A Trip to Waterdeep / Путешествие в Глубоководье

Идите сюда, детишки, располагайтесь. Раз пришел мой черед рассказывать историю на ночь, вы наверняка думаете, что речь пойдет о поединках и ратных подвигах? Напрасно. После них вы едва ли сможете заснуть. Мне бы не хотелось будоражить вас, а потом наблюдать сражение на деревянных мечах. К тому же вам уже многое известно о том, чем занимаются Адские всадники. Ты ведь не раз наблюдал, как мы патрулируем стены и ловим воришек, не так ли, Мели? Но не спешите расстраиваться, ведь я приготовил для вас куда более захватывающую историю. Укутайтесь хорошенько. Вам удобно? Отлично. Что ж… эта история произошла много лет назад, когда я был всего лишь лейтенантом. Мне поручили сопровождать тогдашнего командира Адских всадников в Глубоководье. Вы, наверное, думаете, что это не очень-то увлекательный рассказ. На самом деле, вам только так кажется, потому что вы никогда там не были. Глубоководье по праву зовется великолепным городом. Мы странствовали, а в городе, как известно, находится самый монументальный храм Хельма – пристанище избранных. Сразу отвечу на ваш вопрос – нет. Мне не удалось повидаться с ней. Как я уже говорил, я был лейтенантом, поэтому мне поручили убивать чудовищ, прогонять разбойников с дороги и убеждать воров обходить стороной наших посланцев. Однако даже монстры и умелые воришки не доставили нам столько хлопот, как сам город. Уверен, вы, дети из Элтуриэля, считаете себя цивилизованными. В то время я тоже так думал про себя. Только вот Глубоководье умеет искусно убеждать приезжих в обратном. Мы тихо, без лишнего пафоса и шума вошли в город через Южные Ворота и направились по главной улице – Пути Дракона. Не успели мы добраться до оживленных кварталов Торгового Района, как нас сразу захлестнули головокружительные виды и ароматы. Никогда в жизни я не видел столько людей, как здесь. Хоть они и опускали глаза при виде нас, тяжесть скрытых взглядов отдавалась мурашками по всему телу. Глубоководье следит, взвешивает и осуждает. А его жители умело скрывают свою наблюдательность. От их взгляда не ускользнет ни один изъян, оплошность или возможность. Плотно стоящие друг к другу здания тяжело нависали над нашим караваном. Когда солнце покатилось к закату, в домах начали загораться теплые желтые огоньки свечей, газовых ламп и синие искры магии. Взглядом можно было проследить, как огни, постепенно окутывающие квартал за кварталом, ползут все выше и выше, к самым склонам гор Глубоководья. Наша дорога пролегала через улицы Путь Глубоководья и Путь Воина, которые вывели нас прямиком к месту с обманчивым названием Рынок. О, нет, вовсе не потому, что он представлял из себя нечто иное. Если бы в названии присутствовали прилагательные, например, «грандиозный» или «невероятный», я бы заранее знал, к чему быть готовым. Несмотря на то, что на город опустились сумерки и из-за зубчатых башен показалось лицо Селунэ, на «Рынке» было все так же светло, как в жаркий летний полдень. С крыш прилавков свисали фонарики, а магические узоры струились между швами каменной кладки. Командир, наклонившись ко мне, предупредил меня: «Если что-то приглянется – покупай не раздумывая». «Почему?» – спросил я. Мы ведь все еще были при исполнении. Она объяснила, что Рынок – это постоянно меняющийся лабиринт и отыскать один и тот же ларек во второй раз уже не получится. Тогда, в страхе потеряться, я так и не решился открыть свой кошель, но то, что предстало передо мной… Нанизанная на нитку драконья чешуя всех цветов и оттенков. Вывешенные на всеобщее обозрение, будто ковры, крылья гарпий. Перевертыши, предлагающие принять образы возлюбленных для написания портрета. Глаза наблюдателя, которые с гордостью продавали бехолдеры! Громкие голоса перебивающих друг друга торговцев сливались в одну сплошную какофонию, в которой было невозможно разобрать ни слова. Кошачьи усы! Нарезанный доброгриб! Сушеные щупальца иллитидов! Плавники русалки! Вы бы знали, дети, какие там витали ароматы! Словами не передать. Поначалу от букета резких экзотических запахов щипало нос, а на глаза наворачивались слезы, но вскоре я к ним привык, как к сернистым ветрам в Аверно. Выйдя с Рынка на улицу Сазерлейн и пройдя через зажиточный Морской район, я замер от представшей передо мной великолепной картины. После Рынка храм Хельма казался тихим, как усыпальница. Но так только казалось на первый взгляд. Жрецы, сложив ладони чашечкой, шептали вечерние молитвы в такт шаркающих шагов. Вокруг витали запахи благовоний, горячего воска и сандала. Главная жрица встретила нашу делегацию, а потом нас проводили в комнаты, где чудеса продолжились. Из моего окна открывался вид на море, кое-что в нем меня озадачило. Гавань была забита судами и шлюпками разных размеров. Все они были увешаны фонариками, свет которых отражался в чернильно-черном море. Перегнувшись через оконную раму, я посмотрел вниз. Меня не покидало ощущение, что я смотрю в небо, усыпанное золотыми звездами. Лишь пропитанный солью ветер, переплетающиеся запахи смолы и дегтя и всплески волн выдавали виртуозную маскировку морской воды. Это море несравнимо ни с одним другим: оно не похоже на стремительный, живой поток. Оно глубокое, как следует из названия города, и, напоминает тяжелое, плотное одеяло, разделяющее небо от земли. В тот момент я осознал все великолепие храма Умберли, расположенного в нескольких шагах от храма Хельма. На следующий день мне разрешили побродить по городу в одиночку, и я отправился на побережье, где, сняв обувь, зарылся пальцами в теплый песок. Пока моих сослуживцев не было рядом, я поймал краба, позволив ему схватить меня за хвост, и, поддавшись любопытству, даже попробовал каплю морской воды. Я бы мог еще многое рассказать: о невероятных залах в Башне Темного Посоха или о захватывающих дух поединках в таверне «Сломанное копье», но многие из ваш уже заснули. У тебя тоже тяжелеют веки. Не сопротивляйся, позволь прошедшему дню раствориться во тьме. Во сне ты отыщешь путь к пляжу, усыпанному ракушками, увидишь величественные залы и пройдешь через рынок, похожий на лабиринт. Завтрашний день предвещает новые истории.