Глава 8: Инцидент с «Ожившим Протоколом» часть 4 и Эпилог

Текст от лица «Наблюдателя»: Кабинет миссис Тренч, начальницы Отдела магических катастроф, пахнет тем же, чем и всегда: лоснящимся деревом, страхом и лёгким ароматом мятного леденца, который она рассасывала в моменты наивысшего стресса. Сегодня леденец был размером с кулак. Арчибальд Фабл сидел напротив, сияя. На его коленях лежал свежий экземпляр «Руководства по экстренному магическому реагированию», на котором он старательно вывел чернилами: «Лучшему другу Духа Заседания. На добрую память». — Фабл, — миссис Тренч отложила леденец с таким видом, будто это была взведённая граната. — По итогам инцидента с Аморфным Протоколом... — Она замолчала, перелистывая папку с отчётом, где на одной странице было написано «создал угрозу тотального паралича системы», а на другой — «нестандартными методами способствовал деэскалации ситуации». — Вам выносится выговор. Мягкий. Очередной. Она произнесла это с таким знакомым, усталым однообразием, что даже не посмотрела на него. Это был ритуал. Так же неизбежно, как смена времён года. — Понял! — бодро ответил Арчи, водружая книгу на стол. — Мягкий выговор! Записал! Миссис Тренч тяжело вздохнула и на секунду закрыла глаза, как бы собираясь с силами для главной части разговора. — Также, — она произнесла следующую фразу быстро и монотонно, словно отстреливаясь, — руководство отмечает вашу... нестандартную оперативную гибкость и способность находить... уникальные точки приложения усилий в условиях быстро меняющейся... метапроцедурной обстановки. Она умолкла. В кабинете повисла тишина. Даже воздух, казалось, замер в ожидании. Арчи моргнул. — Это... это хорошо? — осторожно спросил он. Миссис Тренч посмотрела на него поверх очков. В её глазах, обычно полных лишь ужаса и отчаяния, на мгновение мелькнуло нечто иное. Нечто похожее на то, с чем смотрят на стихийное бедствие, которое случайно потушило пожар, вызванный другим стихийным бедствием. — Это значит, Фабл, — она снова взяла свой леденец, — что в следующий раз, когда вы решите «помочь», попробуйте... направить вашу... креативность в чуть менее разрушительное русло. Если это, конечно, возможно. — Конечно, возможно! — обрадовался Арчи, восприняв это как прямое руководство к действию. — Я уже придумал, как улучшить систему вентиляции с помощью воздушных змеев и... — Выйдите, Фабл, — мягко, но твёрдо прервала его миссис Тренч. — Просто выйдите. Когда дверь за ним закрылась, она откинулась на спинку кресла и несколько минут просто смотрела в потолок. Где-то в недрах Министерства существовал негласный реестр. Рейтинг сотрудников. И она только что официально, пусть и в самой что ни на есть канцелярской форме, признала: Арчибальд Фабл был не просто катастрофой. Он был уникальным, неповторимым и, чёрт побери, иногда незаменимым катаклизмом. И это пугало её куда больше, чем любой Аморфный Слизень. А Арчи, выйдя в коридор, тут же столкнулся с Авророй Стрикленд. Она молча протянула ему стопку бланков. На верхнем было написано: «Рапорт о признании эффективности непредсказуемых решений (форма №Х-1)». — Для вашего досье, — сказала она, и в уголках её глаз заплясали знакомые морщинки — новые, появившиеся с тех пор, как она стала Хранителем Порога. — На случай, если решите потребовать повышения. Арчи взял бланки, сияя, как ребёнок, получивший лучший подарок на свете. Он был дома. Его ругали. Его хвалили. Его принимали таким, какой он есть. И в этом безумном, прекрасном Министерстве это и было высшей формой признания.

***

И так было решено. В недрах Министерства, среди бесчисленных регламентов, родился новый, негласный протокол. «Протокол Фабла». В нём было всего два пункта: При возникновении неразрешимой угрозы, которую нельзя победить правилами, призвать Арчибальда Фабла. Эвакуировать ценные архивы и надеяться на лучшее. Он был катастрофой. Он был хаосом. Он был живым воплощением непредвиденных последствий. И он был своим. В самой безумной системе магического мира нашлось место для самого безумного сотрудника. И в этом был свой, совершенный, абсурдный порядок.