ЧАСТЬ ТРИНАДЦАТАЯ: ДЫМ ОТЧАЯНИЯ

Глава 1: Новая Угроза для «Здоровья Нации» Империя, казалось, достигла хрупкого равновесия. Но из самых тёмных уголков трущоб и резерваций поползла новая, коварная угроза. Среди травоядных, особенно молодёжи, охваченной безысходностью, стремительно распространилась новая форма бегства от реальности — наркотики. Самым популярным был «Сон Травы» — дым, получаемый при сжигании определённого вида плесени, росшей в сырых подвалах. Он давал иллюзию тепла, сытости и свободы, а на выходе — разрушал волю и приводил к медленной деградации. Были и другие зелья: «Млечный Путь» для мышей и бурундуков, «Дрёма Корней» для более состоятельных травоядных. Великая Каракальская Партия немедленно отреагировала. В ярости были все фракции. Для Лунного Зуба и ПСП это было очередным доказательством «биологического вырождения низших рас». Для Артёма — трагическим симптомом той самой отчаяния, с которой он боролся. Глава 2: Циничный Расчёт и Благородный Ужас Искорка, изучив отчёты, представила Адольфу безрадостный анализ: —Это — оружие. Но его можно повернуть против самих же травоядных. Больной и апатичный раб не способен к бунту. Однако, если процесс пустить на самотёк, мы потеряем рабочую силу. Адольф видел в этом двойную выгоду. Борьба с наркотиками позволяла: 1. Усилить контроль над резервациями через новые карательные меры. 2. Представить травоядных как слабых и дегенеративных, нуждающихся в жёсткой опеке со стороны хищников. Был создан Имперский Комитет Наркоконтроля (ИКН), подчинённый непосредственно ВКПП. Его главой был назначен ястреб Око Стервятника, известный своей безжалостностью. Артём, узнав об этом, пришёл в ужас. Он понимал, что истинная причина — в невыносимых условиях жизни, в отсутствии надежды. Он видел в этом не преступление, а болезнь общества. Но его голос разума тонул в хоре консерваторов, требовавших «выжечь заразу калёным железом». Глава 3: Закон «О Чистоте Крови и Разума» Под предлогом борьбы с наркоманией был принят драконовский закон, который стал удобным инструментом для нового витка репрессий. · За употребление «Сна Травы» — немедленная высылка в самые суровые трудовые лагеря на «перевоспитание трудом». · За распространение — смертная казнь. · Комитет Ока Стервятника получил право проводить внезапные обыски в любых жилищах травоядных без санкции суда. · Вводилась система доносов: тот, кто сообщал о распространителе, получал двойной паёк. На деле закон использовался для расправы над неугодными. Достаточно было подбросить щепотку высушенной плесени в нору активиста СРП, чтобы отправить его на каторгу. Глава 4: Трагедия в Трущобах Пиком кампании стал рейд в одном из самых бедных районов резервации, известном как «Гнилое Дно». Отряды ИКН, состоящие из хорьков и ласок, ворвались в подвалы и норы. Они вытаскивали на свет одурманенных, испуганных зайцев и ежей. Сцены были чудовищными: матери пытались спрятать детей, стариков волокли по грязи. Артём, узнав о рейде, бросился туда. Он увидел, как молодого зайца, у которого нашли пару сухих травинок, принародно избивают дубинками. —Остановитесь! — закричал Артём, его голос дрожал от ярости и бессилия. — Вы что, не видите? Они ищут в этом дыме забвение от той жизни, которую мы им создали! Око Стервятника, наблюдавший за операцией, усмехнулся: —Они слабы духом, советник. А слабость — это порок, который Империя не может терпеть. Мы лечим их. Жестоко, но эффективно. В тот день сотни травоядных были арестованы. Многие погибли при задержании. Артём вернулся в свою нору с чувством глубочайшего стыда. Он пил свой горький цикорий, и впервые ему показалось, что он не просто горький, а отравленный. Отравленный сознанием того, что он, обладая таким влиянием, не может остановить это безумие. Глава 5: Узник Собственной Системы Артём попытался действовать через закон. Он внёс в Совет Голосов предложение о создании лечебных пунктов для наркозависимых и программу по улучшению условий в трущобах. Но его тут же обвинили в «попустительстве пороку» и «попытке легализовать вырождение».ажды сделать так, чтобы детям его народа не приходилось пить чашку горечи до дна, как приходилось ему. Лунный Зуб язвительно заметил: —Может, твоему Союзу Разумного Подчинения нравится запах этого дыма? Может, вы все там уже подсели? Адольф, к ужасу Артёма, поддержал карателей. Он видел в наркомании не социальную проблему, а форму мятежа — бегство от «суровой правды» его империи. Кампания продолжалась. Она не уничтожила наркотики — они просто ушли в ещё большее подполье, а их цена взлетела. Она не вылечила отчаявшихся — она лишь добила тех, у кого ещё оставались последние проблески воли. И она в очередной раз доказала Артёму, что любая, самая благая идея в рамках тоталитарной системы может быть извращена и превращена в орудие пыток. Он выигрывал битвы за отдельные законы, но проигрывал войну за души. И едкий дым «Сна Травы», плывший над трущобами, был для него дымом его собственного поражения