Сложнее, чем казалось

С тяжёлыми мыслями Кимберли и Майкл легли спать и моментально провалились в глубокий сон. Один на двоих. Им обоим снился плачущий младенец в розовой колыбельке — вне всяких сомнений, это была девочка. Кимберли хотела взять её на руки и успокоить, но вместе симпатичного младенца, в кроватке оказалась лужа крови. Точно такой же сон видел и Майкл. Они не видели друг друга — для каждого из них это был свой сон. Они отшатнулись от кроватки, у обоих бешено колотились сердце. Словно из ниоткуда появилась девчушка лет девяти или около того. В её серо-голубых глазах плескалась печаль.       — Почему вы не хотите дать мне шанс?       — Я не знаю… — синхронно ответили Майкл и Кимберли. Девочка пропала, а вместо неё появилась девушка лет двадцати, плюс-минус пару лет. То что это была та же самая девочка — не было никаких сомнений. Те же серо-голубые глаза, русые волосы с рыжеватым отливом, крупными кольцами лежащие на плечах.       — Кто ты? — спросила Кимберли, на самом деле догадываясь о происхождении девушки.       — Но ведь ты знаешь, — она улыбнулась и дотронулась до щеки Кимберли. — Ты сильная и со всем справишься. Очертания девушки начали блекнуть, она как будто утренняя дымка над рекой, таяла на глазах.       — Меня зовут Джоанна, — произнесла она, перед тем как окончательно исчезнуть. Кимберли и Майкл одновременно проснулись, с бешено колотящими сердцами и полными уверенности, что нужно делать. Девушка зажгла лампу на тумбочке и потерев виски, заговорила:       — Я не могу сделать аборт…       — Мы должны сохранить этого ребёнка… Они произнесли одновременно, удивлённо глядя друг на друга. Их мысли неслись в унисон, чего никогда не было прежде, несмотря на общие цели и устремления, но именно сегодня они были, как будто единым целым.       — У нас всё получится. — Майкл крепко обнял Кимберли, зарываясь носом в её волосы. И она была по-настоящему счастлива в этот момент. До этого ей казалось, что он будет уговаривать её прервать беременность, и она была готова отстаивать своё право сохранить жизнь будущему ребёнку. Ничего этого делать не пришлось, именно поэтому Кимберли сейчас переполняло безграничное счастье. По мере роста живота, эйфория постепенно проходила. Кимберли не стала прерывать ординатуру и до последнего ходила на работу, разве что на последнем месяце оперировала только фурункулы, да вскрывала панариции. Майклу было гораздо легче, ведь на нём никак не отражалось будущее отцовство, разве что Кимберли иногда капризничала по вечерам и ворчала, что он дышит как-то не так, а как не могла объяснить, но не так. Мужчине ничего оставалось делать, как только терпеть её редкие закидоны. Между тем паника у Кимберли нарастала с каждым днём. Она понятия не имела, как будет справляться с грядущим материнством. Они с Майклом обсудили многие аспекты, включая то, что дочку — то, что будет девочка, им уже сообщили, — отправят в ясли чуть ли не сразу после рождения. Им ещё повезло, что у «Уилшир Мемориал» есть грудничковые ясли. Для подстраховки на случай болезни ребёнка, они собирались обратиться в агентство по найму нянь. Всё это ударит по карману, ведь Майкл и Кимберли пока ещё только ординаторы, а у Майкла ещё не до конца выплачен кредит за обучение в медицинской школе. И всё равно Кимберли не могла не волноваться, а ещё она понимала, что по сути её ребёнок будет окружён чужими людьми большую часть самого нежного возраста. В положенное время на свет появилась Джоанна Грейс Манчини. Роды прошли без осложнений, и в ближайшее время Кимберли планировала выйти на работу. Всё то время, что она провела дома с дочкой, стали для неё испытанием. Девочка была крикливой и беспокойной, потом у неё появилась аллергия на грудное молоко матери и пришлось возиться со смесями и Джоанна плохо набирала вес. Майкл помогал, но не так много, как это требовалось Кимберли, которая хоть и любила дочку, но уже подвывала и хотела куда-нибудь уехать и как можно дальше от этого нескончаемого крика и памперсов. Родители Кимберли приехали, поздравили, подарили чек на приятную сумму и отправились восвояси. Потом приехали родственники Майкла — шумная итальянская семейка, — затискали ребёнка до очередного приступа плача и тоже отбыли домой.       — Как же я устала! — простонала Кимберли, падая на кровать.       — Джоанна не всегда будет младенцем, — ответил Майкл, чувствуя, как раскалывается голова.       — У меня такое ощущение, что я ей не нравлюсь, — выдала странную жалобу Кимберли.       — Э-э-э, с чего ты это решила? — удивился мужчина.       — Она у меня на руках кричит больше, чем у остальных, а потом эта аллергия на грудное молоко…       — Господи, Кимми, ты сама себя накручиваешь. Аллергия бывает и на материнское молоко, сама же знаешь.       — И всё равно, я чувствую…       — Тебе нужно просто немного отдохнуть, — Майкл чмокнул женщину в макушку.       — Угу, я хочу съездить к родственникам в Хьюстон, ты не против? — спросила она и добавила: — Разумеется, Джоанну возьму с собой. Я созванивалась с Крейгом и Рейчел, и они заверили, что будут только рады моему приезду с дочкой и с удовольствием повозятся с ней. У них пока свои дети не получается, но они не отчаиваются.       — Нет, конечно, поезжай и отдохни, как следует, — согласился он. У Кимберли была родня не только в Огайо, но в Техасе, и почему-то её нестерпимо тянуло поехать именно туда, хотя до этого не больно-то ей там нравилось. Вечно палящее солнце, много пыли и в общем и целом не тянуло туда. До сегодняшнего дня. Так как Бетси прожила долгую и счастливую жизнь, успев родить не только Оливию, но Вентворта и Грегори, так что семейство Джонсов разрослось. Именно к потомкам Вентворта Кимберли и отправилась. Семейство Джонсов оказалось не менее большим и шумным, чем родственники Майкла. Они тут же окружили заботой Кимберли и Джоанну. Последнюю почти не спускала с рук Рейчел — жена Крейга Джонса, правнука Бетси. Кимберли хоть и не жаловалась на память, но ей пришлось приложить усилия, чтобы запомнить кто есть кто. В целом она отлично провела время, умудрилась даже съездить на пляж Южный Падре и немного позагорать в тишине и покое. Однако на следующий день к ней прицепился кашель, Кимберли хоть и была врачом, не придала этому особого значения, пока через пару дней температура не подскочила до тридцати девяти и стало значительно тяжелее дышать. Она поняла и без анализов и рентгена, что у неё пневмония. Её отвезли в больницу, там диагноз подтвердился. Пневмония стремительно прогрессировала, и вот у неё уже было поражение обе стороны. Кимберли с трудом могла дышать, даже кислородная маска особо помогала, а через пару дней всё стало совсем плохо и женщину перевели в реанимацию. Крейг позвонил Майклу в Лос-Анджелес и Мэрион в Кливленд до которой не дозвонился — она уехала отдыхать на Багамы. Майкл смог вырваться только в выходные, искренне надеясь, что всё не так плохо, как ему обрисовали. К сожалению, реальность оказалась ещё хуже. Кимберли не становилось лучше, а прогнозы врачей были осторожными, когда приехал к ней в больницу. По телефону Майкл объяснил ситуации главному врачу «Уилшир Мемориал» и попросил несколько дней отпуска. Ему пошли навстречу, так что он намеревался побыть с Кимберли, что и делал, почти не занимаясь дочкой, она как будто отошла не то, что на второй план, скорее на десятый. Здесь его здорово выручили Рейчел и Крейг, которые с удовольствием возились с девочкой. Майкл хотел забрать Кимберли в Лос-Анджелес, но вот в чём загвоздка: по документам она ему никто. Они не были женаты. Майкл собирался как-нибудь сделать предложение Кимберли, но у них то ординатура, то беременность, то крошечная дочка на руках. И вот сейчас им это вышло боком. Только столкнувшись с серьёзными проблемами, он решил, что как только Кимберли выздоровеет — они поженятся. Мэрион была недоступна, поэтому пришлось искать номер телефона Уильяма и рассказать о произошедшем. Мужчина в тот же день вылетел в Хьюстон и поговорив с Майклом, согласился подписать документы на перевод Кимберли в «Уилшир Мемориал» в Лос-Анджелесе. Однако встал вопрос о Джоанне. Что делать с ребёнком? Майкл подумывал о том, чтобы отправить дочку в Джерси к своим родителям, если они согласятся, а если нет, то поискать няню подешевле. Не то чтобы он был рад такой перспективе, просто понимал, что не вытянет всё и сразу, но всё решилось гораздо проще и быстрее. Рейчел и Крейг после ужина позвали его в кабинет поговорить и предложили идею.       — Мы понимаем в какой ты оказался ситуации и хотим предложить помощь: оставь у нас Джоанну, — предложила Рейчел. — Обещаем, что хорошо о ней позаботимся.       — Э-э-э, — только и промычал удивлённый Майкл. — Но это как-то…       — Ты же не справишься со всем один, — напирала женщина. — У тебя и ординатура, и Кимберли в тяжёлом состоянии, а бедная девочка будет совсем заброшена. У нас ей будет хорошо, вот увидишь.       — Ладно, это же на время, — согласился Майкл, хоть ему и не очень-то хотелось оставлять ребёнка в Хьюстоне у родни Кимберли.       — Конечно, — согласно кивнула Рейчел. — Как только Кимберли выздоровеет и окрепнет, так сразу и заберёте Джоанну.