"Такие, как есть", Часть 4

Я обхватываю перевязанную руку своими ладонями. Нашим пальцам место друг у друга на теле, а в идеале - "в низинах". Не в бинтах или срезанными на полу. - Не делай так больше, - прошу я. - Тебе не понравилось? – спокойно спрашивает Махоми. Так, словно мы попробовали что-то из БДСМ, и нам это не подошло. - Ещё как понравилось, - искренне заверяю я. Терпеть не мог запаха гульей крови во время интима. А здесь как в Раю оказался... - Но твоё тельце слишком красиво, чтобы портить его шрамами. Придумаем что-то менее... травматичное. Обсохнув, мы встаём, чтобы на сей раз предаваться сну. Я вижу, что её колени дрожат после нашего бурного "общения". Просто молча беру её на руки и несу до кровати. Для моих мышц она, худышка, не весит ничего. Нежная рука обвивает мою шею. На чёрном шёлке постели наши тела кажутся белыми. Чувствую её живот на своём животе. Плавные волны дышащей груди – на моей груди. Тёплая кожа бёдер соприкасается с моими бёдрами. Моя ладонь поглаживает её спину, поднимаясь к плечу, к шее, ко щеке. Это тепло, единение, новые краски жизни почти оглушающи. Представляю каково это – нежиться вот так перед сном. Просыпаться, чувствуя всё то же самое. Как же я ошибался, гроза... - Запомни, Махоми, - не забываю предупредить я. – Заведёшь любовника – сожру его заживо у тебя на глазах. Сначала буду пытать, потом сожру. 860 Она смеётся, как над несуразицей, колыша мелкими волнами мои рёбра. А я не шучу! Затихнув и погасив улыбку, она поглаживает меня по груди. Рисует пальцем замкнутый круг. - Мне дважды разбивали сердце изменами, - признаётся цветок выжженной пустоши. - Я не поступлю так же. Я прижимаю её к себе крепче. Снаружи слышны бухие возгласы. Один тянется со второго этажа и глухо падает в траву с удивлённым: "Ох, бля!" Кто-то вывалился из окна. А ночью мне не снится ничего. До того вымотан и... вытрахан, что разуму не о чем со мной говорить. Почти отключка, только блаженная. Утро выдаётся столь же приятным, с той лишь разницей, что я не чувствую тепла Махоми. Взгляд находит её у окна, в полосе приоткрытых штор. Лучи солнца окутывают голое тело ярким ореолом. Купают в золоте рассвета. Засмотревшись, не спешу подниматься. Будь я режиссёром, гордился бы подобным кадром. - Ты уже слышал о Небесном Древе? – замечает она моё пробуждение. Оборачивается через плечо. – Они начали распылять наниты. Выбравшись из озера шёлка, я подхожу к ней. Обнимаю со спины, скрестив руки у неё под грудью. Небо за окном будто слегка... колышется. Присматриваюсь и понимаю что это потоки мельчайших синеватых частиц. Наверное, ночью выглядят как голубое северное сияние. - Хочешь сломать эту дрянь? – звучит вопрос ей в волосы. – Её ведь построил Чигьо. - В том-то и дело, что Чигьо – вор, - хмыкает она, погладив мои запястья. - Мы никогда не узнаем, кто её на самом деле изобрёл. Но я была бы рада её изучить, - прекрасное лицо в очках поворачивается ко мне. – Если удастся раздобыть образец нанитов, возможно, мы смогли бы использовать их для наших целей. Запомню. Потравим кого-нибудь ещё. И не позволим травить нас. 853 Из одежды у Махоми остался лишь лабораторный халат, так что она оборачивается в одну из моих рубашек. Я отдаю свой запасной ремень, чтобы застегнуть на талии. Под халатом смотрится как мини-платье. Мне нравится. Но купил бы что-нибудь поприличней взамен срезанных вещей. Ей очень идёт чёрное... Она уходит раньше меня, на прощание одарив поцелуем. - Возвращайся когда захочешь, - даю я знать, припадая к губам в коротких поцелуях-многоточии. Ощущая сплетение рук на своей шее. – Я буду ждать. Поиграем... Отметив начало дня привычным ритуалом и завтраком, сам я возвращаюсь к делам. Братва с опухшими рожами вычищает особняк от следов попойки – бутылок, бычков, костей, блевотины. Перегар стоит – как после химоружия, газовой атаки. У потолка, на одной из люстр висят чьи-то трусы. Мне, в общем-то, похуй - лишь бы привели всё в порядок как было. А люди, как ни странно, выглядят бодрыми, когда находят меня в саду внешнего двора – Харо, Киёто и Сидзуки. Ещё раз благодарят за помощь с Огурой. И делятся новой инфой. - Мы узнали кое-что насчёт "V", огонёчек. Подумали, тебя это заинтересует, - начинает Сидзуки. Харо воодушевлённо кивает, колыша кудряшки: - Я вспомнил одну приметную деталь со дня митинга. О том типе со шляпой. - Он вонял? – выдаю я первое, что приходит в голову, подумав о перегаре, которым тащит и от людей. Пожалуй, прикажу открыть все окна в поместье. Нос гуля слишком чувствителен для такого мощного выхлопа. Особенно когда познаёшь трезвость. - Как ты догадался? – удивляется патологоанатом, - Только душок был несильным, едва уловимым. Но это был запах пыли и, немного – лилий... Я тогда не придал значения – мало ли, каким дрянным парфюмом он себя опрыскал... 846 - Но когда Харо рассказал об этом мне, - говорит Киёто, почесав шрам на подбородке, - я вспомнил как при моём отряде CCG убирали следы гульей крови с асфальта. Они распыляли особый химикат. Как раз с похожим запахом. Её ни с чем не спутаешь, эту пыльно-цветочную резь в носу. И я встречал его на паре мест после пожара... Что странно, ведь там мы не находили ничьих останков или следов присутствия "голубей". И впрямь интересно. Напомнило мои наёмничьи делишки. Я сам никогда не занимался уборкой крови и других улик – если всё не должно было выглядеть как нападение гуля, я вызывал пару толковых ребят. Они умели работать со щелочью и кислотой, с циркулярками и молоточками – для разделки трупов. Даже фарш могли проворачивать. За это брали в долю часть выручки и мяса – базара нет, все расходились довольными. А ещё, они работали с огнём. Иногда оставляли пожар на месте мокрухи – никаких следов, ничего приметного для копов. Перед этим место, естественно, хорошо отмывалось, обставлялось как замыкание проводки или брошенный окурок. Все жмуры были людьми, так что средства использовали обычные. Однако, я знаю что гулью кровь просто так не затрёшь. След RC-клеток может сохраниться даже после огня. - У CCG хорошо защищены сервера, - Сидзуки, не удержавшись, зевает. Похоже, секс у неё ночью был не только с компами - чую частицы запаха Хоогуро. Вот кобелина. – Но мне удалось запустить вирус, недолго пошарить по каналам снабжения филиалов. В списке поставок было средство под названием "Мьюикс Клин". И его не производит ни одна известная компания мира. Оно поставляется только из лабораторного отдела CCG. Английское словечко "clean", насколько знаю, означает "чистить", "убирать"... - "V" точно связаны с самой CCG, а не с правительством, - высказываю я напросившийся очевидный вывод. Сидзуки кивает. - Вот именно. 839 Но что это за связь? Зачем они "голубям"? Какой-то отряд наёмников для грязной работёнки? Устранения важных шишек, к примеру – если те ляпнут невраждебные к гулям мысли? Или как раз "Колеса". Тогда... При чём же здесь "баланс"?.. Сидзуки также сообщает, что накануне нарыла немного инфы о докторе Кано. Где находится - неизвестно, но, оказывается, он, как и Махоми, раньше работал на CCG, а учился вообще вместе с доком Огурой в одном универе. Впрочем, выцеплять Огуру ради разговора о студенческой херне – шкурка выделки не стоит. Безопасность важней. Сначала разберёмся с "Затмением". А затем сунемся в дерьмо с Аогири. Есть мысль как-то спровоцировать появление "V", изучить случаи исчезновения конкретных лиц. Но уместно ли это сейчас? Поговорив ещё с членами "Колеса", лично разыскиваю самую младшую сестричку "Белых". Пока гроза пропадает в лаборатории, начну понемногу тренировать её малую. Верней, уже... Нашу. Заставляю бегать и разрабатывать хлипкие кулачки – на внутреннем дворе висит боксёрский мешок. Мы его сделали крепким, так чтоб выдерживал удары гуля. Кагуне Иса выпустит лишь через два года, но кулачному бою может обучаться уже сейчас. Дитё поначалу канючит и вредничает, конечно. Но я умею уговаривать. - Поучишься, потом петь пойдёшь. Не ради себя, так ради Махоми, – опускаюсь я на корточки, чтобы не глядеть сверху вниз. Не возвышаться, как над подчинённой. Протягиваю руку – взять её игрушку. Плюшевый костыль от страха перед миром. – Хотела бы защитить её от плохих дядь? 832 Иса какое-то время молчит, опустив взгляд, перебирая пальчики. Затем наконец кивает. Нерешительно, но искренне. Молодец. Среди нас не должно быть слабых звеньев. "Как с куском мяса" с гулем обращаться не должны. - Представь, что вот здесь, - я опускаю ладонь, сделав отметку на мешке, как раз для её маленького роста. – Ноги и яйца плохого дядьки. Он хочет снова отвезти тебя в "Кокурию". Что сделаешь? - ...Убегу? – наивно смотрит она на меня. - Побежит за тобой и схватит. Врежь ему изо всех сил. Чтоб бегать и трясти было нечем. Так мы и продолжаем, Иса – в пока ещё неловких, слабых и смешных попытках навалять мешку, и я – с чередой выкриков: "Бей!" Со стороны, наверное, тоже смотрюсь странновато – скрестив руки на груди, будто сам обнимаю плюшевого кота. С тех пор как меня спасли, у каждого дня – свои причуды. Детская ручка бьёт, её владелица – сосредоточенно высовывает язычок. И вдруг отпрыгивает, заметив что-то в стриженной шерсти травы. Визжит в ужасе. Закрывает ладошками лицо. Я приближаюсь, посадив игрушку на ограду веранды, ожидая увидеть чей-нибудь глаз или срезанный хер. После тренировок всякое могло остаться. Но, присев, нахожу маленькую чёрную летучую мышь. Безобидный зверёк подслеповато шарится в траве когтистыми лапками-крыльями. Джейсон Вурхиз никогда не обижал животных. Месть страдающей души предназначалась лишь людям. 825 Да и в бандах иногда держали по одному пёсику – лишние острые слух и нюх никому не помешают. Один браток вообще, помню, таскал говорящую ворону по имени Сосиска, которая пиздила у лохов кошельки и сиги. Как тут забудешь её гнусноголосое: "Я ебал коммунальщиков! Я не буду это платить!" А ещё: "Питер Стил жив, сучки!" Мои руки осторожно поднимают зверька. Необычно – держать настолько хрупкое существо. Как того плюшевого медвежонка. В то же время, внутри меня будто вновь ворочается нечто мерзкое, царапает когтями, впивается зубами, колет иглами. Не щадит. Не отпускает. Будто там, у Токаге, я был точно как эта мышь. Беспомощный, в руках, проливавших кровь. Должен исправить надлом. - Иса, ты боишься мышей? – ухмыляюсь я, подавляя мерзость в себе. Поднеся мышь поближе. – Ты же гуль. - Они похожи на монстриков! Моя жизнь могла быть другой. - Да открой ты глаза, - прошу я. – Посмотри на неё. Она медленно, боязливо приоткрывает один глаз, сдвинув ладошку. Пушистая, лопоухая мышь в моих руках трепещет, дрожит, пуча в ответ глазки-бусинки. Мордаха у неё сплюснутая, сморщенная как изюм. - Она жуткая... - заключает дитё. - Точно. И родня любит её такой жуткой. У меня были близкие. Иса открывает второй глаз. - Она тебя укусит. - Мышь не может прокусить гулью кожу. Она сейчас вообще ничего не сможет. Их не стало, меня не стало. - П... почему? - Видишь, крыло сломано, - киваю я в сторону помятой кожистой лапки. - Латать надо. А потом отпускать обратно, вот к таким же кусачим засранцам. Она всего-то летела к себе домой. У меня есть близкие. Мысли и эмоции накатывают волнами, и я прошу девчушку вытянуть ладони, пока меня не накрыл очередной приступ. Иса держит мышь как жителя другой Вселенной, расширив глаза. Но постепенно убеждается что та сама боится её до усрачки. 818 Я цепляю плюшевого кота к её пояснице – продеваю кольцо на ремне через потрёпанную этикетку. На сегодня урок окончен. - Ямори, - моё имя звучит странно, сказанное детским голоском. – Я рада, что вы подружились с Махоми, - она улыбается, светлая и невинная. – Вы оба уже не такие грустные. - Ага. Смешинками обменялись, - по привычке отмахиваюсь я, от чего она лыбится ещё больше. – Беги уже, мышь Харо показывай. Я так с ними совсем размякну. Словно во спасение от непривычного тепла в груди, получаю звоночек от братвы, зависавшей на улицах недалеко от парка. Завалили двоих "голубей". Это я, конечно, одобряю, но есть риск привлечь к нам внимание раньше времени... - Они... напали на семью из троих гулей, босс, - извиняющимся тоном объясняет браток. – Один – совсем мелкий пацанёнок. Мы не смогли пройти мимо, накормили следаков Q-пулями. И почему все не ходят с волынами?.. – поняв, что отвлёкся, он покашливает. - Мы везём сейчас их трупы. Никаких следов, свидетели – только гули. ...У них пиздатые куинке, - помедлив, добавляет он. Хм. Жмурьё пригодится для экспериментов Махоми – вдруг найдёт у них повышенное RC? А не найдёт – ну что ж... мяса много не бывает. Районные же гули начнут видеть в нас не просто борзый сброд, а полезный для защиты контингент. Увесистая монетка в копилку репутации. Может, пополним наши ряды. Бля, и как я раньше не додумался? "Белые Костюмы" - ваши герои, народ тринадцатого! Ваша надежда и опора. Чутка бессовестная и ушлая, но уж какая нашлась. Я говорю братану, мол, заебись всё, правильно сделали. Но предупреждаю, чтоб работали чисто. 811 Он наталкивает меня и на другую занятную мыслю. Многие гангстеры умеют стрелять. Это полезно для здоровья гуля, если на хвосте CCG, а с укаку не фартануло. Но что делать гражданским, которые часто попросту не знают где достать ствол? Может, "Белым" начать приторговывать? Остаток дня проходит во встречах и переговорах, в том числе, с новой группой, пожелавшей присоединиться. На условиях, правда – что мы не станем мешать их вере и человеческим жертвоприношениям. Взамен получаем бойцов, которые не будут тратить нашу еду. Вопросец щекотливый и для "Колеса" неприятный, но что вообще приятного в нашем положении? Всё же, я решаю ответить отказом. Жаль терять возможность, однако, если я буду ссориться с союзниками, значит, я ничем не лучше "Затмения". Наши принципы важней. "Белые Костюмы" - уже не просто "херои" и бродяжки, которых я собираю со всего района. Мы можем работать бок о бок с людьми, невзирая на хуёвое прошлое. Необычно это признавать, но... Мы связаны с "Великим Колесом". Зато к нам сегодня присоединяется весьма мощный гуль по кличке Демон Ямада. Типчик проблемный – искал приключений на жопу, убивая самых сильных следаков. Но согласился подчиняться приказам и не приманивать к банде "голубей". Весьма горд собой: "Вот со мной-то вы победите!" На окнах поместья - фата темноты, и я уже собираюсь навестить Махоми... как нас самих навещает любопытная гостья из другого района. 804 Для переговоров располагаемся в гостиной. Оставив сопровождающих за дверью, девушка в чёрном плаще подходит ко мне. Стройная, статная, с длинными волосами – текучей смолью. На лице - спокойствие, след расчётливого ума. И каждое движение – легконогая хищная грация. - Кая Ирими, глава "Чёрных Собак", - я слегка кланяюсь, и она кланяется в ответ. – Мы о вас слышали. Но слышали также что вожак района мешает вам вести дела. А ещё я слышал, у неё самой - феноменально острый слух. Прежде чем рассесться здесь, я шепнул братве чтоб следили за базаром и передали это всем остальным. Такие гости могут собирать уйму неосторожно ляпнутой инфы. - Господин Йошимура придерживается нейтралитета в гульих вопросах. Но к некоторым он излишне... терпим, - делится она, избегая резких словечек в адрес босса. Однако, суть я улавливаю сразу. Не так-то просто сделать из "бешеных псов" послушных пуделёчков, да, Кая? Даже если дрессировщик – разожратый шестидесятилетний каннибал по кличке Сова. Или Кузен, как его называли в прошлом. Весьма кровавом прошлом. Не знаю что за моча ударила Сове в голову, но, ныне старик, он записался в миротворцы и человеколюбцы. И утянул в это всё гульё двадцатого района, кого добровольно, а кого – щедрыми пиздюлями. Только вот бандиты не любят быть на поводке. Мне уже интересно что на уме у его подчинённой. Контрабанда, шпионаж, схемы с букмекерством – лишь известный мне списочек её прошлых дел. - Вот как? Я присаживаюсь в кресло, и Чёрная Собака присаживается следом - в кресло напротив меня. На столике между нами – кровавый виски, сигары, зажигалка и пепельница, но Каю интересует лишь последняя – длинные и тонкие сигареты она по-старомодному зажигает спичками. - Начну с того, что слухи расходятся очень быстро, - изящные наманикюренные пальцы подносят спичку к сигарете. Тонкие губы говорят дымом. - Ты показал, что можешь убивать сильных существ и, при этом, даже остаться без потерь. Возможно, вы просто везунчики, но... я впечатлена. Звучит как чуйка на выгоду. Она пришла явно не просто выказать уважение. И, уж тем более, не менять районы. - Что-то мне подсказывает, у тебя есть для меня сделка. Чёрная Собака кивает. - Ты, наверняка, уже знаком с "Древом Аогири", Джейсон. 797 - Не лично. Но птичка нашептала. - Гули двадцатого района чувствуют – надвигается что-то крупное. Они готовят оружие против CCG. Но я знаю как работает их предводительница. Это Йошимура – монстр, привыкший лишь к захвату и тирании. Её отец не вмешивается и не видит проблемы. Мы же всё больше чуем душок скорого пиздеца. - Так, притормози-ка... Это Йошимура? – лезут у меня брови на лоб. Пепел сигары сыплется на пол. Кая дымит, рассказывая историю этой счастливой семейки, от чего я с каждой минутой всё больше охуеваю. Йошимура многое от неё скрыл, не хватает деталей. Однако, я узнаю, что Это – его и человеческая дочь. Глава "Древа Аогири". Та самая чудачка, которую я встретил в юности. И встретил на заброшке. - Кузен никогда не захочет причинить вред дочери. Он даже прикрывал её грязные делишки. Мы же считаем... от неё слишком много проблем. За дипломатичной речью Каи стоит простое, грубое, так знакомое любому бандиту: "Её нужно убрать." - Она активно вербует адептов во всех районах, многих подчиняя силой. Уже есть убитые, - она наливает себе виски и с упоением делает глоток. В движениях - аристократская бережность, будто она привыкла смаковать подобные напитки. Как смакует и сигаретный дым. Сколь же многое Кузен ей запрещает, хм? - И нам попадались жертвы неудачных экспериментов, в том числе, обезумевшие дети. Их словно... пытали, желая превратить в чудовищ. Похоже, Это - из тех, для кого цель оправдывает действительно любые средства. Интересно... Какие средства оправдала бы моя месть? Мы ведь тоже захватывали другие банды. Но никто не помер, мы просто показали свою силу. Есть вещи, которые даже для охотника будут неприемлемы. Насилие над детьми – в их числе. Помощь "Затмению" – тоже. И я не позволю этой одноглазой суке изгадить мои планы и чего-то там решать за меня. Скорее сделаю так, что её шестёрки перейдут под мой контроль. Ещё посмотрим кто у чьих ног будет лбы расшибать, малявка... - Сове не понравится ваше самоуправство, - резонно замечаю я, дохнув струйкой дыма из уголка рта. – Против дочурки-то. - Определённо не понравится, - в противоречие словам тонкие губы изгибаются в тёмной улыбке. - Если мы не сможем обставить всё так, будто она сама на нас напала. Выйдет не самоуправство, а самозащита. Ох и хитрая же ты собачка, Кая. Одобряю. 790 Поверить не могу, что кто-то мог заставить вот это живое коварство, лидера банды, мыть тарелки за людьми и носить кофеёк, как официантке. Её что, саму попытали? Хотя... Йошимура стар. Может, она просто метит в вожаки после него? - Есть лишь одна загвоздка, - глядит она многозначительно. – Это крайне сильна. Даже мы до сих пор не знаем её пределов. Я до сих пор не знаю "пределов" главаря "Затмения". А вот Кишо Аримы – знаю. Вряд ли Это сильней уникума-следака. - Однако... - она тушит окурок в пепельнице. – У неё есть давние враги. Наш лидер многого не говорит, но я знаю, что в прошлом Это преследовала опасная группировка. Если сможем что-то выяснить... их будет легко натравить на неё. Не те ли это наёмники, что работают на "голубей"? - Я слышал, у вас на районе есть ещё одна крупная братва, - решаю я пока оставить предположения. - Какие мыслишки у них? - Дьявольская Обезьяна притих после того как вожак на него... повлиял. Понятно. Дали пиздюль, поджал хвост. - Но я с ним потолкую, - покусывает Кая нижнюю губу. Вот почему в тринадцатом никогда не было единой власти. Косяки одного не должны разгребать абсолютно все. Сейчас мне нужны союзники, но после победы над CCG я отпущу мелкие банды, которые захотят отделиться. – Я знаю что у вас на районе сейчас своих забот полно. Однако, если решитесь выступить против Это... можете рассчитывать на помощь "Чёрных Собак". Итак, заварушка начинает выходить за пределы тринадцатого. Интересно, какие ещё "стаи" я смогу привлечь? Сможем ли разгромить не только Аогири... Но и CCG? 783 Я намекаю на это Чёрной Собаке. На то, что планы у нас – далеко идущие, и вооружаемся мы не только на войнушки с каннибалами. Мол, если хотите пришить Это, чтобы и дальше прятаться от "голубей" - с "Белыми Костюмами" вам не по пути. - Ты – революционер, Джейсон? – хмыкает она. – Кому это взбодрит. До сворачивания дел его банда пыталась истребить всех следаков на районе. - Йошимура запретил? – посмеиваюсь я. Наверное, все решения принимает в какудже. - "Выступал за мир с людьми" - смягчает она. – Наш друг Ворон тоже заинтересуется – Арима убил его сестру. Он крепкий малый. Ворон... знакомое имечко. Вертелось раньше на слуху у тех, кто перебрался к нам из четвёртого. Говорили, мол, Ворон и Безликий мерились письками и разнесли к хуям весь район. Ни одного так и не сцапали CCG. Но, видимо, с роднёй всё же "поработали". Совсем на соплях держится этот терпимый мир Совы. "Бешеные псы" обид не забывают. Чудно. Я весь двадцатый считал кучкой изнеженных лицемеров. - В любом случае... наши планы могут стать общими, - кивает она, задумавшись. - Но сначала нужно не дать Древу наводить здесь свои порядки. С такой властью нам и "голуби" будут не нужны, поверь мне. Мне жаль, что приходится тратить время и ресурсы на борьбу с одебилевшими собратьями вместо начала истребления CCG. Однако, это поможет нам стать сильнее. Получить боевой опыт. Вчерашняя стрелка наглядно показала его пользу. Когда тебе говорят, что ты мочишь других как следак, это звучит как прогресс. Встреча завершается на позитивной ноте – мы договариваемся сотрудничать и обмениваться новой инфой. Не знаем, правда, сколько у нас времени. Кая говорит, Йошимурина дочка засела где-то в двадцать четвёртом, но там такой лабиринт, что без точных указаний места можно блуждать неделями. Вариант с группировкой выглядит надёжней. Будет над чем пораскинуть мозгами. После расправы над "Затмением". "Чёрные Собаки" топают восвояси, а я наконец иду за Махоми. Запах ведёт в медкомнату. 776 - Я точно зарядил Q-пулями. Других у меня и нет – всё обработано, - услышанный по пути голос братка вздыхает. - Какая-то мутная срань... может, нам показалось? - Я рассказал Махоми, - отвечает второй голос. - Она как раз сейчас вскрывает жмура - передаст боссу, если что-то найдёт. Сейчас узнаю, что они там ей нарассказывали. В медкомнате, на хирургическом столе, лежит труп одного из заваленных следаков. Распластан от паха до ключиц. На отдельном столе, в железных лотках, смотрит на меня пара склизких вынутых органов. Некоторые органы мы оставляем и помещаем в контейнеры со льдом. Чтобы потом продать. Люди любят иногда заменять свои сломанные детальки. Перчатки и халат Махоми замызганы кровью. Меня это заводит... Так бы и усадил на "голубячьи" кишки, глядя как мясо колышется от толчков. Пернатой пиздобратии в кайф видеть гулей мёртвыми, так что мы оскверним их трупы. С большим удовольствием... - Ямори, ты не поверишь... Он – полугуль! – шокированно снимает медмаску, а вместе с ней и очки моя гроза. - Но... это невозможно! Я помню его! Помню как он проходил через RC-врата! Что ж... Секс на трупе отменяется.