Становление

      2 года назад

Восточные Карпаты, Румыния

      Стайлз могла поклясться, что едва видела глазами, залитыми кровью, пока судорожно чертила символы для телепорта.       Она хотела больше никогда не слышать и не видеть. Хотела ослепнуть или впасть в коматозный сон, хоть как-нибудь спастись. Звуки борьбы на улице пока не утихали, и Стайлз так боялась, что они все-таки затихнут, ведь это будет значить…       Додумать мысль тоже было страшно. Поэтому она попыталась вытереть глаза дрожащей и грязной от земли рукой и продолжила. Рисунок выходил сильным: с примесью ее крови и мела. Один, два, три… кто-то выбил дверь. А Стилински сделала последний рывок и рухнула в портал.       Девушка пришла в себя, обнаружив во рту песок. Она лежала лицом вниз и случайно вдохнула его еще и носом. Долго вымученно откашливалась и пыталась выплюнуть все эту пыль. А когда смогла нормально дышать, то с трудом перевернулась на спину.       Палило солнце. Очень хотелось пить. Все тело болело. Стайлз повернула голову на бок. Бескрайне долгая пустыня и… горы? Попыталась встать, но в голове все поплыло и ее вырвало кровью. Стало чуть легче.       Все же встала и огляделась. Отлично. Похоже, она действительно слушала старика задницей и забыла, что нужно думать о месте, куда хочешь телепортироваться, вспомнить координаты. Впрочем, было ли ей до этого?       Так, на счет Ргура… нога перестала держать, и Стилински рухнула обратно на песок, вскрикивая от резкой боли. Все, наконец, закончилось… Выдох. Что делать? Что ей теперь делать? Она в неизвестном нигде, среди пустыни, раненная и опустошенная. Не получится дальше использовать магию. Все резервы были пусты.       Солнце начинало сильно припекать голову. Еще этого не хватало. Она потеряет сознание от обезвоживания через несколько часов, если не укроется и не найдет воды.       Догадки были верны. Уже через считанные часы песчаные дюны начали бледнеть перед глазами, сливаясь на горизонте с небом. Вдруг, вдали промелькнуло что-то длинное, золотистое и грациозное, словно лавина, сходящая с верхушек гор.       Сознание начало постепенно меркнуть. И в последней отчаянной попытке зацепиться за реальность, девушка рукой полезла в карман, сжимая ладонью знакомую фигурку волка и коля палец о скрытый механизм.       Нога споткнулась о несуществующую преграду, и Стайлз упала, ударившись головой о что-то жесткое, а сознание наконец опустилось в мрачную и неспокойную пустоту.       «Понимаешь, любовь - это что-то такое… что либо испытываешь, либо нет. Третьего не дано.» - сказал Ргур однажды вечером, сидя в гостиной и потягивая ром. В тот момент она сидела на противоположном кресле и тоже пила. Они оба были уже пьяны. «И что?» - упрямо спросила девушка. «Я вижу один и тот же образ в твоих дневниках. Настолько нравится мучать себя?» Стилински уже не хватало сил отмахнуться от надоедливой шарманки старика. Тот любил поучать, потому что считал, что она тратила свою жизнь не на то. «Ты хоть раз задумалась: какова процентная вероятность того, что этот человек тоже так чахнет по тебе?» Светло-зеленые глаза прожигали ее насквозь. Стайлз опустила голову, не желая более подвергаться этому вниманию так интенсивно. «Нет, он не…»

***

2 года спустя

Штат Калифорния, Бейкон Хиллс

      Стайлз резко проснулась и села на кровати. Тяжелое дыхание смешалось с шелестом листвы снаружи. Ночь была на удивление холодная и ветреная. Кожа покрылась мурашками, а остывший пот неприятно холодил кожу. Девушка вытащила электронку из тумбочки и сделала несколько успокаивающих затяжек. Малиновый приторный вкус растянулся теплом на языке. Последнее время ей очень плохо спалось.       В голове же крутились воспоминания о прошлом. Думать об этом было не приятно, но отрезвляюще и достаточно полезно иногда. Стилински себя этим успокаивала, с содроганием вспоминая свою жизнь и ученье, которое ей пришлось принять.       Черт, как же не хватало старика. Стайлз утерла влажные уголки глаз и вновь сделала затяжку.       «Ты много думаешь и ни черта не делаешь!» Когда Ргур кричал, слышно было на много миль вокруг. «Я делаю! Просто у меня не получается…» «Все равно, что не делаешь! И не дерзи мне, девчонка!» Девушка просто ненавидела, когда ее так называли, но кого это когда-нибудь останавливало? «Хватит распускать нюни по тем, кого нет рядом! Пойми ты, глупая женщина, им все равно! Им плевать! Всегда было и всегда будет, и твое разбитое сердечко никого не волнует». Ладно, еще больше она ненавидела его длинные монологи, потому что… там обязательно будет что-то, что заденет. «Я знаю!» Она скрыла за яростью горечь собственного признания. Железная деталь в ее руке, на которую было потрачено до неприличного много времени, смялась словно бумажка, с противным резким звуком. Мужчина только хмыкнул в ответ. «Ну раз знаешь - вылей наконец свою злобу наружу. Обрати это оружие не на себя, а них всех. Используй ее себе во благо.»       Стилински поднялась и прошлась по комнате до окна. Опасливо присмотрелась на темные окрестности. Не решилась даже вновь затягиваться, чтобы огонек зарядки не мигал в такой темноте. Это бы конечно, не спасло ее: человек и так прекрасно видел. Но иррациональная опасливость уже въелась под кожу и никогда не покидала.       Особенно она обострилась со вчерашним визитом Арджента. Охотник не угрожал, не общался в этом своем раздражающе правильном тоне. Он просто, долго говорил с ней. Рассматривал витрины и полки с неподдельным интересом. Смерил ее долгими, внимательными взглядами. Так что хозяйка не позвала его в гостевую комнату, только напряженно стояла за прилавком.       Она прекрасно знала, что Крис сам себе на уме. И это пугало само по себе достаточно сильно. Пусть семья Арджентов утратила былое величие, но факт того, что мужчина был достаточно влиятельным, чтобы поднять на уши все остальные действующие кланы охотников, заставлял действовать осторожно.       Стайлз повела плечами от ночной прохлады. Еще и не думало светать. Ночной кошмар заставил девушку забыть про сонливость и тоскливо всматриваться в ночной пейзаж леса.       И все же... Все же, пока она не приехала в Бейкон Хиллс, было спокойнее. Пока она не осела на одном месте, Стилински казалось, что опасность никогда более не поспеет за ней. Что знание, дарованное ей практически обманом, случайной удачей, будет вечно хранить потрепанную душу. Но вот она стояла ночью возле окна в родительском доме, тревожно-обреченно вглядываясь вдаль и не решалась покурить, потому что боялась яркости огонька в кромешной темноте. Боялась стать маяком.       Не для этого была приведена в мир еще одна магическая искра. Тихая злость внутри однажды грозила стать опустошающей все на своем пути яростью. Впрочем, до того, как показывать клыки, стоило сначала осмелиться укусить.

***

      Отправляясь утром на работу и стоя за прилавком, Стайлз все больше чувствовала усталость. Кофе и прохлада уже не помогали. Девушка придирчиво всмотрелась в небольшое раскладное зеркальце, поправляя макияж. Сегодня пришлось особенно долго возиться с подводкой - каяло дрожало в руке, и прежде, чем стрелка вышла прямой, было стерто несколько предыдущих попыток.       Дальше, светлые глаза осмотрели магазин: этого не хватает. Того, что она делала было не достаточно. В висках за пульсировало болью.       Мелодичная песнь колокольчика просигнализировала о приходе клиента. Стилински встала, покачнувшись, и сделала свое лицо мягким и улыбчивым, с трудом, но сделала. Никто не был виноват в ее плохом самочувствии, кроме нее самой. Да и потом, может это Питер? Она не просматривала энергию, но явно чувствовала оборотническую кровь.       Но на пороге стоял Дерек. Его толстые брови были слегка опущены, а взгляд светлых глаз прожигал насквозь. -И как давно ты решила, что работа заменит тебе сон? -И тебе доброе утро. - Стайлз грустно выдохнула, устало опустилась в кресло и немного расслабилась, начав крутить самокрутку. -Сначала, я подумал, что магазин - твоя отдушина и тебе действительно легче, когда ты здесь. Но ты буквально постоянно здесь. - Если бы она хуже знала этого здоровяка, то судя по его походке, могла бы предположить, что Хейл собирается начистить ей лицо. Но это был просто агрессивный акт волчьей заботы, как мило.       Этот огромный волк поставил ей на прилавок свежевыжатый сок зеленого цвета и недовольно поморщился, когда Стилински закурила. -Ах, Дерек, ты - замечательный мужчина. - Щетинистые щеки порозовели. О. Это может быть забавно. -Мне очень приятно, спасибо. -А ты - такая себе женщина. - Дерзко, но негромко, произнес оборотень. -Ты разбиваешь мне сердце. -Ничего страшного, выживешь. -Дерек навис над прилавком огромной тенью, перегораживая собой вид на вход и окна магазина. Он попытался отнять мундштук с зажженной сигаретой, резко выкидывая руку. Но Стайлз это предвидела и чуть отвернула предплечье, ловко забирая свой напиток. -Ты жесток, Хмуроволк. Скажи, как же еще мне успокаиваться в этом городе? - Она до сих пор игриво улыбалась, посматривая на порозовевшие острые уши мужчины. Затяжка в этот раз было длиннее. Знал бы этот парень, что ей нравились такие большие мальчики, как типаж, то его бы как ветром сдуло. -Ну может и не выживешь такими темпами. - Проигнорировал он. Недовольно надутые губы девушке не помогли. -Хм! - Фыркнула Стилински. -Ну и зачем же ты пожаловал сюда, Дер? -А что, прийти просто так уже нельзя? Всегда что-то должно быть поводом? - Оборотень недовольно вспыхнул глазами. -Ах, так ты ко мне. - Промурлыкала хозяйка лавки. Ей нравилось смущать и злить старого друга. Было в этом что-то прежнее, мягкое, навевающее воспоминания. А еще он был намного более милым, чем его дядя. -А то мало ли, нужно помочь с какими-то делами… -Какими еще делами? -Ну… не знаю. Ты мне скажи. Может тебе срочно понадобился любовный сове… -Если мне когда-нибудь и понадобиться такой совет, то я точно не приду сюда.       Девушка не обиделась, и тихо хмыкнув, остервенело присосалась к трубочке в стаканчике сока. -Все такой же серьезный, какой я помню. -Да ты тоже не особо изменилась. -Разве? - Девушка незаметно даже для себя перебралась через прилавок и встала, опершись на него, возле Хейла. -Все такая же безрассудная. - Хозяйка лавки вдохнула и замолчала. -Ты закончила тренировать на мне свое красноречие? - Стайлз лишь посмотрела в сторону. -Я в порядке, это - мое обычное состояние. -Так хреновое состояние. - Стилински раздраженно цыкнула и откинула голову назад, показывая шею и уже в моменте поняла, что сделала, но виду не подала. Хотя зеленые глаза абсолютно точно метнулись к гладкой коже. Нельзя дразнить волков. -Наступило время обеда. - Как бы случайно заметила она. -Я собираюсь зайти в тот ресторанчик паназиатской кухни на другой стороне улицы. Ты со мной?

***

      Когда они вместе сели за дальний столик и сделали заказ, Дерек морально настроился на сложный и не очень приятный разговор. Хотя на самом деле подготовиться к подобному было практически не возможно.       Атмосфера вокруг расслабляла и по близости не было много людей. Мужчина наконец посмотрел на собеседницу. Тусклое освещение лишь подчеркивало болезненную худобу Стайлз. Густая копна волос практически закрывала лицо от света, но острые высокие скулы все равно озарялись им.       А вот глаза… глаза хозяйки лавки были полузакрыты, образуя две элегантные косые щелочки, словно на статуе какого-нибудь восточного божества. Она смотрела на него не отрываясь. Знала, что именно он хочет услышать.       Оборотень ничего не говорил и девушка тоже. Им принесли напитки. -Человек, которого ты описывала и тот, кто напал на друида Маккола - одна и та же личность? - Темные радужки как будто бы стыдливо опустились. Но в противовес этому, голова слегка наклонилась вбок, будто в безмятежном раздумье. -Да. -Почему ты молчала? - Хейл начинал злиться, но старался сохранить спокойный тон. Показное безразличие к судьбам людей от кого-то такого, как Стилински, выводило. Им принесли еду. Девушка элегантно постелила салфетку на колени и приступила к обеду. -А что бы ты сделал? - Просто спросила она. Словно задала вопрос маленькому мальчику. -Дело не во мне, ты могла бы всем нам рассказать все, что ты знаешь… -И вы бы побежали срочно бороться с этим злом. Не правда ли? Очень похоже на сценарий предыдущих лет. - Девушка потянула лимонад через трубочку и продолжила есть. - Но так как от стаи Бейкон Хиллс осталось лишь одно название, вы бы побежали все в разнобой и в следующий раз, когда бы мы с вами увиделись, вы бы все лежали на каталках в морге в разной степени сохранности. - Стайлз подняла на мужчину позабавленный взгляд, но он вдруг заметил что-то в потемневших глазах. Какую-то эмоцию.       Оборотень прикрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. -Он настолько силен? -Настолько. - Пришел ему короткий тихий ответ.

***

3 года назад

Восточные Карпаты, Румыния

      В последнее время, Стайлз начала замечать странности за собой. Она уже полностью обжилась и привыкла к порядкам в доме Ргура и у нее наконец появилось время на свои увлечения и долгие размышления на самые разные темы.       Девушка определенно стала… сильнее. Теперь, усталость накатывала гораздо медленнее. И это можно было бы спихнуть на улучшившуюся выносливость, как и сильно увеличившийся аппетит. Но…       Ей больше не нужны были лекарства. Никакие. Ни треклятые антидепрессанты, ни обезболивающие, ни даже Аддерал.       Стилински поняла это не сразу. Сначала старик просто косо смотрел на то, как она проглатывала таблетки в разное время суток. Ну и ладно бы это, кто знает, какие тараканы у него водились? Но однозначным знаком стало то, как ее организм начал реагировать на лекарства. Тело отвергало такое лечение. Дошло до того, что девушку рвало практически сразу, после приема, поэтому пришлось отказаться от таблеток.       Вторым признаком стали сны, видения и иллюзии. В них, Стайлз все чаще оказывалась не в родном доме, или в обществе своих друзей или тех, кто дорог сердцу, а в далеких горных местах, наполненных прекрасными видами, ветром и запахом природы. Она проводила закаты и встречала рассветы, бежала под сверкающими молниями и прыгала с высоких скал в море. А иллюзии… что до них, то те случались к счастью редко, в основном, когда сознание было уставшим или же ночная темнота опускалась на Карпаты.       И они были неприятными.       В-третьих, было ее физическое состояние. Оно было особенным. В конце концов, девушка ручалась за то, что раньше не могла сломать голыми руками ствол векового дерева.