Часть 2. Академия и новые друзья

      Утро в Академии Вондерболтов начиналось тихо. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь высокие окна, окрашивали коридоры в тёплые золотисто-янтарные оттенки. Радуга проснулась рано, едва слышно ворочаясь в своей постели. За ночь она привыкла к новой комнате, к новой соседке — Блейз, которая уже тихо собиралась на утреннюю тренировку. — Доброе утро, — сказала Радуга, потягиваясь. — Доброе, — кивнула Блейз, перебирая свои спортивные вещи. — Я почти готова. А ты как? Спала хорошо?       Радуга кивнула, но мысленно уже прокручивала события вчерашнего дня: расселение, знакомство с новой жизнью, первые впечатления о кампусе. — Всё хорошо, — ответила она вслух, но внутри вновь возникло лёгкое напряжение. — Мне просто… интересно всё это. Академия огромная, а я здесь совсем недавно.       Блейз улыбнулась: — Не волнуйся, скоро привыкнешь. А сейчас лучше позавтракай, тренировка через час.        Кафетерий был наполнен лёгким гулом голосов, запахом свежеиспечённого хлеба и горячего кофе. Радуга заметила, как многие ученики переглядываются, обсуждая новости: кто с кем дружит, кто новичок, а кто уже второй год в академии. Ей стало немного не по себе: она ещё не привыкла к этой новой социальной динамике. Радуга обратила внимание на одного из студентов — высокого парня с аккуратно уложенными, каштановыми волосами и карими глазами, которые, казалось, считывали каждое её движение. Он внимательно наблюдал за ней, пока она брала тост и сок. — Привет, — сказал он, слегка приподняв подбородок, словно боялся показаться навязчивым. — Ты ведь новенькая? — Эм… да, — Радуга неловко улыбнулась, держа в руках стакан с соком. — Только вчера заселилась. — Я так и думал, — он усмехнулся. — Я Ривер. Второй курс, спортивное направление, если вдруг пригодится помощь — можешь на меня рассчитывать. — Радуга, — представилась она, всё ещё немного смущаясь. — Спасибо, но вроде пока справляюсь. — Справляешься? — он чуть наклонился, шутливо прищурившись. — Знаешь, с твоим именем грех не быть быстрой.       Радуга хмыкнула, отпив сок: — И остроумной, как молния. — Тогда мы точно подружимся, — сказал он, улыбнувшись чуть шире. — Здесь иногда скучно без людей, у которых есть характер.       Он говорил уверенно, но без наглости — и это ей понравилось. Было ощущение, что он не просто флиртует, а действительно хочет её узнать. Когда она встала, чтобы уйти, он мягко добавил: — Увидимся на стадионе, Радуга.       Она только усмехнулась, и отходя, подумала:       «Вот же, нашёлся ещё один самоуверенный спортсмен…»        Радуга уже почти вышла из столовой, когда на секунду обернулась — и заметила взгляд. Соарин стоял у двери, будто просто проходил мимо… но она видела по глазам — он всё видел. Он не выглядел злым, скорее — настороженным. Сдержанным. — Доброе утро, — спокойно сказал он, делая шаг ближе. — О, Соарин, привет, — быстро ответила Радуга, будто ничего необычного не произошло.       Он на миг задержал взгляд на столе, где всё ещё стоял стакан Ривера, потом снова посмотрел на неё. — Новых друзей уже завела? — Просто познакомились, — отмахнулась она, чувствуя лёгкое волнение в груди. — Понятно... — кивнул он. — Ну что ж, у тебя это быстро получается.       Радуга прикусила губу — она не знала, пошутил он или действительно ревнует. — Не начинай, ладно? — тихо сказала она.       Он опустил взгляд, усмехнулся краем губ, но всё ещё не отпускал тему: — Я и не начинаю. Просто… помни, ты теперь часть команды. И некоторые «друзья» любят путать поле с ареной для флирта.       Она приподняла бровь, скрестив руки: — А ты, похоже, ревнуешь!       Соарин хмыкнул, шагнув мимо: — Не ревную. Просто наблюдаю.       Но когда он проходил мимо неё, его рука едва коснулась её локтя — коротко, почти незаметно, как подтверждение: «Я всё равно рядом».        После завтрака начались занятия. Радуга шла по коридорам, слушая шаги Соарина позади. Он держался немного отстранённо, как всегда, когда рядом был кто-то ещё. Её взгляд случайно встретился с глазами Ривера, и она почувствовала странное, едва заметное волнение — лёгкое любопытство и лёгкую тревогу одновременно.        На уроке тактики тренеры подробно объясняли принципы взаимодействия на поле. Радуга старалась сосредоточиться, но её отвлекали мысли о новом знакомом, о том, что завтра она и её группа будет на уроке самого зама Спитфайр — Соарина. После уроков.        Солнце медленно опускалось за крышу академии, Радуга всё ещё стояла у ворот, будто не спеша возвращаться в общежитие. День был долгим, насыщенным — первый день в новой жизни. — Радуга, — тихо позвал знакомый голос позади.       Она обернулась. Соарин стоял чуть в стороне, но взгляд у него был уже не деловой, а живой, мягкий. Он кивнул в сторону аллеи, ведущей к парку. — Пойдём немного прогуляемся?       Радуга кивнула, не задавая лишних вопросов. Внутри что-то приятно кольнуло — это было странное чувство: и привычное, и запретное. Ведь никто здесь не должен был знать, что они вместе. Они шли по узкой дорожке между деревьями. Над головой шелестели ветви, а свет фонарей ложился мягкими пятнами на асфальт. Никто не спешил говорить. Это молчание не было неловким — наоборот, в нём чувствовалось облегчение. Наконец, у фонтана, где вода тихо плескалась, Соарин остановился и сел на лавочку. Он провёл рукой по лицу и с усталой улыбкой посмотрел на неё: — Как ты? Первый день — не слишком вымотал?       Радуга пожала плечами и села рядом. — Немного… но всё равно не верится, что я здесь. В академии. Среди вас. — Среди нас? Ты будто не замечаешь, что уже сама стала частью этого места. — Ну, может быть, — тихо усмехнулась она. — Но пока что, я просто новенькая.       Он повернулся к ней, изучая выражение лица — то самое решительное, живое, в котором всегда скрывалось что-то большее. — Ты не просто новенькая, — тихо сказал он. — Ты та, ради кого стоит задержаться здесь подольше.       Радуга подняла глаза. В этом взгляде — всё: и благодарность, и нежность, и лёгкий укол тревоги. Ведь даже простое слово между ними могло вызвать бурю слухов. — Соарин… — начала она, но он слегка покачал головой, приближаясь.       Мир будто затих. Только лёгкий шум воды и редкий шелест ветра. Он склонился чуть ближе, коснулся губами её губ — коротко, осторожно, но в этом поцелуе было всё: тоска, тепло, тайна и уверенность, что несмотря ни на что — они всё ещё вместе. Она чуть отстранилась, сердце бешено колотилось. — Это… — прошептала она, улыбаясь сквозь затруднённое дыхание. — Это что, обновление наших отношений?       Он усмехнулся и проговорил тихо, почти шёпотом: — Это просто напоминание. Что даже если придётся притворяться, я всё равно на твоей стороне.       Радуга посмотрела на него долго, будто в первый раз за долгое время могла дышать спокойно. — Знаешь, — сказала она тихо. — Я иногда думаю, что всё это — сон. Что вот-вот проснусь и ничего из этого не будет. Ни академии, ни тебя. — Тогда... — сказал он, беря её ладонь в свою. — Я стану тем, кто раз за разом будет доказывать, что это не сон.       Они сидели молча. Вокруг щебетали птицы, вода мерцала в фонтане, а небо окрасилось в персиково-золотой цвет... Всё остальное — правила, статусы, взгляды — будто перестало существовать. Остались только они двое. Две половины одной тайны, спрятанные от мира, но честные между собой.