Эпизод I. Новый иностранный студент

Профессор Логан Найджел Фортресс имел обыкновение запирать двери кабинета за пять минут до начала лекции. Не знавший этого Лололошка так бы и остался в коридоре. Однако этот губастый весельчак с красным апоплексическим лицом и китовьими глазками — тоже человек. Когда учитель выходил, Лололошка ухитрился проскочить внутрь. «Математика математикой, а нужда отлагательств не стерпит», — усмехнулся неимоверно высокий парень, Рэн. Его-то Лололошка запомнил, как и того, что благоразумно закрыл рискованную тему: «Давай не будем об этом, ещё вернётся — влепит нам, а то и выгонит», — Ричарда. Лололошка обернулся, искал среди полок с цветочными горшками, уставших студенческих лиц и парт новенького. Нет, их физиономии ничего ему не говорили. Тогда он сел за первую парту первого ряда, к Нике: староста точно должна знать. Костяшки пальцев наследницы Дженны пугающе выпирали, кисть дрожала, на лбу скопилось немало морщин. Мышцы зажались от долгой работы: не первый час она заполняла классный журнал, облегчая жизнь педагогам. Лололошка занервничал: перед ним была наглядная демонстрация того, насколько носить звание старосты — неблагодарное дело. Отвлекать столь занятого и ответственного человека боязно. И всё же любопытство взяло верх: — Ника… — Осторожно начал Лололошка. Медленно понурая голова развернулась в его сторону. Два смольных хвостика ложились спереди на плечи… Лололошка выбросил эти мысли из башки и пошёл напролом: — Ты говорила, что появился новый иностранный студент. Не подскажешь, где он сидит? Казалось, Ника была даже рада возможности ненадолго отвлечься от муторного занятия. — Хм… Родственную душу ищешь? Нет, он ещё не пришёл. Звуки шагов заставили всех насторожиться. Неужели профессор Фортресс уже закончил? На перерывах между уроками пары Логан постоянно хрустит зелёными бананами со своей теплицы: невероятно, чтобы он мог так быстро справиться со своими делами. Класс замер, ожидая начала своих мучений. В дверь кто-то ломился. Студенты вздохнули с облегчением: это не учитель. Слышен был шорох отмычки. — Так, значит, двести семнадцатый кабинет находится здесь. Что ещё тут можно сказать? Совершенно бездарная планировка и не менее бестолковая нумерация. И всё того ради, чтобы я даром прошерстил весь второй этаж? Непорядок. А запирать класс до звонка — не достойный педагога поступок. Что мне не нравится в людях, так это весьма распространённое среди них стремление жонглировать властью, всячески напоминать о себе и своей силе. Пустое хвастовство, скажу я вам честно, ни к чему хорошему не приводит. Тем не менее на своих ошибках они и не собираются учиться. Знакомый голос, лицо, манера речи: в дверях возник он. Пусть новенький и без привычных крыльев и лат, но сомнений не было: явился длинноволосый блондин Джодах собственной персоной. «Лололошка? Не думал, что найду тебя здесь так скоро. Впрочем, задерживаться тут нежелательно. Хватит того, что в этом сезоне натуральный блонд уступит моде на платиновый», — размышлял Ангел Смерти, примеривая варианты будущего тысячей глаз. — Приветик, а как тебя зовут, а-а? — Томно вздохнула девушка, которая жаловалась на факультатив по икебане.

***

— Молодой человек, куда это ты собрался ночью? Высокий бровастый мужчина остановился. Строгий костюм: белая рубашка и чёрные брюки — такое здесь мало кто из студентов носит. Борода крупной кисточкой заставляла сомневаться, что перед нами юноша. — Ой, извините. До одиннадцати ещё полчаса, думаю, успею. — Только попробуй мне не успеть — ночевать будешь на улице! Голос вахтёрши прозвучал не совсем уверенно. Откуда взялся этот Тайлер, куда дели Митчелла, никто ей не объяснил, косо смотрели, словно на поехавшую на старости лет. Этот тип её пугал. Вахтёрша, обречённо охая, продолжила смотреть присланный внуком видеокурс по пользованию компьютером. Теперь по крайней мере она умела ставить запись на паузу и возобновлять. В остальном, за разные попущения студенты были рады помочь вахтёрше. Вскоре под рекламной выправки голос она, запрокинув голову, задремала. Раздался скрип двери. — Чего ещё? — Кряхтя поднялась вахтёрша с кресла и стала шарить по столу в поисках очков. Она терпеть не могла беспомощных старикашек, крепящих свои окуляры шнурком или цепочкой к одежде. «Тьфу!» Ещё раз открыв глаза, вахтёрша разглядела самого наглого студента за всё время её работы здесь с каким-то напыщенным незнакомцем. — Иди, собирай вещи, Лололошка, я тебя здесь подожду. — Да что здесь, ей-богу, творится?! — Попрошу спокойствия, мадам. Я забираю Лололошку с собой. Вахтёрша сердито наклонила голову, исполненными гнева глазами пальнула в сторону безобразников. Ей надоело бояться, надоело, что начальство постоянно что-то скрывает и закрывает глаза на ненормальность случающегося на территории общежития: на вопрос, куда делась предыдущая бармен, пожимают плечами, строят прямо во дворе целую фабрику, подсылают крипового фрика и никак не могут починить, наконец, свет! Грозно ударив кулаком по столу она взревела: — Стоять на месте! Не пущу! Живо убрался отсюда! Никаких сил более сносить эти унижения. Разум говорит: что ей теперь, в её-то годы, бояться смерти? Если она на что-то и годится, так на то, чтобы прекратить проклятое безобразие. Хмырь нацелил ей в лоб пистолет? Непроизвольно начинаешь дрожать? Да, вахтёрша почувствовала слабость, мысли о конце делались нестерпимо тягостными. Сердце заколотилось как набат в беде. Она хотела зажмуриться, на не могла свести глаз со ствола. Незнакомец хитро улыбнулся. Вахтёршу пробирала дрожь, через боль она сглотнула ком в горле и на прощание показала мерзавцу кукиш: — Окаянные! Лололошка не мог поверить: Джодах выстрелил! Ни о чём больше не думая, он кинулся на Ангела Смерти, схватил за горло, пытался задушить. Когда его, вцепившегося зубами в пальцы, руки мягко отняли от своего хозяина, Лололошка продолжал истерически пинать безучастного Джодаха, с горечью осознавая, что помедли он с следованием эмоциям, смог вы забрать алмазный топор и в самый неожиданный момент нанести удар, отомстить за несчастную старушку. Именующий себя богом скучающе смотрел на мироходца, вытянул из кармана белую тряпочку и приложил к истекающей кровью кисти руки: малыш, видимо, перекусил вену. Обождав пару минут, он подошёл к Лололошке и взяв за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. Такое «утешение» только сильнее разожгло в том злобу: — Что ты наделал? — Подавленно зашептал Лололошка. — Что я наделал? Что я наделал? — Иронизируя, с притворной озабоченностью качал головой Ангел Смерти. — Ну почему такие скучные вопросы? Нет бы спросил: а на шум не сбегутся ли полуночники? Или: как это отразится на балансе Вселенной? Лололошка, смешно право, каждый раз теряешь память, но всё так же держишься своего гуманизма! Ну разве не забавно? — Повторяю ещё раз: зачем ты её убил? — Скрипя зубами, процедил Лололошка. — Вопрос некорректный. Я не знаю, как на него ответить, да и ответ мне неизвестен. Мироходец без прошлого, не помнящий ничего, кроме своего имени: ни родителей, ни друзей, ни кто он, ни откуда. Раньше он задавался вопросами, жаждал ответа на них. «А может снова наткнусь на следы былого?» Какая ирония! Прошлое явилось! Казалось, радуйся, веселись, ведь мечта сбылась! Нет, нет и ещё раз нет. Лучше бы оно и не приходило. Это прошлое. «Может, я был преступником и мне стёрли память? А Джодах — мой сообщник. Как хотелось бы, чтобы это было не так! Треклятое, чёртово прошлое!» Хотелось обвинять себя в неблагодарности судьбе, в том, что в кафе пожалел о невозможности поделиться с приятелями тем, как провёл своё лето. Да и вообще, мысли распадались, их осколки свёртывались угольками ненависти и уныния от чувства безысходности. — Уходи. — Лололошка отвернулся. — Почему? Разве я виноват, что наш маленький мироходец постоянно торопится с выводами. Ну? Теперь понял? Молчание. Слишком внезапно. Прозвучал глубокий вдох. — Это… была Искра. — Парень распрямился. Безумная надежда сиянием отразилась в его глазах. Но он продолжал сидеть спиной к неприятному собеседнику. — Верно. А ты уже начинаешь соображать. Это радует. Как ты уже знаешь, Лололошка, в этой мультивселенной Отправление находится в пустоте… — Ты хочешь сказать… — Ну-ну, не перебивай. Да, мы возьмём Стеллу с собой. А это. — Застенчиво укзал Джодах на оружие. — С холостыми. Так, для пробуждения ОМП. Что ж, нам следует поспешить, пока сюда никто не заявился. Кстати, чуть не забыл сказать, ты должен остановить Харриса. Твой двойник — настоящий безумец. Но это ладно. Ведь ты столько пропустил. Надо будет обязательно показать, каких аватаров научился делать Седрик. И представь себе, совершенно осознанно и без потери памяти! Прикинь! Отвлекаемся мы чего-то. Твоя помощь очень нужна, но спешить не к чему: без тщательно продуманного плана мы твоего двойника не одолеем. А теперь пора за вахтёршей. Подожди-ка. Conseco! Джодах исчез, просто испарился! Лололошка не хотел верить ему, этому сумасшедшему индюку. Но звук выстрела определённо кто-нибудь услышал. Нужно что-то делать. Когда с лестничного проёма донесся топот, Лололошке ничего не оставалось, кроме как повторить за Ангелом Смерти неизвестное заклинание. «И на что я подписался! Лучше было бы просто сбежать!» — мысленно кричал он, когда его затянула пустота.