Часть 2. Камешки. Реальность 539010 — отражённо-вероятностная

Данные на экране сменялись стремительно, исчезая и появляясь, мозг едва успевал за ними, стараясь во всё вникнуть и ничего не упустить. Предельно сосредоточившись, пришлось отпустить окружающую реальность на второй план. И это стало ошибкой. Потому что момент, когда дверь мягко втянулась, пропуская внутрь кого-то нового, прошёл мимо сознания. И только шорох вкрадчивых шагов вдруг пробил холодом осознания. Он не успел подумать, рука сама дёрнулась, мгновенно закрывая программы и сворачивая все окна. Конечно, рубануть сразу весь терминал было бы быстрее. Но тогда ничего из добытых данных бы не сохранилось. А ночная вылазка стала бы бесполезной. Он почувствовал, как кто-то неторопливо встал за спиной. И многозначительно хмыкнул, заметив опустевший экран. В голову сразу пришёл худший из возможных вариантов. Который, естественно, тут же подтвердился. — Лу Гуан, кажется, на этот раз я не поручал тебе ничего сверхурочного, — почти ласково протянул до боли знакомый голос. Голос, который сейчас хотелось слышать меньше всего. Стало холодно. Как в самый лютый мороз. Но Лу Гуан нашёл в себе мужество развернуться к опасности лицом. Высокая худая фигура в длинном белом халате. Скрещенные на груди руки. Вопросительно чуть склонённая набок голова. Тонкая, обманчиво дружелюбная улыбка. И нечитаемый взгляд за вспышками бликов круглых очков. — Профессор… Да, это был именно он. Слишком молодой для своей учёной степени. Слишком целеустремлённый для её отсутствия. В своей сфере он не без оснований считался гением. И, как многие гении, обладал воистину зловещей аурой. И беспрецендентными взглядами. Честно говоря, Лу Гуану он никогда не нравился. Но вот сфера, которой тот занимался... Видимо, догадавшись, что объяснения не последуют, профессор потянулся было к экрану сам. Но замер, с новым интересом уставившись на представленную картину. Потому что Лу Гуан, неожиданно даже для себя, преградил профессору путь. Постаравшись максимально закрыть экран собой. Что было довольно бессмысленно, учитывая размер ровно светящейся поверхности. Что-то новое дрогнуло у профессора в лице. Тонкая улыбка стала ещё шире, а от расслабленной фигуры отчётливо повеяло угрозой. Лу Гуану было сложно обосновать свой порыв. Который, тем не менее, почему-то казался очень правильным. Упрямо подняв голову, он взглянул профессору прямо в глаза. Но не поймал их взгляд за отражением экрана в стёклах. — Ты уверен, что готов бросить мне вызов? — такого явного интереса в голосе профессора не звучало ещё, пожалуй, никогда. — Ведь ты даже не представляешь, с чем именно так хочешь связаться, — едко закончил профессор, практически переходя на шёпот и резко придвинувшись почти вплотную. Лу Гуан отшатнулся, неосознанно оперевшись рукой на стол. Слишком поздно осознавая случайное касание клавиш. Экран предательски мигнул, с готовностью выводя уже знакомое фото с троицей друзей. Вид одного из которых пробирал Лу Гуана до жутких мурашек. Потому что в растерянном белоголовом парне с фото Лу Гуан неизменно узнавал самого себя… Воздух застыл и время, казалось, остановилось. Очки профессора жадно впились в экран, а лицо окончательно исказилось смесью злого восхищения, неподдельного интереса и... узнавания? Неужели это изображение и эти люди на нём говорили профессору о чём-то большем? Неужели он что-то действительно знал? И мог объяснить, как вообще Лу Гуан оказался на фото из абсолютно другой пространственно-временной реальности и с совершенно незнакомыми людьми? Сколько не вглядывался в лица сердитой девушки и улыбчивого парня, они не вызывали никаких эмоций или воспоминаний. Никакого намёка. Никакого отклика. Вообще ничего. Он точно никогда их не видел и не знал. Но на фото стоял рядом с ними и казался одним из них… Каким образом?.. Почему?!.. Профессор одним движением отодвинул ушедшего в ступор Лу Гуана. Дотянулся до клавиш. Быстро и почти не глядя набрал комбинацию. И со странной улыбкой вернулся к созерцанию экрана. Где убийственно медленно меркла, распадаясь на пиксели, счастливая троица, подчиняясь безжалостной команде “удалить навсегда”… Вот теперь внутри что-то отчаянно ёкнуло, словно застывшей водой разрывая ставший тесным сосуд. Очнувшийся Лу Гуан дёрнулся к терминалу, сбивая профессора и роняя кресло. Дикий страх вышибал все ощущения и обнулял мысли. Только бы успеть… Только бы… Только… Но уже было поздно… Помертвевший терминал уже светился стерильной чистотой. А внутри стало пусто. Так, словно внезапно умер кто-то очень важный и очень дорогой…