Глава вторая

С момента перемещния в Малфой Мэнор прошла, кажется, неделя. Три гребаных дня, когда Гермиона впервые смогла насладиться одиночеством и совершенно не понимала, к чему она так сглупила, пытаясь вообще уйти отсюда. Ее никто не навещал, кроме Мимми, и этот факт ничуть не беспокоил ее. Спокойствие и ленивость тихо подкрались, когда каждый раз открывая глаза, взору попадали светлые стены спальни, пальцы щупали мягкую простынь и осознание: ей никуда не нужно идти. Ей совершенно ничего не нужно делать. Конечно, расслабление не пришло сразу. После первого дня пребывания тут, Гермиона на утро устроила такой протест, что Мимми пришлось убирать разгром больше десяти минут, и это несмотря на то, что уборка проводилась магией. Ей даже стало жаль ее и совесть тут же замучила, но упрямость не покидала. Грейнджер только успокоившись осознала, что не понимает, зачем хочет вернуться обратно. Наверное, у нее начал развиваться стокгольмский синдром или что-то в этом роде. Каждый ее день в Хогвартсе был рутинным. Насмешки и издевательства пожирателей, по расписанию являющихся к Темному Лорду. Чистка и полировка костяного трона Волдеморта зубной щеткой три раза в неделю, а также каждодневные грязные и мучительные поручения по типу: «Вырви ногти этому магглу, грязнокровка. Мои усовершенствованные магические пытки не влияют на них так, как я того хочу». Несмотря на здоровую пищу и удобную кровать, предоставленную Малфоями, ее слабость и обмороки никуда не исчезли. За девять лет служения Волдеморту, изредка, только наткнувшись на головы своих друзей в его кабинете или цирка…она не вспоминала так часто обо всех ужасающих вещах, что ей пришлось пережить. Слишком мощно ее разум охранял ее и был успешен в окклюменции, который слава Мерлину, не утерял способность «закрывать» и «проталкивать вглубь» болезненные воспоминания после потери магии. А сейчас, последние семь дней, что она тут находится, ей словно пришлось пережить все по новой. Кошмары, внезапные галлюцинации и панические атаки проявлялись так, как не проявились с того дня, как она увидела смерть друзей, и после…цирка… Руки снова понеслись к книге о драконах, ее единственному увлечению за последние пару дней. Все росписи на английском она прочитала за два дня, делая перерыв и некоторые факты об огнедышащих существах серьезно удивили. Поразительно, как это упустили и не рассказали во времена обучения в Хогвартсе. Фрагменты на странном иностранном языке ей все также были не знакомы и интерес никак не покидал гриффиндорку. Даже перерыв малое количество книг, которые находились в спальне, ничего толкового для расшифровки этих букв она не нашла. Библиотека Малфоев, как казалось Гермионе, должна была содержать нужную книгу с информацией, что это за язык, но она все еще не решалась покинуть комнату. Да и к тому же, Драко сказал, что они тут ненадолго. Начать изучать все языки в мире все равно бы не увенчались успехом, а разгоревшийся интерес к расшифровке языка бы опередил ее уход из поместья. - Привет. Гермиона даже не обернулась в сторону Драко, и коротко поприветствовав слизеринца, вернулась к чтению. Малфой медленно прошел по комнате и подошел к книжному стеллажу. Скрещенные руки у груди и задумчивый взгляд блуждал по книгам, будто в поисках определенной обложки. - Уже успела прочитать «Proles Draconum»? - с удивительно красивым акцентом на латыни. Гермиона даже позавидовала его произношению и чуть удивленно приподняв брови, спросила: - Ты умеешь говорить на латыни? Блондину можно было по догадкам приписать знание многих языков, начиная с французского и заканчивая итальянским, но знание мертвого языка бы точно ошеломило Гермиону. - Не свободно, но достаточно для чтения и разговора. - ответил Драко и слегка улыбнулся. - Хотя разговаривать на нем не с кем. Гермиона уже не скрывала свое удивление, и тут же взлетев с постели, протянула ему строчки из книги. - Я знаю, что это не латынь, но может у тебя есть хоть какие то догадки, что это за язык? Драко даже не взглянул на книгу, а лишь внимательно посмотрел в ее глаза, словно задумываясь, какой ответ из всех вспыхнувших в его голове произнести, но все же выпалил: - Не знаю. Я лишь догадываюсь, что это древний и нечеловеческий язык. Грейнджер мигом нахмурила брови и это выражение лица почему то вызвало странный взгляд Малфоя. Нечеловеческий? Но алфавит и структура текста как раз таки принадлежат людям, а не другим существам. - Что ты имеешь ввиду? - с интересом спросила Грейнджер и уставилась на него. Малфой направился к книжному стеллажу и вновь пробежал пальцами по корешкам, пока не остановился на определенной книге. - Я ничего не имею ввиду. Я лишь догадываюсь, что язык не принадлежал людям. Странным образом слизеринец на этот раз по настоящему разговаривал с ней и отвечал на ее вопросы, и Гермиона не медля воспользовалась этой возможностью: - Зачем ты привел меня сюда? - с нотками страха в голосе произнесла она, стараясь придержать на лице уверенный вид. Опуская руку от книжной полки и шагая в сторону двери, девушка тут же пожалела о своих словах. Он снова уходит. Снова ее мучают неизвестностью, когда же придет ее кара за предательство Темного Лорда. - Здесь ты в безопасности. - ответил Драко к ее удивлению, и прокашливаясь продолжил. - И не только ты. На миг, шок пронзал все клетки мозга, но тут же махнув головой и собираясь с мыслями, Грейнджер метнулась к Драко и не позволила ему выйти. - Я…меня не накажут? Драко сжал челюсти и замер на месте после услышанного вопроса. - Нет. - открывая дверь коротко отрезал он, и перед тем как удалиться, бросил: - Я приду к тебе ночью и отвечу на все твои вопросы, если посчитаю это нужным. А пока.. - его взгляд скользнул по книжной полке. - Займись чем нибудь. Гермиона так и стояла у двери, пока шаги Драко окончательно не удалились. Ее не накажут…ее не привели сюда для того, чтобы придумать самую жестокую расправу. Но тогда зачем? Драко Малфой казался ей совершенно другим человеком, когда не находился в пределах Хогвартса. Хотя это и было единственным местом, где они могли столкнуться. Пока поручения Волдеморта можно было выполнить в большом зале, в стенах ее комнаты или коридорах, она нигде не могла находиться. Лишь редкие случаи, как пытки магглов и дела в саду позволяли ей увидеть наружный мир. Отбросив попытки разгадать намерения Малфоев, Гермиона шагнула в сторону книги, на которой задержались на этот раз пальцы Драко. Он словно таким образом направлял ее в нужном русле, но причины тому пока были неизвестны. Что ж, сказать, что у нее есть чем заняться кроме чтения, точно нельзя. Старая книга, названная «Codex Linguarum Vetustarum’’ была тяжелой, с потемневшими кожаными переплетами, которые потрескались от времени. Листы пожелтели и пахли пылью, а углы страниц были обтерты, словно их перелистывали тысячи рук на протяжении столетий. Благо, книга была полностью на английском языке и она могла без труда все прочитать. Первые страницы были посвящены разным и древним языкам, их описаниям и правилам. Гоблинский, эльфийский, рунные и множество древнейших языков были детально прописаны на семьсот страниц. Прочтение лишь основных фактов заняло не менее пяти часов, и переходя к последним страницам, глаза Гермионы широко распахнулись от удивления и воодушевления. Буквы очень сильно были похожи на те, которые Гермиона не смогла прочитать в первой книге. Нет, они были их точной копией. Но восторг не длился долго. Название языка и алфавит не был полным и стертые описания не давались чтению. Лишь малая информация была предоставлена, но это уже что то, так как в книге находился перевод некоторых букв на английский. Книга, с великой вероятностью была очень древней, так как даже перевод на ее родной язык казался очень сложным. Сложные окончания слов, другая грамматика и лексика делали понятие слов сложнее. Но для Гермионы распознать азы старого английского не было трудным, так как сравнение современного и старого родного языка можно найти в множестве книг, если ей предоставят к ним доступ. Мимми вновь появилась на короткие секунды и вежливо поднеся к ней поднос с едой, молча удалилась. Урчание желудка и отсутствие сил на последующее изучение взял верх, и она жадно впилась в пищу. Горячий кофе приятно прожег горло и помог разогреться похолодевшему телу. Время подходило к двенадцати ночи, когда Гермиона, укутываясь в одеяло, подошла к окну и на этот раз не совершая попыток высунуть голову, лишь разглядывала изгородь поместья и эльфов, пропалывающих сорняки в огороде. Внезапно рядом с эльфами появился Люциус Малфой, от чего по спине Гермионы пробежали мурашки. Если она привыкла к присутствию Нарциссы и Драко, то присутствие Люциуса Малфоя все еще вызывало в ней незыблемый страх. Мужчина был совершенно непредсказуем и его неприязнь к ней чувствовалась на расстоянии двадцати километров. Внимательно проследив за действиями Люциуса, гриффиндорка заметила как эльфы «незаметно» отдалились от него и принялись подвязывать ростки, находясь на приличном расстоянии от своего хозяина. Похоже, Гермиона не единственная, кого пугал этот мужчина. На миг Люциус поднял глаза и посмотрел прямо на Гермиону, которая тихо наблюдала за ним и она тут же спряталась за распахнутой древцой окна, упираясь спиной о стену. Украдкой взглянув сквозь щель окна, она заметила, что в огороде остались лишь эльфы и облегченно вздохнула. Девушка уже хотела отойти от окна, как голову пробила острая боль, от которой она не сумела удержаться на ногах. Ноющая боль не прекращалась и пульсировала, от чего из ее уст вылился истошный стон. Сознание помутнело, а обрывки воспоминаний ярко вспыхнули. *** Темница Хогвартса бросало в дрожь от холода тело Гермионы. Она совершенно потеряла счет времени с тех пор, как ее поймали после битвы за Хогвартс. Непрерывный плач и крики боли от потери всех дорогих ей людей, были единственными действиями за все ее нахождение в заточении. За это время никто не пришел за ней, никто не дал ей еды и лишь изредка появляющиеся пожиратели приходили, чтобы силой заставить ее затолкать ей в глотку воды, чтобы она окончательно не свела счеты с жизнью. Голод и последствия круциатуса, которому ее подвергли бесчисленное количество раз у замка Хогвартса, когда последователи Волдеморта убили всех ее друзей, оставили свои следы. Пальцы безостановочно дрожали, а тело содрогалось, словно у нее была температура выше сорока градусов и в организм не поступало не доли тепла. Руки инстинктивно потянулись к серебряному кулону, который подарил ей Добби на ее день рождения незадолго до битвы. Это было единственным выжившим напоминанием о ее любимых людях, о свете и надежде. Она сильно сжала кулон в руках и закрыла глаза, стараясь не погрязть без пути назад в мрачных мыслях. Волдеморт мог лишить ее возможности покончить с собой, но Гермиона после проведенных дней в темнице, именно в этот момент решила, что никогда не сдастся. Не важно, сколько времени у нее займет месть и какими последствия для нее это обернется, но этот сукин сын не останется без наказания. Последний крестраж, который они с Гарри и Роном не успели найти, все еще где то там, и она обязательно найдет способ заставить Темного Лорда поплатиться за все. В темницу зашел очередной пожиратель и оставил стакан воды перед ней. На этот раз ей не сжали челюсть, чтобы заставить ее сглотнуть воды. На этот раз ее тело не подверглось насилию и вдоль ее тела не обвились грубые руки, сжимая и лапая все ее интимные места. Даже сквозь маску пожирателя, Гермиона заметила прямой взгляд мужчины на себя и едва уловила его слова: - Инкэптио. После брошенного тихого слова пожиратель закрыл дверь, и она вновь осталась одна. По всему телу Грейнджер прошлась волна энергии и легкое покалывание на шее странным образом придали ей надежду. Силы, даже легкое покалывание магии она внутри себя не чувствовала и четко знала, что в воде, принесенной пожирателями смерти находится подавляющее магию зелье, но сегодня точно ощутила, что окклюменция вновь объявила о себе и Гермиона смогла оттолкнуть пронзающие болью сердце воспоминания вглубь разума. Руки больше не дрожали. *** Проснулась Гермиона на мягкой кровати и ощутила легкое прикосновение длинных пальцев Мимми вдоль своей щеки. - Мимми так беспокоилась за вас, мисс. - голос эльфийки пронзал не успевшее до конца пробудиться сознание повторной болью и показался слишком громки. Мимми заметила, что девушка еще не в состоянии выдержать шум и тут же отдалилась от нее. - Все в порядке, Мимми. - тихо произнесла Гермиона и снова заметила странный укол в сердце. Почему то любая подобная забота, как беспокойство за нее, вызывали обиду. Мимми улабнулась ей и хлопком рук, исчезла. Осмотревшись вокруг, Гермиона увидела Драко, который заглядывал куда то сквозь окна. Взгляд невольно заскользил по фигуре слизеринца, который словно успел вырасти на пару сантиметров и стал еще выше, чем был в студенческом возрасте. Плечи стали широкими и мускулистыми, а черты лица острее и аристократичнее. Он выглядел очень красивым в свете луны, а напряженная линия челюсти придавала утонченности и мужественности. На миг захотелось провести пальцами по скулам, чтобы ощутить, насколько остры его черты и можно ли о них порезаться. - Как долго я была без сознания? - разрушив тишину спросила Грейнджер. Ее слова не вызвали никакой эмоции у Драко, он лишь продолжал вглядываться на вид из окна, будто ожидал, что тишина не продлится вечно. - Три часа. Скоро закат. Значит, время три часа ночи, так как когда она разглядывала Люциуса, время было примерно двенадцать. Ее обмороки с дня прибытия в Мэнор участились, боль в голове продолжала внезапно врезаться, а воспоминания о ее мучениях вновь и вновь проявлялись. Малфой со вздохом подошел к дивану и плюхнулся на него, закрывая лицо руками. Он выглядел бледным и истощенным, словно устал после очень долгого пути. - Ты в порядке? - осторожно поинтересовалась Гермиона у Драко и встретилась с его ухмыляющимся взглядом. - Благодаря тебе, нет. - сказал Малфой и увел взгляд. И что это значило? Неужели ее обморок принес ему проблемы? Она была уверена, что лечила ее Мимми, и слизеринец даже пальцем не пошевелил. Но его состояние четко указывало на то, что силы его покинули. - Как ты вернул мне силы? В тот день…Пэнси сказала, что моя магия вернулась и я ее лишь иногда ощущаю, но никаких очевидных признаков нет. - проигнорировав его слова продолжила допрос Гермиона. На протяжении недели она пыталась проявить колдовство, но ничего не удавалось, тем более, что у нее не было палочки. - Антидот от подавляющего зелья не так сложно найти, если знаешь, из чего он состоит. - лениво ответил Малфой и положил ноги на стол. В воспоминании всплыли моменты, когда она изучала книгу зелий для «легкого» чтения, но информация об антидоте всегда была не полная. Гермионе захотелось немедленно встать и изучить зелье, но сейчас это уж точно не получится. - Зачем ты помог мне? Драко снова перевел взгляд на нее, но его глаза не выражали ничего. К интересу Гермионы добавилась еще и его биография. Где он был все девять лет, когда не находился в границах Хогвартса? Драко Малфой - самый успешный разведчик Темного Лорда. Это одна из самых опасных и грязных должностей. Но нужно признать, без хороших интеллектуальных способностей, на эту должность берут даже не редко, а не берут вовсе. Разведчиками становятся пожиратели, которые умеют думать, скрываться и действовать хладнокровно. Внедрятся в школы, семьи, министерские круги, собирать информацию о потенциальных предателях, создавать ловушки и расправляться с предателями одни из немногих принадлежащих им задач. - Считай это моим подарком, как от школьного «друга». - улыбаясь, разъяснил блондин и встав с места, направился к тумбе рядом с ее кроватью. Драко взял в руку вторую книгу, где описывались древние языки за всю историю. - Не верю, что ты прочла больше семиста страниц за один день. Гермиона закатила глаза и медленно приподнимаясь на кровати, бросила взгляд на книгу. - Я прошлась по главным описаниям всех языков. Интересующая меня тема, к сожалению, не оказалось приоритетной в этой книге. - произнесла она и вздохнув, продолжила. - Там обрывками стерта главная информация. Драко приподнял одну бровь, задумчиво уставившись на Гермиону: - Ты хочешь сказать, что сумела прочитать эти иероглифы? Удивление от того, как с такими знаниями, Малфой вообще преуспел в своей должности быстро отразилось на ее лице, от чего слизеринец фыркнул и отложил книгу. - Серьезно? Иероглифы? - фыркнула Гермиона в ответ. - Это древний английский. Его использовали еще до тысячи сотого года. На лице Малфоя на миг появилось удивление, с нотами похвалы, но он тут же вернул холодный взгляд и быстрым шагом направился к выходу из комнаты, по пути пробубнив «Конечно…». - Стой! - крикнула Гермиона, резко встав с постели и не обращая внимания на головокружение, перегородила ему путь. - Ты ведь ищешь разгадку этого языка? Позволь мне помочь тебе. Помощь Малфою не была в ее планах, но любая зацепка в поисках драконов и возможность помешать Лорду Волдеморту завладеть одним из них, была главным приоритетом гриффиндорки. - Ты поможешь, но не сейчас. Гермиона уже успела разочароваться, когда Драко продолжил: - Завтра за тобой кое кто придет. Делай так, как она скажет и…как бы сложно для тебя это не было, доверься мне. После последних слов Драко вышел из комнаты, и Гермиона снова осталась одна. Сегодняшний разговор вызвал странные ощущения, отчего ей больше не хотелось бунтовать, обдумывать его «загадочные» слова, а лишь плыть по течению. - Мимми. - коротко призвала она эльфийку, которая тут же появилась перед ней в розовой ночнушке. - Принеси мне пожалуйста чаю с малиной. Мимми улыбнулась тому, что Гермиона впервые попросила ее о чем то, и кивнув, исчезла. Она попивала свой горячий чай, вновь укутавшись в плед и принявшись перечитывать книгу о драконах. *** Глаза давно привыкли к кромешной тьме темницы. Дверь распахнулась с приходом Пожирателя, от чего слабый свет коридоров заставил глаза гореть и жмуриться. - Вставай, грязнокровка. Тебя ждет сюрприз. - донесся голос, мерзко ухмыляющегося Барти Крауча Младшего. Гермиона едва могла открыть глаза. Желудок, наверное, давно прилип к спине от голода, а вода с подавляющим зельем не придавала достаточно сил, чтобы дать ей успешно встать на ноги. Жар и пот неприятно обдали все тело, а мутное зрение мешало здраво мыслить и обозревать. - Я сказал, вставай! - крикнул Крауч и его глаза вспыхнули тем самым, присущим ему безумным огнем. Крауч направился к Гермионе и грубо схватил ее за волосы, от чего девушка что есть силы завопила от боли. Пожиратель смерти таскал ее за волосы по каменной земле и на теле стремительно появлялись глубокие царапины из которых выступала кровь. Бросив слабые попытки высвободиться из его рук, Гриффиндорка отпустила себя на произвол судьбы и ее тело обмякло, скользя по полу. Темные стены и слабые отблески факелов напомнили ей подземелья Хогвартса. Повсюду были клетки для заключенных и слабо постанывающих от боли магглов и волшебников, которых успели схватить. Грязная одежда Грейнджер пропахла потом, пылью и кровью, чему она даже неимоверно радовалась, так как это отталкивало пожирателей или в данном случае, Барти Круча от прикосновений к ней. Не будь ее одежда сейчас пропитана этим, ее бы не «пожалели» и не таскали бы за волосы. После бесчисленных кровоточащих царапин, Крауч наконец остановился и выпустил грязные волосы Гермионы из рук. Будучи все еще не в силах встать, она лишь приоткрыла глаза и пригляделась к силуэтам в дальнем углу темной комнаты. Волдеморт. - Грязнокровка Грейнджер! - вскрикнул Темный Лорд, раскрывая объятия и тут же послышался тошнотворный смех Беллатрисы Лестрейндж. Пожирательница смерти медленными, пританцовывающими шагами подошла к Гермионе и опустившись на корточки, провела палочкой по ее лицу. - Бедняжка грязнокровка… - фальшиво надув губы произнесла Беллатриса. - От нее воняет хуже, чем от тролля. Крауч, Волдеморт и сумасшедшая Лестрейндж дружно рассмеялись. Барти Крауч пнул ей в спину одной ногой, от чего она покатилась к ногам Волдеморта. - Позвольте мне повеселиться с ней, господин… - облизав губы и распахивая глаза, голодным выдохом обратилась к своему лорду Беллатриса, но Лорд Волдеморт поднял руку в знак молчания. В следующую минуту тело Гермиона окаменело, превратив ее в живую статую. Невозможно было даже пошевелить пальцами. Волдеморт использовал на ней Петрификус Тоталус. - Какого это, грязнокровка? - оскалив зубы поинтересовался у нее Темный Лорд. - Какого это, потерять Гарри Поттера? Всех друзей и любимых учителей? Сердце пронзила боль, и в памяти всплыли до недавних пор укрощенные ей воспоминания. По щеке прокатилась одинокая слеза, пощекотав кожу, а вдоль стен заскользил пакостный смех Барти Крауча Младшего. Поддаваться их влиянию ни в коем случае нельзя. Гермиона слишком много знает и если в ее голову проникнут, они сумеют увидеть все. Как Гермиона разыскала хоть и малую, но все же важную информацию о последнем крестраже, который Орден так и не успел уничтожить. Они бы узнали, что это Северус Снейп убил Дамблдора, а не Драко Малфой. Гермиона и сама до конца не понимала, к чему скрывать информацию, если бороться уже было не за чем, но почему то мысль о казни Малфоя тревожила ее. Он единственный выживший человек, который остался у нее. Да - пожиратель смерти, но он единственный, чье имя не вызывало у нее полной ненависти. Ему доверял Снейп, а значит, в нем все же что то есть. Помимо всего, они бы узнали о ее родителях. О родителях. Протолкнув глубоко в сознание все важные сведения ее разума, она еще раз поблагодарила Мерлина за то, что окклюменция все еще поддавалась ей, не смотря на слабые отголоски почти исчезнувшей магии внутри нее. Грейнджер успела вовремя скрыть воспоминания, так как в следующий миг Беллатриса накинулась на нее и сев на ее бедра, одним взмахом палочки ворвалась в ее сознание. Грубое проникновение в голову отдалось невыносимой болью, от которой Гермиона чуть не опрокинула все выведенные стены вокруг информации, но все же удержала, подкидывая Лестрейндж безопасные воспоминания о войне, о моменте, когда она кричала во все горло, пока стояла у мертвых тел своих друзей. Встав с нее, Беллатриса захохотала еще громче: - Ох..мой лорд…как же больно вы сделали жалкой грязнокровке.. - пропищала она и вызвала улыбку Волдеморта. - Это еще ничего, моя дорогая Белла. - сказал Темный Лорд и взмахнув палочкой, отлеветировал Гермиону чуть дальше, чтобы она не мешалась у его ног. - Как знак моего великодушия, я приготовил изумительный подарок для нашей грязнокровки. С этого момента начался ужас для Гермионы. Едва сумев повернуть глаза в сторону Волдеморта, она увидела появившиеся мертвые тела всех своих друзей у его ног. Гарри, Рон, Джинни, вся семья Уизли, Тонкс, Невилл, Симус, Анджелина, все, абсолютно все ее друзья бездыханно лежали. Кажется, даже будучи мертвыми, на них использовали непростительные, потому что их лица были практически полностью изуродованы и едва узнаваемы. Отчаянный крик не вышел из рта Гермионы и она смогла выдавить лишь горький стон от разрывающей сердце ужасающей картины. Но это было лишь началом, потому что в следующую минуту ее родных людей расчленили, а головы, отделив от тел, поместили в стеклянные сосуды с зеленой жижей. *** Прошли еще две недели в поисках большей информации о драконах и ожидании Драко, который в ту ночь сказал, что за ней придут, но никто так и не явился. Расспросы у Мимми не дали никаких результатов. Эльфийка выглядела слегка встревоженной последнее время и не могла ответить, где хозяин пропадает и когда он придет. В прочем, тревога поглотила не только Мимми, но и Нарциссу Малфой. Миссис Малфой не смотря на красивые и утонченные черты лица выглядела, словно увидела боггарта. Мешки под глазами выделялись среди бледной кожи, а губы потеряли свой здоровый оттенок. Мимолетные пересечения с ней сопровождались лишь слабой улыбкой и кивком, пока они молча проходили мимо друг друга. Гермиона все это время пыталась найти библиотеку Малфоев, но попытки не увенчались успехом, и каждый раз по пути она забегала на кухню, чтобы захватить горячего напитка и удалиться в свою комнату. Единственным утешением было то, что к Грейнджер постепенно, очень медленно, но все же начала возвращаться ее магия. Никаких искр магии конечно не было, но отчетливо чувствующийся прилив энергии внутри не мог не радовать, а иногда, пугать. Ее магию подавляли на протяжении шести лет, что очень рискованно. Если силы не будут равномерно возвращаться и Гермиону настигнет высокий приступ страха или паники, ее может просто разорвать на месте. Накопившаяся, не выпущенная шестилетняя магия вовсе не шутки. Спустя вновь перерытой книги от начала до конца, Гермиона решила выписать на пустую тетрадь, которую нашла в комоде, полезные и потенциально важные сведения о драконах. Если Волдеморт все еще в поисках яйца или информации о них, это означало только одно - нужно выбраться из Мэнора как можно скорее и стереть с земли все остатки опасных существ. Но этот план был настолько безнадежным, что Гермионе хотелось скрыться под одеялом и выть от безысходности. По намекам Драко было ясно, что он тоже ищет драконов и не ясно, с какой целью, но учитывая, что Малфои не отличаются благими намерениями к волшебному миру и помешаны на чистоте крови, не опасаться было невозможно. К тому же, гриффиндорку мучало беспокойство о собственной судьбе. До этого года, она лишь мечтала о том, чтобы сбежать из Хогвартса и строить планы об уничтожении Волдеморта, найти последний крестраж после Нагайны и отомстить ему. Заняло бы все это годы, без сомнений, но делать что то иное не было смысла, когда у нее никого не осталось, и месть являлась единственной целью, которая все еще держала ее при жизни. Но сейчас, когда она из Хогвартса переместилась в поместье Малфоев, прямо в логово льва, ее паника не отступала. Да, условия Малфоев были куда приятнее, чем в Хогвартсе, намного приятнее и комфортнее, но и тут и там ее окружают пожиратели смерти. Любопытство от того, как Волдеморт все еще не отыскал ее и не замучил до смерти без перерыва вертелась в голове. Исходя из того, что он знал, что Гермиона отправляется в библиотеку вместе с Драко, а после чего, он возможно вернулся туда один - один из них, а может оба, уже должны были быть мертвы. Темный Лорд не прощает даже самых верных подопечных, как это и случилось с Беллатрисой Лестрейндж. В памяти всплыла книга Чарли, которая беспроигрышно таила в себе очень важную информацию про драконов. Подозрения, что именно после опубликования единственного экземпляра книги в запретной секции, странным образом сердце Чарли Уизли перестало биться направляли именно к этому. Оставалось лишь надеяться, что Драко не передал книгу прямо в руки Лорду Волдеморту. Не желание выходить из своей комнаты постепенно отпустило, и Гермиона снова рыскала по коридорам поместья, каждый раз удивляясь, как велик Малфой Мэнор в своих размерах и интерьеру. Каждый осмотр нового уголка открывал новые тайны, а некоторые коридоры меняли направление, словно путая мысли и отводя от себя в другие обходы. Портреты переставали говорить как только Гермиона окажется в их поле зрения, но ее никак не беспокоил этот факт, а иногда даже забавлял и Грейнджер нарочно прокашливалась, чтобы они успели замолчать или пела маггловские песни, чтобы вызвать их раздражение. Устав от скитаний по поместью, Гермиона спустилась, словно пробежала марафон, по длинным лестницам и направилась на кухню. Не успев переступить порог она застыла в удивлении с широко распахнутыми глазами. Опершись о кухонную тумбу стоял Драко, внимательно читая ежедневный пророк. - Привет. - осторожно поприветствовав слизеринца, на пару шагов приблизилась к нему девушка. Драко поднял глаза с газеты и взглянул на нее. Вид у него был еще более болезненный, чем раньше и она едва подавила подступающее беспокойство за него. - Ты в порядке? - задала она вопрос, не дождавшись его ответа. - Благодаря тебе, нет. - снова повторил свои слова Малфой, как и в прошлый раз. Закатив глаза от его ироничных, а может не совсем, слов, Гермиона подошла ближе к нему и также оперла бедра о тумбу, пытаясь разглядеть «Пророк» в его руках. - Там…есть новости про меня или… - запнувшись она на мгновение задумалась, стоит ли озвучивать любопытство. - Про драконов, ну, ты знаешь, планы господина. На губах Малфоя заиграла усмешка, но он не проронил не слова и лишь подал ей газету, в которую Гермиона тут же жадно впилась пальцами и глазами: «ХОГВАРТС, ВЧЕРА ВЕЧЕРОМ По официальному сообщению Пресс-службы, Темный Лорд лично привел в исполнение наказание в отношении бывшей служащей Гермионы Грейнджер, грязнокровки, не выполнившей возложенное на нее поручение государственной важности личных мотивов Лорда. Казнь произошла в Большом зале Хогвартса - ныне главной цитадели нового порядка. Свидетели отмечают, что Темный Лорд действовал «быстро и бескровно» и не воспользовался ни одним из традиционных способов наказания, обычно применяемых к предателям его режима. НОВЫЙ РАЗВЕДЧИК! Министерство Магии сообщает, что на вчерашнем совещании Темный Лорд назначил Родолфуса Лестрейнджа новым главным разведчиком. По словам представителей разведоуправления, Лестрейндж «обладает непревзойденной преданностью делу Лорда и уже получил первое задание, связанное с обнаружением групп оставшихся мятежников. НОВОЕ ПРАВИЛО ДЛЯ МАГГЛОВ Отдел Министерства Маггловского Надзора объявил о вступлении в силу нового, беспрецедентного по суровости закона, направленного на окончательное установление магического порядка на территориях, где еще проживают магглы. Каждый маггл обязан носить опознавательный браслет. Магглы обязаны ежедневно являться на проверку лояльности. Запрещено находится вне назначенной зоны проживания после захода солнца. Главный по маггловскому контрою заявил: «Магглы доказали свою непригодность к разумному поведению. Закон №88 - первый шаг к их упорядочиванию.» Темный Лорд лично утвердил указ, отметив, что «поддержание дисциплины среди низших является ключом к стабильности Новой Британии.» К вискам подступила боль и пульс заметно участился, от чего голова закружилась, руки задрожали, а газета в руках упала на пол. Гермиона обернулась, придерживая равновесие и опираясь руками о мраморную поступь тумбы. Драко Малфой стоял рядом с ней и внимательно следил за каждым ее действием, за каждой сменой выражения лица. - Я…мертва? - не поднимая взгляда с узоров мрамора спросила Гермиона, и голос задрожал. - Да. - коротко отрезал Малфой. Сердце бешено билось в груди, но оковавшие ее эмоции не были страхом, не были ужасом и паникой. Это были шок, непонимание, но также - радость в чистом виде. Глаза наполнились слезами от надвигающегося осознания. Возможно ли это? Драко Малфой сопровождал ее в библиотеку и не дав ей сбежать с книгой, аппарировал ее к себе домой и держал ее тут в сытости и тепле на протяжении почти целого месяца. Каким то образом он остался в живых, вернувшись к Волдеморту без нее и без единой зацепки на нужную информацию о драконах. Каким то образом ее смерть инсценировали. Гермионе случившееся казалось до того невозможным, что она судорожно пощупала свое лицо, провела руками по собственному телу, словно искала что то у себя в карманах. Неужели…Драко спас ее? Внезапный адреналин забурлил внутри и за все это время копившееся внутри любопытство вылилось, не позволяя поддаться влиянию и отнекиваться от вопросов. Гермиона резко отпрянула от кухонной мебели и вплотную подошла к Драко, крепка сжав его плечи и слегка потрясывая, что серебряная цепочка на его шеи заболталась в обе стороны. - Ты…но как? - в недоумении спросила она, одновременно пытаясь сложить пазл в голове. Спокойный взгляд Малфоя не выдавал ничего, кроме ощущения контроля ситуации. От него исходила тихая уверенность в своих поступках, что заставляло гриффиндорку чувствовать еще большую радость. Но со взрывом эмоции подкрались страх и сомнения. Что если таким образом он пытается наказать ее собственноручно? Что если ее и правда держали тут как заложницу, оттягивая момент расправы мучительным гостепреимством? Но с другой стороны…книга Чарли не является настолько сильным преступлением. Да, она хотела помешать Темному Лорду найти ее, что уже являлось действием, на которое в новом режиме осмелиться мало людей. Тогда она доверяла лишь своим навыкам окклюменции и маловероятной удаче. Но…максимум что бы он сделал, - и если читать только новости, он и сделал - убил бы ее. Но это никак не должно касаться Драко. Единственное, что приходило в голову, это то, что возможно он в чем то провинился, и хотел преградив ей путь - догадываясь, что она уничтожит книгу - донести на нее и показаться в лучшем свете для Волдеморта. - Ты правда хочешь знать, как я это сделал? - сохраняя спокойное выражение лица, уточнил Малфой. Конечно, черт возьми, она хочет знать, как он это сделал. И еще больше, она хочет узнать, зачем он это сделал. - Да. - судорожно кивая и все еще придерживая его за плечи, ответила Гермиона. Драко сначала посмотрел ей в глаза, а затем опустив взгляд на ее руки на его плечах, приподнял одну бровь. Виновато убрав руки, Грейнджер закусила губу, пытаясь сдержать нетерпение, которое усиливалось, пока он отходил к окну. - Виктория Уайтмор. Сознание выкинуло мутные образы женщины. Рыжие волосы, костлявое телосложение и хриплый голос. Кажется, они пересекались, когда Гермионе поручали пытать магглов для обнаружения, не затаились ли их неизвестные Темному Лорду родственники грязнокровки где то. Да, она точно была магглом. - Мне всего лишь пришлось достать оборотное зелье и выявить ее темному лорду в виде тебя. Остальное он сделал сам. В глазах снова слегка помутнело от пробирающейся паники. - Нет…не говори мне, что… - Она пошла на это добровольно. Поверь, для нее это было лучшим подарком. В ее ситуации смерть - лучшее, что может произойти с ней. - проронил Драко. Значит, Виктория не выдержала, и выбрала стать Гермионой Грейнджер и понести наказание за нее. Уайтмор спасла не только себя от мучений в темницах, но и Гермиону, и когда нибудь она обязательно отблагодарит ее. Как нибудь. Не смотря на все пытки, через что Грейнджер принудила пройти ее, она все равно решила спасти ее, ведь представ пред Волдемортом она могла высказать все и даже сдать Драко, рассказав о том, что он подстроил все это, но Виктория не сделала этого… - Но…как все это произошло? Новость о моей смерти числится вчерашним днем, а ты аппарировал меня сюда почти месяц назад. Где я была для Темного Лорда все три недели? Сквозь щели окна проник холодный ветер, а солнце, убывая, оставило за собой оранжевые цвета на небе, в которые Драко внимательно вглядывался, не оборачиваясь на нее. - Я сказал Темному Лорду, что ты вырубила меня в библиотеке и сбежала с книгой. Весь остаток времени я провел в поисках тебя и в конце концов, нашел его любимую грязнокровку и привел ее к нему. У Гермионы даже пропал интерес к тому, как он все это устроил, и она задалась главным вопросом: зачем? Если…если Драко действительно сказал это Волдеморту, он бы не простил своему разведчику такой провал. Значит… - Он пытал тебя. Поэтому у тебя был такой болезненный вид… - произнесла гриффиндорка и не смогла сдержать слезу, скользящую по щеке. Чувства превратились в кашу из радости, страха, вины, недоумения и грусти. Еще не до конца все прояснилось в голове и слабая усмешка Драко отвлекла ее от самоанализа: - Да. - холодно ответил слизеринец. - Чего он не сделал с тобой. Поразительно, как ты повлияла на него за эти шесть лет. - добавил он и сощурив глаза, вгляделся в ее лицо, словно пытаясь проникнуть в душу. - Виктория не подверглась ни одной пытки. Всего лишь длинная и монотонная речь, что никто не смеет саботировать его планы и быстрый луч Авады. Гермиона задумалась о всех моментах, когда Волдеморт мог вдоволь поиздеваться на дней, но не действовал. Да, она прошла через ад и находилась там еще очень долго в первые годы служения и поимки, но спустя два года в нем что то поменялось по отношению к ней. Именно по этому к Грейнджер хоть и липли, никто из пожирателей так и не осмелился изнасиловать ее или по настоящему навредить. На второй год устроили цирк…и кажется именно тогда Грейнджер запустила какой то рычаг внутри него, который перевернул его отношение к ней. Он продолжал пытать ее, но словно делал это короче, не растягивая свое удовольствие. Наверное, это своеобразная для Темного Лорда форма проявления совести. Голова окончательно разболелась от бурлящих мыслей и настигшего шока. Продумывать маршрут ведения разговора с Малфоем и обдумывать что либо не осталось сил. Внутри заявила о себе лишь тихая надежда, отбрасывая все остальное на задний план. - Драко…где книга? Зачем она тебе? Слизеринец не мог не знать о ее содержании и происхождении, иначе он бы не поплелся за ней в библиотеку и не устроил бы все это. Он повернулся к ней, и Гермиона заметила на его лице облегчение и почему то ей показалось, что причиной тому является то, что его план сработал. Ему удалось обмануть Волдеморта. - В полной сохранности и безопасности. Хватит на сегодня вопр… - А зачем тебе я? - перебила Гермиона и встала перед ним, чтобы он не смог направиться к выходу из кухни, встретившись с глубоким вздохом слизеринца. - К сожалению, нас ждет долгий путь, Грейнджер и я очень надеюсь, что ты все еще та заучка, которую я знал, потому что твои мозги нужны мне как никогда. С этим ответом Драко вышел из кухни и оставил ее одну. Все опасения за свою жизнь отпали, мешая мыслить здраво. Она обдумает его слова завтра, а может послезавтра. Сейчас было ясно лишь одно, Гермиона мертва для всего мира и странным образом никто ее не нашел в Малфой Мэноре и скорее всего, уже никто не будет искать. Скоро, может через два месяца, а может пять, ее магия снова вернется к ней с полной силой, а хозяева поместья не собираются причинять ей боли. Она свободна. Она свободна от оков, шесть лед ада остались позади. Слезы радости неустанно потекли по щекам и Гермиона уже не сдерживаясь, зарыдала так, что Мимми в полной панике появилась перед ней и спросила, что случилось с Мисс Грейнджер. Беспокойство эльфийки не вызвало в ней на этот раз обиду и раздражение, и она крепко обняла Мимми, всхлипывая еще сильнее.