2. И тебе не хворать, Пайн!

Джонатан Пайн спал так, как обычно спят люди с чистой совестью. То есть плохо. Но у него были на то веские причины: стоило ему погрузиться в сновидения, как в туманной дымке перед ним появился Ричард Роупер — худший человек на земле. Так когда-то говорила Софи. Этот Роупер отличался от того, что он видел на столе в морге — осунувшегося, седобородого и странно неживого. Новая версия старого противника была также слишком энергичной, разговорчивой и, судя по выражению заросшего щетиной лица — настроенной читать нотации. — Браво, Пайн… или Квинс. Или… как там тебя? — Роупер обходил кровать Джонатана, почему-то опираясь на дорогую трость и прихрамывая, — опознал мое холодное тело, умница. Хоть кто-то на этой земле понимает что-то в настоящем внимании. Кроме меня, разумеется. Джонатан сел на кровати, морщась, как от мигрени и потирая пальцами переносицу. — Ты же мертв… — Спасибо, капитан очевидность, — перебил его Роупер с язвительной ухмылкой, — тебе для этого понадобилось медицинское образование? Или так, знаниями ночного администратора обошелся? Джонатан закатил глаза: — Я просто делал свою работу. — Угу, — Дикки покосился на бывшего подопечного, точно на сумасшедшего пациента, — Санта-Клаус тоже так говорит. Только он дарит людям носки с подарками, а ты — проблемы. Впрочем, даже в таких ситуациях ты элегантно выглядишь. Стабильный навык. Пайн подозрительно прищурился, наблюдая за тем, как его бывший враг остановился в изножье его кровати и оперся на трость. Но сказать ничего не успел. — Если ты продолжишь спасать мир за собственный счет, — продолжил Роупер, — то к концу сезона тебя опознать будет сложно. Но возможно. Он фыркнул негромко, что должно было означать смешок и постучал тростью по полу: — Просыпайся, спящий красавец. И постарайся остаться в живых, ладно? Только перестань вести себя, как герой драмы. Хотя кого я обманываю — ты и есть ее главный герой. А я — ее лучший злодей… Видение растаяло и Джонатан открыл глаза, чувствуя, что нервы взвинчены до предела. — Чертов Роупер… — пробормотал он сквозь зубы. — И тебе не хворать, Пайн, — ехидно донеслось откуда-то из глубин сознания. Так. Надо заварить двойной эспрессо и не думать о том, что же случилось с психикой, если она выдает такое.