Тренировки

Так и начались их изнурительные тренировки. На все встревоженные вопросы Маки и Блэр Соул отмахивался одной и той же фразой: —У меня там крутые проблемы. Мне нужно их решить. Я ведь Последняя Коса Смерти, или забыла? Именно так он отвечал каждый раз, отводя взгляд. Его жизнь превратилась в бесконечный цикл: он уходил на рассвeте, едва первые лучи солнца касались крыш, а возвращался глубокой ночью, падая с ног от усталости. Мака и Блэр не могли не заметить перемен. Подозревая неладное, они наблюдали, как Соул стремительно меняется на их глазах. Он почти перестал прикасаться к еде, лишь отпивая глоток воды перед выходом. Всё чаще он спал не в своей комнате, а в гостиной на диване, приглушённо бормоча что-то о том, что не хочет будить Блэр. Но кошка-девушка всё понимала. Иногда она просыпалась среди ночи от звука захлопнувшейся двери или в предрассветный час и, выйдя из комнаты, заставала его уже на ногах. Он стоял у окна, натягивая куртку на ещё не отошедшее ото сна тело, его силуэт был напряжён и готов к бою, даже не начавшемуся дню. — Соул, нельзя же так издеваться над собой... — начинала она, подходя, чтобы, как обычно, немного его подразнить и разрядить обстановку. Но он лишь оборачивался, и в его усталых глазах она видела не привычную досаду, а тяжёлую, взрослую решимость. —Не сейчас, Блэр, — коротко бросал он и, не оглядываясь, уходил в сумрак раннего утра, оставляя за собой гулкую тишину и растущую тревогу в их сердцах. Соул начал приходить домой всё реже и реже. А спустя целую неделю таких изматывающих путешествий он вернулся под утро, едва переступая порог. Не раздеваясь, он рухнул на кровать в своей комнате и провалился в глубокий, мёртвый сон. Ни Мака, ни Блэр не решились его бутить — его бледное, исхудавшее лицо и тёмные круги под глазами говорили красноречивее любых слов. Именно поэтому, не сговариваясь, они пошли в дом Кидда. Их встретили Лиз и Патти. Сестры-оружия выглядели непривычно растерянными. —Кидд сейчас спит, — сообщила Лиз, и в её голосе не было обычной надменности, а лишь усталая озабоченность. — Он вообще почти не встаёт с постели в последнее время. Они немного поболтали о том о сём, но разговор не клеился. Сквозь светскую беседу становилось очевидно главное: Кидд практически перестал пользоваться Лиз и Патти. Он больше не превращал их в оружие, даже для ежедневных тренировок. Это заметила и Мака. Она с горечью осознала, что уже и не помнила, когда Соул в последний раз превращался в косу у неё в руках. Та самая связь, что делала их Мастером и Оружием, казалось, оборвалась, оставив после себя лишь тягостную пустоту. В итоге, так ничего и не поняв и не придумав ничего, они разошлись по домам, унося с собой груз общих, но невысказанных тревог. Тишина в особняке Кидда и глухой сон Соула в его комнате говорили об одном — что-то шло не так, и это «что-то» было куда страшнее, чем любая из их обычных опасностей.