Часть 2

Алена легла позже обычного — проверяла ленту, чаты родителей класса, сообщения от подруг. Арсений выключил телефон, положил экраном вниз. Он не хотел видеть свет уведомлений. Но сон не приходил. Он лежал на спине, смотрел в потолок. Слышал дыхание детей в другой комнате — лёгкое, ровное, спокойное. И от этого становилось больнее: они спят, ничего не знают, а мир уже собирает пазл из их жизни. — Ты не спишь? — тихо спросила Алена. — Нет. Она повернулась к нему. — Хочешь сказать, что думаешь? Он помолчал. Потом, не резко, но честно: — Я злюсь. Не на нас, не на школу. На людей, которые думают, что могут заходить в чужую жизнь как в открытую дверь. Я всю жизнь знаю, что моя работа — это сцена. Всю жизнь в маске. Но дети, дети не сцена. Алена легонько взяла его руку. — Я тоже злюсь. — Хочется… — он чуть улыбнулся горько, — …выключить интернет. Всем. Сразу. Она тоже тихо засмеялась — смех был пустым, но живым. Потом опять тишина. — Ты думаешь, это разрастётся? — спросила она. — Да, — ответил он, не пытаясь успокаивать, — Такие вещи всегда разрастаются. Но мы будем действовать. Я утром напишу директору. И ребятам. Надо предупредить всех, кто рядом. Алена кивнула. — Главное — держимся вместе. Он повернулся к ней лицом. Смотрел долго, будто пытался закрепить это спокойствие в памяти, чтобы на завтра хватило. — Вместе, — повторил он. Они уснули под утро, когда свет уже ложился на подоконник. Больше похожий на серый туман, чем на новый день