Часть 44

      — Эй, гляньте на тех офицеров ДК. Их вроде зовут Артур и Лилит, верно?              — Я слышал, что в первый же день они глумились над аристократом. Как их только могли взять в комитет, поддерживающий дисциплину, когда они сами её нарушают?              — Вряд ли их взяли по связям. Поговаривают, что даже несмотря на связи или благородство, в комитет набирают только самых сильных.              — Эх, жаль, что они встречаются друг с другом! Я бы определённо хотела встречаться с ним.              — А эта белая лисичка на его голове такая милая!              Посмотрев друг на друга, мы с Артом забавно фыркнули себе под нос от нелепых слов, что про нас говорят.              Зайдя в класс, мы сели за одной партой рядом с Элайджей. От постоянных шёпотов и разговоров, эхом раздающихся по классу, у меня уже заболела голова. Профессор по нашему первому предмету, основам теории магии, ещё не пришёл с утренней церемонии.              — Посмотрите-ка на этих двух голубков, ставших офицерами ДК! Думаю, теперь вы можете спокойно обниматься, ведь все знают, что вы встречаетесь.              Арт немного покраснел, но прежде чем ответить Элайдже, уверенным шагом в кабинет вошёл профессор.              Стукнув папкой по подиуму, он начал говорить:              — Итак… я понимаю, что вам многое хочется обсудить, но вот сплетничать — нехорошо. Особенно если эти люди из сплетен сидят с вами в одной комнате. — Он посмотрел в нашу сторону и подмигнул.              Наш профессор казался довольно молодым, примерно лет тридцати. Каштановые волосы с пробором подчёркивали его аккуратный стиль. Лицо было свежевыбритым, показывая его узкую челюсть. Для заклинателя, судя по палочке, он держал себя в форме.              Болтовня студентов смущённо уменьшилась, а некоторые засмеялись.              — Меня зовут профессор Авиус, и я очень рад встретиться с вами. Некоторые из вас думают, что этот предмет излишен и не нужен им, но я, напротив, считаю, что именно это заложит в вас основу для становления великими магами. Мы не будем применять заклинания, но в процессе обучения вас ждут множество опытов и интересных проектов!              На последней фразе весь класс синхронно вздохнул от того, что им придётся делать проекты. Я не знаю, что могут дать детям лет двенадцати-четырнадцати, но, думаю, будет интересно.              — Я думаю, что сегодня отличный день для лекции! Пока вы молоды, ваш мозг легче впитывает знания. Приготовьте свои тетради и ручки!              Элайджа поправил очки и достал свой новый блокнот и ручку, записав название предмета и сегодняшнюю дату.              Арт наклонился поближе и, подперев рукой подбородок, следил за профессором. Я же улеглась на парте, положив голову на руки, и приготовилась слушать.              Преподаватель взял мел и неаккуратно нацарапал тему на доске.              — Сегодняшняя тема будет посвящена сегрегации между аугментерами и заклинателями!              — В отношениях между аугментерами и заклинателями глубоко внедрена дискриминация, исходящая из того, что аугментеры по версии заклинателей — лишь «животные» и «дикари», которые сражаются, запачкав руки. — В своей речи он пальцами изображал кавычки на словах.              — И вы должны избавиться от этой дискриминации прямо сейчас. — сказал профессор, серьёзно оглядывая класс.              В толпе студентов пронёсся ропот несогласия и подтверждения.              — С точки зрения заклинателей, глупо говорить, что мы превосходим аугментеров только потому, что лучше воздействуем маной на дистанции и имеем преимущество на низких уровнях. — Профессор говорил, записывая на доске ключевые моменты.              — Когда мана-ядро, как у аугментеров, так и у заклинателей, достигает серебряной стадии, манипуляция маной становится гораздо более свободной. Между каналами и венами маны не будет различий, поскольку чистота маны из ядра позволит манипулировать маной на расстоянии и напрямую совершенно одинаково.              Элайджа яростно покивал головой словам мужчины, так как знал это потому, что я рассказала ему это.              Слушая уверенный голос учителя, я чувствовала, как он начинает мне нравиться всё больше. Он хорошо, даже отлично знал свой предмет и говорил вещи, что обычно другие оставляют невысказанными, считая их ненужными.              — Так скажите мне, если, например, два мага — аугментер и заклинатель — оба достигнут серебряной стадии, у кого будет преимущество? Я же говорю: либо они будут равны, либо, что даже вероятнее, аугментер будет иметь преимущество. — Это заявление создало ещё больший резонанс со стороны студентов.              — Прежде чем вы выскажетесь, сперва подумайте над этим. До серебряной стадии, при должном таланте и доле удачи, аугментеры и заклинатели тренируются в манипулировании маной. Тем не менее, аугментеры, начиная с пробуждения в препубертатном возрасте, тренируются в рукопашном бою, укрепляя не только таланты, но и своё тело. Как только аугментер достигнет серебряной стадии, он будет продолжать развивать дальнобойные умения, хотя, возможно, сперва будет уступать в этом заклинателю. Однако, когда аугментер достигнет вершины своего развития, дальнобойные заклинания будут получаться у него всё лучше и лучше, а навыки ближнего боя останутся на прежнем высоком уровне. Так скажите мне… заклинатели действительно более благородны и доминирующие в магии?              — Некоторые старомодные маги по-прежнему считают, что заклинатели преобладают в манипуляции маной, но директриса Синтия, наряду со многими другими влиятельными фигурами этого континента, пытаются дать вам правду. Я умоляю вас, молодёжь, запомните это. А вы, аугментеры, не зазнавайтесь, поскольку на данном этапе вы всё ещё слабее заклинателей. Заклинатели — вам я советую не киснуть по этому поводу и начать тренироваться рукопашному бою. Хотя для вас это будет сложнее из-за отсутствия способностей к укреплению тела маной, это не значит, что совершенно нет никаких способов и заклинаний для укрепления тела. — Он положил мел на стол и замолчал, оставляя нас переваривать услышанное. — Есть вопросы? — мягко сказал он, искренне улыбаясь.              Рука Элайджи сразу же поднялась вверх, и профессор кивнул ему.              — Профессор, если вы говорите правду, то как лучше снизить разницу между двумя категориями магов при достижении серебряной стадии и выше? — спросил он серьёзно.              — Хороший вопрос… Элайджа Кнайт. — Профессор посмотрел в свои записи и ответил: — Лучше всего для двух магов будет обмен предпочтениями в стилях борьбы. Заклинатели на данном этапе будут изучать, как наполнять своё тело маной так, как это делают аугментеры, а те будут больше опираться на дальний бой, состоящий из различных заклинаний.              Элайджа после ответа мужчины на его вопрос с некой благодарностью взглянул на меня. Во время нашего обучения я заставляла его выучить заклинания земли и особенно металла для укрепления тела именно ради этого. Тогда он отнекивался от этого, считая это ненужным, но сейчас, видимо, поменял своё мнение.              Студенты задали ещё несколько незначительных вопросов, когда прозвенел звонок, и мы собрались на следующий урок.              — Увидимся на обеде? — спросил Элайджа, упаковывая свою сумку.              — Конечно. Тот, кто попадёт туда первым, займёт место для других. — Арт похлопал своего друга по спине и вышел из класса. Я вышла вслед за ним и на прощание помахала нашему другу рукой.              Когда мы проходили по коридору, я чувствовала множество взглядов студентов, узнающих нашу форму. На пути к своему классу я поняла, что немногие студенты имеют питомцев. И большинство зверей не впечатляли — типа рогатой крысы, сидящей на плече у студента, но некоторые были довольно крупны и с гордостью демонстрировались учениками. Какой-то пятнадцатилетний мальчик проехал на гигантском ящере с гордо поднятым подбородком. Я не знаю, что это был за ящер, но, судя по количеству маны в ядре зверя, можно было сказать, что ящер был класса С.              Зайдя в другой класс, я отметила изменения в планировке. Комната была похожа на миниатюрную арену с платформой для сражений в центре, которую окружали барьеры и ряды сидений.              Мы забрались повыше и сели.              — Я голодна. — проворчала Сильви.              — Да, мы тоже. Но до обеда ещё далеко. Ты хочешь сама отправиться на охоту? — Сильви кивнула и с поразительной скоростью рванула к выходу. Когда дело касалось еды, она была на удивление быстра.              Класс заполнялся людьми, и через несколько минут все места были заняты. Большинство студентов были первокурсниками, но я заметила в толпе и учащихся на втором курсе.              — Могу я сесть рядом? — Я повернула голову и увидела Кейтилин в униформе дисциплинарного комитета.              — Конечно. — Я кивнула ей и подвинула Арта, чтобы освободить сиденье рядом. Она легко поклонилась и, тщательно поправляя юбку, заняла место.              — Кого я вижу! Неужели это принцесса Кейтилин и мои соперники, Артур Лейвин и Лилит! — Фейфей увидел нас и уверенно пошагал в нашу сторону.              Я по-птичьи наклонила голову, не понимая, когда мы успели стать его соперниками и в чём именно.              — Сегодня прекрасное утро. Как вам сегодняшняя торжественная церемония? — спросил он, усевшись рядом с Артом.              — Хоть сейчас уже почти обед, но всё же… с добрым утром! — Оптимистичный, толстый мужчина, носящий лёгкие доспехи, хлопнул в ладоши, привлекая внимание каждого сидящего. Он больше походил на начинающего авантюриста, чем на профессора, но, приглядевшись, я была немного удивлена, увидев его светло-жёлтую стадию ядра маны.              — Сегодня собралось довольно много студентов. Я знаю, что мой предмет популярен, и я горд этим! Меня зовут профессор Гейст. Добро пожаловать, дамы и господа, и офицеры ДК. Для меня большая честь принимать вас на моих занятиях. — Я не знаю, говорил ли он это с сарказмом или нет, но не возражала против его личного приветствия.              — Итак, практические манипуляции с маной, или ПММ, как я люблю их называть. Это означает, что всё мы будем испытывать на практике! Практика, в моём определении, означает повторение по примеру, ведь лучше сначала увидеть то, что будешь тренировать, верно? — Его глубокий бас гремел по всему классу, будя всех, кто ещё был сонным, включая меня.              — Я понимаю, что большинство из вас первогодки и совсем недавно пробудились. Хотя всё больше и больше родителей начинают обучать своих детей самостоятельно сразу же после пробуждения, прежде чем отправлять сюда. Однако ради равенства я буду считать, что вы все первокурсники и новички в манипуляции маной. Конечно, с некоторыми исключениями, такими как четверо сидящих здесь персон. — Он указал на нас четверых и подмигнул.              — Я уверен, что всем, включая меня, любопытно узнать уровень способностей нашего нового дисциплинарного комитета. Они ведь будут защищать студентов нашей академии. — Несколько криков из зала подтвердили его слова.              Я внутренне вздохнула, поняв, что профессор станет настоящей занозой в заднице. Даже на лице безэмоциональной Кейтилин пронеслось досадное подёргивание бровью, а вот Арт себя не утруждал скрыванием недовольства и досадно хмыкнул.              — Хм! Ну если профессор Гейст настаивает, то я стану добровольцем от имени ДК и продемонстрирую способности нашей группы, набранной лично директрисой. — Фейрих встал со своего места и гордо положил руку на сердце.              — Ха-ха! Так держать! Ты ведь Фейрих, верно? Спускайся на сцену.              Фейрих изящно спрыгнул со своего места на сцену, стоящую в центре аудитории. Некоторые девушки аплодировали ему, а парни лишь обиженно фыркали.              — Хм, если я прав, то ты заклинатель на светло-оранжевой стадии с водной специализацией, верно? Очень хорошо для пятнадцатилетнего, даже для эльфа. — сказал профессор, изучая эльфа.              — Верно! И судя по тому, что я не могу почуять ваш уровень маны, то вы сами более высокого уровня, чем я. Для меня большая честь учиться у вас. — Фейрих был очень хорошо воспитан, но его лёгкий оттенок высокомерия как бы намекал, что даже несмотря на высокий уровень профессора, он бы с ним сразился.              — Ещё бы, я же на светло-жёлтой стадии! Но чтобы сражение было справедливым, я буду использовать только дальнобойные атаки. — Он достал двуручный меч из пространственного хранилища где-то за спиной и запрыгнул на сцену.              Фейрих хотел было возразить, но профессор Гейст поднял руку.              — Пожалуйста… если я проиграю, то у меня хотя бы будет оправдание. — Гейст подмигнул эльфу, и другие студенты засмеялись.              Он говорил искренне, но я думаю, что он был уверен в победе против Фейриха даже с таким ограничением.              — Фейрих проиграет. — тихо сказала Кейтилин.              — М-да? И почему же? — Мой немного заинтересованный взгляд встретился с её холодным голубым. Она смотрела на меня недолгое время, но потом отвернулась, так и не ответив.              — Позвольте мне сперва создать барьер, чтобы снаряды маны не попали в аудиторию. — Профессор пробормотал несколько заклинаний, и пространство вокруг арены тускло засветилось.              — Начнём же! — Он ухмыльнулся, когда Фейрих достал свою палочку и приготовился к заклинанию.              — Водяной Змей! — Поток воды закружился вокруг Фейриха и вскоре принял форму гигантского змея.              — Потоп! — Эльф мгновенно призвал ещё одно заклинание после создания водяного змея, и наверху арены образовался водяной слой, в который влетел змей. Заклинание довольно высокого уровня, которое использовали маги для создания более выгодных для них условий на поле боя.              — Огненный шар. — Профессор Гейст просто выстрелил огненным шаром, но тем не менее сумел застать меня немного врасплох. Это заклинание было низкоуровневым, которое знали все аугментеры, но пламя в ладони профессора было синим. Меня поразило то, что аугментер смог изменить свойства огня, когда даже самые умелые заклинатели могли это воспроизвести с трудом.              Ярко-синий огненный шар вылетел из руки профессора в сторону Фейриха, который понятия не имел, насколько сильно это заклинание было на самом деле.              — Я думал, что вы сделаете что-нибудь получше, профессор! — Фейрих уверенно поднял свою палочку и начертил в воздухе символ, на месте которого из земли поднялась плотная стена воды.              Как только огненный шар попал в водяную стену, через поднявшийся пар трудно было заметить, как пламя, уменьшившееся, но всё ещё горящее, всё-таки долетело до моего коллеги, члена ДК.              Фейрих в последний момент понял, что шар попадёт в него, но не успевал своевременно отреагировать и создать ещё один слой воды, чтобы минимизировать урон.              — Уф-ф! — Шар из огня, размером не больше ногтя, тем не менее прожёг дыру в специальном защитном костюме Фейриха и повалил его на спину.              Профессор Гейст широко улыбнулся и жонглировал двумя синими шарами.              — Ты сдаёшься?              — Д-да… я сдаюсь. — Фейрих с низко опущенной головой и мокрой униформой, сгорая от стыда, добрался до своего места.              Студенты начали бубнить о том, что ДК не столь силён и что вряд ли мы сможем защищать их на самом деле.              — Ты неплохо выступил, Фейрих. — сказал Арт, погладив эльфа по спине и таким способом иссушив его огненной маной. Я кивнула словам Арта, но в голове крутилась мысль: зачем профессор затеял все эти бои? Профессор пытался выставить нас дураками? Или он лишь хочет повысить свою самооценку, отыгрываясь на учениках?              — Кто-нибудь ещё хочет стать добровольцем? — заявил профессор, глядя на меня, Арта и Кейтилин. Арт собирался поднять руку, но Кейтилин опередила его, встав с места и говоря:              — Пожалуйста, проверьте и меня. — И после этого легко спрыгнула на арену.        бечено