2

      — Черт, меня аж трясёт!              — Ага.              — Нет, серьёзно! Меня трясёт! А ещё от нервов пятна вылезли. Я всю ночь чесалась!              — Конечно.              — Типо… Блин. Я даже не ругалась! Я не материлась! Я просто спорила… С каких пор спорить плохо?              — Хёрней страдаешь. — Просто резюмировала Вика, копаясь в рабочем компьютере. — Лер, зайка, займись уже работой.              Лера, чьи глаза были направлены то в экран телефона, то в пустующие коробки, ожидающие груза, нахмурилась. Безразличие сестры задевало. Лера опять обновила страницу, но ничего не изменилось. Сообщение об исключении продолжало висеть на экране. Осталось лишь молиться, чтобы никто из семьи не узнал, что в этом скандале мелькнула официальная страница.              День клонился к концу. За стенкой, в магазине, работал Денис. Лера слышала, как младший брат проверял товар, делал сверку и переставлял горшки. За весь рабочий день никто не зашёл в горшечную лавку, поэтому работа брата была совершенно бессмысленной. Это злило. А ещё злил Стас, который бросил её в блок.              Привычно Лера скомкала несколько листов плотной бумаги, а после вложила горшок в пенопластовую подушку. Почти механически руки её обвязали получившуюся конструкцию скотчем, а после уложили на бумажную подложку в коробке. Лера сверилась с названием модели и адресом, а после с чистым сердцем закрыла коробку. Впереди ждало ещё около десяти посылок.              — Мне вообще-то обидно.              — Ты не знаешь этого парня. Угомонись.              — Вообще-то почти знаю. Я почти с самого начала подписана на него. Я донатила, участвовала в акциях, комментировала видео, а он взял и заблокировал меня! Это нечестно!              — Всё это никто не заставлял тебя делать. — Вика фыркнула и раздражённо застучала по клавишам. — Если ты пару раз ему задонатила и репостнула ролик, то это не значит, что он должен позвать тебя замуж!              Щёки обожгло от гнева. Лера едва не выронила новый горшок.              — Да не хочу я за него замуж! Я просто хочу, чтобы он разобрался в этом. Выпустил нормальный ролик с опровержением, а не это «уууу, я вырезал этот момент, дальше у тебя всё будет хорошо. Не опускай руки, девочка, ууу». Фу! Бесит!              Вика пожала плечами, и Лера прекрасно поняла смысл этого жеста. Сейчас сестре не до разговоров. Сосредоточенно нахмурившись, Вика смотрела в белый монитор. В её очках отражались белые блики, усеянные крохотными чёрными точками. Лера смахнула пушистую рыжую прядь с носа и раздраженно засопела.              Как бы сильно она не старалась не думать о Стасе, мысли её постоянно к нему возвращались. Никто в семье не мог понять, что случившееся было не просто маленькой странностью среднего ребёнка, а почти настоящей трагедией. Лере казалось, что с этой блокировкой от неё ушёл добрый друг. Хуже всего, это расставание было приправлено не обоюдным молчанием, когда все общие темы давно себя изжили, и смысла для встречи просто нет, а маленьким скандалом. Лера попыталась придумать аналогию, но идей не нашлось.              А ведь недавно всё было иначе! Лера даже хотела пойти на кулинарную сходку, где Стас должен выступить.              Озарение пришло неожиданно. Лера не заметила, как примотала свою руку к коробке.              — Слу-у-у-ушай, а если он не хочет читать, то пусть меня выслушает!              Вика дежурно кивнула. Она не услышала.              — Вика-а-а-а, я придумала! — Громче сказала Лера и с силой отпорола прилипший скотч от коробки. — Я лично скажу Стасу, что он ошибся и покажу наш настоящий горшок, а не ту подделку!              В компьютере что-то щелкнуло, раздался мелодичный перезвон, похожий на случайный набор клавишных звуков и экран погас, чтобы в следующую секунду налиться синим светом. Вика раздражённо ругнулась и резко повернула кресло к сестре.              — Да угомонись ты! Бросил в чс и бросил! Хватит! Стас да Стас, Стас да Стас! Подумай лучше о работе и том, что не надо переводить коробки!              — Это уже дело принципа! Я никому не позволю клеветать на нашу керамику!              На немного вытянутом лице Вики, очень похожим на лицо самой Леры, пролегла черная тень. Старшая сестра облизнула нижнюю губу, прежде чем раздражённо выдать:              — Да если бы не ты, то никто бы и не клеветал! Кто тебя вообще просил в это лезть?!              Прошлой ночью эти слова всплыли в воображении Леры, и та даже придумывала ответы, но сейчас все заготовленные строчки просто вылетели из памяти. Плечи сами поникли, а в глазах закололо, как от сухого песка.              — В магазин люди почти не ходят. Я хотела, чтобы о нас узнало больше народа? Разве это плохо?!              — У нас нормальные онлайн-продажи. Отстань уже от магазина!              — И как кто-то такой умный может быть такой узколобой дурой?! — Лера не заметила, как голос её стал выше. — Где онлайн, там и оффлайн!              С звонким щелчком Вика закрыла ноутбук. Глаза её опасно сощурились за толстыми стёклами прямоугольных очков. Температура в комнате мгновенно опустилась на несколько градусов и по спине Леры табуном пронеслись ледяные мурашки, когда Вика сурово скрестила руки на груди. Мгновенно заныл левый бок, а в памяти всплыло детство, когда не нужно было напрягаться, чтобы получить сочный сестринский тумак.              Многое изменилось, они обе стали старше, но всё равно Лера не могла не вздрагивать всякий раз, когда настроение Вики резко падало вниз.              — Не лезь не в своё дело. От тебя больше вреда, чем пользы. Если ты не прекратишь, я лично скажу родителям, что ты спятила, и тебя нужно отрезать от интернета.              — Вик, послушай, я знаю, что есть косяк и я хочу его исправить, понимаешь? Я действительно хочу. И я исправлю. Обещаю, как всё наладится — я и пальцем ничего не трону. Буду сидеть, лепить горшки, ценники к горшкам и чеки.              Складка на высоком сестринском лбу исчезла, но лёгкий прищур не ушёл полностью. Вика ей не верила. Как обычно. Лера вздохнула и потянулась к новому горшку, нуждающемуся в защите.              Несколько минут прошли в молчании, лишь треск скотча и шелест картона звучали в воздухе. Наконец, Вика не выдержала и расслабила плечи:              — Делай, что хочешь. Но глупости не твори!              — Угу.              Старшая сестра смотрела и где-то в глубине души Лера надеялась, что Вика предложит помощь.              — И если ты так хочешь поговорить с этим парнем, то будь корректнее. Не хватало нового скандала. — И Вика распахнула ноутбук, больше не смотря в сторону Леры.              Скромные надежды разбились. К треску скотча добавился суровый перестук клавиш.              Работа была столь рутинная, что веки сами наливались сонливостью. Сильный щипок в запястье не помог. Чтобы немного отвлечься, Лера снова попыталась заговорить:              — Только на ту сходку мне кто-то нужен. Одной идти не по себе.              — Попроси подруг. — Невозмутимо отозвалась Вика. — В чем проблема?              — Хм… Дай-ка подумать: Олька уехала в Москву документы подавать, а Лариса застряла у бабушки в Сургуте до конца лета. Не думаю, что кто-то из них успеет к пятнице составить мне компанию.              — А с Олей что не так?              — Всё не так. Мы не общаемся.              — Да? — Вика отвернулась от экрана и посмотрела на Леру так, словно в этот момент увидела нечто новое на хорошо знакомом лице. — Ну как разбежались, как и сбежитесь. Взаимный игнор в две недели это не конец долгой дружбы. Подумай, что это что-то типо отпуска.              — Вик, я о ней ничего с десятого класса не слышала. И вообще, будь у меня компания этим летом, торчала бы я тут сутки напролёт?! Нет! Поэтому либо ты, либо…              — ДЕНИС, А ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО В ЭТУ ПЯТНИЦУ У ТЕБЯ ЕСТЬ ПЛАНЫ?!              Солнце пекло так сильно, что воздух внутри автобуса напоминал парилку. Лера старательно обмахивала лицо бумажным веером, но пот всё равно градом катился по лицу. Что-то внутри подсказывало, что позже по всей линии роста вылезут прыщи, и никакая очищающая маска ей не поможет. Раздражённый Денис сидел рядом. Из-за лишнего веса жару он переносил ещё хуже. Красный, как варёный рак и воняющий, как старый носок, Денис упёрся лбом о высокую спинку переднего сиденья.              Невольно Лера сильнее сжала короб на коленях. Новый, правильный горшок нежно вибрировал где-то внутри, под дополнительным слоем пенопласта и двойной картонной прокладкой. Тянуло закрыть глаза и просто вздремнуть, но Лера приказала себе держаться. Большая часть её сознания уже опустила руки. Сама Вселенная намекала, что день пройдёт как зря. Это утро началось с дохлого крота на самом пороге лавки и огромной, практически в весь забор, надписи. Смысл написанного было не разобрать, но молодой энергичный участковый предположил, что символы могут относиться к обороту незаконной продукции.              Наивный. Лера точно знала, что крот и надписи — это дело одного человека. Оставалось лишь надеяться, что хулиган не убил животину сам, а нашёл трупик где-то в дачных огородах.              Медленно тянулись умытые солнцем панельки, медленно текли мысли в голове. Лера прикусила щёку со внутренней стороны и медленно посчитала до десяти. Раз, она не будет вести себя как дура. Два, всё пройдёт если не хорошо, то достойно. Три, мир не сломается, если Стас не пойдёт на контакт сразу. Четыре, она постарается сделать лучше, либо не сделать никак. Пять…              — Эй, мы на Арбате.              Денис ткнул Леру в бок, больно руша все мысли. Автобус тяжело остановился и большая часть людей мгновенно ушла прочь. Лера едва успела спрыгнуть, когда тяжёлые двери со скрипом сошлись за спиной.              Краснодарский Арбат казался ярким до боли в глазах. Разноцветные тенты развевались над головами, бросая спасательные тени на плитку под ногами. Денис расставил руки в стороны и блаженно втянул прохладный воздух. Лера мгновенно скривилась.              — Фу! Ты вообще пользуешься антиспирантом?!              — А надо? — Брат показал язык и быстро бросился прочь, увернувшись от оплеухи.              Невольно Лера сильнее прижала коробок. Ей уже приходилось бывать на Краснодарском Арбате, но она всегда участвовала как помощница продавца — она верной тенью стояла за родительскими спинами, подавая ту или иную продукцию. Сегодня же всё было иначе.              Вместе с людьми по узкой улочке сновали полицейские. Один из мужчин подошёл к Лере и настойчиво попросил показать содержимое короба. Горшок его не впечатлил, что стало ещё одним тревожным знаком.              — Ну, и где твой Р-р-р-ромео? — Спросил Денис, щуря маленькие карие глаза.              Лера пожала плечами. Ей и самой очень хотелось бы знать.              Арбат был узок, а людей слишком много. Все толкались, наступали на ноги и извинялись. Кто-то толкнул Леру так сильно, что горшок в её потных ладонях выскользнул и почти упал. В последний момент Лера прижала его так сильно к животу, что стало больно.              — Нельзя ли немного аккуратнее?              — Ох, конечно! Извините! Я не думал, что здесь будет так мало места.              В голове случилось короткое замыкание. Лера смотрела в его лицо, слышала его голос, но не могла соотнести всё это между собой. Молодой мужчина продолжал сыпать извинениями, его глаза то и дело воровато смотрели по сторонам, что-то отчаянно разыскивая, а смуглые руки с белыми, как фарфор ладонями, активно жестикулировали.              Стас, но не Стас.              По ту сторону монитора Лера отлично видела своего кумира. Бледнокожий молодой человек нормальной фигуры с аккуратным хвостиком на затылке. В реальности же на неё смотрел худой и странно-смуглый юноша. Те самые черные волосы пушились, знаковая белая резинка болталась на одной из прядей. Казалось, что-то очень пошло не так.              — Так всё хорошо? Вы не ушиблись? Ничего не уронили?              — Аааа…              — Ну и хорошо! Извините! Простите! — И он поспешил пройти сквозь толпу, расталкивая и вызывая людское недовольство.              Лера пришла в себя, крепче схватила горшок и направилась за белой толстовкой.              — Эй, Стас, подождите, пожалуйста! Стас!              Он даже не обернулся! Не услышал? Или он высокомерен?               Лера с трудом протиснулась вперёд и увидела, как растерянный Стас вошёл кафе. Лера двинулась следом. В голове она вновь и вновь репетировала речь. Даже когда на входе её не хотели пропускать дальше, Лера мысленно начинала хорошо заученное предложение.              — Мне надо отдать подарок! — Говорила она ртом, пока думала над пояснением для Стаса. — Обещаю, это будет быстро!              Кафе, временно переоборудованное под нечто вроде одной большой гримёрки, поражало количеством всякого оборудования для съёмки и командами. Группки людей в цветных футболках группировались по углам помещения, что-то негромко обсуждая.              Стас нашёлся в кружке людей с серыми футболками. Краснея от стыда, Лера вырвалась вперёд и услышала:              — Слушайте, я не знаю кто из вас решил, что это будет смешно, но дрянь! Я похож на имбирный пряник!              — По легенде, милый, ты недавно вернулся из Таиланда. Ты не можешь вернуться из Таиланда белым, как сахар! Вот твой мамочке и пришлось взять дело в свои руки!              — Благодаря твоим рукам я похож на далматинца!              — Только под толстовкой. Вот руки и лицо выглядят вполне прилично.              Таиланд, легенда, далматинец.              Лере показалось, что мир немного накренился и ещё немного, как всё оборудование и люди полетят к стенке. Недавно Стас был в Таиланде. Во всяком случае, так он писал в блоге. Он писал, что лучше всего узнавать кухню страны путём посещения этого самого места. Значит, он там и не был? А если он не был в Таиланде, то что насчёт Венгрии, Чехии, Кубы и других стран, чьи национальные блюда мелькали в роликах?! Что делать со всем этим?              Она и не заметила, что подошла слишком близко.              Высокая женщина ткнула в её сторону пальцем, и Стас вздрогнул, точно от удара плетью. Лера механически протянула горшок вперёд.              Все нужные слова вылетели из головы.