Пролог

Себастьян всегда был самым обычным человеком. В школе еле держал планку хорошиста, спал на скучных уроках и ленился делать домашнее задание. В компании друзей всегда был одним из самых шумных и громких, но всегда тихо выслушивал, когда это было необходимо, и был готов протянуть руку помощи, если мог что-то сделать. Дома часто отлынивал и пропускал мимо ушей, когда ему говорили прибраться в комнате, или вновь возмущались на то, как поздно он вернулся домой. Ох, а сколько же его ругали, когда он пристрастился к табаку. Ужасно вредная привычка, от которой Себастьян потом пытался отгородить младшего брата. Тем не менее, он всегда старался быть хорошим сыном и заботливым братом. Копил деньги с обедов, чтобы дарить матери внезапные цветы, младшему вкусные сладости, а старшей сестре новые украшения и заколки. Утром вставал раньше всех, чтобы приготовить всем завтрак, водил брата гулять, когда видел уставших после работы родителей, и с особой серьёзностью помогал сестре собраться на очередное свидание. На общих семейных посиделках блистал своим прогрессом в игре на гитаре, а в один из прекраснейших дней и вовсе пришёл домой с проколотыми ушами и губой. К более старшим классам он понял пристрастие сестры к украшениям и красивой одежде, начав вместе с ней ходить по магазинам. Правда пока она выбирала, какого фасона брать платье на лето, и подойдут ли ну больше золотые, или серебряные серьги, он выбирал как можно более тяжёлые металлические, шипастые аксессуары, и одежду, чтобы в школе точно возмутились за внешний вид. Он так же с детства обожал котят, и однажды, после очередной прогулки с младшим братом, явился с грязным котёнком на руках. Из под какого забора он его достал, никто не знал, но Себастьян с пеной у рта стоял на том, чтобы его оставить. Сколько же было походов к ветеринару, вылазок в магазин за необходимыми принадлежностями, и руганью от подраных обоев. Себастьян злился, когда этот милый комочек игрался с украшениями на его руках, и загонял очередное кольцо под диван, но сразу же таял под силой милых невинных глазок, и всё прощал, когда тот приходил спать к нему под бок. В последний год учебы он всё отнекивался, когда родители спрашивали, куда он хочет пойти дальше. Себастьян и сам не знал, кем видит себя в будущем, и лишь со смехом говорил: "Куда возьмут, туда и пойду". В конечном итоге жизнь занесла его на область инженера. Себастьян никогда не думал, что свяжет с этим свою жизнь, он даже больше поверил бы, что попробует организовать со своими школьными друзьями рок группу, но не сказать, что он был сильно против. Должно быть, не самая идеальная, но определено и не самая плохая жизнь. Себастьян плыл по течению обычной размеренной жизни, и никогда не думал, что с самым обычным человеком, хорошим сыном, послушным гражданином, ничем не отличающимся от других людей юношей, может случится что-то... Несправедливое. Девять человек. Звон в ушах и расплывающаяся картина перед глазами. Сжавшееся сердце, при выслушивании обвинений. Попытки дозвониться до родных и в слезах объяснить ситуацию. Проступивший холод по всему телу при вынесении приговора. Смертельного приговора. Себастьян сидел в сырой, холодной и безжизненной камере. Он проводил в четырёх стенах уже не первый день, но до этого в нём таилась надежда на то, что всё обойдётся. Что родители поверят. Что адвокаты смогут выиграть дело. Но сейчас... Сейчас приговор всё ещё эхом стоял в ушах, а сердце сжималось от предстоящей судьбы. Это был конец. Дальше не было ничего. Дальше его ждёт только боль, а потом может божественный суд, может следующая жизнь, а может и вовсе... Холодная пустота. Это было уже не важно. Важно было то, что как раньше, не будет уже никогда. Он больше не вернётся домой, а дом не вернётся к нему. Себастьяну оставалось лишь сидеть и ждать. Ждать и думать, почему вообще всё сложилось именно... Так? Где он так провинился, чтобы столкнуться именно с такой судьбой? Да он был не идеальным, но и не последним извергом. Он просто был человеком. Обычным человеком, который хотел прожить эту жизнь как и все остальные. Он ведь никогда и не был виновен. Просто оказался не в том месте, не в то время. Так почему же за это он вынужден платить собственной жизнью и целостностью своей семьи? Из тяжёлых размышлений и осмысления всей своей жизни, как таковой, Себастьяна вытащил звук чьих-то шагов. В замке зазвенел звук поворачивающегося ключа, и дверь в его камеру открылась.

***

Себастьян пыхтел над заковыристым механизмом, шепча себе под нос какие-то недовольства и ругательства. Всё таки его учеба на инженера нашла своё применение в жизни. Правда когда он учился, никак не мог подозревать, что окажется фактическим рабом, и будет работать не за зарплату, а за то, чтобы просто не убили. После вынесения приговора конец не наступил. Точнее наступил. Но лишь для прежней жизни Себастьяна. Урбаншейд. Раньше это название совершенно ни о чем не говорило Себастьяну. Он слышал что-то из новостных заголовков, о том что это просто какая-то компания занимающаяся производством военного оружия. Но он никак не ожидал, что сотрудники этой компании окажутся у его камеры, и спасут от вынесенного приговора. Конечно "спасут", это слишком уж громко сказано. По началу Себастьян даже обрадовался, когда понял, что по крайней мере смерть его не ждёт. Но быстро понял, что и домой его возвращать никто не собирается. Урбаншейд делает это исключительно из необходимости в рабочей силе. Он всё ещё не до конца понимал, чем по итогу занимается эта компания, но они определено творили что-то не законное, нарушая определенные этические нормы. Как минимум потому что заперли его на одном из своих объектов, присвоили определенный номер (который был до абсурдного огромным, и Себастьяну потребовалось много времени, чтобы его запомнить, ведь это была вынужденная необходимость), и заставили чинить их навороченные механизмы, которые Себастьян до этого даже в глаза не видел. Например сейчас он корпел над механизмом одной из двери, что вышла из строя. Большая часть дверей в этом месте открывались автоматически, исключительно по специальным пропускам, и конечно, всегда был необходим человек, что в кратчайшие сроки починит эти двери, если они вдруг выйдут из строя. Это было одной из самых частых работ Себастьяна, так что он уже был достаточно натренирован, и управлялся с поломками меньше, чем за час. Правда это совсем не означало, что он не будет бурчать себе под нос ругательства на всех вокруг. – Хей ты, надзиратель хренов, – Себастьян поднялся на ноги, разминая затёкшую от неудобного положения шею. – Я закончил. Можешь проверять работу. Любая работа всегда проходила в сопровождении как минимум одного охранника. Правда на сожаление Себастьяна, увы, это были совсем не простые громадные мужики в форме, что лишь подозрительно на тебя зыркнут, да и пойдут дальше следить за порядком, а квалифицированные работники, может даже бывшие военные, с мать его, оружием на перевес. Здесь с оружием ходил абсолютно все работники, отвечающие за порядок, и Себастьян знал, что оно не просто для устрашения. Понятное дело, что среди таких насильно принудительных работников, как Себастьян, будут те, кто будет возмущаться и негодовать. И именно по этому, за порядком среди них следят на постоянной основе. Себастьян помнит, как однажды, на его глазах особо буйному работнику в буквальном смысле пристрелили ногу. Кровь, вопящий крик... Солас ещё несколько дней ходил словно в воду опущенный. Это произошло когда он вот вот только попал на объект, и сразу отлично дало понять настрой всего этого места. После этого, он ещё долго шугался, когда ствол автомата направляли уже на него. Тем не менее, время прошло, и это стало не более, чем обычной рутиной. Иногда Себастьян нервно усмехался, думая над тем, что он уже не воспринимает подобные вещи, как что-то ненормальное. В какой-то момент даже перестал церемониться в обращениях, став более грубым с охранниками. Всё таки делать вид, что всё в порядке, и что он совсем не против своего положения, было бесполезно. К тому же, если ты честно всё выполняешь, то твои грубые обращения не понесут каких либо последствий. Разве что может с охранником немного поругаешься, а там может выговор сделают, но это всё таки не так страшно, как простреленные ноги. Охранник тем временем подошёл ближе, доставая карту доступа и прислоняя к специальному устройству на двери. Дверь без каких либо проблем, с характерным звуком и шумным грохотом, распахнулась, открывая им проход в последующий такой же серый коридор, как и все прочие коридоры в этом здании. Оо, Себастьян очень должно в них путался первые месяцы, слишком уж они были запутаны и идентичны. – Ну как? Я наконец-то свободен, м? – Недовольно поторапливал его Себастьян, собирая все инструменты обратно в специальный чемоданчик. Этот чемоданчик ему давали только на время работы, и всегда проверяли после работы содержимое, видимо побаиваясь, что он может использовать эти инструменты для попыток сбежать или напасть на сотрудников. – Да, – Коротко сказал охранник, хватаясь за рацию, и передавая через неё, – Приём, вход в пятый сектор вновь в действии. Можно возобновлять работу. Отбой. Себастьян лишь хмыкнул. На сегодня он наконец свободен. *** Противный, шипящий голос из громкоговорителей объявлял о времени ужина. Все расходные работники, в единой форме, выходили из абсолютно одинаковых дверей, за которыми скрывались такие же идентичные скромные комнатки, отличающиеся лишь номером на двери, и строились в единый строй, друг за другом топая к месту приёма пищи. Сопровождали их всех некоторое количество охранников, что следили за порядком среди расходников. Себастьян быстро внедрился в эту нескончаемую гусеницу, и устало топал вслед за остальными. Не успел он только в свою комнату вернуться, как уже нужно было идти на ужин. Не то, чтобы он был против, за весь этот день он изрядно подустал, а живот буквально вурчал от требования скорой пищи. Проблема была в том, что еда в этом месте была просто отвратительной. Руководство определённо экономило на качестве еды для таких нищих бесправных плебеев, как Себастьян. На это он лишь раздражённо фыркнул. Эти мажоры запросто могли себе это позволить, и в наглую этим пользовались. А всё что оставалось расходникам - просто смириться. Потому что еды лучшего качества определено можно было и не ждать. Либо так, либо смерть от голода. Проходя по одинаковым коридорам с абсолютно идентичными железными дверями и постоянными поворотами, выкрашенными в серые гнетущие цвета, и состоящие из железа и бетона, от чего каждый шаг отдавался совсем неприятным звоном в ушах, Себастьян лишь пытался держаться как можно подальше от человека, идущего за ним, который очень тяжело и неприятно дышал обжигающим воздухом прямо в спину. В этом бесконечном муравейнике, без каки либо окон, и, как иногда казалось Себастьяну, какого либо выхода наружу, было крайне душно, не смотря на присутствие кондиционеров. Душно, но и одновременно холодно. Просто отвратительно. Урбаншейды, как всегда, умело пробивают дно! Из-за этого качества, Себастьян даже искренне готов был ими восхититься. Так ухудшать жизнь людей ещё надо уметь! Он устало выдохнул, оттягивая воротник комбинезона, чтобы хоть как справиться с духотой. Комбинезон этот был темно синего цвета с эмблемой Урбаншейда и специально отведённым, для всех индивидуальным, номером. Точно такой же комбинезон был у всех остальных его собратьев по несчастью. Себастьян невесело усмехнулся. Это выглядело так до невозможного... Абсурдно. Люди, в абсолютно одинаковой одежде, вынуждены передвигаться лишь единым строем, в сопровождении вооруженных людей, что пристрелят любого, кто нарушает порядок, и всё среди серых идентичных стен под строгим надзором верхушки компании. Всё это напоминало какую-то ужасную антиутопию и диктатуру со стороны страшного злодейского злодея, из комиксов, которые часто вечерами читал младший брат Себастьяна, отлынивал от домашнего задания. Вот только это была суровая реальность. Реальность, в которой не будет справедливого супергероя, что спасёт всех. Реальность, в которой Себастьяну пришлось оказаться, и он не знает, будет ли у этого хоть какой-то конец. Он устало вздохнул, поднимая взгляд куда-то выше. Его глаза встретились с белым потолком, и проходящим по нему трубами, трещинам, лампочкам... Себастьян невольно задумался над тем, как же давно он не видел вместо этих белых потолков, настоящего неба над головой. Хоть облачного, хоть всего покрытого хмурыми тучами, с которых льётся дождь, хоть ночного, покрытого лишь бесконечной темнотой... Главное что... Неба. Настоящего неба, а не бесконечных стен с потолками, которым будто бы никогда не было конца. Себастьян... Помнит дни, когда он только оказался здесь. Оо... Как же он был напуган.. Спрашивал, в чём дело, куда его привезли, просил, чтобы его вернули домой, что он ни в чём не виноват. На что ему лишь грубо отвечали, и угрожали, что выстрелят в голову, если он наконец не заткнётся. Помнит, его просто пихали в коридоры, и заставили оттирать их от блеска. Помнит, как у него дрожали руки, когда ему давали более трудную работу, чем уборка, и под пристальным надзором охранника он просто молился, чтобы не налажать, и не дай бог его бы не пристрелили. Он помнит... Каждый чёртов день как сейчас. Помнит этот ужас и замешательство. Его ведь не должно было здесь быть! С ним вообще не должно было это всё происходить!! Он должен был быть дома! С семьёй! С переживающими родителями, восхищающимся младшим братом, понимающей старшей сестрой, и мягким, теплым мурлыкающим котиком!! Себастьян помнит, как каждый день думал о них. О каждом из них. О своём сожалении, что одна ошибка разрушила абсолютно всё. Что он не мог даже, чёрт возьми, написать им! Сказать что он жив! Узнать, как они. Попросить, чтобы они не видели в нём чёртову убийцу... Он очень часто плакал по ночам. Тихо, в подушку. От своего бессилия перед судьбой. От того, что он был человеком, со своей жизнью, целями, желаниями и вещами, которые он не хотел потерять. Но у него это отняли. Убили для всего остального мира, и сделали лишь рабочей силой. Лишь номером. Без личности, жизни, и даже имени. Он злился. Ужасно злился. Хотелось раскромсать весь Урбаншейд на мелкие кусочки за такую вселенскую несправедливость. Но он был бессилен перед этим огромным механизмом, состоящим из тысячи вооруженных работников, бесконечных коридоров без выхода, а самое главное, верхушкой, которые одним лишь своим словом, могли прервать его жалкую и совершенно никчемную жизнь. В крайнем случае... Будь с этой системой возможно хоть что-то сделать, кто-нибудь до Себастьяна, уже бы сделал это, и он бы никогда не оказался здесь. В конечном итоге, время прошло. С его первых дней прибывания здесь прошло определено больше года. Себастьян не мог знать сколько именно - давно сбился со счёта, но знал, что эту цифру он знать определённо не хочет. Все те страхи и переживания... На самом то деле никуда и не делись. Просто со временем Себастьян понял суть системы и влился в неё, чтобы банально продолжить выживать. Просто со временем он стал надеяться что все его знакомые, семья и друзья просто отпустили его, и живут свою счастливую жизнь дальше. Пожалуй, это самое лучшее, чего он мог для них пожелать. Просто со временем... Слёзы по ночам сменились беспокойным сном, ибо на следующий день нужны были новые силы, и никого не стал бы волновать вопрос, выспался он или нет. Себастьян потухшим взглядом уставился в пустоту. Эти засранцы Урбаншейды добились того, чего хотели. Подавили все его чувства, эмоции, воспоминания и мысли. Убили в нём личность. Заставили как бездушную машину, выполнять грязную работу. И он её выполняет. Выполняет... И даже больше не злится на это. Просто надеется, что следующий день больше не наступит. Где-то глубоко в душе, он всё ещё таил маленькую наивную надежду на то, что это не более, чем затянувшийся кошмар. Кошмар, который вот вот должен закончиться... *** Себастьян ковырял еду в тарелке, лениво поедая её содержимое. Оно не было отвратительным, но определено не приносило никакого наслаждения и было абсолютно безвкусным. Но за время проведенное здесь, Себастьян стал абсолютно неприхотлив к тому, что пихает в свой рот. Еда стала просто инструментом, чтобы не помереть мучительной смертью от голода. И как бы от этого не было тошно, Себастьян успел позлиться на это очень давно, и сейчас, никаких эмоций на этот счёт просто напросто и не осталось. Рядом за столом сидели его собратья по несчастью, и о чем-то переговаривались, посмеиваясь. –... Ну я и говорю ему: "Пошёл ты, старый мудак!" Ну он не оценил, и выстрелил мне в руку! Да только промазал. Так что вот, шрам толь и остался, хаха! – Весело рассказывал историю бородатый мужик с седыми прядями, с уже явно заметными морщинами на лице. – Ч-чего!? – Испуганно взвизгнул сидящий напротив. Он выглядел молодым, может ровесником Себастьяна, может чуть старше. Себастьян его раньше здесь не видел, да и судя по его реакции, он был новеньким. – Ой, да кому ты брехню затираешь, Генри! – Возмутился третий рядом сидящий. Он тоже был с бородой, однако на вид гораздо моложе первого. – Чего новеньких пугаешь, а? Тут конечно случаются инциденты, но стреляют только по особо буйным. Пока тарелки не бьём и в охранников не кидаем, никому мы к чертям не сдались! – З-значит... Всё таки н-не стреляют? – Неловко подал голос новенький. – Стреляют. Но их довести ещё надо. – А-а шрам тогда откуда..? – Даа, будучи молодым ещё, до того как здесь оказаться, пришёл однажды пьяным на работу. На стройке работал. Ну там упал и об штык какой-то, хаха... – О ужас... Себастьян знал этих двух старичков, что возились с новеньким. Они оказались здесь ещё за долго до самого Себастьяна. Генри был пьянчугой всю жизнь, мотался с работы на работу, где возьмут. У него вообще много маленьких статей было. Но самым громким стало грабежом и убийством людей,чтобы купить себе очередную бутылку спиртного. Сколько человек в общей сложности он погубил, Себастьян не помнил, тем не менее, именно из-за тех преступлений этот старик был здесь. Вторым был Арчи. Грешил лудоманией при жизни на свободе. Зависал в казино целыми днями. Не смог как-то смириться с проигрышем и застрелил всех присутствующих за тем столом... Впрочем, сейчас эти двое были здесь. И по ним определено можно было сказать, что жизнь взаперти пошла им на пользу. Вон, один от алкоголизма вылечился, второй от лудомании. Конечно произошло это насильно, но кажется ныне они и не были против. А здесь и кормят... И не надо беспокоиться о налогах, на что жить, чем платить за квартиру... Ну просто сказка для таких пропащий людей. К слову, нельзя было отрицать что занялись они довольно благородным делом. Выискивали новеньких и помогали им освоиться. Себастьян помнил, как и он весь напуганный и растерянный сидел перед ними, пока они разъясняли местные устои. И он был им за это очень благодарен. Без них, ему бы явно пришлось здесь ещё труднее. Конечно, на свободе, Себастьян бы даже не глянул в их сторону, но здесь любые рамки морального стирались, и приходилось иметь дело с тем, что есть. – А ты за что сел то? – Спросил Арчи у новенького, что с отвращением наблюдал за тем, как они спокойно едят предоставленные им откровенные помои. Оо... Это было в порядке вещей. Ритуал, через который проходят все. Совсем скоро свыкнется. – Я? Я-я вообще-то ни за что! Это всё ложь!! Я был не виноват!! Они посадили не того!! – Нервно захныкал новенький, на что Генри лишь рассмеялся. – Пхаха! Да ладно, не оправдывайся, тут все свои! Ох, любите же вы молодняк всю вину с себя пытаться смести. Вон, Себастьян тоже таким был, хаха! – Себастьян? Генри кивнул на Себастьяна сидящего рядом с ними, не оставляя ему шанса не вмешиваться в диалог. – Ох, как же ты замучил меня этой темой, Генри, честное слово. Ну хоть вешайся, – Возмущённо прошипел Себастьян. О, он долго пытался убедить хоть кого-нибудь здесь в своей не виновности. Но ему не верили ни охранники, ни другие расходники. В конечном итоге ему пришлось сдаться с этими пытками.. – Да лаадно, хах! – Себастьяна похлопали по плечу. – За что ты там сел? За убийство девятерых человек? – Мгм... – Запихивая в рот по больше еды, чтобы лишний раз не отвечать, промычал в ответ Себастьян. Он был готов поддержать разговор на любую тему, кроме этой. – Девятерых человек?? – Удивлённо воскликнул новенький. – А н-на вид мой ровесник! За что ты с ними так?? – За то... – Себастьян обернулся к новенькому и потянул к нему руку, – Что не надо лезть не в свои дела! – Он дёрнул новенького за нос вызывая у того громкое "Ай!". Себастьян усмехнулся, и вернулся к своей тарелке. Генри с Арчи залились хохотом. – Пхахахахаха!! Оой, не обращай внимания, новичок. Себастьян всегда у нас такой язвительный ворчун. Пхааха! – Я уж заметил.. Себастьян тихо усмехнулся, расплываясь в лёгкой улыбке от всего разговора. Всё таки, не смотря на все обстоятельства, и на людей, окружающих его, он был рад, что он может хоть с кем-то общаться. Это определённо заставляло чувствовать себя легче и отвлечься от тяжёлых мыслей. По крайней мере... Он был не один в этом дерьме.

***

Противный шипящий голос из громкоговорителей неприятно давил на уши, волей не волей заставляя выбраться из сладких объятий подушки и распахнуть глаза. Прошлым вечером Себастьян уснул довольно рано, у него и не было причин засиживаться до ночи, всё равно тут не было каких-то увлекательных занятий для этого. Тем не менее, он всё равно не особо успешно пытался отогнать остатки сна, и с крайним трудом понимал о чем там говорит шипящий голос из громкоговорителей. Внутренний будильник подсказывал Себастьяну, что будили его раньше обычного. И если оно так, то тогда ему "очень" интересно, зачем эти засранцы подняли его раньше, чем нужно. В любом случае, надо было вставать. Если всё это проигнорировать, то тогда в комнату просто заявится охранник, и собираться прийдётся уже под дулом автомата. Себастьян раздражённо вздохнул, неохотно убирая отросшие пряди с лица, и поднимаясь с кровати. Лениво собравшись, он вышел из комнаты, закрывая дверь и прислоняясь к ней спиной. Это был один из обязательных утренних ритуалов. На деле же, охранникам просто было легче так отслеживать тех, кто не проснулся. Сейчас, в коридоре стоял довольно слышимый гул. Не один Себастьян был озадачен определено более ранним подъёмом, и все переговаривались, в чём же дело, пока охранников не было рядом. Себастьян слушал их лишь краем уха, а сам пока прикрыл глаза досыпая своё потерянное время. В какой-то момент он видимо действительно задремал стоя, ибо очнулся уже только от того как ему что-то пихают в грудь. – Кто позволил тебе спать прямо в строю? – Грозно выдал охранник. То, что утыкалось в грудь, какая неожиданность, было оружием. Весь сон как рукой сняло. – Ох, прошу прощения... – Поспешно выдал Себастьян, протирая глаза. – Этого больше не повторится. Охранник лишь что-то непонятно пробубнил и небрежно толкнул его, чтобы Себастьян по скорее вставал в собирающийся строй. Тот в свою очередь лишь раздражённо шикнул, и влился ко всем остальным. Такой цепочкой, охранники их куда-то повели, а вот куда именно... Кажется Себастьян совсем прослушал, пока дремал стоя. – Ну ты даёшь конечно, Себ, – Усмехаясь произнёс голос сзади. Себастьян сразу его распознал, и обернулся. Это был Арчи. – Уснуть стоя прямо перед охранниками!! – Я просто задремал... К тому же не специально! – Себастьян даже будто в подтверждение своих слов зевнул. Арчи лишь усмехнулся. – Хпхах! Понимаю, малец. Тут все не выспавшиеся. Нас ведь разбудили на два часа раньше положенного. – Чего? С какого перепугу? – А ты не слышал? –... – А. Точно. Задремал. Пхах, прости-прости!! Да всего лишь сдача анализов, ничего такого. – Арчи махнул рукой. – Ага, ничего такого... – Произнёс ещё один тихий, хриплый голос. Только сейчас Себастьян заглянул за плечо Арчи и заметил Генри, что выглядел непривычно мрачно для самого себя. – Сдача анализов? – За всё время проведенное здесь, Себастьян слышал лишь ходившие слухи о том, что иногда абсолютно внезапно, всех расходных работников могут зачем-то повести на сдачу различных анализов. Но он ни разу не попадал на такие мероприятия лично. – Ага. Ну там, кровь, слюна, моча, всё в этом духе, хах. А разбудили раньше, чтобы потом мы не выбивались из графика. – Какой кошмар... И для чего это всё? И... Что с Генри? – Может для какой-то своей базы данных, кто знает? – Арчи пожал плечами. Себастьян лишь досадно вздохнул. О, Урбаншейд ужасно любил что-то делать с ними, и совершенно не объяснять зачем. Видимо такие плебеи даже объяснений не достойны по мнению верхушки. – А насчёт Генри не переживай. Ему просто... Не очень приятны такие мероприятия. – Его может в этой жизни что-то удручать? Это потому что напоминает реабилитационные центры для зависимых? – Себастьян усмехнулся, но в ответ его встретил лишь хмурый взгляд Генри. – Кх, Арчи, ну ладно Себастьян, он молодняк, попал сюда всего пару лет назад, но ты то! Ты же должен знать что всё это не просто так!! Арчи на это лишь закатил глаза. – Не будь таким параноидальным, Генри!! Если один раз, по необъяснимым обстоятельствам кто-то после этой сдачи анализов исчез, это не значит, что за этим стоит какая-то теория заговора! – Погодите, погодите, чего? О чем вы? – Себастьян совсем перестал улавливать суть диалога. – Ааа, ты же не знаешь! Даа, когда-то давно был у Генри здесь друг один. И после очередной такой сдачи анализов однажды, его куда-то увели охранники, и больше его никто никогда не видел. С тех пор Генри постоянно мерещится, будто после сдачи таких анализов кто-то исчезает. Хотя мне кажется, что это всего лишь совпадение. Наверняка его просто перевели на другой объект из-за нехватки рабочей силы там. – Не правда! Я вижу, я точно вижу что после таких осмотров кто-то обязательно исчезает. Именно после сдачи анализов!! – О боже, ну и для чего им это делать? Сначала запрашивать анализы, а потом куда-то уводить? На органы продавать, ха? – Вполне возможно!! Кто же этих уродов знает... – Я тебя умоляю, у тебя там от алкоголя уже напрочь всё сгнило. Нечего продавать. Себастьян слегка отвернулся от них, погружаясь в свои мысли, и не вслушиваясь в дальнейший разговор. Конечно, ему бы хотелось верить что Генри просто бредит, но неприятная тревога засела где-то в глотке, и заставила неприятно поежиться. Он глянул вперёд, где его встретили множество людей в одинаковых комбинезонах, идущих единым строем, и уходящих бесконечно вперёд, что начала этого строя не было видно и вовсе. Таких как Себастьян здесь было не на шутку много. Не на шутку огромное количество разбитых судеб навеки запертых в этих стенах. Многие конечно оказались здесь по собственной вине, и Себастьян их ни в коем случае не оправдывал, тем не менее, никто не заслуживал быть рабом. Он словил себя на мысли, что если несколько человек из такого огромного потока просто исчезнут, никто может и не заметить. Всё таки атмосфера здесь была довольно... Гнетущей. Множество людей, с ужасным прошлым, вынужденные ежедневно заниматься неоплачеваемым трудом. Здесь не было такого же шума, как в тюрьме. Здесь было лишь тихое смирение. Громкими были в основном новенькие, и то, только потому что ещё не до конца поняли куда попали. Те, кто провёл здесь достаточно долго, давным давно отчаялись, замкнулись в себе, и стали безвольной силой, в руках верхушки. Были конечно такие как Генри и Арчи, что не выглядели особо грустными, но это лишь потому что в обычной жизни им было нечего терять. В конце концов, даже они принимали правила игры. В любом случае, никто здесь не был друг другу врагом. Но уж точно и не был другом. Все расходники прекрасно понимали что находятся в одинаково ужасном положении, и просто старались прожить ещё один день в каком никаким благополучии. Себастьян тоже придерживался такой страгедии. Ни с кем не дружился, но и против кого-то ничего не имел. Даже здесь он был таким же простым рядовым бедолагой, как и все остальные. Однако... Если бы он однажды исчез, как бы много человек это впринципе заметило? А если кто-то из окружающих бы исчез, ему бы удалось это заметить? По его телу прошёлся неприятный холодок, от осознания, что он понятия не имеет, как много человек, с которыми он пересекался каждый день, могло исчезнуть из всего этого строя, пока он даже не заметил. Если переживания Генри были вполне реальны? В таком огромном количестве людей трудно заметить пропажу одного. Если их и вправду сдавали на органы, или что-то вроде того? В нынешней ситуации, Себастьян запросто мог в это поверить. – Хей, Себастьян, а ты чего вдруг затих? Только не говори, что поверил в тот бред, что несёт Генри! – Врдаг окликнул его Арчи, вытягивая из размышлений. – Да просто думаю... В таком количестве людей действительно трудно заметить пропажу... – Я тебя умоляю, да всё этот старик придумывает. Не слушай ты его. Ну в крайнем случае, ты же говорил, что сильно игрался с сигаретами при жизни? – Себастьян неприятно поморщился от слов "При жизни". Такую формулировку всегда применяли при обозначении жизни до тюрьмы, а после и этого места. И как же, чёрт возьми, иронично и подохдяще она звучала. Все присутствующие здесь навеки мертвы для обычного мира. – Ну... Было дело, – Себастьян помнил свои ломки в первые месяцы. Увы, сигарет здесь не выдавали, так что пришлось просто смириться. Со временем он конечно свыкся, но всё ещё частенько появлялось желание. Отвратительное чувство, и отвратительный опыт. – Ну вот! Никто не будет продавать заражённые органы. – Органов много. Здоровые точно найдутся... В любом случае, это ведь не обязательно продажа органов! Врдруг там... Не знаю... – Ну что? Опыты ставить будут на тебе? – Ну не так абсурдно конечно, но всё же... – Я тебя умоляю, Себастьян. Ну даже если они действительно куда-то и забирают расходников, то посмотри на это с другой стороны! Здесь столько людей, а такие проверки проходят раз в пару лет. И каков тогда шанс, что заберут именно нас? Вон, глянь на Генри. Столько здесь торчит, а всё ещё живее всех живых, хаха!! Себастьян слабо улыбнулся в ответ. Эти слова в какой-то мере действительно успокоили. Всё таки, такое спокойное отношение Арчи ко всему происходящему не могло не успокаивать. И впрямь, даже если все эти великие заговоры - действительно правда, почему из всей огромной толпы именно они могли стать особенными и причастными к этому? Но сказать об этом вслух Себастьян не успел. Весь их строй остановили, и только сейчас он увидел, что их уже разделяют на маленькие группы, чтобы отправить по различным кабинетам. Чтож... Этот день обещал быть таким же изматывающим, как и остальные.

***

Прошло уже несколько дней. Себастьян не знал сколько точно. Давно перестал считать. Всё равно это было бессмысленно. Тот день со сдачей анализов канул в омут памяти, где детали невольно размывались и смешивались с друг другом, из-за своей ужасной схожести. Конечно, Себастьян всё ещё помнит, как на протяжении всего того дня чувствовал неприятное покалывание беспокойства. Однако сейчас это было лишь таким же воспоминанием, как и сотни других, никакие переживания его точно не беспокоили. Сейчас ему действительно казалось что все те накрученные мысли были не более, чем параноидальным бредом Генри, и Себастьян зря забил себя ненужными переживаниями. Даже сама сдача анализов уже стёрлась из его воспоминаний, на столько в этом не было чего-то примечательного. Единственное, из-за чего действительно Себастьян чувствовал досаду, так это что не смог выспаться в тот день. Во всем остальном жизнь была такой же, как была и во все остальные дни проведенные здесь. Себастьян снова начал теряться в этом бесконечном потоке монотонных дел, и сейчас, глубокой ночью, мирно отсыпал свои заслуженные часы, перед новым изнуряющим днём. Но к его сожалению, дверь в его комнату с характерным звуком открылась, и в комнате послышались шаги. По хорошему, уже на этом моменте стоило бы проснуться, но слыша эти звуки через плепену сна, Себастьян был уверен, что ему это снится. Окончательно вывел из сна его уже только строгий мужской голос. – Номер 1313446325. Этот до абсурдного длинный номер, Себастьян даже сквозь самый глубокий сон распознает. К сожалению, этот навык он приобрёл вынуждено, потому что никто не будет с тобой церемониться, если ты не отзовёшься. Себастьян сонно обернулся на голос, еле разлепляя глаза, и тут же вздрогнул, рефлектрно отодвигаясь ближе к стене. Перед ним стояло где-то приблизительно человек пять. Двое из них были вооруженными охранниками, ещё двое - странными людьми в белых халатах, что изучающе его оглядывали. Пятым был какой-то статный мужчина в деловом костюме. Такой набор людей явно не ожидаешь встретить в своей комнате, посреди ночи. А Себастьян был практически полностью уверен, что сейчас ночь. Ну не мог же он не услышать голос из громкоговорителей и гул сонных работяг за стеной. – Что... Что здесь творится? Кто вы? – Себастьян стал мысленно прокручивать все предыдущие дни. Может он чего-то такого натворил за последние дни, за что сейчас его поведут на расстрел? – Я что-то натворил? – Нет, – Послышался холодный голос статного мужчины. – Ты ничего не натворил. Просто твоя персона заинтересовала наших коллег из Хадал Блэксайта. – Мужчина кратко глянул на двух людей в халатах сзади него. – У тебя пять минут, чтобы собраться. Больше ты сюда не вернёшься, так что ничего не оставляй. Прежде чем Себастьян успел хоть что-то вякнуть, весь этот сбор покинул его комнату, оставив наедине с собственным непониманием. Может он всё ещё спит? Иначе как объяснить, что его будят по среди ночи, говорят что хотят куда-то увести, и он больше сюда не вернётся. Это характерно вызвало тревогу. Что будет дальше? Чем он заинтересовал этих недо учёных, или кто они там? Что они собираются с ним делать? Впрочем, думать и переживать об этом больше, времени банально не было. Надо было собираться. Ждать его никто явно не планировал. Поспешно надевая несчастный комбинезон, и собирая немногочисленные личные вещи, по типу зубной щетки или расчёски, Себастьян всё думал, что же чёрт возьми это такое. Он всё хотел надеяться, что это была просто глупая шутка, но такие важные люди вряд ли умели шутить, а если это был сон, то почему-то попытки ущипнуть себя, совсем не работали. В конечном итоге, он всё собрал, чего было совсем немного. Себастьян тяжело вздохнул, пытаясь осмыслить тот факт, что он на всегда прощается с этой комнатой, с которой даже слегка успел сродниться за прошедшее время, и прощается со своей хоть и ужасной, но всё же размеренной и стабильной жизнью. Дальше была лишь пугающая неизвестность, и Себастьяну оставалось лишь молиться, чтобы эта неизвестность была хоть немного лучше его нынешнего положения. Он неуверенно вышел из комнаты, где его уже ожидали. – Ну наконец-то! Чего так долго! – Возмущался один из странных людей в халате. Помимо уже знакомый шайки людей рядом стояло несколько расходников, среди которых было знакомое лицо. Тот самый новичок, с которым общались Генри с Арчи. Тот выглядел встревоженным, как и все остальные. Похоже они были в таком же замешательстве, что и Себастьян. – Чтож, это все, кто вас интересовал? – Повернулся к белым халатикам мужчина в пиджаке, и те утвердительно кивнули. – Да, их анализы идеально подходят под наши требования. У Себастьяна всё внутри похолодело. Анализы. – Чудно. Тогда не будем медлить, идём. – Приказал мужчина, и всех расходников повели по какому-то неизвестному маршруту. Себастьян невесомо побрёл за оставленными, пустым взглядом глядя в пол. Чёртова сдача анализов. Генри был прав! За этим действительно стоит какая-то теория заговора. Неужели и впрямь на органы сдают? Себастьян с прищуром глянул на работников в белых халатах. От чего-то вспомнились слова Арчи. "Даже если они действительно забирают расходников, то каков шанс, что заберут именно нас?" Себастьян уже однажды придерживался такой позиции. Когда жил на воле, и не думал, что окажется осужденным за убийство. "Если что-то и может произойти, то почему оно должно произойти со мной?". Ох, если это высказывание и имело смысл, то уж явно не в случае Себастьяна. Видимо, у него была удивительная удача проигрывать по всем фронтам. И вот, он вновь здесь, вновь ничем не выделяется от остальных, даже меньше, чем раньше, и почему-то всё равно вновь вынужден идти в тёмную неизвестность. Это... Как минимум, удручало. И вот вновь, Себастьян едва окончивший школу, стоит перед самой судьбой, и получает от неё лишь плевок в лицо за то, что он совершенно ничего не делал. И вот он вновь только что оказавшийся за решеткой, а над ним огромным грузом нависает тень вынесенного приговора. Смерть. Одно лишь отличие от тех времён... У Себастьяна больше нет надежды. Её растоптали, разорвали, сожгли и выкинули остатки пепла. Больше нет того, за что бороться и за что переживать. В моменте... Стало так всё равно. Порежут на органы? Ну и пусть. Зато наконец цикл бессмысленного существования прекратится, да и дело полезное на последок сделает. Возможно, смерть - это именно то, чего он так долго ждал. Возможно это то, что всё таки должно было с ним свершиться ещё пару лет назад. Возможно... В этом он наконец найдёт покой. Если уж ему не суждено вернуться к прежней жизни, то никакой другой ему уже и не надо. – Хей, хей... – Тихо потянул его за рукав идущий кто-то сзади. Себастьян оглянулся, и увидел того самого новичка. – Ты же... Себастьян кажется, да? А ты не знаешь... Куда нас ведут? Я слышал, Генри что-то говорил о том, что людей уводят после сдачи анализов... Себастьян лишь глянул на него абсолютно пустым и равнодушным взглядом. Что бы там ни было. Он смирился. – Понятия не имею, – Равнодушно пожал он плечами. – Но мне уже плевать. – Холодным эхом раздался его голос, прежде чем они остановились. Себастьян огляделся. Они были в огромном помещении, и вокруг эхом издавались звуки... Плескающейся воды?? В плохом освещении было трудно заметить, но они действительно вышли к месту где стояло множество подводных лодок по всему периметру. Себастьян удивлённо выдохнул, а пазл в голове начала медленно складываться. Он был здесь всего лишь пару раз, за всё проведенное время. Заставили как-то чинить одну из таких махин. А Себастьян в глаза раньше эти навороченные подводные лодки не видел. Лишь слышал слухи от других работников, что они способны развивать такую скорость, что спокойно преодолевают кошмарное давление воды. Тем не менее, на ходу всё таки пришлось разобраться, хоть и убил он тогда на это весь день. Но выглядело это место действительно... Пугающе. Во многом из-за своих ужасающих размеров. После тесных, душных, бесконечных коридоров, потолок уходящий далеко вверх можно было спокойно спутать с настоящим небом. Ещё более пугающего антуража добавляли всплески воды, что эхом издавались по всему периметру помещения. А ещё совсем не успокаивало знание о том, что эти устройства - единственный проход к ещё одному объекту Урбаншейда. Хадал Блэксайт. Гораздо более масштабный и серьезный, в котором и протекает основная деятельность Урбаншейда. Место, на котором же они находились сейчас, был больше связующей точкой между подводным объектом, и всей остальной организацией. Ведь весь Хадал Блэксайт был скрыт на дне морского дна, по слухам, находясь в какой-то аномальной зоне. И осознание этого факта заставляло всё внутри похолодеть. Одна из лодок открылась, показывая всем присутствующим свои холодные, железные внутренности. Бездушные пустые скамейки с поручнями, выглядели на столько дискомфортно и неприветливо, что хотелось как можно скорей убежать обратно в, пусть и не самую уютную, всё же личную и приятную комнату. – Все на борт, – Пригласил один из белых халатов, жестом призывая всех расходников войти внутрь. Среди несчастных пошли неуверенные переглядки и шептания, которые быстро утихли под дулом автомата направленных на них. Хотелось им этого или нет, они войдут туда. Себастьян тяжело вздохнул, ощущая как более резво и нервно начинает биться его сердце, и наблюдая как один расходник за другим заходит внутрь. Наступила его очередь. Он перевёл взгляд чуть ниже, на мелодично плекающиеся волны солёной, ледяной воды, что слабо пенились, и бились об бетон. Они словно пытались дотянуться своими бесформенными, фантомными, ледяными лапами до Себастьяна, чтобы утащить в глубь бесконечного мрака, до куда не доходит солнечный свет, и похоронить под тоннами давящей воды навсегда. Он неприятно поежился, чувствуя, как пересыхает в горле. Чтобы его не ждало в Хадал Блэксайте: смерть, очередная работа, или ещё что, от туда, дороги назад уже никогда не будет. Уж точно не из места окружённого бесконечным давлением. Это станет его могилой.