Часть 1. Точки отсчёта. Реальность 539010 — отражённо-вероятностная

Дверь мягко втянулась в стену, пропуская тихо зашедшего. Он на мгновение замер, прислушиваясь к окружающей тишине. И только убедившись в её безопасности, направился к цели. Он не стал зажигать свет — не хотелось привлекать внимание, да и темнота не была для него серьёзным препятствием — обстановку он знал прекрасно. Несколько точных шагов и движений, и вот оживает главный терминал, заливая кабинет голубоватым голографическим свечением. Придвигается кресло и начинается работа. Нет, он не преступник и не тайный агент. Он обычный младший сотрудник, имеющий все необходимые полномочия для пребывания здесь (во многом на правах любимого помощника профессора). Однако профессор подобное не одобрил бы наверняка, а как следует обосновать не получилось бы. Его интерес был абсолютно иррационален и носил смутно-болезненный характер. Он и себе-то не мог толком объяснить, ради чего всем этим занимается. Однако необоснованное и необычно беспричинное беспокойство убивало сон уже которую ночь и настойчиво гнало сюда. Мелькали сотни изображений, графиков, схем, таблиц, кусков текста. Он чувствовал, что что-то упускает. Но никак не мог понять, что именно. Это было неприятно и для него крайне не свойственно. Но желание понять, наконец разобраться и привычно всё расставить по полочкам было сильнее. Профессор не поощрял излишнюю концентрацию на конкретной, отдельно взятой личности. Кажется, теперь он впервые начал по-настоящему понимать почему. Потому что привязываешься, перестаёшь быть объективным и забываешь про главное. А в их деле — большом, важном и масштабном — подобное излишне, вредно и во всех отношениях неправильно. Так что он, поддерживая профессора и разделяя его взгляды, продолжал действовать исподтишка фактически против него. Время — субстанция сложная, многослойная и во многом запутанная. А уж в совокупности с пространством тем более. Они нелинейны и неодномерны. И в своём сочетании создают множество завихрений и ответвлений. Множество разных реальностей. И эти реальности далеко не всегда параллельны — их взаиморасположение и связь носят гораздо более сложный характер. Они могут перекликаться, могут во многом быть похожи, а могут и очень сильно отличаться, практически не соприкасаясь. И всё же некие нити связей и закономерностей между ними зачастую присутствуют. А выяснить, чем обусловлены и по каким именно принципам действуют эти странные нити, и составляет одну из главных задач их института. Правда, рассматривать обычно принято что-то очень масштабное, общественно и исторически значимое. В то время как его регулярно “стягивает на личности”. Но это же тоже не лишено смысла: в конце концов именно из частного и складывается общее! Так или иначе. Оно же тоже всё взаимосвязано и взаимообусловлено, причём нередко довольно тесно. А значит ошибочно грубо отрывать одно от другого в самодовольной попытке достичь заведомо невозможной объективности. За подобные рассуждения его назвали бы самоуверенным и максималистичным мальчишкой, а саму идею — ребячеством. Но это пусть, это нестрашно. Потому что главное в другом. В том, чтобы самому разобраться и для себя понять. А чтобы избежать лишних помех, действовать всё же лучше тайно. Так, по крайней мере, не нужно постоянно и неоднократно объяснять, зачем ты то или иное делаешь. А можно просто брать и делать, приходя к собственным выводам. Он на миг отвёл глаза от экрана, чуть отодвинув кресло и потягиваясь, осторожно разминая затёкшие мышцы. Однако взгляд зацепился и вернулся к маленькой фотографии в самом углу мерцающего множеством окон открытых страниц и программ голографического прямоугольника. На фотографии беззаботно и дурашливо смеялся незнакомый темноволосый парень, крепко обнявший в попытке притянуть к себе стоящих рядом большеглазую девушку и белоголового юношу. На вид они все были ровесниками. И, наверное, друзьями. Лицо девушки выражало показное недовольство, а белоголового — искреннее недоумение. Кажется, темноволосый сгрёб их в объятия насильно и без предупреждения, а теперь стоял крайне довольный успехом своей затеи. Глядя на эту троицу, внутри начинало шевелиться что-то вроде зависти, ибо явно чувствовалось, что ребята эти по-настоящему между собой близки. И тем острее было желание разобраться в той пространственно-временной каше, что завихрялась почему-то именно вокруг них. А ещё лицо белоголового было знакомо. Пугающе знакомо. Интересно, бывают ли такие совпадения? Или всё же… Экран мигнул, выдав новую порцию данных, а фотографию закрыло новым окном.