Чувство вины

Выздоровление Кимберли затянулось не на одну неделю, и к моменту, когда она была полностью здорова, у Джоанны прорезался первый зубик.       — Значит ты оставил нашу дочь у Рейчел и Крейга? — переспросила Кимберли, не то чтобы недовольная, но удивлённая.       — Да, но они сами вызвались помочь, — подтвердил Майкл. — А что было делать? Ты в реанимации с сомнительным прогнозом, я же не мог тебя оставить, плюс ординатура.       — Я всё понимаю, — кивнула Кимберли. — Нужно подумать, когда мы заберём Джоанну?       — Как только ты достаточно окрепнешь, — предложил Майкл. — Тем более тебе уже самой пора выходить на работу.       — Я уже здорова, да ты это и сам знаешь.       — И всё же я бы не торопился. Кимберли показалось, что Майкл не очень-то рвётся забрать дочь, но хуже всего то, что она и сама не горела желанием всё бросить и прямо сейчас лететь в Хьюстон за Джоанной. Для неё это была такая постыдная мысль, что она не решалась озвучить её Майклу. «Что со мной не так?» — задавалась она вопросом. " Я же люблю свою дочь, но тогда почему мне так сложно с ней?» Жизнь потихоньку начала налаживаться. Кимберли вернулась в больницу и сейчас старалась побольше набрать дежурств, чтобы хоть немного восполнить пробел, который образовался во время её болезни. Майкл поначалу горячо поддержал её настрой, но потом начал ворчать, что она слишком много времени проводит в больнице, в то время как их дочь всё ещё жила у Джонсов в Хьюстоне. Кимберли чувствовала свою вину и даже сделала вялую попытку забрать ребёнка, но их с Майклом уговорили оставить Джоанну ещё ненадолго в Техасе. Они поколебавшись, согласись, тем более за девочкой хорошо ухаживали. И всё же Кимберли нет-нет, да и грызло чувство вины. Она уже окончательно собиралась забрать дочку, когда неудачно упала на лестнице в больнице и сломала ногу в двух местах. На то, чтобы нормально встать на ноги, у неё ушло около пяти месяцев, и всё это время Джоанна по-прежнему жила у Рейчел и Крейга. Кимберли старалась почаще ездить к ней, но с костылями это было не очень удобно, а Майкл из-за постоянных дежурств, не мог часто составлять ей компанию. Только восстановилась Кимберли, как Майкл угодил в автомобильную аварию, в результате которой у него оказался повреждён позвоночник и в целом состояние было тяжёлое. В тот день, Кимберли чудом не оказалась с ним в одной машине — задержалась на операции почти на полчаса, так как у пациента открылось кровотечение. Майкл не стал её ждать и поехал домой один. При повороте в сторону Малибу, его автомобиль столкнулся с грузовой машиной, осуществляющей перевозку крупногабаритных предметов. Теперь Кимберли разрывалась между Майклом и работой, думая, что надо бы уже забрать Джоанну домой, но… В тот день она поехала в Хьюстон и у них с Рейчел и Крейгом состоялся откровенный и непростой разговор.       — Мы долго думали, сомневались, взвешивали все за и против, но в конечном итоге пришли к выводу, что вы с Майклом могли передать нам опеку над Джоанной, — предложила Рейчел. Кимберли была настолько потрясена предложением, что поначалу потеряла дар речи. Это было просто немыслимо! Ей предлагают отдать собственного ребёнка?!       — Только не торопить с ответом, — вставил Крейг, внешне довольно-таки похож был на Кимберли, даже глаза также щурил. — Мы понимаем, что наше предложение может шокировать…       — Шокировать?! Вы что сдурели?! — наконец-то взорвалась Кимберли. — Джоанна моя дочь, и я вам её не отдам! Женщина соскочила на ноги и опрометью кинулась из гостиной, намереваясь прямо сейчас забрать дочку — они как-нибудь справятся. Другие же справляются, даже многодетные и одинокие матери.       — Кимберли, постой! — рванула за ней Рейчел. На красивом лице женщине отпечатался страх. Да, ей было больно и страшно потерять девочку, к которой она привязалась всем сердцем, особенно зная, что она не получит должного ухода и внимания в семье Майкла и Кимберли. Эти двое слишком заняты своими карьерами, чтобы подарить тепло и ласку маленькому ребёнку. Джоанна мирно сидела в манеже, изучая игрушки — ей недавно исполнился годик, вот только родители не смогли приехать на лень рождение девочки. Кимберли грызла себя за это, но каждый раз выбор делала в пользу карьеры, при этом считая, что старается не только ради себя, но для дочери тоже, в конце концов ей же будет лучше расти в обеспеченных семье. Они с Майклом смогут оплатить Джоанне частную школу, а потом любой университет, дав хороший старт в жизни. Только этим Кимберли и успокаивала собственную совесть. Кимберли достала девочку из манеже, и та моментально залилась плачем, недовольная тем, что её оторвали от игры, да и потом, она стала забывать собственную мать. Женщина попыталась успокоить ребёнка, но получилось только хуже, а от крика стало закладывать уши.       — Кимберли, пожалуйста, — моляще протянула руки Рейчел. — Я только успокою Джоанну. Ким злобно посмотрела на родственницу и сильнее прижала к себе ребёнка, вызвав новую волну истерики. Через три минуты она сдалась и передала девочку Рейчел. На руках женщины, Джоанна вскоре успокоилась.       — Я всё равно не отдам вам ребёнка, — прошипела Кимберли. — Мы, что вам сопливые малолетки, которые ещё школу не закончили, но уже обзавелись потомством, которое теперь не знаем куда деть?!       — Мы понимаем твоё возмущение, — заговорил только что подошедший Крейг. — Но признай, что Джоанна не вписывается в вашу жизнь. Да и какая её ждёт жизнь? Мотыляться по яслям и нянькам-мексиканкам?       — Это же временные трудности, как только у нас с Майклом стабилизируется всё в карьером плане…       — Джоанна уже пойдёт в школу, — перебил её Крейг.       — Мы не можем отдать ребёнка! Это неправильно! — возмущалась Кимберли.       — Конечно, гораздо правильнее бросить ребёнка на чужих людей. Вы будет уходить, когда Джоанна ещё спит и приходить, когда она уже спит, — рубил правду-матку в глаза Крейг. Ресницы Кимберли задрожали от злости и бессилия одновременно, а из глаз вот-вот готовы были брызнуть слёзы. Она понимала, что он прав. Именно так всё и будет.       — И потом, это же не навсегда, — вставила Рейчел. — Вы сможете забрать Джоанну, когда встанете на ноги.       — Я не мог её отдать, не могу и всё, — ответила Кимберли. — Знаю, что с вами ей может быть будет лучше, но… Но ведь это же наш с Майклом ребёнок! Джоанна не котёнок, чтобы отдавать её в добрые руки! Рейчел не выдержала и разрыдалась, закрывая лицо руками. Крейг ободряюще обнял жену, а Кимберли чувствовала, что ещё чуть-чуть, и она сама расплачется. Остаток вечера, пришёл в атмосфере напряжения и грусти. Кимберли уже собиралась ложиться спать, когда позвонили из больницы — она оставила на всякий случай номер телефона Джонсов, — и сообщили, что состояние Майкла значительно ухудшилось.       — Майклу стало хуже, — прошептала Кимберли убитым голосом. — Мне нужно вернуться в Лос-Анджелес.       — Ох, Кимми, нам так жаль…       — Да, мне тоже.       — А Джоанна? Может быть всё-таки?..       — Может быть, — кивнула Кимберли, а по щеками женщины потекли горячие слёзы. Через несколько дней, Майкл пришёл в себя и у него началась длительная реабилитация. Они поговорили с Кимберли и пришли к выводу, что Джоанне сейчас действительно лучше остаться у Джонсов.       — Это же ненадолго, — убеждали они сами себя. И это ненадолго, затянулось почти на десять лет. Они часто навещали дочку, брали к себе на каникулы, задаривали подарками. Когда Джоанне было пять, Кимберли и Майкл хотели окончательно забрать дочку к себе, но она закатила жуткую истерику, цепляясь за подол Рейчел. Они пожалили психику девочки, и как бы ни было больно, решили пока оставить её у Джонсов. Кимберли тогда весь день проплакала, обвиняя во всём себя, что её родная дочь предпочитает других людей. Забрали Джоанну, после того, как Крейг и Рейчел погибли в ДТП — их машина упала с моста. На Джоанну было больно смотреть, когда Майкл и Кимберли приехали на похороны четы Джонс, а за одним увезти дочку в Лос-Анджелес. В тот период им всем пришлось непросто. Они привыкали к друг другу, а Джоанна ещё отчаянно тосковала по Крейгу и Рейчел, да и по самому Хьюстону тоже. Горе было столь велико, что они водили её к психологу. Им понадобилось длительное время, чтобы помочь ей привыкнуть к новым реалиям. Джоанне исполнилось восемнадцать, и через каких-то полгода она заканчивает школу. Девушка подала документы в несколько учебных заведений, но особенно надеялась поступить в университет Рейса в Хьюстоне. Прошло восемь лет, как она покинула Техас, но до сих пор отчаянно скучала по тем местам, тогда как Майкл и Кимберли и не думали туда переезжать. Карьеры врачей у них сложились, как нельзя лучше. Майкл возглавлял «Уилшир Мемориал» и был очень хорошим кардиохирургом. Кимберли в пластическую хирургию, специализируясь на подтяжке живота и бёдер. Ко всему прочему, они родили ещё двоих детей. Мартину сейчас было пять лет, а Эмилии три года. В этот раз супруги постарались избежать тех ошибок, которые допустили с Джоанной. Но одну в отношении старшей дочери, всё же делали. Они давили на дочь, чтобы она пошла по их стопам, особенно Кимберли усердствовала. Женщина очень надеялась, что Джоанна станет таких же прекрасным врачом, как и они с Майклом. Джоанна сопротивлялась, объясняя, что её не тянет в медицину, но под конец сдалась и обещала попробовать поступить на курс «пре-мед» в университете, а затем уговорила оплатить ей поездку по Европе, сразу после окончания школы. Особенно её манила Франция.