Часть 12 Хорошая, плохая лгунья

Греясь в лучах закатного солнца на пике Селебдил, Дейенерис перегнулась через толстокаменный обломок стены. Туман и облака покрывали все вокруг оставляя на виду лишь сияющие серебром, заснеженные вершины Мглистых гор. Над головой самопровозглашенной Королевы Мории кружил Смауг. Размах его крыльев с легкостью мог перекрыть ей доступ к солнечному свету, но будучи великодушным и чутким, каким он сам себя считал, дракон старался держаться с другой стороны. Ладони покалывало от обледеневшего камня, но она никак не могла перестать всматриваться вниз. Бурерожденной казалось, что на бело-сером полотне она видит картины своего прошлого. Как вышло, что ей довелось пережить столько всего и не потерять себя окончательно? Со стены посыпалась каменная крошка, растворившись в пустоте. Оттолкнувшись, она распрямила спину, передернув плечами от взгляда своего единственного соратника и надзирателя. Потребность в свежем воздухе стала идеальным предлогом для того, чтобы подняться на пик. На самом же деле она нуждалась лишь в одном — усыпить его бдительность. Смауг был умен, хитер и расчетлив, но вместе с тем падок на лесть, увещевания и показную покорность. Именно этим она и собиралась воспользоваться. Вчера она потратила уйму времени на то, чтобы убедить дракона в искреннем желании стать королевой-затворницей. А сегодня поднялась посмотреть «вершину своего королевства». И все ради того, чтобы он не преследовал ее словно вторая тень хотя бы несколько часов. Сегодняшняя вылазка стала незаменимой частью их игры. Бурерожденная позволяла ему любоваться собой на фоне гор, а он — милостиво забывал о своей любви к разговорам, которые неизменно сводились к тому насколько он хорош. К третьему часу они оба устали и нуждались в тепле. Мороз и шквалистый ветер были бессильны против них, но все же по природе своей они оба тяготели к теплу. — Немедленно спускайся. Это место себя исчерпало! Не пытаясь завуалировать приказ под просьбу Дейенерис с удовольствием наблюдала, как Смауг нарезает круги, делая вид, что решение спуститься принадлежит исключительно ему. Озорной блеск в глазах и легкая улыбка делали Королеву Мории еще прекрасней. Белоснежные волосы, заплетённые во множество кос, спускались до самой поясницы. Плащ, отороченный мехом и сшитый за ночь покойными гномками, развевался на ветру, оживляя ее силуэт. Единственное, что Дейенерис оставила себе из жизни до Арды, так это чудом уцелевшие сапоги. Абсурдное сочетание, не подходящее к неблагоустроенной местности грело ей душу напоминая о Кае. Когда власть была достаточно продемонстрирована, Смауг сложил крылья, сорвавшись в лихое пике. Желание произвести впечатление и проверить, отступит ли Дейенерис, затмило осторожную мысль о том, что его сокровище может испугаться — и шагнуть прямиком в объятия пропасти. Наблюдая за выходкой дракона она не могла скрыть улыбку от того, что уже проходила подобное испытание раньше. Ее дети любили проявлять характер и делали это при любом удобном случае. Перепончатые крылья распахнулись в последний момент, резко изменив первоначальный план. — Неужели ты настолько стар, что впал в детство? Посмеивалась Дейенерис рассматривая как снежинки тают, так и не достигнув чешуи дракона. — В ссследующщщий раз проссто усступи. Выдыхая клубы пара из ноздрей прошипел Смауг. Прищуренные глаза неодобрительно изучали непокорное сокровище. — В следующий раз? Неужели ты намерен это повторить? Легко поднявшись по подставленному крылу, спросила Королева и не дожидаясь ответа продолжила: — Мне нужна твоя помощь. Оставим нелепые забавы для лучших времен. — Твой харрактерр отвррратителен, сокровище. Ты должна быть благодарна сссудьбе, что Я — Смауг Ужасный — не заперр тебя в недррах горрры и не заставил умолять о крупицах сссвободы! Шелестящий голос эхом разнесся по округе и кажется, что дракон откровенно наслаждался его звучанием. — По дороге «домой» тебе стоит подумать о том, благодаря кому ты остался жив. Дважды. Задрожавшая в негодовании спина сказала Дейенерис больше любых слов. В полной тишине, вынужденные терпеть друг друга по множеству причин, Дракон и Королева покинули Селебдил, скрывшись в тумане.

***

По-прежнему он был больше волей, чем плотью. Стоя на одном из склонов Ородруина, Саурон ощутил, как дрогнула ткань силы. В глубинах Мглистых гор исчез древний огонь потушенный чужеродной силой. Там, где прежде царил хаос и неукротимая ярость, теперь зияла пустота. А пустоту он умел заполнять. Орчей ордой.

***

Гэндальф замолчал посреди фразы. Музыка в тронном зале Лесного Короля продолжалась, но он больше её не слышал. Камень. Камень дрогнул. В Мории нашло свою погибель древнее зло — и в тот же миг тьма на востоке сделалась плотнее. Но кому под силу развоплотить дух падшего майар? — Ты это почувствовал? — сведя брови к переносице спросил Трандуил. — Да, — стремительно поднявшись из-за стола обеспокоено произнес старик. — И мне это не нравится. Баланс сил отныне больше не мог быть прежним.

***

— Неужели ты не доверяешь мне? Я же сказала, что не разбираюсь в драгоценностях и у меня нет желания смотреть как это делаешь ты! Сжимая тонкими пальцами ключ от запечатанной сокровищницы Дейенерис старалась сохранять спокойствие. Контроль дракона не знал границ, и потому ей приходилось возводить их самостоятельно мягко направляя диалог в нужное русло. В таком тонком деле как обман самое сложное это не раскрыть себя раньше времени. — И не забудь о той части что будет принадлежать мне. — Нелепосссть. Я настоящий — влассстелин этой горы. Сссокровища не делят с той, кто сама является его частью! — нервно шевеля хвостом заявил Смауг. — Думаешь мне стоит подумать о своем месте в этом мире? — задумчиво произнесла Бурерожденная стараясь звучать правдиво. — Непррременно. Напыщенно ответил дракон поставив точку в часовом препирательстве, в ходе которого его подозрительность постепенно была вытеснена нежеланием делиться хоть чем-то. В голове он уже пересчитывал золото и представлял какие редкости сможет там отыскать. Спускаясь все ниже и ниже вслед за покойным Дурином они оба сохраняли уютное молчание размышляя каждый о своем. Считать лестницы и пытаться запомнить дорогу Дейенерис перестала три пролета назад. Шестое чувство вдруг завопило о том, что спокойной жизни в ближайшее время ждать не стоит. Где-то в глубине тайных ходов будто дрогнула тень. Как если бы кто-то отметил её движение — запомнил, как она ставит ногу, как поворачивает голову, как дышит. Там, в Дол Гулдуре Дейенерис уже имела подобный опыт. Неужели это снова был он? Если бы Кай был здесь, Царство под Горой непременно стало бы неприступным. Он бы посмеялся над глупыми страхами Бурерожденной уверив что нет никого умнее и опаснее его самого. Но он далеко. Остается полагаться лишь на себя и… Смауга. Дракон был проблемой и удачей одновременно. Надежда на то, что все получится так как задумано не давала Дейенерис опустить руки шепча, что все будет хорошо. — Ссстены пропитаны тьмой ссслишшком глубоко. Восссияй же, сссокровище. Рассей тьму. Шипящий голос дракона прозвучал так неожиданно что Дейенерис невольно вздрогнула схватившись за небьющееся сердце. — Боюсь мне придется тебя разочаровать. Я не успела научиться это контролировать. — сморщив нос произнесла она. Обдав ее спину горячим дыханием Смауг фыркнул: — Иссправь это как можно ссскорее. — Как скажете, ваше мудрейшество. — улыбнулась Дейенерис остановившись в след за Дурином у огромных дверей. Поросшие светящимся мхом, они имели внушительный вид. Створы из цельного мрамора были испещрены замысловатыми рунами, там и тут сохранившими борозды от различных орудий. Кто-то явно пытался сюда попасть применяя грубую силу. Не очень то и умно. — Оррки никогда не отличалиссь изобретательностью — пофыркивал Смауг заметив тоже, что и она. Убрав паутину с замочной скважины Дейенерис вставила в нее ключ одновременно отдав распоряжение мертвецу: — Открой. Мертвец придвинулся к двери и нажав на нужные руны привел их в движение. Через несколько минут дракон и Королева оказались внутри. Горы монет, искусные доспехи, короны, украшения, камни и слитки драгоценной руды. Чего здесь только не было. — Наслаждайся, мой друг. Но помни, все твое — наполовину мое, а все мое — твое на четверть. Поглощенный созерцанием обретенного богатства Смауг лишь недовольно фыркнул не препятствуя уходящей прочь Бурерожденной. «Отвррратительная шутка» — подумал он приступая к изучению сокровищ. Ему требовалось запомнить все до последней монеты, а после… после он ненадолго уснет, окруженный сверкающим великолепием.

***

Закрыв за собой дверь в опочивальню Дейенерис присела на край кровати собираясь с мыслями перед следующим шагом. — Сегодня или никогда. — прошептала она глядя на свое отражение в гигантском зеркале. Росток Чар-Древа мерно покоился на подушке дожидаясь своего часа. Дотронувшись до красных листочков кончиками пальцев Бурерожденная решительно подняла росток. — Надеюсь тебе придется по вкусу новый дом. Бессмысленный разговор с растением успокаивал расшатанные нервы, создавая впечатление незримой поддержки. Окруженная безмолвными подданными она отправилась к водопаду. В прошлый раз это место показалось Дейенерис идеальным для молодого дерева. Преодолев знакомый путь и оказавшись посреди наполненной влажными брызгами пещеры она не стала попусту тратить время опустившись на землю. Как только росток оказался снаружи ее плаща, то нетерпеливо впился корнями в податливую почву моментально закрепившись. Только сейчас ей впервые пришлось задуматься о том чем же его подпитать. Здесь не было неприкаянных душ, видимо этот мир и впрямь имел самых настоящих Богов. — Я не стану делиться частью себя, даже не надейся.— С укоризной произнесла Дейенерис меряя шагами пространство. Ходить здесь было трудно выполнимой задачей, шпильки ее сапог то и дело норовили провалиться в мягкий мох. Но делать это босиком было бы не по Королевски. Вдруг ей удастся переместиться к Каю прямо сейчас? А она в таком виде. Дуновение откуда ни возьмись взявшегося ветра чуть было не сбило ее с ног. Быстро догадавшись о причине неуместного явления она повернулась назад прокрутившись на носочках. Таинственная улыбка играла на губах Многоликого. Сидя на возвышенности в ореоле потустороннего свечения он излучал уверенность в своем праве заявиться в этот мир. — У нас мало времени дорогая моя. Заверши ритуал и тогда я лично провожу тебя к твоему…спутнику. Изогнув вопросительно бровь Дейенерис ожидала разъяснений. — Ну же, действуй… Нужна всего лишь капля. — В чем дело Эшон? Неужели ты решил будто я поверю, что все настолько просто? Длинные волосы хитрого Бога качнулись упав на точеное лицо. — Ты стала такой недоверчивой, Дени. — упрекнул Бог поднимаясь ей навстречу. — Впрочем, не зря. Ей было не по себе в его обществе. Но показывать это Многоликому Бурерожденная не собиралась и потому вместо того, чтобы отступить она придвинулась ближе. Расстояние между одним из семерых и его протеже приобрело непозволительный окрас. — Я много думала о тебе… — прошептала Королева смущенно отводя взгляд. Жаль Дейенерис не могла увидеть ,как ликующе заблестели его глаза в этот момент. — И решила, что ты та еще сволочь Эшон. Говори прямо, зачем тебе понадобилась моя добровольно отданная кровь? Разочарованно вздохнув он нагнулся дабы она перестала стоять задрав очаровательную голову вверх. Иллюзия увлеченности давалась ему легче всего. — Не ври мне, маленькая искусительница. Ты думала обо мне совсем не это. Бурерожденная готова была провалиться под землю. Насколько же сильно он успел ее изучить? — Я смутил тебя? Прекрасно… Музыкальные пальцы Многоликого сжали ее подбородок призывая смотреть ему в глаза. — Соглашайся. Клянусь ты останешься довольна результатом. Охваченная непонятным трепетом Дейенерис напряглась всем телом. Все выглядело так будто он гипнотизирует ее. — Неужели ты опустился до любовных чар? Сорвавшееся с языка предположение попало точно в цель. На задворках сознания послышался звук разбитого стекла подтвердив догадку. — Ментальный щит, неплохо неплохо… Скудная похвала показала ей больше нежели если бы он начал отшучиваться. — Не злись дорогая. Мне просто стало любопытно узнать какого это, когда твои прекрасные глаза смотрят на меня иначе. — Не трать мое время. Должно быть ты подумал, что я готова на все ради возможности быть с Паркером и явился будто «доблестный рыцарь» чтобы помочь? Звонкий, словно перезвон колокольчиков, ее смех впечатался в его память навечно. — Конечно, управлять армией мертвецов довольно скучно, но все лучше чем продать себя в вечное рабство такому, как ты! Лениво поаплодировав врожденной догадливости Многоликий сделал шаг назад. — Не упрямься. Мы всего лишь укрепим прежний договор. Ты становишься все сильнее и я хочу быть уверен в твоей верности. — Тебе нужна верность?! Женись на мне или проваливай. Я не стану твоей марионеткой больше чем есть! Увидев застывшее лицо наглого визави Дейенерис восторжествовала. — У всего есть цена. Сам сказал, помнишь? —Ты и алчный ящер стоите друг друга. Что ж, я вернусь когда ты передумаешь. Кивнув в знак согласия Королева оставила за собой последнее слово: — Прощай. Прежде чем исчезнуть Многоликий многообещающе ухмыльнулся принимая ее позицию.

***

Той же ночью разбуженная легким прикосновением к разбросанным по подушкам волосам она почувствовала, что не может пошевелиться. Бурерожденная напоминала загнанную охотниками лань. Те же широко распахнутые глаза в которых легко читался первобытный страх. — Ты права, если я хочу настоящей верности, то для начала мне стоит избавиться от заносчивого колдуна. Нежное касание повторилось вновь. — Никогда не думал, что женюсь. Тем более на вдове.