Метка: Ревность. Учиха Итачи/Харуно Сакура

— Я знал, что найду тебя тут. Итачи обернулся в сторону друга. И на что он надеялся? Что сможет спрятаться от него тут? Как наивно. — О, данго! — Закажи себе сам. — Итачи в последний момент успел убрать сладость со стола. Пальцы Шисуи схватили пустоту. — Пф-ф. Надеюсь, я доживу до того времени, когда увижу от тебя проявление такой любви, но только к девушке. Слова друга привели его в смятение. О чем это он? Подмигивающий и хихикающий Шисуи совсем в этом не помогал. При чем тут какая-то девушка и его ханами данго? Какая глупость. — Сегодня ты разве не забираешь Саске с Академии? — Нет. Мы договорились встретиться тут. Шисуи перестал кривляться и, они смогли обсудить последние новости. Благодаря Четвертому Хокаге клан Учиха смог решить все разногласия с деревней. Тяжелее всего было договориться со Старейшинами. Итачи почти не уделял времени младшему брату — просто не мог из-за загруженности. После работы в Анбу его ждали в Полиции, да и обязанностям наследника клана никто с него не снимал. Саске обижался, а Итачи грустно улыбался. Первый выходной за несколько месяцев он обещал посвятить полностью его тренировке. — Вот ты где. Итачи-нии-сан, пошли быстрее! — Не успев забежать в данго-кафе, тут же заявил Саске. Откусив кусочек любимого лакомства, Итачи подметил, что его брат немного запыхался и настороженно оглядывается по сторонам. — Я ем. — По дороге или на полигоне доешь. Пошли, нии-сан, прошу. — Саске-кун! Услышав свое имя, Саске панически огляделся и юркнул под стол, опуская ниже скатерть. Шисуи успел придержать ее край, чтобы она совсем не соскользнула на пол. В данго-кафе стремительным шагом забежали две девчушки возраста Саске. Итачи застыл с данго в руках на уровне глаз. Девочка с нежно-розовым цветом волос, зелеными яркими глазами и белоснежной кожей стала причиной его необычного состояния. Она была так похожа на его любимое ханами данго, что он ни мог не подметить этот факт. Розовый, зеленый и белый. Идеальное совпадение цветов. Взгляд девочки остановился на его данго и, она на миг застыла. Итачи понял, что та тоже любит ханами, как и он. — О-о-о. Мне отпустить скатерть? Как думаешь, Итачи? — наклонившись ниже, прошептал Шисуи. — Только попробуй! — раздался яростный шепот из-под стола. — Да нет его тут. Саске не любит сладости. Пошли, Сакура! — Вторая девочка с длинным белокурым хвостом на затылке схватила подругу и потащила на выход. Сакура очнулась и, в последний раз кинув грустный взгляд в сторону ханами, поспешила за подругой. Итачи не вслушивался в веселую перепалку Саске и Шисуи. Он задумчиво крутил в руках пустую палочку от данго и чему-то загадочно улыбался.

***

Не успел Итачи оглянуться, как его младший брат закончил Академию. Удивительно, но он оказался в одной команде с сыном Хокаге и той самой Харуно Сакурой, что пыталась вместе с подругой найти Саске в данго-кафе. Каждый раз, когда он видел ее розовую макушку, ему хотелось съесть ханами. При одной мысли об этом лицо Итачи смягчалось, уголки губ чуть-чуть приподнимались. Итачи наблюдал издалека несколько лет за Сакурой. Он и сам не понимал, чем же так заинтересовала его эта девочка. Иногда она вместе с Намикадзе Наруто приходила в их квартал за Саске. Несколько раз они так пересекались и Сакура с любопытством его рассматривала. Не прятала взгляд, как та же Изуми, а всегда смело смотрела прямо в глаза. Не успела Коноха решить проблемы внутри деревни, как они появились на границе. Всё чаще шиноби других стран устраивали провокации. Итачи со своей командой Анбу пришлось на несколько лет покинуть Коноху. Они делали всё возможное, чтобы предотвратить надвигающуюся Четвертую Мировую Войну Шиноби. И пусть всего на несколько лет, но их работа способствовала продлению мира. Наконец, пришел приказ возвращаться. Один из его отряда в ходе последней миссии оказался ранен. Итачи лично отвёл его в Госпиталь. — Лис-сан, вам стоит обработать рану, — обратилась к нему одна из медсестер, кивая на пропитанную кровью повязку на руке. — Царапина, не нужно. — И царапина может стать причиной осложнений. — Раздался уверенный девичий голос за его спиной, от которого Итачи застыл. — Я помогу обработать. Пойдемте, Анбу-сан. — Хорошо. Харуно Сакура довольно кивает и показывает рукой направление. Итачи игнорирует удивленные взгляды медсестер и идет за ней. Сакура выросла, пока они не виделись. Удивительно было увидеть Харуно именно тут, в Госпитале. Итачи внимательно наблюдал за ее точными и уверенными движениями. Подметил, как поджались губы, когда она аккуратно сняла повязку и увидела его «царапину», но ничего не сказала. Зеленое свечение убрало боль от обширного ожога и принялось за рваную глубокую рану. — Вот и всё. Вот, для лучшего заживления нанесите эту мазь завтра, когда будете менять повязку. Голос Сакуры заставил его очнуться от разглядывания розовой макушки. Итачи был рад, что его лицо скрывала маска — обычно он редко так глубоко погружался в свои мысли при посторонних, всегда пребывая настороже. Только в кругу семьи или при Шисуи он мог позволить себе такое. Молча кивнув, Итачи покинул палату. Через пол часа спрятался в листве напротив ее окна и принялся наблюдать. Вот она обнаружила его посылку на своем столе и удивленно читает записку. С сомнением берет коробку и открывает. Уголки губ Итачи приподнялись, всего чуть-чуть, когда Сакура плотнее закрыла двери, словно опасаясь, что ее поймают, а потом откусила кусочек ханами данго и от удовольствия прикрыла глаза. Розовый, зеленый, белый. Сакура, как и Итачи, любила ханами данго. Он тогда не ошибся. Этот факт почему-то отозвался теплом в груди. Итачи редко получал раны. Очень редко. И обычно предпочитал обрабатывать их дома или же просил помощи у Шисуи. Миссии Анбу всегда были сложными и опасными для жизни. Всё чаще Итачи предпочитал ходить в Госпиталь, иногда специально дожидаясь прихода Сакуры. И всегда после оказания помощи он оставлял на ее столе коробочку с данго и запиской со словами благодарности и мордочкой лисы. — Ну вот, опять ты улыбаешься. Теперь я точно уверен! — Хм? Итачи и Шисуи только закончили тренировку. Каждую их встречу Итачи ценил, так редки они были из-за их загруженности. — Признавайся, Ита. Меня не обманешь. Ты влюбился! Кто она? На утверждение Шисуи Итачи только чуть склонил голову, обдумывая сказанное. Влюбился? Почему друг так решил? Он вспоминал Сакуру, когда Шисуи увидел его улыбку. Итачи искренне любил брата, родителей и Шисуи. Но его чувства к ним отличались от того, что он испытывал при встрече с ней или при воспоминаниях. — Как понять, что ты влюбился? Удивленный взгляд друга стал ему ответом, а потом искренний смех. Потирая макушку, Шисуи успокоился и попытался объяснить: — Иногда твои вопросы ставят меня в тупик. — Шисуи удобно устроился рядом на траве и прикрыл глаза, подставляя лицо солнечным лучам. — Дай подумать… При встрече с ней твоё сердце бьется быстрее, в груди становится теплее. Хочется прикоснуться, защитить. Сама мысль, что она может быть с другим, приносит боль. Ты хочешь всегда быть рядом именно с ней… понимаешь? Итачи с задержкой кивнул. Представил, что Сакуру будет обнимать другой. Нет, ему не больно. Больно будет тому, кто посмел ее обнять. Нахмурившись, Итачи представил этого же воображаемого парня с Изуми и ничего не почувствовал. Кажется, он понял. Всегда быть рядом, да? — Так кто она? Это Изуми, я угадал? — Вновь попытался добиться ответа Шисуи. Увидев выражение лица Итачи, быстро добавил: — Нет? Тогда кто? Я ее знаю? На последний вопрос Итачи чуть улыбнулся и достал из коробки заранее купленное ханами данго. Поднял на уровень глаз, рассматривая. Розовый, зеленый, белый. — Ты невыносим.

***

В детстве Сакура думала, что любит Саске. Бегала за ним, следила. Когда Саске начал встречаться с Ино, было больно. При этом Сакура испытала странное облегчение, словно наваждение прошло. Она напросилась в Госпиталь, где ее знания и навыки заметила Шизуне-семпай, а после Сакуре посчастливилось стать ученицей самой Сенджу Цунаде. С радостью она ухватилась за этот шанс стать сильнее. Это было обычное дежурство, так ей казалось в тот день. Простая, хоть и обширная рана. Оставленный в благодарность подарок ее сильно удивил. Когда она бегала за Саске, то скрывала, что любит данго. Да и увлеченность подруг диетами на это повлияла. Как он догадался? Когда Лис-сан пришел к ней второй раз и также оставил данго, Сакура подумала, что он всех так благодарит. Со временем она узнала, что Лис-сан предпочитал лечиться только у нее. Но никогда не заговаривал с ней первым, только отвечал на вопросы. Кратко и сухо. Не оказывал знаков внимания, но после его ухода всегда на столе оказывалось данго. Иногда Сакура специально уходила, а потом торопилась обратно, чтобы испытать странное тепло в душе при виде такой знакомой коробочки на столе и записки. Вот уже несколько месяцев Лис-сан не приходил. Сакура стала нервничать. Ей приходилось лечить Анбу и всегда их раны были очень серьезными. Вообще шиноби часто избегали Госпиталя, если травмы были незначительны. Лис-сан был другим. Зная, как опасны миссии Анбу, Сакура сильно переживала. И злилась. Очень сильно злилась. У нее только что закончилась операция, где она работала вместе с Шизуне-семпай. По пути к своей приемной палате еще издали Сакура услышала возмущенный голос Мики-сан у ресепшена за углом. Та в очередной раз пыталась кого-то уговорить пройти за ней, чтобы она оказала помощь. — Я подожду. Сакура на миг застыла, услышав знакомый голос. А потом ускорила шаг, моментально преодолевая оставшееся расстояние. При виде Мики-сан, которая пыталась утянуть Лиса-сана в приемную палату, в глазах Сакуры аж потемнело. Да как она только посмела?! — Это мой пациент, Мики-сан. — Сакура не отрывала взгляда от медсестры, пока та не отпустила локоть Анбу и не отступила на шаг назад. Приблизившись, она перекинула руку Лиса-сана через плечо, помогая устоять на ногах. — Пойдемте. Странное наваждение с примесью раздражения и жаждой убийства моментально сменились тревогой, пока они добирались до палаты. Ей буквально приходилось его тащить, Анбу явно держался на ногах из последних сил. Быстро устроив его на кушетке, Сакура разрезала пропитанную кровью одежду, чтобы быстрее добраться до ран. — Я в порядке, — глухо донеслось из-под маски. — Просто потратил много чакры. Сакура не сдерживаясь, емко выразилась, что она думает на этот счет. Впервые не сдержалась при нем. Темные глаза в прорези маски смело встретили яростный взгляд, что поумерило ее пыл. Осталась только сосредоточенность. Когда Сакура справилась со всеми открытыми ранами, перешла к обследованию головы. — Мне нужно, — Сакура облизнула губы, не понимая, почему она так нервничает, — чтобы вы сняли маску. Обследование показало, что у вас повреждены каналы глаз. Я смогу это исправить. Личность Анбу всегда было тайной для жителей Конохи. Как медик, Сакура имела право просить снять маску, если того требовало лечение. Ведь она обязана хранить тайны пациента. Так почему ей так сильно хочется знать, кто скрывается под маской? Почему так быстро бьется сердце? В полной тишине Лис-сан поднял руку и убрал маску. На миг Сакура забыла, как дышать. Учиха Итачи. Она моментально его узнала. Пусть и прошло столько лет с их последней встречи. Дав себе мысленную оплеуху, Сакура под пристальным взглядом Итачи поднесла руки к вискам. Зеленое свечение заставило его закрыть глаза, позволяя ей без всякого смущения рассмотреть каждую морщинку на мужском лице. Подметить правильные черты, густые ресницы. Сакура впитывала каждую деталь. И вздрогнула, когда поняла, что ее поймали на этом. Зеленое свечение медленно погасло. — Завтра жду вас на повторный осмотр. Нужно будет еще раз подлечить глазные каналы. Итачи привычно молча кивнул и приподнялся с кушетки. Чтобы скрыть, как ей неловко, Сакура отошла к столу и принялась быстро заносить данные в карточку. Щеки предательски горели. — Я не успел купить ханами… Сакура-сан, не хотите сходить в данго-кафе после дежурства? Карандаш в ее руках замер, так и не дописав кандзи. В горле моментально пересохло. — Да, кх-кх… я свободна сегодня. Осмелившись поднять взгляд, Сакура успела увидеть чуть приподнятые уголки его губ прежде, чем маска лиса скрыла лицо Итачи. Почему так радостно на душе? Она что… влюбилась?