говорю о том, о чем меня просят, — опустив взгляд, угрюмо объяснил Мегуми, стараясь не ворошить эту скопу заговевшихся синим пламенем углей. Втянув носом воздух, Сатору выдохнул, пытаясь сохранить невозмутимость. Его вовсе не бесил сам Мегуми. Дело было в окружении, от которого ему было не по себе. Он все время ощущал в машине кого-то еще, но даже Шесть глаз не помогали ниувидеть,ни понять. Только он собирался спросить о том, кто его просит, как машину резко тряхнуло. Свет в салоне пропал, и их закачало по сторонам с такой силой и скоростью, что никто ничего не мог понять. Мегуми из-за толчка стукнулся носом до крови. Он даже печатейсложить не мог от такой тряски. То и дело стукался и головой о верх машины, а потом его кидало к окну и на самого Годжо, которому было также не легче. Он держался за руль и пытался выровняться, но потом дошло, что машина-то и не работает. Все ее передатчики перед ним были на нуле и не подавали признаков жизни. Руль тоже заело на одном месте, как бы он не крутил. Локтем толкнул было дверь, не церемонясь с силой, но и так не поддалась. Их заперли! Они просто летели по дороге, не в силах что-либо разглядеть. Осознав, что далеко не в технике или природе дело, Сатору накрыл голову Мегуми своей рукой и, кривя губы, прижал его к себе,активировал Бесконечность в случае самого наихудшего варианта, коих, по рассуждению шамана, было просто уйма. Продолжалось это всёнедолго. Машина так же без предупреждения сама остановилась и последний раз покачнулась, едва не перевалившись. Прокряхтев внутри и подскочив на сидениях, оба мага,сгорбившиеся к низу, не сразу подняли головы. Мегуми былосложнее, потому что Годжо всё ещё удерживал его голову, так и энергию свою по всему телу пропустил. Но до Мегуми дошло не сразу, что холодно и зябко ему не от взаимного обмена энергией с Годжо. Они молча огляделись. Молчали, потому что не понимали, что происходит именно сейчас. Ни Годжо, ни Фушигуро не было дела до странного поведения машины. Это всё отошло на второй план, потому что теперь они были не на дороге под беспощадным слепящим ливнем,а в лесу. Густой и заброшенный, его дикость ярко брасалась в глаза своей тесностью и непроглядностью ветвей деревьевивысокой травы. Вместо барабанящего дождя их облепил густой прохладный туман. Его блёклость, казалось, сгущалась и не желала выпускать. Маги просидели в безмолвии минут пять, пытаясь адаптироваться к неожиданным обновлениям произошедшего. Мегуми не знал, что видит и чувствует Годжо своими Шестью глазами, раз он ещё ничего не сказал и не пошутил. А вот он сам был бы рад вернуться под ливень, грозы и грязь, потому что даже сидя внутри машины его ощущение опасности лишь усилилось. Он осознавал, что как только онипокинут машину, это будет сроднисамоубийству. — Выходим, — коротко и без эмоций выдал Сатору. Он первый открыл дверь и перебросил длинные ноги через салон. С Мегуми полз пот. Не сразу, но он сделал тоже, что и Сатору. Правда,тряску в руках и биение сердца, которое громыхало ввисках, скрыть не получалось. Подошва ног смяла мокрую от росы траву, оставив на носах несколько пятен. Мегуми задрал голову к серому небу, а точнее, тем остаткам, что были едва виднысквозь плотный туман. Но больше всего в сознании неприятными красками отразилась полная тишина этого места. Ни единого звука чего-либо или кого-либо. Даже ветра нет. Просто пустота и белый мрак. Даже кривые силуэты деревьев казались мертвыми. — Где это мы? — сдавленно спросил Мегуми, недоверчиво оглядываясь. — Не знаю, — дал ему неутешительный ответ Годжо всё тем же бесцветным тоном. — Но от этого места не по себе вдвойне. — Годжо-сэнсей, вы можете сказать, что произошло, пока мы были в машине? — сразу же задал новый вопрос Мегуми, стараясь мыслить здраво. Но его ум крошился от всего безумия, которое было не выносимо даже магу. — Я имею в виду… Как мы сюда попали? Сатору поднял голову, потом покрутил ею по сторонам и в конце, скрестив руки на груди, задрал подборок, прижав к нему пальцы левой поднятой руки. — Стыдно признать, но объяснить как математическую задачку я подобное не смогу, — признался он. Мегуми нахмурил брови, следя завыражением его статичного лица, которое своей белизной сливалось с туманом. — Однако, — указательный палец поднялся вверх. — Одно здесь точно. Это было искажение пространства. Да ещё, похоже,одновременно с телепортацией. И если это так, то… М? — он резко прекратил объяснения и замолчал. Его губы приоткрылись, а вид стал слегка удивленным. — А ведь точно. Вот оно что. Теперь ясно, почему машина с Иджичи и Кусакабе пропала без следа. Они никуда не исчезали. Это кто-то заставил их исчезнуть. Ха! И как я сразу не додумал! — ситуация была неподходящей, но, судя по бодрым высказываниям и мягкой ухмылке, настроение у него поднялось. Говорить ему об этом Мегуми не стал, хотя всем видом он показывалсвоё неодобрение. Не до того было. Как только он вышел наружу, помимо убийственной тишины парень почувствовал, что туман, взявший их в кольцо, был не природным явлением. Уж больно холодным и жгучим он был. Будто к голой коже приложили сухой лёд. — Думаете, кто-то на такое способен? — мрачно вопросил Мегуми, почесывая руки. В отличие от него Сатору теперь задорно улыбался и повел головой в сторону. — Ну, если это произошло, значит, кто-то да способен, — усмехнулся Годжо,пожав широкими плечами. Только вот усмешка это была кислой, как укусус. — Даааа~. Вот попали-то~, — насмешливо растянул он слова, потрепав себя по стоящим кверху волосам. Фушигуро оставалось по-немому с ним согласиться. Если на такие техники кто-то был способен, значит, ситуация не просто опасная, а даже смертоносная. Конечно, Годжо Сатору это такжепризнавал, но его гордость Сильнейшего это с какой-тостороны вызвала любопытство и игривость. Звучит как мазохистское извращение, да вот только разве каждый день можно встретить мага или проклятье, которое такие сложные техники творить способно? — Годжо-сэнсэй. А этот туман, — начал Мегуми, задрав воротник формы до самого подбородка из-за неприятной прохлады. — А? Ну да. Похоже, что он далеко не простой, — согласился Сатору беглым кивком. Мегуми еще больше съежился, не понимая, что его напрягло больше: неизвестная ситуация или разыгравшееся настроение Годжо, который не относился к их положению уже так серьезно. — Я бы хотел определить источник, но мои глаза его не видят. — Аналогично, — вздохнул Мегуми. — Я тоже ничего не чувствую. Будь это дело рук мага или проклятье, было бы просто. — Вот только, — упал голос Сатору, и послышалось суровое давление. — Я прекрасно чувствую, как меня бесстыдно разглядывают. Не сказать, что я не люблю внимание и понимаю такое любопытство к своей персоне. Но никогда мне так открыто желают смерти. Фушигуро с Годжо разделяла только машина. Не сказать, что они друг от друга прям далеко, но в случаи опасности счет идет на микросекунды. Они ничего не делают не потому что не бояться, а потому что знают, что любое резкое движение может дать реакцию неизвестности. Проще играть по правилам того, что здесь хозяин, и пока не зарываться. Они здесь не одни, и оба это ощущает всем нутром. С ними уже кто-то был тогда в машине, и сейчас этот кто-то здесь просто играется. — У вас есть идеи, где мы можем находиться? — спросил Фушигуро, отслеживая любую активность краем глаз. — Точно не в Токио. Там сейчас дождь поливает, а здесь тишина, — рассуждал Сатору, сделав пару шагов вперед по сырой траве. — Хе. Давай поступим как современные люди и проверим это, — затейливо предложил он,засунув руку в карман и достав оттуда телефон. Но улыбка быстро сползла с его лица, как только он коснулся экрана. — Чего? Мегуми, — обратился он к парню, глянув в его сторону. — Проверь как свой телефон. Озадаченно глянув на него в ответ, Фушигуро быстро сделал то, о чем его попросили. Он сильнее удивился, а потом насупился, когда понял, в чем причина. — Связи нет. — Прямо как тогда в случаи с ребятами из Киото, — улыбаясь, подметил Годжо, убирая телефон обратно. — Это лишь подтвердило мою догадку, что связь и интернет пропали не по технической ошибке. Улыбаться-то улыбаться, но вот ситуация стала хуже. Само собой, Годжо провел тогда личное расследования, и связавшись стеми, кто за это все отвечал на территории техникума, он понял, что они здесь не при чем. Связь была, и никакихнеполадок не было. Ее глушили. И специально. Либо, что в разы хуже,чья-то энергия так сильна, что просто давит электроэнергию и все ее функции. Была идея применить технику телепортации, но Годжо передумал. Он осознал, что любое лишнее движение может выйти боком, потому пока решил быть послушным. Их сюда привели намеренно. Естьвероятность, что убивать не станут. — Кстати, Мегуми. Что там с тем сейреем? — простодушно спросил у него Годжо. — Ты его чувствуешь? Он нам дорогу должен был указать или типа того. Словно вспомнив про это только сейчас, Мегуми быстро заозирался по сторонам, желая самому узнать или хотя бы увидеть его. Из-за плотности тумана тут не разобрать. И только он хотел дать отрицательный ответ, как вновь услышал голос в голове. На сей раз более вежливый и дружелюбный. От него у Мегуми не былонеприятных ассоциаций. Я здесь. Парень резво обернулся и застыл с широко раскрытыми глазами. Олень стоял прямо рядом с ним, смотря на него с высоты своего несказаннокрупного роста. Теперь, видя его рядом, было отчетливопонятно, что он крупнее лошади. От меха шли белые искорки света, а синай на рогах покачивался от легкого порываветра. Казалось, туман не касался его, а отталкивался, словно вокруг его плоти был барьер. Мегуми несмел шевельнуться, смотря на существо, задрав голову, даже когда к нему подошел Сатору. Ему тоже пришлось смотреть вверх, и пусть лик его был радушным, душа была в полном смятении. Он не понимал, что это перед ним. Ни одно проклятье не сравнится с этим существом как то, что вызывает страх. Ни у одного ныне живущего мага нет столько силы, способной подавить одним образом. Ни один мастер проклятий не сможет так проклясть, как оно. Если боги и существуют, то только так они и должны выглядеть. Олень перевел свои глаза на Сатору, и тот мелко дернулся,приподняв носок туфли. Он хотел отойти, но сделай он так, то тем самым показал бы, как не уверен, что должен находиться рядом с оленем. Взгляд белой сущности смягчился, припустив белые ресницы привзгляде на Годжо. Олень плавно повел голову на длинной шее в сторону, смотря прямо. За мной. Мегуми отчетливо услышал его слова. Голос был не мужским, не женским. Интонация пуста, однако язык человеческий. Он передвигался медленно, грациозно, а шаги его не издали ни звука. Туман отступал перед его грудью, тая на глазах. — Он сказал, чтобы мы шли за ним, — на одном дыхании сказал Фушигуро Годжо. Паренек был взволнован и зачарован, в то время как на душе Сатору скреблись кошки. Единственное, что выдавало его неуверенность, это поджатые губы. — Тогда пошли, — сказал он неопределенным тоном и первым сделал шаг за таинственной тварью. Их ходьба больше напоминала сон. Сон, у которого нет конца или нет возможности проснуться. Шаманы молчали, боясь спугнуть сейрея словами, а тот хоть и не отдалялся далеко, но, казалось, редел вместе с туманом, который его сторонился. Чем больше они находились рядом с оленем, тем больше разум, повидавший всякие ужасы в жизни, все больше прекращал различать реальность и иллюзии. Фушигуро шел чуть впереди, пока Годжо грамотно держал дистанцию. Его морально душила эта тишина. Держать себя в руках становилось все тяжелее, и от этого его кровь только холодела, а разум горел. Он переставал понимать, что чувствует, что видят его глаза, а проклятая энергия будто покидала тело. Он медленно умирал, но не физически. На миг мир перед глазами исказился, поменялся на другую картинку. Это было быстро, однако он был готов поспорить, что видел молодого себя в компании Сугуру и Секо. Как только он попытался вспомнить детальней, их образ стал кровавым месивом, а его голову прорезала жуткая боль, ударившая и по сетчатке глазных яблок. Зажмурившись, Сатору остановился и,скривившись, схватился рукой за голову,пошатнувшись. Фушигуро тоже замер и быстро оглянулся назад. — Годжо-сэнсей, вы в порядке? — немноговзволнованно спросил он, и Сатору, вытянувшись, просто улыбнулся, помахав рукой. — Да. Просто голова разболелась от недосыпа. Я в норме. Мегуми на это не повелся, однако и настаивать не стал, смотря на учителя с сомнением. — Ладно. Но не перетруждайтесь, — предостерег он с хмуростью, и они пошли дальше. Сколько ни иди, а конца и краю не видно. Сатору напрягал зрение на максимум, но ничего в этом тумане не видел. Его Шесть глаз не могли пробиться через эти тонны спущенных облаков. От того, что он не мог увидеть и проанализировать ситуацию, ему стало казаться, что в тумане кто-то есть. Идет по следу, но звуков не издает. И этого кого-то или что-то Годжо ощущал еще в машине на заднем сидении. Оглянулся — никого, лишь белая мгла. Только вот из-за нее деревья, кусты, камни вырисовывались чем-то диковинным. Решив отвлечься, он натянул фирменную ухмылку и обратился к шедшему впереди оленю, который стал похож больше на призрака. — Эй! Ты ведь понимаешь человеческий язык, да? — громко спросил он, а Мегуми,поначалу удивленный резким возголосом, повернул к нему лохматую голову и осуждающе зыркнул. — И говорить тоже можешь, я прав? — продолжал приставать Сатору с широкой улыбкой, пока Фушигуро кривил рот. — Гакуя сказал, что ты какой-то там сейрей. Уж извини, я не из того поколения, которое что-то об этом знает. Но, может, мы пообщаемся? Ты не проклятый дух, так что изгонять не стану. — Со смешком выдал маг, засунув руки в карманы. — Хотя вру. Там видно будет, — закончил он с ощутимым предостережением, больше близким к угрозе. Мегуми, на которого вся ситуация давила больше всего, устал пыжиться и, выдохнув полной грудью, он повернулся к сейрею, а тот своей рогатой головой даже не дернул, и магу он никак не отвечал. И в голове Фушигуро не слышал ни звука его плавного голоса. На удивление парня, Годжо, не услышав ответа, сразу же отстал, однако оборачиваться к нему он не решился. Привыкшие лишь к слепоте тумана маги не сразу обратили внимание, что шли уже не по влажной траве. Их ноги еще цеплялись за корни, стукались о камни, но потом подошва ступила на твердую дорогу, под которой захрустела пыль. Как только они вышли на дорогу, туман стал слабее, и видимостьокрестностей улучшилась. Мегуми и Сатору остановились, обомлев. Они были посреди асфальтированной дороги,которой явно не пользовались ни один десяток лет. Шедшее вдаль ржавое ограждение, разбросанные камни и проросшие сквозь потрескавшийся асфальт корни вековых деревьев, что росли вверх по горному заросшему склону. Ветви деревьев тянулись так далеко, что их листва отбрасывала длиннющие тени, скрывая небеса. Глушь стояла все та же. Ни птиц, ни насекомых, лишь шепот дикой растительности, не знающей ноги человека. Это место чем-то напоминало Токийский техникум. Тоже обширный лес, чистый воздух и ни намека на городскую суету. Но… Здесь не то что никто не живет, а само место, казалось, умерло давным-давно. Воздух приятен для легких, однако для мага здесь так же витает запах спертой мертвечины. Не вонь разлагающихся где-то трупов, это запах самой смерти. На этой дороге, на земле, в лесу, даже в небе нет ничего живого. — Где это мы? — растерянно спросил Мегуми, крутя головой по сторонам. Годжо тем временем вновь залез в телефон и тихо вздохнул. Связи как не было, так и нет. В удрученном настроении он убрал его обратно и уже было подумал, не использовать ли левитацию, чтобы не подняться ввысь и не оглядеть округу, как почувствовал на себе давление. Его будто коснулись. Поведя взгляд бесстрастном лице в ту сторону,откуда это шло, он заметил, что крупный белый олень, который теперь казался более обычным, смотрел на него. По вытянутой морде не поймешь, но веки глаз были припущены и полны предосторожности. Годжо смотрел на него в ответ, наклонив голову. Ахнув от догадки, маг поднял руки в жесте капитуляции и заулыбался. — Нельзя пользоваться техниками, да? — с весельем спросил он. Глаза зверя заметно расслабились, а голова с болтавшимся туда-сюда по бокам сенаем приподнялась. — Уж прости, но мой ученик сильно нервничает, — указал он на Мегуми, который весь переполошился, вопросительно уставившись на учителя. — Если возможно, хотелось бы объяснений. Ты обещал показать, где наши пропавшие товарищи, но в результате мы угодили в настоящее безумие, — разведя руки в стороны, Сатору говорил слишком простодушно, будто все происходящее— как прогулка по парку. На сей раз, слушая его, Мегуми стушевался, но на оленя тоже посматривал. — Я многим рискнул, знаешь ли. И если не найду Иджичи и Кусакабе, начальство меня на куски порвет, — объясняя это, он большим пальцем провел невидимую линию у шеи и высунул язык. Сейрей внешне остался молчалив и только ушами повел. Понимая, что ответа он не получит, Годжо наклонился к ученику. — Мегуми,он тебе ничего не сказал? — шепотом спросил маг. — Нет. — С неутешительным лицом покачал головой Мегуми. — Я ничего не слышу. — Связи нет. Где мы — тоже не понятно. Техниками пользоваться нельзя. И перед нами то, что о существовании чего мы и не знали, — Годжо перечислял жирные минусы их нынешнего положения с кривой улыбкой. — Мегуми, я еще сам не до концапонял, но техники не используй. Вообще проклятую энергию не воспроизводи, — предостерег Сатору. Предвидя очевидный вопрос, он оскалился. — Мы ходим по смертельному острию неизвестности. — А вы напуганы или рады? — без особого интереса спросил Мегуми. Фушигуро знал ответ на свой же вопрос. Он не считал, что реакция Годжо — это нормально. Они и впрямь попали в бездну тайн, которые лучше не знать. Может быть, радость — это просто защитная реакция на опасность? В любом случае Мегуми не хотел такого чувствовать. — Если я скажу, что у меня зубы от ужаса сводит, поверишь? — насмешливо спросил Сатору. — На лицо свое гляньте и вопросов глупых не задавайте! — огрызнулся раздраженный Мегуми. Наблюдавший за ними олень медленно моргнул. Так же не издавая звука, он повернул голову и пошел дальше подобно облаку на небесах. Посмеявшись и похлопав парня по голове, Сатору поторопил его, и они оба пошли дальше за сейреем. Чем дальше шли, тем сильнее ощущалась эта зловоние погибели, а хватка природы, которая уже давно стала хищником в этом месте, усилилась. Мегуми и Сатору стали замечать заброшенные деревенские дома, развалины и полусгнившие фундаменты того, что здесь было постройкой. Сейрей шел медленно, и если маги были заняты осмотром окрестности, он останавливался и наблюдал за ними в ожидании, словно позволял привыкнуть и понять окружающий мир. Мегуми уже бывал в подобных заброшенных деревнях. Таких по всей Японии числилось немало, вот только при всем своем опыте здесь ему не было спокойно. Инстинкты были обострены до предела,отчего он уставал еще больше. Связи не было, и он был уверен, что Итадори, Кугисаки или второгодки пытались дозвониться ему или написать. Это касалось и учителя Годжо, который спер машину у работника колледжа и пропал вместе со студентом. Проблема и в том, что не пойми сколько времени прошло. Потому что цифры на телефоне остановились. Неясно в какой момент, однако время неподвижно. В очередной раз вздохнув, Мегуми огляделся и увидел, что Годжо стоит возле статуи, у которой нет половины головы. Подойдя ближе, парень также пригляделся. Камень уже давно износился временем. Он поломался от трещин и покрылся мхом, что въелся в само нутро статуи. Животное сидело на четырех лапах, гордо подняв голову. — Это… собака? — озадачено вопросил Мегуми. — Похоже, что да, — кивнул Годжо, не переставая смотреть на статую. Обычно надолго его интерес мало что удерживает, и Мегуми удивился про себя, что тот смотрит на эту наполовину съеденную временем статую с такой серьезностью. — Годжо-сенсей, с этой статуей что-то не так? — спросил парень. Все-таки Шесть глаз по мощнее обычных будут. Мало ли что. — Нет. Это обычный разваливающийся камень, — дал равнодушный ответ Годжо. — Только вот. У меня ощущение, что я его уже видел. Правда, не помню где и когда. Понимая, что он вновь витает где-то в своем мире, Мегуми нешумно выдохнул и вновь стал оглядываться на заброшенную деревню. Это просто место, где обитают призраки прошлого. Однако тот факт, что здесь не идет время, является сильной аномалией. Мегуми не мог припомнить, какая это деревня, потому что они даже не знали, где находятся. Странным казалось и то, что в подобном месте нет ни одного проклятого духа. Тяжелая атмосфера, вонь мертвечины, которую не могут почуять обычные люди, и ощущение, словно ты внутри какой-то неизвестной живой твари, знающей про тебя и следящей неустанно. Мегуми был рад, что с ним Годжо, остаться тут одному пытке подобно. Он многое повидал, но даже его хладнокровие и собранность трещали по швам от одного вида этого места. Делая каждый шаг, он словно с головой опускался в ледяную воду без возможности выплыть из нее. Они прошли еще немного, прежде чем олень остановился. Дорога была более приличной и не такой разрушенной, однако местность стала еще более дикой и заросшей. Перед ними была горка, идущая вверх, однако ее так скрывали тонкие и кривые ветки с листвой, что казалось, ни конца ни края ей не было. Но не это привлекло их внимание. По левуюсторону от них возвышался камень с выигранными символами,а прямо внизу горы какое-то строение. Из-за грязи и выцветшей краски не сразу понятно, что это была арка, забитая бетонными блоками. Также куча граффити и надписей, которые уже просто не разобрать. Через щели блоков также прорезались букеты листвы и тонкие цепкие корни. Они стояли не так близко, но Мегуми уже весь съежился от неведомого холода, пусть тумана или дождя не было. Солнце было ярким, а небо чистым. От цвета зелени аж глаза резало. — Это, — спокойно произнес Годжо, задрав голову, смотря прямо на постройку перед собой. — Тоннель? Мегуми, которого просто обжигало снаружи и морозило внутри, щурясь, вопросительно поднял негодующий взгляд на стойкого и непоколебимого учителя. Здесь. Вновь прозвучал этот рассудительный и приятный голос. Фушигуро хмуро посмотрел на оленя, которыйповернул к ним свою голову. Они здесь. — Говорит, они здесь, — процедил сквозь зубы Мегуми, стараясь собраться с духом и перебороть это мерзкое чувство, что червями облепило его тело. — Да ну~? — растянуто ухмыльнулся Сатору. — А откуда нам знать, что это не ловушка? — в наглую спрашивает он у сейрея, но тот и ушами не повел. — Спрашивать у тебя что-либо бесполезно, да? — уже не так весело вопросил маг, убирая руки в карманы. Голос его напряжен, но умело сохраняетсобранность. — Как мне надоело, что мне вечно не договаривают. — Тембр быстро перешел на рычание. — Годжо-сенсей, если машина с Иджичи и Кусакабе там, нам нужно срочно их вытащить, — торопливо и серьезно высказал ему Мегуми. Он понял, что Сильнейшему здесь тоже не по себе. Да так, что проклятая энергия уже нестабильна до опасного. Это не то место, где просто живут проклятые духи, это то, что объяснить невозможно. Здесь все иначе до такого, что логика и инстинкты не помогают. — Подожди, Мегуми, — остановил его Сатору, прикрыв путь длинной рукой. — В том-то и проблема. Мои глаза ничего не видят сквозь эти плиты. — Мрачно объяснил он. Судя по складкам маски, его брови сильно нахмурены. — Поэтому я и говорю, что не стоит подходить. Они там. Настойчивей передал свои мысли сейрей. Мегуми с раскрытым ртом, не зная, чему уже удивляться, перевел на него удивленный взгляд. Тряхнув рогатой головой, олень стал идти в их сторону в полном безмолвии. Если не присмотреться, то онкажется только иллюзией. Едва он поравнялся с магами, как взглянул именно на Годжо. Его голова в тишине наклонилась близко к нему, и Сатору незаметновздрогнул,осознавая, что на него смотрит необычное умное существо. Одаренней человека. Почти божество, знающее обо всем. — Твои глаза ничего не увидят, — сказал ему сейрей прямо и вслух, с ощутимым упреком подвинув морду ближе. Сатору заметил, что он не отражается вего глазах цвета океанского дна. — Они ничего не смогут увидеть. Не ищи. Здесь все бесполезно. Фушигуро дрогнул, впервые слыша его голос куда отчетливей. Помимо ума в них звучала и сила. Годжо, не отводя лица, едко вытянул уголок рта. — Так значит… Разговаривать ты все-таки умеешь, — с жестким оскалом подметил он, и олень отодвинул от него голову, более не глядя. — Моя часть сделки закончена, — бесцеремонно объявил сейрей, не открывая пасти. — То, о чем меня просили, выполнено. Дальше маги сами, — он обошел их и направился к густозаросшему кустами месту. Годжо и Фушигуронаблюдали за ним не моргая, однако они так и не запомнили, как это крупное существорасползлось, скрывшись с их глаз. Ни один листик не шелохнулся. Его будто никогда и не было. — Хыыы~! Ну и мерзость же! — взвыл Годжо, обняв себя руками. Он стал прежним собой, как только сейрей исчез. — У меня аж позвоночник свело, пока эта тварь на меня глядела!! — Он кривил рот, сгорбился и, потирая предплечья руками, словно замерз. Отчего-то Мегуми облегченно вздохнул, видя учителя прежним. — Не хочу я, конечно, балки эти сносить, но придется, — выдохнул Сатору, вытягиваясь и потирая голову. — Все-таки такая достопримечательность для оккультизма. С тоннелем Инунаки мало что сравниться. — Ч-что? Подождите?! — Годжо пошел вперед легкой походкой, пока изумленный Мегуми его не окликнул. — Это… Тоннель Инунаки? — Он самый, — безразлично бросил Сатору,повернув голову к ученику. — Одно из самых кишащих проклятиями мест. Я бывал здесь несколько раз. Обычно тут не продохнешь, — с весельем рассказывал Сатору, продолжив подходитьк тоннелю. Насупивший брови Мегуми нагнал его, идя сзади. — Меня поражает, что в таком-то месте и ни намека на проклятого духа, — ситуация была опасной, но Годжо говорил весьма оживленно и свободно оглядывался по сторонам, видя лишь одну природу вокруг себя. И Фушигуро сразу понял. Тоннель Инунаки. Ну конечно! Вот откуда он казался ему таким знакомым. Подобные места с плохой репутацией и всякими мрачными легендами всегда притягивают злых духов. Особенно если они популярны и стары по времени. Такие места маги часто первыми и зачищают, потому любопытных людей, желающих все разузнать, полно. Они и погибают от лап проклятий самыми первыми. Часто эти невезучие либо просто исчезают, и об этом не говорят, либо в случае трупа верхушка магов просит правительство замаскировать это под убийство или несчастный случай. Для Мегуми было странно лишь одно: почему такие места нельзя просто снести? Потому что сколько не изгоняй,проклятья появляются здесь каждый раз, как черви после дождя. — Э? Так стоп. Тоннель Инунаки? — остановился Мегуми с таким видом, будто его пырнули в спину. — Это что же, — он поднял ошарашенное лицо. — Мы сейчас где-то в Фукуоке?! — А? Ну получается, что так, — согласился Годжо с беззаботной улыбкой, касаясь холодных и шершавых камней, загораживающих путь вовнутрь тоннеля. — Вам вообще все равно? — не особо удивленный спросил Мегуми с кислой миной. Поводив пальцами по плитам, Сатору с задумчивым видом оглядел их снизу вверх и потом утвердительно кивнул. Без особого труда он поднял самую нижнюю вместе с остальными и поставил их в сторону, но остальныетрогать не стал. Мегуми еще про себя проворчал, что тот ничего так и не снес. В них всматривалась лишь тьма и сильный холод с мерзким запахом от скопившегося по всем углам мусора. Ветер едва задувал с той стороны, так как выход тоже был перекрыт, одни хрупкие ниточки света виднелись с той стороны. — Все было не так, — прошептал озадаченный Мегуми, оглядывая нутро тоннеля. — Ты о чем? — спросил его Сатору, заметив, что парень сильно озадачен чем-то. — В моем сне все было не так, — угрюмо дал ответ Фушигуро и поднял насупленный взгляд. — Место было больше, повсюду была вода и, — его вновь передернуло от того ржавого звука и запаха, что душил. Это был сон, но для Мегуми —чистаяреальность, которую он не забывал, как ни старался. — Неважно. Годжо лишь пожал плечами, стараясь его не беспокоить. Все и без этого сходило с ума. Ему еще голову в омут окунуть не хватало. Ветер цепляюче подул на их головы, и холод будто вгрызался в волосы и лапал шею за воротником. Сделав шаг вперед, где еще были лучивнешнего света, Сатору напряг глаза и увидел. То, что не было видно сразу, но проглядывалось именно сейчас. Он побежал вперед, и Мегуми за ним. Тоннель был где-то сто метров в длину, однако бежать им пришлось едва ли до середины. Фушигуро предусмотрительно включил фонарик на телефоне. — Это машина! — воскликнул Мегуми, едва свет коснулся черной угловатой поверхности бампера. Машина была целой и совсем не пострадала, чего ожидал Годжо. Мегуми засветил вовнутрьсалона, чуть наклонившись перед окнами. — Иджичи! И Кусакабе! Они здесь, и они… — Живы, — закончил за него Годжо, так же наклонившись. — Я думал, они будут в худшем состоянии. Иджичи так и сидел на месте водителя,уронив голову на руль. На его тощем лице не было очков, и, не считая крови,идущей ото лба, что уже засохла, он был вполном порядке. Кусакабе разлегся на заднем сидении без особых повреждений, только изушей так же шли дорожки крови. Они оба были без сознания, но, что странно, никаких признаков истощения или ран нет. — Мегуми, можешь убрать другие блоки у входа? — попросил Сатору, постучав парня по плечу и открыв дверь машины, которая поддалась без проблем. — Я проверю, работает ли машина, и заодно попробуювыехатьотсюда. Если нет, то просто выкотим. Мегуми, став серьезным, кивнул и быстро побежал обратно. Звуки его шагов гулко раздавались, стуча по стенам тоннеля, и не стихали, как бы парень не удалялся. Годжо, оставшись в кромешной тьме, но все прекрасно видя, небрежно извинившись, пододвинул Иджичи, при этом делая это крайне аккуратно, и сел на его место. Подергав рычаг и повернув ключ, машина сразу заурчала, и циферблаты загорелись, задвигавшись. Вздохнув, Годжо опустил стекло и выглянул из окна,повернув голову к выходу. Как раз закончив убирать блоки,отчегосветастало больше, Мегуми замахал руками, показывая, что путь свободен, и сам отошел. Кивнув, Годжо одной рукой взялся за руль, а другой нажал передатчик и ногой нажал педаль. Машина, шурша по каменному полу тоннеля, двинулась назад неторопливо, а Сатору выглядывал из окна, пока не выехалполностью. Открыв дверь и выйдя из машины, Годжо выдохнул носом и подумал, как быть дальше. Если он ирядом с тоннелем Инунаки, то рядом должна быть платина, а там и люди. Возможно, получится вызвать помощь. Он из чистой прихоти залез в телефон и вытянулся в лице. Связь появилась. Время сдвинулось с места. И тут же он невесело усмехнулся от увиденных пропущенных звонков. Двадцать из которых были от директора. — Вы чего? — недоверчиво спросил Мегуми, и Годжо с той же ухмылкой показал ему экран своего телефона. От увиденного Фушугуро во всю раскрыл глаза и тут же полез за своим телефоном. — Невозможно, — не веря прошептал он, видя, что интернет и связь стали ему доступны. — Клянусь, я только убрал его, и ничего не было. А? — Он заметил, что ему названивали и отправляли сообщения Кугисаки с Итадори. Учитывая, сколько звонков и видя гневную часть сообщений от Нобары, Мегуми обреченно выдохнул, взявшись за переносицу пальцами. — Лучше бы не смотрел. — Я тоже, — поддержал его Сатору, ухмыляясь и потрепав шею свободной рукой. — Ухх. Ну и взбучка меня от директора ждет. Ха-ха-ха! — Мы нашли Иджичи и Кусакабе, —сказал Мегуми, вот только тон его голоса был очень скорбным, пока он листал сообщения от друзей. — Так что, думаю, они не будут так строги. — Тебя это, Мегуми, обойдет стороной, а вот меня как твоего учителя и взрослого буквально разорвут как словесно, так и физически, — с пустой улыбкой проговорил Сатору, уже ощущая, как у него заболела голова от будущих выслушиваний и тумаков от Масамичи Яги. — Ладно. Иди отозвонись Юджи и Нобаре, — помахал он в его сторону рукой, будто муху отгонял. — Они сильно волнуются, поди. А я звякну директору и заодно вызову подмогу. Правда, как я объяснятьвсё буду, еще надо подумать. Недовольно кивнув, Мегуми включил телефон, чтобы позвонить Итадори, ибо Кугисаки на него с ходу орать начнет. Однако он заметил на экране кое-что странное. — Эм, Годжо-сенсей, — позвал он учителя, не отрываясь от экрана. — Чего? — быстро спросил Сатору, уже подставив ухо к телефону, из которого шли гудки. Парень нахмурился и прищурил глаза, но потом быстро расслабился. — Ничего, — сказал он, покачав головой, так и не глянув на Годжо. — Наверное, время просто сбилось, — безразлично бросил Мегуми, сразу же позвонил другу, отходя в сторону. Не понимая, чего он от него хотел, Сатору пожал плечами, все еще слушая гудки и удивляясь, отчего их правильный директор трубку не берет. Годжо проковырял носком землю, сделав пару шагов, стоя профилем к тени открытого ими же тоннеля. Всего на краткий миг, но во тьме сверкнула пара голубых глаз, и продолговатая тень пришла в движение, и этого хватило, чтобы Сатору нервно дернулся и быстро уставился в ту сторону. Он почувствовал, как на него кто-то бросил короткий, но цепкий взгляд. Сейчас же там была просто кромешная тьма и затхлый холод. Вот только ощущение того, что внутри тоннеля кто-то был, его не покидало даже после. Но, как и сказал ему сейрей, его глаза ничего не видят.