Часть 33

Круизный лайнер (SS Animal Kingdom). Комната 63 (на следующий день)

Маршалл уставился на листок бумаги. Он повернулся к своим братьям и сестрам, сидящим перед ним на диване. После ночной уборки он быстро принял душ, и как только его тело коснулось матраса, а руки обхватили Либерти. Сон пришел почти сразу. Это было три часа назад. Его братья и сестры постучали в дверь его комнаты, разбудив далматинца. К счастью, Либерти еще не вернулась. Это позволяет братьям и сестрам временно расположиться на диванах. — Ты уверена, что это не моя кровь? — спросил Маршалл. Эмбер покачала головой. — Нет, я ее попробовала, — сказала она. Маршалл скривился от отвращения. Судя по всему, еще одна уникальная способность адских гончих — узнавать кровь своих сородичей. Их мать дала им образцы ВСЕХ членов семьи здесь, на земле. Короче говоря, они могут определить, является ли кто-то его родственником, взяв у него образец крови. — Мы также провели быстрый тест ДНК, просто чтобы быть уверенными. Этот далматинец нам не родственник. — сказал Танги. — Итак, мы имеем дело с обычной собакой с уникальными навыками. Ничего особо опасного. — сказала Эмбер. Маршалл вздыхает и кивает головой. Он взглянул на Либерти, которая все еще спала. Эмбер увидела спящую собаку, на которую все это время смотрел ее младший брат. — С ней все в порядке, братишка, я проверила напиток, который она выпила. Он не опасен, но очень крепкий. Она будет спать еще час или два. — сказала Эмбер. — Кто-то охотится за ней, они убивают всех ее любовников, прошлой ночью они пытались убить меня. Что, если они осмелеют и нападут на кого-то еще? Например, на мэра Гудвей и Цыпалетту? — спросил Маршалл. — Сис присмотрит за мэром Гудуэем и Чикалеттой. А ты присмотри за Либерти. — сказал Танги. — А что будешь делать ты? — спросил Маршалл. — Я проверю список всех далматинцев на корабле, но мне придется работать с капитаном, — сказала Танги. — Таков план? — спросил Маршалл. Эмбер пожала плечами. — Таков план. Просто держись поближе к Либерти. Не упускайте ее из виду. Маршалл вздыхает, но кивает. Эмбер и Танги выходят из комнаты, закрывая за собой дверь. Молодой далматинец решил приготовить завтрак для себя и Либерти. Голова раскалывается, в горле сухо и першит, тело словно налито свинцом, а мочевой пузырь требует, чтобы его освободили. Все признаки указывают на то, что она перебрала с выпивкой или кто-то подмешал ей что-то в напиток (не в первый раз). Либерти отчаянно хотелось снова уснуть, ее сны были очень… Приятными. Но тело быстро напомнило ей, что нужно вставать. Либерти застонала, медленно села и так же медленно сползла с кровати. Ее быстрый путь в ванную прошел благополучно: она не споткнулась о свои лапы и ее не стошнило. Нет, стошнило ее, когда она села на унитаз. Она помочилась, сходила в туалет и ее стошнило одновременно. Она рада, что не пукнула. Закончив свои дела, она быстро вытерлась (Кэти научила их, как это делать, и практически превратила это в ритуал), спустила воду и пошла в душ. Она уберет за собой позже. Маршалл терпеливо сидел в кресле, на столе стоял завтрак для него и Либерти. Вафли с сыром, беконом, яйцами и апельсиновый сок. И бутылка «Адвила» с чашкой воды. Он увидел, как она проснулась и пошла в ванную. По одному ее виду он понимает, что ей больно, но, слава богу, ничего серьезного. Дверь в ванную открылась, оттуда потекли струи воды, а вместе с ними появилась и Либерти. Она выглядит намного лучше, хотя шерсть все еще немного влажная. Маршаллу пришлось сглотнуть, пока его взгляд блуждал по телу длинношерстной таксы. Вода из душа подчеркивает ее женственные черты. Кстати, на ней нет ошейника, а значит, она полностью обнажена (по собачьим меркам) Либерти села напротив далматинца. Маршалл улыбнулся ей и указал на бутылочку с обезболивающим и стакан с водой. Длинношерстная такса хватает бутылочку и пытается ее открыть. Она сердито смотрит на бутылочку с защитой от детей. Она протягивает ее Маршаллу, мило надув губки. Далматинец тихо усмехнулся, взял бутылку и очень легко открутил крышку. Либерти покраснела от смущения и в ответ показала язык все еще улыбающемуся далматинцу. От этого улыбка Маршалла стала еще шире. Он аккуратно протянул ей две таблетки, положив их в раскрытую лапу. Либерти быстро проглотила их и схватила стакан с водой, жадно выпив освежающую жидкость. Длинношерстная такса вздыхает с облегчением, ее головная и телесная боль почти сразу утихли. Должно быть, Маршалл дал ей какое-то сильное обезболивающее. — Спасибо. — сказала Либерти, чувствуя, что ее горло стало намного лучше. — Не за что. — ответил Маршалл. Они молча ели. Это была уютная тишина. Либерти каждые несколько минут поглядывала на далматинца. Просто смотрела на него, замечая то, чего никогда раньше не видела. Например, что у него уникальная голубая радужка, что его правое ухо стоит торчком, а левое опущено, что он закрывает глаза и тихо постанывает каждый раз, когда ест вафлю. — Почему я никогда этого не замечала? — подумала Либерти. Она так глубоко погрузилась в свои мысли, что не заметила, как Маршалл смотрит на нее. Далматинец громко откашлялся, вырвав Либерти из ее раздумий. Ее поймали с поличным. Ее щеки покраснели. — Э-э-э… прости. — сказала Либерти, отводя взгляд и откусывая бекон. Маршалл пожал плечами, не переставая улыбаться. — Я не против, по крайней мере, это не самое постыдное из того, что ты сделала, — сказал далматинец. Либерти, которая делала глоток апельсинового сока, чуть не подавилась и, кашляя, выплюнула часть сока изо рта. —Что?! — спросила Либерти. — Я не сделала ничего постыдного… правда? Улыбка Маршалла превращается в ухмылку, очень сексуальную ухмылку (она никогда не признается в этом вслух). — Ну... это зависит. Если тебя больше смущает, что тебя вырвало на пол в ванной, чем то, что ты пялилась на меня или делала всего несколько часов назад? — спросил Маршалл. — Ты слышал, как меня вырвало? — спросила Либерти, ее щеки покраснели. Маршалл кивнул и указал на свои уши. — У меня третий по остроте слух в команде, после Рокки и Трекера. — сказал он. — Верно. Но это определенно самое постыдное, что я сделала. — сказала Либерти. — Хм… ты уверена? — спросил Маршалл с ухмылкой на лице. — Конечно. — сказала Либерти, нахмурившись. Она не злится, просто думает о том, что между ними произошло. — Верно? — спросила она еще раз. — Давай поспорим. Если то, что я сейчас скажу, окажется более неловким, чем то, что ты сделала в туалете несколько минут назад, мы с тобой сегодня потусим, — сказал Маршалл, протягивая лапу. Либерти смотрит на лапу. Она не могла сделать ничего более неловкого, чем то, что она сделала в туалете несколько минут назад. Либерти взяла лапу далматинца в свою и пожала ее. Она почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь, когда она коснулась лап Маршалла. — Сделка. Но если я выиграю, ты будешь моим дворецким до конца поездки. — сказала Либерти. — Ладно, договорились. — сказал Маршалл. Они отпустили вторую лапу. Теперь на лице Маршалла широкая улыбка. Либерти сглотнула, почувствовав, как по ее телу пробежала еще одна дрожь. — Не может быть, чтобы я сделала что-то еще более неловкое, верно? — спросила себя Либерти. — Итак, вот что произошло несколько часов назад, — сказал Маршалл.

Флэшбэк (за час до прихода Эмбер и Танги)

Маршалл чувствует это. Природа зовет его. Он проспал уже несколько часов, и ему даже приснился чудесный сон. Далматинец вздыхает, он мог бы сдержаться и снова заснуть. А если он подхватит инфекцию, то легко сможет ее вылечить. Но врач в нем говорит, что нужно поступить правильно. Далматинец отпускает Либерти. Он собирается встать, но его снова укладывает на землю все еще спящая Либерти. Маршалл вскрикнул от неожиданности. Либерти прижала его к себе, уткнувшись лицом в его живот. — Либерти? Ты можешь меня ненадолго отпустить? — спросил Маршалл. — Нет, — ответила Либерти во сне. Маршалл вздыхает, пытаясь отстраниться, но Либерти только крепче сжимает его и даже рычит. Маршалл остановился, услышав рычание. Либерти мирно вздыхает, уткнувшись лицом в живот Маршалла. Она принюхалась, от него так приятно пахло. — Либерти, пожалуйста, отпусти меня на несколько минут. — спросил Маршалл. — Нет, зефирная подушка, оставайся на месте. — ответила Либерти во сне. Чтобы доказать свою правоту, она укусила Маршалла за левый бок. Далматинец ахнул, его тело застыло, лицо покраснело, он даже почувствовал, как немного затвердел его член. Либерти не ослабляла хватку, чтобы пометить его как свою собственность. Вскоре она ослабила хватку и уткнулась лицом ему в живот. Маршалл тяжело дышит, его тело напряжено. Либерти это не нравится. — Расслабься, зефирная подушка, а то я снова тебя укушу. — сказала Либерти во сне. Маршаллу не по себе. Часть его хочет, чтобы она снова его укусила, чтобы доминировала над ним, чтобы поставила его на место. Маршаллу хотелось бы, чтобы старший брат никогда не давал ему читать книгу «Пятьдесят оттенков клыка» (собачье издание). Его невинный разум развращен, и все это благодаря старшему брату и множеству книг, фанфиков и видео, которые он видел/читал. Далматинец сглотнул, заставив себя расслабиться. Либерти издала очень милый счастливый звук, придвинувшись ближе к его шее. Она укусила его за шею, отчего далматинец застонал. Вскоре она ослабила хватку и понюхала место укуса. Маршалл просто лежал, уставившись в потолок. Прошло почти час, прежде чем хватка Либерти ослабла. Маршалл медленно, осторожно высвободился и слез с кровати. Он рванул в ванную и быстро привел себя в порядок. (Он упомянул, что так бурно кончил из-за нее)

Настоящее

Либерти уставилась на далматинца, широко раскрыв глаза и рот. Все ее тело покраснело. Она не верила ему, не может ему верить, не хочет ему верить. Он наверняка лжет. Маршалл оттянул воротник, показав след от укуса на шее. Либерти ахнула. — Как, черт возьми, я этого не заметила?! — подумала она. Маршалл тоже слегка повернулся, демонстрируя след от укуса на левом боку. Он рассказывает об этом трасту. Теперь, когда Либерти об этом думает. Она вспоминает сон, в котором разговаривала с говорящим зефиром, который случайно оказался ее подушкой. Либерти застонала и упала головой на стол. Ей хотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила ее целиком. Сегодня официально самый неловкий день в ее жизни. — Ты победил. И если ты хоть кому-нибудь об этом расскажешь (особенно девочкам, в основном Свити) я тебя живьем закопаю. — сказала Либерти. Маршалл громко и весело рассмеялся. Он знает, что Либерти всерьез намерена убить его, если он когда-нибудь раскроет этот секрет. Но видеть ее такой смущенной, такой милой — оно того стоит. — Обещаю, если только я не напьюсь и случайно не проболтаюсь. — сказал Маршалл с ухмылкой на лице. Либерти подняла голову и уставилась на улыбающегося далматинца. — Разве зефирная подушка не должна быть тихой? — спросила она. Маршалл смеялся так сильно, что чуть не упал со стула. Вскоре к нему присоединилась Либерти.

Капитанская каюта

Танги не очень умен, нет, в плане мышления он середнячок. Эмбер, его мать, Тетушка Леди и даже Синдер считаются гениями по сравнению с ним. Но то, чего ему не хватает в плане ума, он компенсирует непредсказуемостью и воображением. Маршалл такой же, как и их отец. Он задается вопросом, может, это чисто мужская черта. Он рассказал Эмбер о своем новом плане. В ответ она дала ему пощечину, накричала, обняла, поцеловала и снова дала пощечину. Так она говорит: «Давай, действуй». Далматинец сидел перед капитаном Алленом, Нэшем, Лэнсом и Мэттом. Он рассказал им (почти) все, что им удалось выяснить. О смерти трех собак, ноже, возможной личности убийцы, о том, что убийце, возможно, кто-то помогал, и т. д. — Вот почему мне нужен список всех далматинцев на борту. — сказал Танги. — А вы уверены, что убийца — далматинец? — спросил капитан Аллен. Танги кивнул. — Гаджеты, которые мы использовали, никогда не ошибались, — сказал он. — И твоя блестящая идея — просто ходить и рыться в их каютах в поисках связи или доказательства того, что они и есть убийцы? — спросил Нэш. Танги снова кивнул. Они купились. — Это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал. Лучше всего устроить ловушку. Если этот убийца действительно охотится за девушкой твоего брата, мы можем использовать ее как приманку, — сказал Лэнс. — Как бы мне ни претило соглашаться с Лэнсом, он прав. Использовать Либерти — лучший вариант, — сказал Мэтт, вздохнув. — Нет, — сказал Танги. — Нет!? В этой ситуации нет слова «нет». Мы проследим за ней, заставим ее заняться сексом с другой собакой, подождем убийцу и — бац. Убийца пойман, а корабль в безопасности. — сказал Нэш. — Я скажу это один раз. Либерти и моего младшего брата не будут использовать. Если я поймаю кого-то из вас на том, что вы используете их в качестве приманки… Я вас убью. — сказал Танги. Все четверо мужчин в шоке смотрят на собаку. Голос Танги стал ниже, темнее, это была угроза, к которой следовало отнестись серьезно. Танги осознал свою ошибку, но ему было все равно. Правительство использовало его и его сестру на протяжении многих лет. Брат и сестра пообещали, что с Маршаллом такого никогда не случится. — Заткни свою гребаную гордость и подумай как следует! — заорал Лэнс. Танги поворачивается к капитану, не обращая на Лэнса никакого внимания. — Я пришел сюда, чтобы попытаться заставить нас работать вместе. Я действую по инструкции и поэтому раскрыл все, что мы узнали. Если вам нужна наша помощь, мы поможем, но мой брат и его друзья пусть остаются в стороне. — сказал Танги. Капитан Аллен вздыхает, глядя на свой стол. Он думает. Какая стратегия лучше? Если честно, план Лэнса — безусловно, лучший вариант. Но он просто не может заставить кого-то делать то, что ему неприятно. Может, но не станет. Если бы он это сделал, то стал бы ужасным человеком. Капитан Аллен взял свой ноутбук, разблокировал его, нажал несколько клавиш и развернул экраном к себе. На экране появился список всех далматинцев мужского пола и щенков, с указанием их номера и имени. — Капитан! Вы же не серьезно! — спросил Лэнс. — Мы сделаем все по правилам. Мне не нравится использовать других людей, даже если это ради благого дела. И, кроме того, я не хочу пропасть без вести из-за того, что разозлил агентов ФБР и ЦРУ. — сказал капитан Аллен. Танги взял ручку и бумагу и стал записывать имена. Всего далматинцев 59, не считая его и Маршалла. Он составил два списка: один для щенков, другой для собак. В списке собак 21 имя и номер палаты. Остальные — щенки. И, по словам Маршалла, убийца — это точно собака, а не щенок. — Спасибо, капитан Аллен. — сказал Танги. — Так каков план? — спросил капитан Аллен. — Обыскать их комнаты, взять образцы ДНК и сравнить их с имеющейся у нас кровью. Это займет некоторое время, но если мне помогут, будет гораздо проще. — сказал Танги. — Да пошел ты, — сказал Нэш. — Готово. Лэнс, Нэш и Мэтт могут вам помочь. Я тоже сделаю все, что в моих силах, — сказал капитан Аллен. — Отлично, можете начинать прямо сейчас. Устройте еще одно мероприятие сегодня вечером, соберите всех вместе. А мы вчетвером разделимся и обыщем каюты тех, чьи имена у нас есть. Мы соберем все возможные образцы: волосы, кровь, слюну и так далее. Мы встретимся здесь и проверим соответствие. — Танги объяснил. — Этот план - пустая трата времени! Мой план использовать Либерти в качестве приманки быстрее и менее обременителен! — Ланс сказал. — Но очень опасный. — сказал Танги. — Что? Как? — спросил капитан Аллен. — Вы используете собаку, жизнь, Либерти и случайного мужчину. Что, если убийца подождет и нападет в другое время? Ему помогает кто-то на этом корабле. Этот человек такой умный, что мы, ФБР, не смогли его поймать. Далматинец поймет, что мы его подставляем, и сбежит, а заодно, возможно, убьет использованного мужчину-собаку. Это слишком рискованно. — объяснил Танги. Капитан Аллен об этом не думал. Танги прав, и если они потерпят неудачу, погибнет еще одна невинная собака, и это будет на его совести. — Ты прав. Да, это хороший план, отличный план, но если его неправильно реализовать, он может привести к гибели еще одной собаки. — сказал капитан Аллен. — Жизнь собаки не так важна, как жизнь человека. Кому, на хрен, какое дело, если еще один подохнет. — сказал Нэш. — Я тебя, мать твою, убью! — заорал Мэтт. — Я тебя, мать твою, убью! — заорал Танги. Нэш вздрогнул от неожиданности, но вскоре его удивление сменилось гневом, и он уставился на Мэтта и Танги. — Но ведь и этот план может провалиться, не так ли? — спросил Лэнс. — А? Как так? — спросил капитан Аллен. — Допустим, убийце кто-то помогает. Может быть, они прослушивают эту комнату и прямо сейчас подслушивают наш разговор. Как ваш план может быть лучше, если они знают, что произойдет? — спросил Лэнс. — Из-за сегодняшнего мероприятия. У капитана Аллена будет список всех гостей. Он отметит все имена тех, кто придет на сегодняшнее мероприятие. Если убийца не появится, его имя не будет отмечено. Мы проверим имена, и — бац! — он у нас в руках. Если убийца все-таки сбежит, вот тут-то мы и вступим в игру. Мы пойдем в домики всех 21 далматинца мужского пола, возьмем образцы их ДНК, и — бац! — мы его поймали. Беспроигрышный вариант, — объяснил Танги. Даже Лэнс и Нэш были вынуждены признать, что план хорош. Даже великолепен. — Но что, если убийца решит обратиться за помощью? — спросил Мэтт. — Если убийца решит напасть на нас, он снова себя выдаст. У всех нас будет список имен, и если на кого-то из нас нападут и он умрет *кашляет Нэш*, мы будем знать, что имя этого человека — имя убийцы. И если ты выживешь, просто свяжись по рации и скажи, что на тебя напали. Остальные из нас могут прибыть и обезопасить территорию и, возможно, даже поймать убийцу. — объяснил Танги. Опять еще один хороший план. Это действительно беспроигрышная ситуация. План, который не может провалиться. Даже капитан Аллен видит это. — Тогда решено. Мы придерживаемся вашего плана, Танги. — сказал капитан Аллен. — А как насчет твоей сестры? Почему она не может помочь? В конце концов, это ее работа, а у тебя нет полномочий для подобных ситуаций. — сказал Нэш. Танги все больше убеждается, что Нэш — помощник убийцы. — Она занята тем, что присматривает за мэром Гудвей и Цыпалеттой, двумя очень важными женщинами. Маршалл будет присматривать за Либерти, а я помогу найти убийцу. Если хотите, чтобы Эмбер поменялась со мной местами, то так тому и быть. Но знайте, что она гораздо лучший боец, чем я, и лучше разбирается в детективной работе, чем я. — объяснил Танги. — Не слушай Нэша, у тебя все получится. — сказал Мэтт, сверля взглядом морского пехотинца. — Вообще-то, почему бы Нэшу не присмотреть за мэром Гудувей и Цыпалеттой, пока Эмбер составляет список имен? Очевидно, что он не хочет этого делать. Я бы не удивился, если бы он все это подстроил и солгал, что сделал это, — сказал Мэтт. Возможно, Мэтт прав. Но подпускать Нэша (одного из главных подозреваемых) к мэру Гудуэю и Чикалетте — не лучшая идея. — Нам просто придется рискнуть, — сказал Танги. Нэш показал Мэтту и Танги птицу (средний палец). — Пошли вы оба. — Хватит уже. Нам нужно сосредоточиться. Если все пойдет по плану, мы поймаем убийцу и навсегда его изолируем. А теперь давайте обсудим план и разделим список имен. — сказал капитан Аллен. Так они и поступили. Когда все было сказано и сделано, все покинули Капитанский квартал. Танги рассказал Эмбер о плане. Она позвонила Маршаллу и тоже рассказала ему о плане. Все готово к сегодняшней ночи. Танги до сих пор не может поверить, что его план сработал. Поймают они убийцу/убийц или нет, они все равно узнают, кто это. Но он надеется, что они смогут покончить с этим сегодня. Капитан Аллен сделал объявление. Вечеринка в масках, все должны прийти. Либерти была в восторге от такого события. Она схватила Маршалла за лапу и практически потащила его в ближайший магазин одежды. Маршалл купил им обоим одежду и маски. Они вернулись и провели остаток дня вместе. Ели, плавали и просто веселились. Каждый раз, когда какая-нибудь собака женского пола подходила к Маршаллу и пыталась увести его, вмешивалась Либерти и прогоняла меня. Доходило до того, что она называла его своим парнем. Это приводило к тому, что некоторые суки злились и говорили ей: «Он для тебя слишком хорош». Это только сильнее злило Либерти, и она показывала два следа от укусов на теле далматинца. Маршалл краснел до корней волос, когда Либерти заявляла свои права на него. И снова юный далматинец винит во всем своего брата, а также книги и фанфики, которые он читал. То же самое и с Маршаллом. Он прогонял всех кобелей, которые пытались подойти слишком близко. Но он делал это, когда Либерти не видела. Он не хотел, чтобы она снова его возненавидела. День подходит к концу, но ночь только начинается. Оба пса заходят в свою комнату, чтобы подготовиться к сегодняшней вечеринке в масках. Убийца расхаживает по комнате, его помощник стоит у двери. Они рассказали далматинцу все, что узнали в каюте капитана. Они даже сказали далматинцу, что отсутствие следов ДНК (в основном шерсти) означает, что они быстро убрали в комнате, и их следует считать главными подозреваемыми. — То есть ты хочешь сказать, что я облажался! — сказал далматинец. — Я не это хочу сказать. И не волнуйся, у нас есть план. — сказал помощник. Дверь открылась, и в комнату вошла еще одна фигура. Все трое обсуждают свой новый план. Вечеринка в масках может сыграть им на руку.

Комната 63

Маршалл стоял у двери, ожидая свою спутницу. Мэр Гудвей и Цыпалетта тоже здесь и ждут. Мэр Гудвей одета в красивое черное бальное платье, а Цыпалетта — в милый желтый сарафанчик. Обе спрятали свои маски в сумочке мэра Гудуэй. Маршалл был в черном смокинге с синим галстуком-бабочкой. В карманах смокинга лежали боевой нож (складной) и пистолет, который дала ему Эмбер. Его белая волчья маска висела у него за головой. Дверь ванной открылась, и оттуда вышла Либерти. На ней было великолепное белое платье, которое облегало ее фигуру как перчатка, белые туфли, тонкая золотая цепочка, легкий макияж с темно-синими тенями, розовые румяна и красный блеск для губ. И милая черная сумочка на ремешках, завершающая образ. Ее белая маска — лисья. — Ух ты, ты похожа на принцессу. — сказал Маршалл, глядя на красивую длинношерстную таксу. Либерти покраснела. Она тихо усмехнулась. — Не дай Свити тебя услышать, она легко обижается, когда ее называют королевской особой.

Приключенческая бухта. Смотровая башня

Свити чихает. Это может означать только одно: кто-то говорит о ней гадости. — Я надеру задницу Маршаллу, когда он вернется. — сказала Свити.

Круизный лайнер. Номер 63

Маршал почувствовал, как по спине пробежала дрожь. По какой-то причине он в беде. У него просто такое чувство, что с ним что-то случится, когда он вернется домой. Далматинец изо всех сил старался не обращать на это внимания. Он придержал дверь и слегка поклонился. Мэр хихикнула, похвалив его за хорошие манеры, и они с Цыпалеттой вышли из комнаты. Либерти закатила глаза, но погладила далматинца по голове. — Хороший мальчик. — сказала Либерти. Маршалл вилял хвостом, пока закрывал и запирал за собой дверь. Все четверо заходят в лифт. Следующая остановка — бальный зал.

Номер 101

Танги был одет в черный смокинг, поверх которого надел собачью шлейку ФБР. Эмбер была в красивом темно-красном платье. Ее маска висит на левом бедре. На правом бедре — пистолет (идеально спрятанный). У обоих в левом ухе были небольшие наушники. У Маршалла тоже есть такие. — Маршалл уже должен был уйти. Тебе тоже пора. — сказал Танги. Эмбер кивнула. Она быстро поцеловала младшего брата в губы. — Будь осторожен, — сказала она, выходя из комнаты. Танги быстро закончил сборы. Он вышел и закрыл за собой дверь. Его цель — капитанский кубрик, где его ждут Мэтт, Нэш и Лэнс. Они уйдут через час после начала вечеринки.

Бальный зал (час спустя)

Бальный зал переполнен. С начала вечеринки прошел час, и это было настоящее шоу. В одной части зала есть игровые автоматы (столы и т. д.), в другой — огромный танцпол, в третьей — еда и столы, а в большой части зала — бар и напитки. Маршалл следовал за Либерти с тех пор, как они вошли в зал. Они поели, немного поиграли и потанцевали. Маршалл танцует с Либерти, мэром Гудувей и Цяпалеттой. Толпа была в восторге от того, как собака и курица устроили дефиле. Даже было танцевальное состязание между Маршаллом и Цыпалеттой против Капитана Аллена и мэра Гудвей. Спойлер: победила команда животных. Либерти удивила его (и себя), потанцевав с ним и только с ним. В каком-то смысле она могла бы потанцевать с мэром или Цыпалеттой и даже с несколькими суками, но никогда с другим псом. Она бы всем отказала. И Маршалл поступал так же: отказывал всем сукам и псам и танцевал только с ней, мэром Гудувей и Цыпалеттой. — Эй, я сейчас быстро схожу в туалет и сразу вернусь, — сказала Либерти. Маршалл кивнул ей, когда она быстро направилась в уборную. Маршалл прислонился к стене и стал наблюдать. Он заметил, что мэр Гудвей разговаривает с капитаном Алленом за столом. Цыпалетта сидела рядом с ними и ела кукурузу. Он даже увидел свою сестру за соседним столиком, которая вела наблюдение. — Надеюсь, у Танги и остальных все в порядке, — подумал Маршалл. В нескольких метрах от него стояла фигура, тоже наблюдавшая за толпой. Маршалл не заметил ее. Он повернулся к ним только тогда, когда они заговорили. — Простите, не могли бы вы повторить? — спросил Маршалл. Это далматинец, одетый в такую же форму, как у Маршалла. Даже маска у него такая же. Далматинец снял маску. У него темно-оранжевые глаза. Еще одна его уникальная особенность — полностью черные, а не белые уши. Это редкость, но не уникальность. У Маршалла даже есть несколько двоюродных братьев с такой особенностью. Далматинская улыбка. Его улыбка... странная. Маршалл не мог объяснить почему, но эта собака ему не нравилась. Его мышцы напряглись, и сработал инстинкт борьбы. Улыбка Маршалла немного померкла, по его лбу скатилась одинокая капля пота (да, я знаю, что собаки не потеют, но мне все равно). — Ха-ха-ха, конечно. Я сказал, что меня зовут Клинтон и я убийца. — повторил Клинтон. Маршалл смотрит на собаку. Он не знал, что и думать. Его взгляд скользнул по лицу Клинтона, и он увидел следы от когтей, неглубокие и заживающие (естественно, а не сверхъестественным образом). Две собаки просто смотрят друг на друга. Маршалл отвернулся и снова стал смотреть в толпу, как и Клинтон. — Да ты издеваешься». — сказал Маршалл, вздохнув. Клинтон рассмеялся. Маршалл услышал его, и это его раздражает. Но мыслями он где-то далеко. План Танги вроде бы работает, но, похоже, Клинтон все меняет. Все, что нужно Маршаллу, — это обеспечить безопасность Либерти и убить этого сукина сына.