Глава Vl.

Барыня Бережнова вышла прогуляться и прочистить свою макушку от мыслей про Дмитриевича. Гуляет она по барскому саду. Ей пришла в голову мысль выйти за калитку, не смотря на страх и опасение. Стоило ей только отойти, как тут подбегает Игорь Дмитриевич сзади, и хватает за таз. Бережнова вскрикнула: — Что вы делаете, больной?! — Ох, какая мягкая фактура… Бережнова ударила по руке Дмитрича, затем ему прилетела пощечина, а потом ещё… — Вы просто не в себе!- крикнула Бережнова. Дмитрич начал наклоняться к ней. На крики прибежала Гераськина. Она оттолкнула Дмитрича. — Вы совсем головой не думаете? У вас настолько прогрессирует болезнь!? Как вы посмели приставать к великой барыне?! Она чуть ли не за ухо отвела его к Лилие и Маргарите. Она кинула его на порог и сказала им. — Накажите его, да получше! Пусть знает, как приставать к помещицам! — А что случилось, собственно? - спросила Лилия. — Этот старый хер пристает к помещице Бережновой, подруге вашей приближенной! Больше не выпускайте его без разрешения! И не подпускайте к помещицам, да и к крестьянам нежелательно! Даже их жаль стало, из-за этого старого куска плесени в мозгу! — Услышала вас. Больше вы его не увидите. С этими словами Лилия закрыла дверь и пошла в сторону будки Дмитрича. На всякий случай, она взяла ружье. Подходя туда, она обнаружила Дмитрича, сидящего на кровати. Она говорит: — Дмитрич Плесневич-за-таз-хватаевич! Вы зачем пугаете помещиц? Это самое настоящее насилие. Это понимают даже такие как вы. На эти слова Дмитрич схватил свое ружье. Лилия успела зайти за стену. Он выстрелил почти в то место, где она стояла. От испуга Лилия выстрелила в дверной проем. Дрожь прошлась по ногам. Дмитрич выбежал и начал стрелять. Лилия, спрятавшись за дерево, начала стрелять в сторону Дмитрича, при этом не попадая. Дмитрич резко передвинулся за другое дерево, при этом спрятался не до конца, и половина его была снаружи. Он начал стрелять в её сторону. Лилия выстрелила 3 громких раза, сообщая о предупреждении. Выстрелы были слышны в саду. Крестьянки перепугались, но не стали вмешиваться. Мария воскликнула: — Боже, хоть бы помещица осталась жива! — Не нужно ей помогать. Сама справится. - ответила Петрунина.