3. Абьюзивные отношения

-Какие предпочтения в музыке? -Ну... Я... Органная музыка... Бах... Если... Если конечно у вас есть подписка, специально из-за меня покупать не нужно... -Не беспокойтесь об этом - улыбнулся я, отмахиваясь от ухмыляющегося Джоша. Бинго выпало конкретное - она тоже любит оргАн... ...но любопытная, что вкупе с наивностью и хрупкостью ведёт к жёсткому процессу вымирания в цинизме: -Что вы делаете? -А, да у меня дружбан из России. Сделал чат-бота. Через мессенджер присылает мне тречок какой захочу. Я его просто качаю, включаю и всё! Никаких подписок. -Сэр, прекратите! Остановите машину! Я никуда дальше не поеду! Это... Это нарушение авторских прав! Сэр, вы вор! Это воровство! Тяжкий грех! - нахмурилась Саманта. Я тяжело вздохнул. Она всё-таки оказалась не совсем миновавшая влияние всех этих гринписовских наивных и тупых баранов широко-левого толка. -Кого? Леди, кого я обворовал? Баха? Ему на том свете нужны баксы? Не подскажете, какой там курс? Он привязан к золоту, нефти или к авианосцам? Девушка надулась и смолкла. Звучал оргАн в салоне. ...а я только и думал, до чего же люблю эту буквоежечку. О, этот синдром отличницы! Котёночек показывает зубки :3 В общем, я вскоре постарался пристыдить себя за столь разнузданное чувство охотничьего азарта по отношению к даме, которого не испытывал с давних времён на Родине, где за такое получил погоняло "Поручик Ржевский". И вроде бы тогда с усиленной скоростью стала формироваться костная циничная клетка, которая заточила мою душу, в которой забилось сердце любовью, а значит ожило - только сейчас. Остаток дороги проехали молча. Тишину прерывал тихий гул авто, других машин, оргАна Баха, которого мы всё-таки слушали бесплатно, не по подписке очередного из многих, сервиса.

***

В очереди у кассы снова произошла заминка. Я положил свою руку с карточкой поверх ладошки Сэмми, из-за спины тихо сказав: -Заплачу. В ответ на что, девушка снова покраснела, опустила голову, тихо буркнула: -Сэр... Вы вторгаетесь в моё личное пространство. Уже носом роясь в макушке краснющей Саманты, тихо спросил: -В самом деле? -Да! - пискнула она, отстранившись и бегая глазками: -Сколько с меня? Полноватая афроамериканка на кассе, жуя жвачку, поправила очки и показала на меня пальцем: -Джентльмен уже заплатил. Пока Джош расплачивался за своё, я только бережно объял кулачки Саманты, вцепившиеся в её же кошелёк, повторяя: -Не надо. Ничего не надо. -Ну знаете, мистер! Вы... Вы думаете... Я не могу сама... Заработать... Заплатить... Что я слабее, хуже вас, не могу за... Тут я схватил её, взвигнувшую, уложил на плечо и другой рукой взял пакеты с продуктами. В спину прилетело от кассирши: -Абьюзивные белозадые отношения такое дерьмо!

***

Мы с Самантой уже сидели на передних сиденьях, в ожидании польского камрада. Встречались взглядами, обжигались, краснели, делали вид, что каждый смотрим в окошко другого, а потом и кинулись к выбору музыки синхронно, оказавшись лицами в сантиметре друг от друга. Краснели и дышали тяжело. Я сухо спросил: -Ещё Баха? -Р-р-р... Рахманинова, пожалуйста... -Рахманинова... Так... А... Композицию... Какую? -Как захочешь... -Как захочу? -Да... -Что за композиция? -Прелюдия -"Прелюдия"? -Ну да. Подходит? Э, ну то есть нравит... -Да - совсем тихо сказала Саманта и кажется наши лица подались ближе друг к другу и! Невовремя постучался в окно третий лишний. Мы отсели, Саманта прикусила нижнюю губу и картинно безэмоционально-пусто, с видом пай-девочки и самой невинности, которая всё ждёт окончания обязательного урока, за который дадут сладкое долгожданное вознаграждение, уставилась на пока неподвижную дорогу, под закрывающимися тучами, небесами. Я впустил комрада, помог разложить покупки и на обратной дороге мой разум отгонял шальные мысли о названии "Прелюдия", воспоминаниями о советской картине "Старший сын" 1975го кажется года, с Караченцевым, Леоновым и Боярским, где впервые услышал этот разрывной трек...