Глава 1. Часть 2

Часть II              Тучи продолжали плыть, а солнце, скрытое за ними, так и не смогло проясниться. В результате, кухня, где я находился, окуталась полумраком. Но в сравнении с мрачной погодой за окном, сама кухня казалась оазисом чистоты и порядка. Посуда, кухонные приборы блестели чистотой, аккуратно уложенные на своих местах. Было видно, что за кухней следят. Но если говорить про атмосферу, то она была мрачной, как и сама погода. Тишину нарушало лишь тиканье часов и периодический гул холодильника. Ничто не предвещало перемен, но тишину разорвал чей-то голос.       — Кохаку, как твои дела в школе?       Я захватив вилкой рис, посмотрел прямо на человека, который ко мне обратился. За одним столом напротив меня сидела моя мать. Она, как обычно, была в своей любимой синей блузке, а её волосы легко спадали на плечи. По её лицу можно сказать, что она слегка уставшая.       — Всё как обычно, ничего особенного, — сказав это я продолжил свою трапезу.       — А как обстоят дела с твоими курсами по компьютерным технологиям? Ты их уже закончил? — она продолжала смотреть на меня, ожидая прямого ответа.       — Да, я уже всё прошёл.       — И как тебе? Понравилось?       Я задумался на мгновение, и в комнате воцарилась неловкая тишина.       — Ну, я не думаю, что это моё.       — Понятно…       После этого на кухне вновь возникла тишина и мы продолжали ужинать. В воздухе звучали только звуки вилок, которые касались тарелки. Честно говоря, я лишь хотел быстрее доесть и уйти в свою комнату. Любой разговор с мамой о будущем всегда заканчивался, скажем так, неприятно, потому что я не имел даже приблизительно представления о том, что меня в этом будущем ждёт. Одна мысль о неопределённости будущего вызывала у меня целую гамму чувств: от страха до гнева. А обсуждение этого с близким человеком делало ситуацию ещё хуже.       — А какие у тебя планы на жизнь? — спросила мама, тон её голоса звучал несколько резко.       — Ну… тяжело сказать. Я не уверен, что смогу сейчас ответить на этот вопрос, но я думаю я как-нибудь выкру-       — ХВАТИТ ЛЕГКОМЫСЛЕННО К ЭТОМУ ОТНОСИТСЯ, — крикнула мама перебив меня.       — Мама…?       Я был удивлён. Редко можно увидеть мою маму такой. Обычно она более спокойна и рассудительна, но сейчас всё было иначе. После крика она посмотрела на меня гневным взглядом, а её глаза начали медленно наполняться слезами. После короткой паузы она продолжила уже более спокойным тоном.       — Я всегда думала, что тебе просто нужно больше времени. Что со временем ты попробуешь разное и в конце концов найдёшь, если не призвание, то направление, в котором стоит двигаться, — она крепко сжала вилку, — но время шло, а ты только и делал, что сидел в своей комнате и играл в игры.       — Мама! — сказал я резко и с раздражением, — я всё это время что-то пробовал и-       — Этого недостаточно.       Она меня вновь перебила. В этот раз в её голосе чувствовалась холодность. Казалось, что она была на грани. И это логично, ведь оно копилось годами.       — Большую часть времени ты всё равно тратил на игры, которые не имеют значения.       «… игры, которые не имеют значения?» — вопрос этот вспыхнул в моём сознании, словно искра, зажигающая пламя воспоминаний. В этот момент я ощутил что-то больше, чем просто эмоции. В моей голове мелькнули картины беззаботных дней, проведённых в играх с друзьями. Это те воспоминания, которые я буду вспоминать с тёплой грустью.       «Всё ясно. Ты просто обесцениваешь мои воспоминания и моих друзей».       Я посмотрел на свою маму. Передо мной был человек, который не позволял мне даже закончить фразу. В этот момент я действительно ощутил гнев. Затем я почувствовал, что что-то скользкое стекает по моим щекам. Это были слёзы. Обычно я мог сдерживать их, но бывают моменты, как сейчас, когда я ничего не могу поделать. Это был один из тех редких случаев, когда мама увидела мои слёзы, прямо перед собой. Её глаза расширились от удивления.       — Кохаку, я-       Не дожидаясь её слов, я резко вскочил со стула и помчался к двери. Это было лучшее решением. Лучше уйти, чем сказать что-то на эмоциях, о чём позже придётся сожалеть. Я быстро набросил на себя осеню чёрную куртку, обулся и вышел с дома.