Часть 39. Пеппер и Тони

— Счастливого полёта! — Пеппер подмигнула мистеру Карлсону из Carlson Electronics, когда его машина начала выезжать с парковочного места. Она заметила, что он даже не смотрит на неё, как будто не смотрел всё то время, что они провели в лифте вместе, и задумалась, действительно ли это будет такая выгодная сделка, которая поможет CИ закрепиться на этом рынке. После обсуждения на прошлой встрече компания Carlson Electronics показалась ей подходящим вариантом, но ей не понравилось, что владелец обращался с ней как с высокооплачиваемой секретаршей! Она была генеральным директором, и все это знали! Он был настолько наглым, что потребовал соединить его с Тони, и после пятиминутных попыток поговорить с этим парнем она уже была готова согласиться. Этот парень был раздражающим, невежественным и не особо умным. Тони бы с ним повеселился. Пеппер тяжело вздохнула. Она несколько секунд смотрела вслед машине, чтобы убедиться, что он уедет, а потом перестала притворяться. Её улыбка исчезла, и она снова вздохнула. Она устала. Разговор прошёл не так, как она хотела, и она злилась на Тони за то, что он не отвечал на её звонки. Когда она блокировала звонки, ей всегда казалось, что она упустит что-то важное, и это выводило её из себя, но она не могла позволить себе раздражаться на встрече с потенциальным союзником, который уже не считал странным, что генеральным директором стала женщина. Ральф, её новый помощник, раскрыл зонт и накрыл им голову Пеппер. Прелестно. Снова пошёл дождь, а она даже не заметила. — Спасибо, Ральф, — сказала она, оборачиваясь и глядя на вход в Башню. Она видела, что Хэппи стоит прямо за стеклянной дверью и явно недоволен её решением выйти только с Ральфом. Он смотрел на неё, нахмурившись, но даже её кивок не помог ему расслабиться. — Не за что, — Ральф улыбнулся и зашагал в ногу с ней обратно ко входу, но тут что-то привлекло её внимание. Она остановилась. Ральф, всегда такой внимательный, остановился рядом с ней. — Всё в порядке, мисс Поттс? Она кивнула, но её внимание было приковано к маленькой фигурке, едва заметной за большим деревом перед входом в Башню. Она видела его всего несколько секунд, и было бессмысленно думать, что это мог быть Питер, но в то же время… Маленькая фигурка, которая повернулась к ней спиной и попыталась заглянуть в вестибюль Башни Старка, была очень похожа на Питера. Не успела она опомниться, как в её руке уже был телефон. Звонок Тони не требовал её внимания, поэтому она сосредоточилась на мальчике за деревом. Его рубашка, казалось, уже промокла, хотя он стоял под деревом. Как долго он был на улице? Она не думала, что Тони позволит мальчику разгуливать по Башне, не говоря уже о том, чтобы он вышел за её пределы. Её звонок Тони был отклонён. Снова. Она мысленно выругалась и пообещала себе, что на этот раз Тони за это заплатит. Не туфлями или сеансом в спа-салоне, нет, она придумает что-нибудь поиздевательственнее. Ральф молча стоял рядом с ней, но она чувствовала, что он нервничает. Шел дождь, и он держал над ней зонтик, промокнув насквозь. — О, мне так жаль, Ральф., — она схватила его и втянула под свой зонт. Молодой человек вскрикнул от неожиданности. Он недавно устроился на работу, и ему бы никогда не пришло в голову такое сделать. — Всё в порядке, мисс Поттс, правда. Я просто… — Ерунда, — она покачала головой. Мальчик под деревом выглядел так, словно тонул. Его каштановые волосы, обычно вьющиеся, были гладко зачёсаны назад. Он поднял плечи, как будто ему было холодно. Это не мог быть Питер. Ему бы даже не разрешили покинуть Башню, не говоря уже о такой погоде. Но она знала, что это Питер. Она знала это так же хорошо, как и то, что именно по этой причине Тони не ответил на её звонок. Она снова выругалась про себя. Затем она шагнула вперёд. Сделав несколько длинных быстрых шагов, она оказалась позади мальчика, и это действительно был Питер, без всяких сомнений. Он стоял там, пытаясь спрятаться за деревом и в то же время не промокнуть ещё сильнее. Его взгляд был прикован к... Хэппи, который всё ещё стоял в вестибюле и смотрел на Пеппер так, словно она сошла с ума. Затем он заметил мальчика перед ней, который пытался не привлекать внимания Хэппи, и на этот раз он выглядел таким же расстроенным, как Пеппер, когда ей приходилось иметь дело с выходками Тони. — О боже, — подумала она, — теперь их у меня двое! Раньше она об этом не задумывалась, но, стоя позади Питера, который всё ещё пытался спрятаться от Хэппи, она увидела это. Они были как две капли воды похожи друг на друга. Или что-то в этом роде, и ей всегда приходилось быть самым здравомыслящим человеком в этой семье. Она не знала, нравится ли ей эта мысль. — Питер? Он не пошевелился. Ни на миллиметр. Он даже перестал прятаться за деревом, и она могла поклясться, что слышала, как он перестал дышать. — Питер, милый? Всё в порядке? — Ральф посмотрел на Пеппер так, словно она сошла с ума, раз разговаривает с незнакомым ребёнком перед Башней, но ему хватило ума ничего не сказать. Питер медленно оглянулся через плечо. Его глаза были широко раскрыты. Он выглядел напуганным, подумала Пеппер, и у неё замерло сердце. Он боялся её? Или кого-то другого? Почему он не в Башне? Почему он стоит здесь под дождём и с каждой минутой промокает всё сильнее? — О, привет, мисс Поттс, —его голос звучал странно, хотя он и пытался изображать счастливого мальчика, к которому она уже начала привыкать. Тони был бы рад видеть милого и дружелюбного мальчика почаще, но вместо этого он видел только тихого и угрюмого. — Что ты здесь делаешь? — Она шагнула вперед и положила руку Питеру на плечо. Она была права. Его рубашка промокла, и она чувствовала, как он дрожит под ее рукой. Ральф попытался прикрыть её от дождя, но она не позволила. Прежде чем мужчина успел что-то сказать, она выхватила зонт у него из рук и накрыла им голову Питера. — Ральф, ты можешь идти внутрь. Бесполезно, если мы все промокнем. — Мисс Поттс, я могу… Она жестом показала ему, чтобы он уходил, и, поскольку он только начинал работать с ней и легко поддавался влиянию, он подчинился. Она проследила за ним в вестибюле и увидела, что он разговаривает с Хэппи, затем повернулась и посмотрела на Питера. Который и правда был похож на утопающего котёнка. — Питер, милый, почему ты гуляешь в такую погоду и где Тони? — Я... — Его голос слегка дрогнул. Она увидела, что его губы посинели, а лицо становилось всё бледнее. Она поняла, что дело не только в погоде. Дело было в другом. — Я был... Она подошла к нему вплотную и осторожно обняла. Она знала, что ему не нравится такое внимание с их стороны, и могла его понять. Они всё ещё были ему незнакомы, а объятия незнакомца не так успокаивают, как объятия родных и друзей. Она видела, как Тони улыбнулся, когда мальчик наконец обнял его, и чувствовала, каким напряжённым может быть Питер, если не хочет, чтобы его обнимали. На этот раз он стоял неподвижно, потом его начало трясти, а потом он обнял её в ответ, и она почувствовала, какой он холодный. — Пойдём внутрь, милый, — не дожидаясь ответа, она подтолкнула его к входу, где их ждал Хэппи, молча злившийся из-за чего-то. Из-за Пеппер, которая была снаружи без охраны, или из-за Питера, который вообще был снаружи, она не могла сказать, но знала, что он объяснит ей причину, как только они окажутся внутри и она снова высохнет. Дверь открылась и закрылась за ними, и не успела она ничего сказать, как Ральф вернулся. В руках у него было два толстых одеяла, и он выглядел так, будто боялся Хэппи, который одобрительно кивнул. — Спасибо, Ральф, — она улыбнулась молодому человеку, взяла одно одеяло и накинула его на дрожащие плечи Питера. В следующее мгновение она почувствовала, как второе одеяло ложится ей на плечи. Это была работа Хэппи, и он не выглядел так, будто смирится с её отказом. Она благодарно кивнула. Затем она подвела Питера к личному лифту, дверь которого уже открыла Пятница. Когда Хэппи попытался войти в кабину, Пеппер остановила его, подняв руку и слегка покачав головой. — Я справлюсь, Хэппи, спасибо. Он выглядел так, будто хотел возразить, но, к счастью, Пятница всё предотвратила. Дверь лифта закрылась прямо перед ним. Пеппер почувствовала, как кабина тронулась с места.   +++   По дороге в пентхаус Питер вёл себя тихо, и Пеппер не трогала его. Время от времени она поправляла одеяло, чтобы Питеру было теплее, но, взглянув вниз, она увидела лужу, в которой он стоял, и поняла, что все её усилия напрасны. Когда кабина остановилась и Пятница открыла дверь, она увидела, как промокший мальчик пытается взять себя в руки. Она заметила, что он перестал дрожать как осиновый лист, его губы сжались, а зубы перестали стучать. — Боится, — подумала она, — он боялся того, что будет дальше. Она обняла его одной рукой. — Пойдём согреемся, милый, — сказала она самым нежным голосом, пытаясь убедить его, что пока он с ней, ничего плохого не случится. Мальчик тихо кивнул. Его взгляд был устремлён в пол. Он не двигался, пока Пеппер не разрешила, но она чувствовала, что он оглядывается по сторонам в поисках... Тони? Или кого-то ещё? Она не была уверена. Она остановилась перед комнатой, в которой он остановился, а не перед комнатой Алессандро, как она напомнила себе, и всё ещё сомневалась, что решение Тони было правильным. Она повернулась к нему. Он выглядел таким бледным, мокрым, замёрзшим и совершенно несчастным. Её сердце едва могло вынести то, что он стоял там и выглядел таким... побеждённым? Разве это не так? Она не была в этом уверена. Напуганный, разыскиваемый Тони и побеждённый. Что же произошло? Она хотела задать вопрос. Ей очень хотелось его задать, но у неё было более чем достаточно опыта общения с Тони, и она знала, что в такие моменты он не отвечает. Нет, ему всегда нужно время, чтобы расслабиться, но если она будет осторожна, то выведает у него правду, а заодно и у Питера. — Ты совсем замёрз! — сказала она вместо того, чтобы задать вопрос. Одной рукой она убрала с его лица слишком длинные, как она уже не раз замечала, волосы. Кончиками пальцев она чувствовала его холодные, всё ещё влажные щёки. Их взгляды встретились, и он выглядел… задумчивым. Так и должно было быть, или нет? — Что скажешь? Иди и прими самый долгий и горячий душ, какой только может принять парень, а потом мы встретимся в гостиной и посмотрим фильм. Может быть… — Она игриво улыбнулась ему, но знала, что он не ответит ей тем же. — …может быть, ты даже уговоришь меня приготовить мой знаменитый горячий шоколад. Что скажешь? Некоторое время он молчал. Его глаза были широко раскрыты, но в то же время он выглядел растерянным. Она даже не была уверена, что он её услышал. — Он разозлится на меня, — прошептал Питер, когда она снова захотела заговорить. — Кто? — Мистер Старк. Я сбежал. Ей пришлось его обнять. Она не могла поступить иначе.  Просто не могла. Она притянула его к себе и обняла так крепко, что это было уже слишком, но в то же время недостаточно. Она почувствовала, как он снова задрожал. Холод от его одежды и от его собственного тела проникал сквозь её одежду, он был очень холодным и чертовски мокрым. Её это не беспокоило. Она готова была обнимать его вечно, если от этого ему станет лучше, и она чувствовала, как его дрожь утихает. Он обнял её в ответ. Пеппер не знала, сколько времени они простояли вот так. Это могли быть секунды или минуты, но этого времени ей хватило, чтобы тоже оцепенеть. — Он не разозлится, милый. Питер кивнул, по-прежнему уверенный в этом. — Ты вернулся. Это всё, на чём он будет сосредоточен. Ты вернулся. Дрожь прекратилась, как будто всё в Питере задумалось об этом и перестало трястись. — Но я всё равно сбежал. Он будет разочарован, потому что я нарушил правило. Она не смогла сдержать смешок. — Ты уже познакомился с Тони? Если он что-то и умеет делать, так это нарушать правила. Думаю, он делает это нарочно. Даже если он понимает, что это неправильно, как только кто-то устанавливает для него правило, он его нарушает. Это у него в крови, — она покачала головой и снова обняла его. — Нет, Питер, ты вернулся. Это самое важное. Он ей не поверил; она видела это по тому, как он начал держаться после того, как они перестали обниматься, — так, словно от этого зависела его жизнь, но это было нормально. Он поймёт это, как только увидит Тони. А может, и нет. Тони не только нарушал правила, но и был вспыльчивым, и побег Питера выведет его из себя, так что, возможно, он не будет злиться на Питера, но Питеру будет казаться, что злится. Помня об этом, она понимала, что должна найти Тони до того, как Тони найдёт Питера. Или же она должна была оказаться там, где они оба встретятся, чтобы предотвратить то, чего не хотел ни один из них. — Всё будет хорошо. Ты меня слышишь? Ты сделал что-то плохое, но всё будет хорошо. Ничего не случилось, никто не пострадал. Тони не будет на тебя злиться. Поверь мне, — произнося эти слова, она хотела его успокоить, но видела, что что-то в её словах снова заставило его напрячься. Он пытался что-то скрыть от неё, но у него это плохо получалось. Как и Тони, — мелькнула у неё мысль. Он был в точности как Тони. Она снова быстро обняла его, а затем показала ему его комнату. — Прими душ. Надень что-нибудь тёплое и удобное, а потом найди меня на кухне. Она увидела, как он кивнул, а затем медленно вошёл в свою комнату. Дверь закрылась за ним. Она вздохнула. Она раньше этого не замечала, но всё это время была напряжена не меньше Питера. Он ушел. Он снова ушел. Тони, должно быть, сейчас так напуган. Так напуган. Вот почему он не ответил на её звонок, когда она пыталась дозвониться до него, потому что был вне себя от желания найти Питера. Она покачала головой. Она могла его понять, ведь она бы тоже испугалась. Она бы сошла с ума, если бы Питер снова исчез. Она это знала, и Тони это знал. Она снова вздохнула. — Пятница, ты дашь мне знать, если ему что-то понадобится? Или если что-то пойдёт не так, пожалуйста? — Сделаю, леди босс. Не было времени стоять перед комнатой мальчика и размышлять о том, что уже произошло. Её одежда промокла, и она всё ещё была в рабочей форме, которая не располагала к «комфорту и теплу», но она хотела быть такой для Питера, когда он снова выйдет из своей комнаты. Поэтому она развернулась и побежала в комнату, которую делила с Тони, не для того, чтобы принять душ, на это не было времени, а чтобы переодеться. И тогда она увидела это на одном из своих рукавов. Она не чувствовала этого раньше, потому что Питер был весь мокрый, и она думала, что всё дело в воде, но когда она сняла блузку, то увидела это. Красные пятна на её коже. Кровь.   +++   Тони казалось, что он вот-вот сойдёт с ума! Полёт домой после звонка Пеппер, казалось, длился целую вечность. Он не мог понять, почему Пятница не позволила ему управлять полётом, как он хотел, а вместо этого чёртов ИИ сказал что-то о мерах безопасности и взял управление на себя. Ему оставалось только стоять в этом дурацком костюме и ждать. Он ждал, когда Пеппер ответит на его следующий звонок, но она этого не сделала. Он ждал от неё какой-то дополнительной информации, кроме «Питер сейчас в душе, босс», когда спросил, что происходит в пентхаусе. Ему показалось, что дорога до Башни заняла несколько часов. Ради всего святого, он не удивился бы, если бы Роджерс и его друзья, которые «гуляют по городу», добрались до Башни быстрее него. И разве это не давало ему ещё один повод для беспокойства? Одна только мысль о том, что Барнс с его не таким уж и тайным оружием, спрятанным под курткой, может оказаться в Башне раньше Тони, заставляла его нервничать. Не помогало и то, что Пятница сообщила ему, что отступники всё ещё стоят на месте преступления и разговаривают с полицией. — Пятница, сколько ещё ждать? — Зачем он вообще установил протоколы переопределения? Зачем? И почему он решил, что это отличная идея — поставить перед Пятницей главную задачу: сделать всё возможное, чтобы он был в безопасности? Разве главная задача не состоит в том, чтобы как можно быстрее доставить его в Башню? Ему нужно было подумать об этом. Нет, не нужно. Ему следует изменить её протоколы, как только… — Приземлимся через три минуты, босс. Три минуты! Звучит не так уж плохо. Звучит ужасно. Он отсутствовал не так долго, чтобы лететь обратно так долго. — Нам понадобилось 8 минут, босс, — сказала ему Пятница. Похоже, его малышка знала, о чём он думал. — Мы получим несколько жалоб на превышение скорости. Жалобы на превышение скорости и полёты в черте города? Это что-то новенькое. — Откуда кто-то из городского департамента знает, с какой скоростью я летел? Пожалуйста, только не говорите, что они установили радар без моего ведома! —Леди босс просила меня сообщать ей каждый раз, когда вы летите со скоростью более шести тысяч миль в час. — Леди босс? Ты имеешь в виду Пеппер? Ты стучишь на меня Пеппер? — Он фыркнул. — Пятница, а я-то думал, что я твой самый любимый человек на свете! — Вы мой любимый человек, босс, и, чтобы сохранить вам жизнь, я пришла к выводу, что работать с леди боссом — всегда хорошая идея, — он услышал улыбку в её голосе, но прежде чем успел ответить, он наконец оказался в Башне и его ноги коснулись земли. Он бросился бежать, на ходу сбрасывая с себя остатки костюма. Как только он освободился, он перепрыгнул через последние несколько ступенек и уже направлялся к открытой двери в пентхаус, когда заметил Пеппер, стоявшую у входа в одежде, которую она надевает, когда ей нездоровится и не нужно выходить из дома в ближайшие несколько часов. — Пеп, как... Она остановила его вопрос одним движением головы, а затем подошла к нему и бросилась в объятия. И это была не просьба обнять — она просто застыла в его руках, лишь дыша. — Пеп? — Всё в порядке, — прошептала она. — Всё хорошо. Ты должен сохранять спокойствие, Тони. Его сердце снова забилось быстрее. — Это не очень помогает, милая. Она слегка рассмеялась. — Я знаю. Я знаю, — она покачала головой, но не отстранилась от него. — Я просто… Тебе действительно нужно сохранять спокойствие. — Что случилось? С ним всё в порядке? Она кивнула, снова покачала головой и слегка вздохнула. Это очень сбивает с толку. Пеппер никогда не сбивала его с толку. Она всегда была единственным человеком в его жизни, который не сомневался, всегда точно знал, что и когда делать, но не сейчас. — Что случилось? — он вспомнил, что Пятница сказала ему, что Питер принял душ. Зачем ему было принимать душ? На обратном пути дождь лил как из ведра, не так ли? — Я не знаю, — она пожала плечами. — Я нашла его на улице. Он промок до нитки и дрожал от холода. Он был снаружи, как и думал Тони. Нет, как и знал Тони, потому что его не было в Башне. Когда она его нашла? Почему его не нашла Пятница? Как давно это было? Почему Пятница его не предупредила? — Но с ним всё в порядке, — добавила она. — Я думаю. Он кивнул. Это прозвучало успокаивающе, но на самом деле это было не так. — Ты думаешь? Что ты имеешь в виду? Почему ты мне не говоришь? Он услышал, как она вздохнула. Затем ещё раз. — Когда я его нашла, он был весь мокрый и замёрзший, и я сразу отвела его в пентхаус. Мы немного поговорили, он переживал, что ты на него разозлишься… — Он прав. Я сейчас так на него злюсь! Я запрещу ему выходить из дома навсегда и установлю на него маячок, хочешь ты этого или нет! Она проигнорировала его. — ...Я сказала, что ты не будешь злиться. Ты будешь только рад, что он вернулся, и это его немного успокоило, — она снова вздохнула. — Я обняла его и сказала, чтобы он принял душ и согрелся. Потом я пошла переодеваться, потому что после объятий я тоже промокла и хотела... — Она замолчала. Ей не нужно было объяснять ему, почему она сняла идеальную юбку-карандаш, в которой была, когда он видел её в последний раз, всего несколько часов назад. Тогда она выглядела великолепно, элегантно и впечатляюще, как хозяйка мира. Ему нравилось, как она выглядит, но больше всего ему нравилось, как она выглядит сейчас — непринуждённо, тепло и уютно. Она надевала эту одежду только дома, когда чувствовала, что ей не нужно надевать доспехи, чтобы встретиться лицом к лицу с миром. Ему нравилось, что дома она чувствует себя именно так. — Тогда-то я и обнаружила кровь. Его сердце остановилось. Его разум остановился. Всё в нём остановилось. — Тони? — Он… он ранен? — Он сразу понял, что это не её кровь, потому что в таком случае она бы так не реагировала. Нет, это должна быть кровь Питера. Питера, которого сейчас нет рядом с ними. Кто принял душ? Зачем он принял душ? Почему они до сих пор не в медотсеке? Почему он не соблюдает постельный режим? Почему они сейчас не стоят и не разговаривают с врачами? — Тони! Пеппер сказала что-то ещё, но он был погружён в свои мысли и не услышал её. Теперь она хмуро смотрела на него. — Ты должен взять себя в руки прямо сейчас! — Она сверкнула на него глазами. Взять себя в руки? Что она имела в виду? Он был сам не свой! Он думал о Питере, чёрт возьми! — Он ранен? — Он спросил ещё раз, потому что не мог вспомнить её ответ, если она вообще ему что-то говорила. Она кивнула и пожала плечами. — Где? Что случилось? — Я не знаю. Он мне не сказал. Тони уставился на неё. Питер не сказал ей, где он поранился? Или как? Почему он не сказал? Он ничего не понял и не собирался мириться с этим ни минуты. Но прежде чем он успел обойти Пеппер, чтобы подойти к ребёнку, она встала у него на пути и покачала головой. — Ясно, что он не хочет, чтобы мы знали, Тони, — она посмотрела на него так, будто это было важно. Он нахмурился. — Он не хочет, чтобы мы знали, что он ранен? Зачем ему это, Пеп? Мы просто хотим… — Я знаю. Я знаю, Тони! — Она фыркнула. — И это чертовски расстраивает, но он не хочет, чтобы мы знали, и он пытался скрыть это . — Но почему? Мы не те, кто причинил ему боль! Мы те кто хочет помочь ему и... Она снова перебила его. — Я знаю! Но он этого не знает. Он нам сейчас не доверяет. Не так, как должен бы, потому что он нас не знает. Если ты пойдёшь туда и будешь требовать ответов, это сейчас не поможет. Ты должен действовать осторожно. — Я могу. Я могу сделать это аккуратно. Её улыбка выдала её мысли задолго до того, как она успела что-то сказать. — Тони, я знаю, что он тебе небезразличен. Я знаю, что ты перевернул бы мир с ног на голову, чтобы найти того, кто причинил боль Питеру, и привлечь его к ответственности. Я знаю это, но Питер сейчас тебе не доверяет и боится, что ты разозлишься на него за то, что он покинул Башню. — Он прав. Я злюсь на него за то, что он снова покинул Башню, и хочу знать, как ему это удаётся. Невероятно, как четырнадцатилетнему мальчику удаётся перехитрить мой ИИ и меня. Так что я злюсь, но ему больно, и мне нужно… — Да, именно так. Тебе нужно. Тебе. — Она посмотрела на него и дала ему понять, что на этот раз дело не в нём. Дело в Питере. — Он не хотел, чтобы мы знали, что он ранен, но там была кровь. Пеп, я… мы не можем не знать… — Его голос дрогнул. — Я позволила Пятнице просканировать его, — объяснила Пеппер. — Пока он был в душе, она ничего не смогла обнаружить, но потом, когда Питер вошёл в гостиную, она заметила небольшой порез на его боку и несколько синяков на руках и груди. — Порез на боку? От чего? Пеппер сглотнула, как будто тоже не хотела, чтобы он знал. — Пятница сказала, что, похоже, его порезали коротким и острым предметом. — Коротким и острым? Как нож? Его порезали ножом? Кто-то ударил его ножом? — После этих слов Тони уже не мог стоять на месте. Он обошёл её и вбежал в пентхаус через открытую дверь. Он услышал доносившиеся из гостиной голоса и какую-то драматическую музыку. Фильм. Очевидно, Пеппер и Питер смотрели фильм, и пока она сообщала Тони новости, Питер продолжал смотреть, как ни в чём не бывало. Тони побежал прямо к нему. Позади он слышал почти бесшумные шаги своей женщины, но не стал её дожидаться. Он вошёл в гостиную, увидел, что фильм на экране резко оборвался, а затем заметил Питера, сидевшего на диване под одеялом и не сводившего глаз с экрана, но, поскольку фильм закончился, а Питер не отвёл взгляд, было ясно, что он не смотрит. Вместо этого он сидел и ждал. Ждём, когда Тони выйдет из себя. Что он и сделал. О, он действительно это сделал. Кто-то порезал его сына. Кто-то, кому очень хотелось умереть, порезал его сына, а тот просто сидел на диване, застыв, но дыша и глядя, как олень в свете фар большого и уродливого грузовика. Он не пошевелился. Он сидел и смотрел на выключенный экран. Его руки лежали на краю одеяла, он ёрзал, явно нервничая, но тихо. Чертовски тихо. — Он знает, что я знаю, — подумал Тони. — Значит, Пеппер сказала ему, что она знает? Они говорили об этом? Он сказал ей, кто это сделал? Почему она мне ничего не сказала? Ах да, точно. Он не стал дожидаться, пока она расскажет ему подробности. Он просто услышал, что его сына ранили ножом, и сбежал. Как и всегда. Как и всегда это делал. И что теперь?