Метка: Любовь/Ненависть. Суйгецу Хозуки/Карин Узумаки

— Это и впрямь ты, Саске. Напротив Узумаки Карин остановились двое. И если куноичи ей была приятна, то вот ее спутник — отвратителен. Жаль, что Учиха Саске — девушка. Карин сощурилась, делая выводы из их появления в Южном убежище: — Раз ты прибыла сюда одна, это значит, что слухи верны. Орочимару-сама мертв, верно? — Как грубо. Вообще-то я тоже здесь, — ответил ей Хозуки Суйгецу вместо Саске. — Ну, зачем пришла? — Карин проигнорировала сказанное и не смотрела на идиота, словно его тут нет. — Знаешь ли, у Саске есть к тебе разговор. — Суйгецу цыкнул и встал между куноичи, загораживая свои телом молчавшую всё это время Учиху. На лице появилась ухмылка, показывая на общее обозрение заостренные зубы. — Тебя совсем не учили манерам, женщина? А как же отвести гостей в более приятную комнату, а уже потом спрашивать о причине их прихода? Мы проделали большой путь. — Хозуки закрыл глаза, взмахом руки и глубоким вздохом показывая свое разочарование приемом. — Устали, знаешь ли. Подавить раздражение от слов этой ходящей зубастой рыбы у Карин получилось достаточно легко. Привыкла к его хамству за время их знакомства, хоть уже и стала немного забывать. Всё же, они давно не виделись. Вообще Карин с удовольствием вспоминала то время, когда Орочимару-сама доверил ей лично провести парочку экспериментов над Суйгецу. Чудесные были деньки. — Что значит поговорить? — чуть склонилась вбок Карин, чтобы видеть лицо Саске. На скривившегося Суйгецу она не смотрела, словно тот столб, за которым спряталась Учиха. Раздалось еле слышное рычание. Хозуки приблизился к ней вплотную, вынуждая наконец посмотреть на него. — Узнаешь, когда мы пройдем в нормальную комнату. Я помню, в каком месте ты меня видела, но биджу тебя подери! — Х-м. — Окинув его надменным взглядом, Карин подметила изменения за прошедшее время. А он возмужал. Наклонилась поближе к мужской груди и принюхалась. Хозуки из-за ее действий застыл. — Ты всё так же воняешь. — Чё сказала, стерва?! — Сразу оскалился тот в ответ. — Отведи нас внутрь, Карин, — впервые раздался холодный голос Саске, прервав битву взглядов между Узумаки и Хозуки. — Тц. Пойдемте. Провожая взглядом уходящих куноичи, Суйгецу двумя пальцами ухватился за майку, оттопырил ее, понюхал и скривился. — Нормально пахнет. Вот сучка.

***

— Кха-кха… идиот… кха-кха. — В сторону уйти не могла, дура? Только перестали валиться камни, которые подняли облако пыли. Вдобавок, вокруг стояла кромешная темень, в которой ни то что собеседника, собственной руки разглядеть было сложно. Еще и дышать было тяжело из-за пыли. — Из-за тебя я… кха-кха… уронила очки! — Ну извини! Кхе. В следующий раз не буду спасать твою тощую задницу. — Что ты вякнул?! — Ты чувствуешь Саске и Джуго? — Тц, вот урод… Биджу! Они на три часа, удаляются. Пока они со всеми не разберутся, мы тут застряли. В повисшей тишине раздались шорох, стук от соприкосновения камней, а следом хруст. — Упс. — Су-у-уйгецу-у! — Как ты меня нашла, ненормальная! Сгинь! — Убью-ю. — Слезь с меня, плоскодонка! — Куда! А ну иди сюда. Ай! Этот урод бросил в нее очки! Карин зашарила вокруг руками, пытаясь их найти. Эту рыбу ходячую она прекрасно чувствовала — не уйдет. — Нашла! Ощупав их, Карин смачно выругалась — одна из линз треснула. Нацепила очки и посмотрела в сторону углубления в скале, что стала временной тюрьмой для них. Именно там притих Суйгецу. Как только осела пыль, стало понятно, что вокруг светились несколько десятков мелких камней. Слабо, но по крайней мере было понятно, где пол, а где стена. Карин не знала, почему они излучали такой слабый разноцветный свет, просто приняла как факт. А вон и силуэт Хозуки стал различим. — Знаешь ли, я не специально. — Так я тебе и поверила. — Не собираясь отступать, Карин медленно, чтобы не упасть, приближалась к своей жертве. — Стой где стоишь, женщина! — О, я уже просто женщина. — Плоская, но да, женщина. Вроде. — Ах ты! Карин кинулась вперед и повалила его, точно зная, что сейчас тот водой не станет. Просто не сможет, так сильно потратился, да еще и пустыня вокруг: было жарко и Суйгецу всю дорогу ныл. — Отцепись, бешеная! — попыталась вырваться Хозуки из ее хватки. Карин не собиралась его снова упускать, поэтому уселась верхом и вцепилась одной рукой ему в волосы, а второй пыталась нащупать шею. Суйгецу успел перехватить за запястье и попытался оттолкнуть Карин, уперевшись во что-то мягкое. — Ох! Они замерли, осознавая, за что ухватился Хозуки. Послышался ехидный голос: — Карин, так там всё-таки что-то есть? — Убери свои… ох. М-м-м. — Что такое? Приятно? Карин прикусила губу, пытаясь сдержать стон. Да, биджу его задери, приятно! Она не шевелилась, пока пальцы этого придурка сжимали и тут же ласково поглаживали ее грудь. Как никогда Карин была рада, что ничего толком не видно. Щеки и уши горели огнем. Ей бы оттолкнуть этого урода, но как же приятно. Она немного сместилась, чтобы было удобнее, и почувствовала, что села на что-то твердое. — Ох! — Что такое, Суйгецу? — с придыханием прошептала она и специально еще пошевелила бедрами. — Там тоже что-то есть? — Сучка! М-м-м. — Ох. Не останавливайся. — Как скажешь. Не ожидав от него рывка вперед, Карин охнула, ощутив губы на шее. Огненная волна с щек хлынула вниз, овладевая ее телом. Не собираясь проигрывать, Карин переместила руку на его затылок и дернула за волосы вниз, отстраняя от себя. — Не смей командовать! И тут же вцепилась в губы злым поцелуем. Суйгецу явно не собирался ей уступать и в этом. Оба словно превратились в безумцев: их руки стремительно и хаотично двигались по телу друг друга, исследуя и пытаясь освободить от одежды. Заостренные зубы сомкнулись вокруг ореола соска и чуть прикусили, и тут же после вскрика язык приласкал потревоженный сосок. Карин сильнее вцепилась в его шевелюру, вплотную прижимая к себе. Послышалось мычание: — Задушишь же. — Ой. — Очнулась Карин от наваждения, позволяя Суйгецу отстраниться и вдохнуть долгожданный воздух. А потом резко его оттолкнула. — Ты… чего это? — раздался его удивленный голос. — Они возвращаются. Карин скинула его руку с талии и встала, пытаясь привести свою одежду в порядок. Руки дрожали — получалось плохо. — Не могли там подольше задержаться, — раздался разочарованный стон в ответ. — Суйгецу. — Чего тебе? — Если хоть кто-то узнает, что тут произошло… — То что? — спросил он ехидно. — Я тебя и из-под земли достану… Они уже здесь. Лучше отойти от обвала. Карин отступила назад, пока не упёрлась в Суйгецу. Тот тут же обхватил ее талию, прижал к себе и прошептал на ухо, щекоча дыханием: — Знаешь ли, я собираюсь быть рядом с тобой. — Сердце Карин сделало кульбит. И тут она почувствовала, как твердая плоть упирается ей в бедро и трется об ее шорты. — Пока мы не закончим начатое. Карин с разворота ударила кулаком прямо ему в голову — кулак с легкостью пробил лицо и ударился о скалу. Брызги воды приятно остудили кожу. И тут взорвался вход. Солнечный свет ослепил ее, на глазах проступили слезы. — Вы как там? — раздался заботливый голос Джуго. — Все нормально. Что так долго? — ответила Карин, внимательно наблюдая, как вода вновь собирается и приобретает черты Суйгецу. — Хмм. Ответ Саске вызвал раздражение. Если бы не ее чакра, Карин держалась бы подальше. И еще ей просто сейчас некуда было идти. А тут хоть можно доставать Хозуки. Он бесил ее неимоверно, и при этом, сейчас Карин поняла, что не только испытывает раздражение. Этот придурок порой был очаровательно притягателен. Карин цыкнула, отвернулась и направилась к выходу, который расширял Джуго. Восстановившись, Суйгецу внимательно окинул взглядом точеную фигуру фурии. Глубоко внутри в душе еще кипела ненависть и обида на нее. И вот, сегодня он открыл много нового для себя. Собственное тело действовало быстрее разума, закрыв Карин от техники и спасая в последний момент. После обвала он пытался понять — какого хрена ее спас? Ответ его поразил: доставать Карин стало частью его жизни. К тому же, она так вкусно пахла… — Карин, а Карин, — произнес он ехидно ей в спину. — Умолкни!