2. Знакомство

      Проснувшись, девушка потянулась и перевернулась. Прозвенел будильник, и Катя лениво села, свешивая ноги со второго этажа кровати и выключая звонок. — Уф, — выдохнула Вельская. — Сколько, интересно, времени?       Переведя взгляд на часы, девушка чуть не упала с кровати. Было полвосьмого. — Мне кажется, или я опаздываю? — Спрыгнув с кровати, Вельская помчалась в ванную.       Выдавив пасту на щётку, она начала чистить зубы и наносить гель на лицо. Девушка вспенила гель, избегая области вокруг глаз.       Вдруг в звонок на воротах позвонили. — Кто это может быть в такую рань? — не поняла Екатерина.       Сплюнув зубную пасту и умыв лицо, девушка медленно поплелась открывать ворота. Там стояла Лида. — О, привет, — удивилась Катя. — Ты хочешь пойти вместе со мной? — Ну, — помедлила Весна. — Мы же, типа, подруги теперь. Считай, что мы близкие люди. — Хах, ну, думаю, до этого нужно дойти постепенно, — хмыкнула Катя. — Но раз пришла, то проходи в дом, поешь бутеры, пока я собираюсь. — Окей, — улыбнулась Лидия, заходя во двор. — Не стесняйся, чувствуй себя как дома.       Поднявшись в свою комнату, Вельская начала выбирать рубашку. Остановившись на широкой рубахе, девушка натянула её через голову. Из штанов Катя выбрала широкие джинсы-карго. Взяв чёрную кофту под мышку, Катерина схватила рюкзак и побежала в спешке вниз.       Лида уселась на диван, прислонившись к спинке и закрыв глаза. «Походу, она заснула, — заметила Катя. — Что ж, бывает».       Аккуратно потрепав по плечу свою новую подругу, девушка уселась на подлокотник. — Лид, вставай, мы можем опоздать, — тихо проговорила Вельская, на секунду умилившись представленному зрелищу.       Похоже, ей доверяют. Иначе человек не заснёт даже в одном доме с тем, кого опасается или боится. — Весна, — более настойчиво потрепала Катя. — Вставай, мы опоздаем. — А? — встрепенулась Лида. — Я не сплю. — Заметно, — хмыкнула Вельская. — Пошли. — Да, конечно, пошли, — закивала энергично Весна, смаргивая остатки сна и слабо улыбаясь, несколько смущенная что заснула пока ждала Катю, и медленно встала с дивана, потягиваясь и разминая затекшую спину, при этом продолжая изредка зевать.       Подруги вышли в прихожую и начали обуваться, пока обе пытались проснуться окончательно. Когда второй кроссовок был зашнурен, Катя выпрямилась и взяла большие наушники с тумбочки рядом, нацепив их и отодвинув правый наушник с уха.       После этого она повернулась к Лиде, смотря как она обувается, и слегка улыбнулась на сонные движения той, пока та возилась со шнурками и пыхтела от досады, когда у нее в очередной раз не получилось завязать узел, то Вельская присела на корточки и, отпихнув руки подруги, проворчала тихо. - Дай мне... - и быстрым движением пальцев та завязала аккуратный бантик.

***

      Девушки неспешно пошли в сторону школы. Когда она перешли через мостик, то их обогнали два бегуна и побежали дальше, но остановились у озера и стали наблюдать за Катей и Лидой, улыбаясь. Те же недоумённо переглянулись. Но Катя напрягла спину на автомате, расправляя лопатки, наклоняя голову, скалясь и ускоряясь.       Вельская внаглую стала рассматривать, пока проходила мимо парочки. И там было на что посмотреть. Парень был огненно-рыж, горбонос, с глазами цвета кипящего шоколада. Ростом был около двух с небольшим метров. И смотрел то на Лиду, то на Катю так внимательно, вдумчиво. Поджарое тело было перевито мышцами. От него веяло до жути знакомой аурой.       Девушка же, восточного или южного типа, была высока, но на фоне своего друга казалась маленькой. Хотя на его фоне любой бы казался маленьким. Две пушистые косы были перекинуты через шею и покоились на груди, тёмные глаза с поволокой загадочно сияли из-под припухлых век.       Катя прислушалась к своим внутренним ощущениям. Чувство ностальгии уныло скреблось в груди. Как будто Вельская была ранее знакома, но забыла кто это. А в сердце стало пусто. Будто забрали жизненно-важную часть. — Держись подле меня, — бросила через плечо своей спутнице.       Шрам на животе, пересекающий бок и уходящий вниз по бёдрам, зачесался. — Чёрт, — прошипела, сжимая руку в кулак и пытаясь переключиться.       Всё бесполезно. Шрам воспалился. — Ах, — вырвался болезненный стон из сжатого рта       Лида забеспокоилась за свою подругу. — Что случилось, Кать? — догнала девушку Весна. — У тебя опять приступ? — Шрам жжёт, крайне неприятное чувство, — хмыкнула сквозь боль Вельская. — Не знаю, выдержу ли до школы, но постараюсь. — Эй, эй, только в обморок не грохнись, я тебя не утащу, — начала возмущаться Лида. — В смысле?! Я, по-твоему, толстая? — не поняла Катя. — Лид, у меня фигура спортивного телосложения. Может показаться, что я пухлая, но это не так. — А докажи. — В Лиде проснулся азарт. — Поставь свои руки мне на плечи. — Но, увидев замешательство на лице подруги, поспешила успокоить: — Не бойся, если чё — я смягчу падение. Ставь.       Лиде же не оставалось ничего, кроме как молча выполнить просьбу Кати. Поставив руки на плечи, она взглянула в глаза, полные азарта.       Вельская же тоже упёрла руки в плечи подруги. — Можешь не беспокоиться, я держу ситуацию под контролем. — Весна кивнула, полностью доверяя подруге. — Кстати, а чё, та парочка до сих пор тут? — Непонимание так и сквозило в голосе.       Лида хотела повернуть голову, посмотреть, но Катя помотала головой, поняв задумку Весны. — Не надо, спугнёшь, — процедила сквозь зубы.       Правая рука Вельской скользнула под руку Лиды, вторая же в это время зафиксировала ту же руку вдоль тела Кати. Перехватив руку локтевым сгибом, девушка развернулась и хотела перебросить через плечо подругу, но та похлопала по плечу. — Я тебя поняла, беру свои слова обратно. — То-то же, — оскалилась Катя. — Я три года хожу на самбо. Это самый простой бросок через плечо. А главное — эффективный. — Слушай, а научишь меня тоже ему? — поинтересовалась Лида. — Да без б, — улыбнулась Катя. — А теперь побежали, хватайся за меня.

***

      Девушки успели прям к звонку. Счастливые и довольные они залетели в гардероб; Лида стянула с себя куртку, Катя же осталась в своей кофте. — Что у нас сейчас? — Хм-м, сейчас. — Девушка полезла в телефон за расписанием. — Алгебра. — Это хорошо.

***

      Отыскав нужный кабинет, они забежали и остановились у двери. Мила махала со своего места новым подругам. «Значит, она не прониклась ко мне отвращением», — одновременно подумали подруги.       Усевшись за стол спереди Милы и Лиды, Катя достала учебник алгебры, вспоминая, что вчера так и не сделала домашнюю работу. «Блять», — пронеслось в голове Вельской. — Слушайте, а кто-нибудь сделал домашку? — повернулась она к подругам. — Ну, я, — улыбнулась Мила, видя как девушка, сама того не понимая, идёт на контакт и раскрывается, будто цветок под солнечным светом.       Катю всего лишь надо было окружить заботой и любовью, как она начинала изменяться. — Слушай, дай, пожалуйста, списать, я в долгу не останусь, помогу с химией. — Журавка лишь хмыкнула и протянула тетрадь с решёнными задачами. — Мне ничего не надо, просто прошу, не замыкайся. — В глазах Мелании была видна грусть.       В груди у Кати кольнуло от проснувшейся совести. — Обещаю, что не буду замыкаться. — Лёгкая улыбка скользнула по губам Екатерины.       Девушки рассмеялись. Тут в кабинет зашёл учитель.

***

      После уроков Мила пошла на вводное собрание фотокружка. Лида и Катя же пошли в гардероб. — Лид, — обернулась Катя, но подруги уже не было. — Бля, — выдохнула девушка, поправляя короткие волосы.       Пробравшись сквозь толпу школьников, которая, по ощущениям, намеревалась задавить, Вельская вышла в школьный двор. На улице моросил дождь, а учитывая, что Лида была без зонтика, то единственное место, куда она могла направиться, была автобусная остановка.       Катя понеслась в сторону автобусной остановки, по пути натягивая капюшон с ушами объёмной кофты и проклиная себя, дождь и мир за то, что не взяла зонт. Ну откуда она могла знать, что днём пойдёт дождь? Знала бы, накинула куртку, взяла перчатки и зонт.       Подбежала Екатерина как раз, когда автобус уже отъезжал. Залетев на ходу в заднюю дверь, девушка поскользнулась и растянулась в проходе. — А-а-ай, блин, — потёрла она подбородок, приподнимаясь на локтях и переводя взгляд с пола на свою подругу. — Лида! — радостно воскликнула Вельская с такой щенячьей радостью в глазах, что названная не сдержалась и фыркнула от умиления. — И тебе привет, — не сдерживая улыбки, произнесла Лида. — Давай, падай рядом, — похлопала по свободному сидению. — Знаешь, тут так удобно, присоединяйся. — Девушки расхохотались. Катя поднялась с проёма и отряхнула пушистую кофту со штанами.       Тут автобус резко затормозил, и, не успевая схватиться за поручень, Вельская стала заваливаться вперёд, на Лиду. Её схватили за капюшон, удерживая на весу. Катю тряхнуло, и она передёрнула плечами, поднимая взгляд на того, кто схватил её. Перед глазами оказался парень лет двадцати, с шапочкой, натянутой чуть ли не до носа, в чёрной водолазке, закрывающей нижнюю часть. Блондинистые волосы свисали сальными сосульками по бокам. Видимо, парень нечасто моет голову. А воспалённые голубые глаза с оттенками пепельного равнодушно смотрели на мир. Кивнув, девушка произнесла одно-единственное слово на чистейшем немецком без акцента. — Danke. — И улыбнулась, садясь рядом с Лидой.       Это вызвало у Лиды недоумение. — Ты знаешь немецкий? — Саркастичный смешок вырвался из уст Вельской. — С шести лет изучаю, я же говорила. — Она перевела взгляд на сидение через проход и зависла.       Там сидела та парочка бегунов: девчушка в длинном красном пальто расположилась на коленях, предположительно, друга и, оттянув мочку уха своими изящными и утончёнными пальцами, бойко щебетала на французском. Друг морщился, но героически терпел и кивал. Рядом с этой парочкой сидел тот тип, который спас Катю от очередного падения на пол. Нахохлившись, он сверлил взглядом девушек.       Пихнув локтем Лиду в бок, Катя кивком головы указала на парочку утренних бегунов. Подруги недоумённо переглянулись. Екатерина нахмурилась.       Вдруг та девушка повернулись и на чистом русском, с малозаметным акцентом, сказала, глядя в упор на девушек: — Если хотите заплатить за проезд, то передавайте деньги. Тут контролёра нет.       Катя хлопнула, бурча себе под нос: — Во я идиотина, я ж тут больше тебя живу, давай деньги, я передам. — И протянула руку замершей Лиде.       Та, не отрываясь, смотрела на подругу. — Ты настоящая? — спросила вдруг она.       Вот тут Катя и сама задалась таким вопросом. — Не знаю, — сказала она, смотря на свои трясущиеся руки. — Но вроде да.       Тряхнув головой, Вельская согнала это странное ощущение. — Да, Лид, это я, а что? — Я всё время боюсь, что ты и Мила сбежите от меня или, хуже того, окажетесь выдумкой моего мозга. — Катя тяжело выдохнула, достала деньги и передала за двоих, а сама уселась рядом, обнимая поникшую Весну за плечи. — Настолько всё плохо? — спросила она, ведь когда-то тоже была в такой ситуации.       Тогда просто хотелось сбежать от реального мира в выдуманный и закрыться ото всех своих близких. — Такое чувство, что вся жизнь протекает мимо меня, — трясущимся голосом сказала Лида. — Чёрт, — вздохнула Катя, напрягая плечи. — Стой, стой. Это абсолютно нормально, посмотри на меня, — попросила она. — Посмотри мне в глаза, и ты убедишься, что всё реально.       Лида не только посмотрела в Катины глаза, но и прикоснулась к её плечу, чтобы убедиться, что всё нормально. — Вот видишь? Всё нормально, — улыбнулась Катя, позволяя девушке утопнуть в своих объятиях. — Пошли ко мне в гости? Мама должна была вернуться из командировки. Поди, она уже напекла тортов непочатый край. — Пошли, — с надеждой взглянула Лида. «Я защищу тебя, — пронеслось в голове Кати. — От самой себя, если потребуется, я умру, но не дам тебе познать жестокость этого мира. Я оставлю мир в руинах, но спасу тебя».       Компания смотрела на девушек, где одна горбилась в объятиях той, которая прежде казалась недоступной и хладнокровной. «Они обе проявят себя и покажут, каково быть сломленным человеком в такие ранние годы», — подумали они.       Несмотря ни на что, Катя имела твёрдый стержень внутри себя и тяжёлый характер, который в будущем сыграет ей на руку.

***

      Всю оставшуюся поездку, пока Лида лежала на плече у Кати и о чём-то рассуждала, Катя неотрывно смотрела на блондина. «Боже, блять, какой красивый. Интересно, что он прячет под водолазкой?» — рассуждала она, разглядывая мужчину, что сидел напротив.

***

      Валерий же не знал, куда себя деть от взгляда девушки. Он пытался сдержаться, но порой его передёргивало от всевозможных мыслей. «Она наверняка издевается. — Его изуродованная губа поползла вверх, образуя оскал. — Смеётся про себя надо мной, — судорожно думал он, и тут же себя одёрнул: — А чего я, собственно, завёлся? Нас интересует Лида, и никто больше».       Поставив точку, он попытался не обращать внимания на этот всепоглощающий взор зелёных глаз напротив, но глаза девушки никак не могли его успокоить. Они машинально притягивали очарованные взгляды. Только вот непонятно, что таилось у девушки в душе за чёрствой натурой, которую она всем показывала.       Совершенно непонятно, почему Бельский обращал внимание на эти бездонные глаза. Наверно, потому что они казались ему до жути знакомыми. — Валер, пойдём, — аккуратно тронул за плечо гигант.       Бельский оторвался от созерцания глаз девушки, сидящей напротив, и поспешно, кинув на неё последний взгляд, вышел из автобуса за две остановки до конечной.

***

      Девчушка моргнула и потрясла головой, улыбаясь краешком губ, когда мужчина встал и украдкой кинул на неё взгляд. — Ли-ид, — повернулась к подруге Вельская, но заметила, как та беззаботно дремала на её плече. — М-м? — промычала девушка, показывая, что находится с ней. — Вставай, через остановку нам надо выходить, — тихо произнесла Катя. — Хорошо, — пробурчала Весна, продирая глаза и упираясь головой в плечо Вельской.

***

      Девушки выскочили на улицу, где ещё моросил дождь. — Побежали до моего дома, — предложила Екатерина. — Зайдёшь в гости на часок-другой. Мама угостит тебя пирогом. — Давай. Если честно, то не хочу возвращаться домой, — согласилась Лида, загрустив. — Родители злые? — поинтересовалась Катя, вышагивая рядом. — У меня только мама, и нет, не злые, — покачала головой Весна. — Тётка с севера приехала. Капает на мозг нам с мамой. — Да уж, но, если что, приходи ко мне, мои двери для тебя и Милы всегда открыты. — Лидия же молча покивала головой. — Я б с радостью, но с меня тётка три шкуры спустит за моё долгое отсутствие, — процедила сквозь зубы. — Херовые отношения? — зубами доставая из пачки сигарету и прикуривая, спросила Катя. — Не то слово, — хмыкнула Лида.

***

      Не торопясь подруги дошли до Катиного дома. Сигарета ещё тлела в зубах у подростка, когда они зашли во двор и Катя с грохотом захлопнула калитку, оповещая близких о своём присутствии.       С заднего двора тянуло шашлыком. На кухне горел свет. Там временами мелькала тень. Похоже, мама вовсю хлопотала после приезда. — Мама на кухне, — крикнул отец, выглядывая из-за угла дома. — Кать? — вопросительно посмотрел в сторону новой подруги Кати. — Пап, познакомься, это моя подруга Лида Весна и новая одноклассница, — пробубнила девушка, стряхивая пепел в банку. — Приятно познакомиться, Лидуся, чувствуй себя как дома, — улыбнулся отец и сгрёб подругу в медвежьи объятия. — Пап, а когда ты приехал? Ты успел полить цветы? — шёпотом спросила Катя, с опаской глядя в сторону кухни. — Я вернулся за час до приезда мамы, успел полить цветы и помыть машину, короче, сделал всё так, будто мы тут с тобой голодали две недели без мамы. — Эх, — резко выдохнула девушка, моментально выкидывая сигарету.       И это было вовремя, ибо Мария Станиславовна Вельская — глава семейства, вышла во двор через заднюю дверь. — Привет, Катюш, — улыбнулась женщина, принюхалась и, прищурившись, спросила: — Кто из вас двоих тут курил?       Владислав и Екатерина напряглись. Ведь Мария знала, что оба курят, но запрещала курить рядом с её цветами. Категорически. Строго-настрого. — Это не я! — вдвоём выкрикнули одновременно отец с дочкой. — Вас не изменить, — покачала головой родительница, переводя взгляд на новое лицо в их доме. — Ой, а кто это такой хороший у нас появился? — Лида Весна, — представилась девушка и тут же была зажата в объятиях. — Одноклассница и подруга вашей дочери. — Мария Станиславовна, — мягким голосом произнесла Мария. — Покровительница этих двух оболдуев. Я очень рада, что Катя смогла найти себе подругу, пускай даже и в десятом классе. Ты не обращай внимания на то, что Катя себя периодами ведёт как ёжик. Она очень добрый человек, с большой душой и любящим сердцем.       Лида тихонько посмеялась, чувствуя себя в безопасности. — Мам, а ты испекла тот волшебный пирог? — спросила неожиданно та, о которой шла речь. — Я так и знала, что ты спросишь меня о нём. Поэтому да, я испекла его. — Отлично, а то я Лиде обещала дать его попробовать, — засветилась Катя. — Что тут у вас происходило за две недели, пока меня не было? — поинтересовалась женщина. — Ну, насколько ты знаешь, я пошла в десятый класс. Подружилась с Лидой и ещё одной девочкой, Милой Журавкой. — Что же произошло такого, что ты решила впустить снова в сердце посторонних людей? — спросил отец, но тут же замолк под строгим взглядом матери. — Подружилась и подружилась, это отлично, — тронула улыбка уста матери. — Идите пока наверх, я вас позову, когда всё будет готово.

***

      Когда Катя и Лида поднялись на второй этаж, то подруга посмотрела на Вельскую с вопросом в глазах. — Потом, — помахала головой, явно не готовая обсуждать то, что произошло ранее в её жизни. — Хорошо, — с готовностью кивнула Весна.       Она дождётся с нетерпением того момента, когда девушка всё же решится открыться. Ведь доверие — это основа дружбы. Нет доверия — нет дружбы. А обманывать близкого человека — разве это дружба?       Почему все думают, что обманывать близких людей, это круто? Извиваться, лгать. Если тебе удалось обмануть близкого человека — это не значит, что ты превосходный лжец. Это значит, что человек тебе доверял больше, чем ты заслуживаешь.       А говорить за спиной всякие гадости про человека, а потом улыбаться ему в лицо — это вообще унизительно. Такие люди вызывают у большинства общества отвращение, ведь почти все с этим сталкивались в подростковом возрасте.       Лида расположилась на пушистом ковре с большим ворсом, обнимая подушку, сидя в позе лотоса. Катя же взяла свою плюшевую акулу и улеглась на пол. — Итак, посплетничаем? — улыбнулась коварно Вельская. — О чём? — поелозила на ковре Весна. — М-м, допустим о том, были ли у тебя поклонники? — спросила Катя. — Ну, не знаю, — призадумалась Лида. — Санин говорит, что на меня в младших классах все сбегались посмотреть, мол, я звёздочкой была тогда. — Вау, — с неприкрытой завистью протянула Катя. — Если честно, то я завидую тебе, потому что мне о таком остаётся только мечтать. — А что насчёт тебя? У тебя-то самой были? — На этот вопрос Катя упёрлась взглядом в ковёр, тяжело вздохнув и поджав губы. — Ну… — Голос моментально охрип.       Это были болезненные воспоминания, и возвращаться к ним было незачем. — Были, — тяжело выдавила из себя Катя. — Были, да, — сглотнула слёзы девушка. — Плохо закончилось? Плохие воспоминания? — догадалась Лида по виду девушки. — Да, очень плохо закончилось, — выдохнула Вельская. — Если хочешь, то можешь потом рассказать, — помедлила Лида. — Так, пожалуй, и сделаю, — с потухшими глазами кивнула Катя, глядя в ковёр и прокручивая события того дня. — Кать, — коснулась подруга плеча. — Не мучай себя. — Не могу, как вспомню его имя и лицо, так сразу тошно становится. — Пойми, он в прошлом, — тихо сказала Лида, двигаясь к Кате. — Можно тебя обнять? — задала вопрос, на который был очевидный ответ. — Если тебе будет проще, — выдохнула Лида. — Я буду знать, что рядом находится человек, которому я могу довериться, — совсем охрипшим голосом пробормотала девушка, упираясь носом в ключицу подруги.       Рубашка Весны моментально намокла от слёз. Плечи Вельской подёргивались от еле-еле сдерживаемых стонов боли. — Слишком больно становится на душе. И гадко. Из-за того, что я доверила свою душу не тому человеку, а тот со спокойной совестью меня сломал. — Катя кое-как сдерживала рыдания. — Поэтому ты отстранилась? — задала очевидный вопрос Лидия. — Да. — В этом коротком слове было очень много боли. — Боюсь повторить ошибку.       Снизу послышался крик, а после шаги на лестнице. — Кать, Лид, идите есть. — Мария открыла дверь и увидела картину, из-за которой её сердце пропустило удар.       Её дочь, которая ранее казалась недоступным камнем без эмоций, сидела, сгорбившись в объятиях малознакомой девушки. — Ты всё знаешь? — поинтересовалась мать, на что Лида помотала головой в знак отрицания. — Мам, мне больно, — со слезами на глазах посмотрела на Марию дочь. — Я знаю, солнышко, потерпи, — села на стул женщина, тяжело выдыхая. — Я верю в тебя, я верю, что ты не дашь окончательно себя сломать воспоминаниям о том мудаке. — Девочки, ну вы где? — раздался голос отца снизу.       Катя вытерла моментально слёзы и прокашлялась. — Мы тут, па. — Голос не дрогнул. — У вас всё в порядке? — Да. — Очевидная ложь. — Сейчас спустимся.       Мария встала со стула и оглядела дочь, что-то задумав. — Так, иди-ка умойся. — Катя вздохнула, но встала с пола и пошла в ванную. — А ты, Лидусь, спускайся вниз и отвлеки моего бестолкового муженька.

***

      Когда Катя вышла из душа через пять минут, то в комнате не было ни матери, ни Лиды. Вытерев голову, Вельская-младшая неспешно спустилась вниз.       Там было тихо и везде было темно. — Странно, — пробубнила себе под нос Катя.       От истерики не осталось и следа. Зависнув посреди тёмного коридора, Катерина с мокрым полотенцем теребила его в руках. — Да не, бля-я, — протянула она и с ухающим сердцем в пятках пошла на улицу.