Кладбище восковых фигур

20 июня, 1873 год.

Великобритания, Глостершир.

Где-то на территории леса Дин.

      — А-а-а! Блять!!       — Стреляй! Стреляй, мать твою!!       — ПОМОГИТЕ МНЕ!! ПОМО…       — Отходим! Быстрее!! Отступаем!       — Давай! Жми! Почему не взорва…??       — Чёрт!! Заработай! Ну же!       — Получилось! На выход! На выход!!       — ДА ГДЕ БЛЯДСКИЙ ВЫХОД??!!!       — Нет! Не оставляйте меня!! Эй, парни! Парни?… А-А-А!

21 июня, 1873 год.

      — Лукас, что значит не вернулись??       — Весь отряд пропал, сэр.       — Какого хрена?! Зачем я их вообще нанимал?       — Сэр, они исполняли приказ, но…       — Значит, пошли ещё людей в шахту и оцепи территорию. Бестолковые головы, когда уже…       — Никто не полезет в дьявольские пещеры…       — Не перебивай меня! Неужели ты веришь во всякую чертовщину? Нам нужен пирит из этого рудника в срочном порядке, как ты не понимаешь?       — Я понимаю, сэр, поэтому и предлагаю найти альтернативное месторождение.       — На разработку других залежей уйдёт в лучшем случае не меньше месяца, мы не можем столько ждать. У нас под боком уже есть активная пиритовая шахта, осталось только заставить рабочих выполнять своё дело.       — Но сэр…       — Я всё сказал, исполняй!

24 июня, 1873 год.

      — Какого чёрта работы ещё не начались?!       — Всё шахтёрское поселение дрожит в страхе, сэр. Ни я, ни вы не в силах отправить их в пещеры. Даже вся армия конфедератов будет беспомощна против…       — Тогда я пойду сам и лично развею суеверия! Трусливые рудокопы-тунеядцы и жадные до денег солдаты поди уже давно схоронились в ближайших деревнях Уэльса. Лукас, найди мне отряд крепких парней до вечера и обеспечь их всем необходимым. Безмозглые веруны! Даже в Викторианскую эпоху не способны отказаться от предрассудков прошлого. Именно из-за вас Англия долгое время и пребывала в стагнации, но, к счастью, настал век индустриализации! Теперь я всенепременно займусь её повсеместным распространением, начав с нестреноженного Пазлвуда. И тогда даже Франция провозгласит Англию мастерской мира!

Тем же числом.

      — ВЫТАЩИ! ВЫТАЩИ МЕНЯ!!       — Я пытаюсь! Сэр! Я ПЫТАЮСЬ!!       — А-А-А-А!!       — …       — Блять… Блять-блять-блять…

26 июня, 1873 год.

      — Лукас Пейдж, по решению Департамента земельных отношений вы назначаетесь владельцем данного месторождения и прилежащей территории заместо пропавшего Джорджа Бутби. Каковы будут ваши указания?       — Для начала подорвите все своды шахты, чтоб ни одна живая душа не могла туда попасть.       — К сожалению, это исключено. Запасы динамита всё ещё покоятся на первом уровне. Детонация настолько большого количества взрывчатки может привести к необратимым последствиям. К тому же, мы не знаем, как далеко распространяется сеть пещер под нами, они вполне могут расходиться на весь лес Дин вплоть до поселения…       — Да мне без разницы! Вы были в ней?! Нет! И даже не представляете, что там творится!       — Сэр, я понимаю, вы – единственный, кто выбрался оттуда, но не стоит принимать импульсивных решений. В конце концов, шахту можно просто замуровать. Если вы пожелаете, я лично проконтролирую данный процесс.       — Да… Да, пожалуй, вы правы, прошу прощения. Хорошо, займитесь этим, но пирит нам всё так же необходим.       — Думаю, мы можем подступиться с другой стороны. Нужно будет изучить местность возле шахты, запросить необходимые инструменты и прочее.       — Только предельно аккуратно, и не подпускайте людей близко. При малейшей опасности тут же прекратите все работы. Если уж на то пошло, в ближайшее время проживём на запасах, а после поразмыслим над другими источниками прибыли. Но вход необходимо завалить сегодня же. Приступайте.

Великобритания.

Лесной массив Дин.

Наши дни.

      — Арс, готов?       — Более чем. Дим, ты только не промахнись. Это последняя ампула.       — Да понял я. Серёж, у тебя что?       — Хватит секунд на пять. Главное, чтоб не соскочил.       — Ладно, ребятки, погнали.       — …       — Тоша-а, котик, покажись. Ну же, иди к папочке. Предлагаешь тебя по всем углам искать?… Ух, какой ты красаве́ц. Что? Захотел меня наконец? Тогда для начала… Получай!       — …       — …

«В диапазоне между отчаянием и надеждой».

©Порнофильмы

За 14 часов до.

Заброшенный лесопарк «Пазлвуд».

28 августа, 2022 год.

2:00 p.m.

      — Отсюда пешим ходом около километра всё прямо и прямо, — мужчина делового вида указал куда-то вглубь чащи, — только не сходите с тропы, а то искать вас потом.       — Окей, босс, — Арсений в шутку отдал честь и закинул рюкзак за плечи. Шастун молча зашагал к многолетним деревьям. Тяжело вздохнув, Арс направился за ним. Живой массив, величественный, как со страниц Толкина, распростёрся перед ними. Уходящие ввысь раскидистые кроны, полные мелкой листвы, местами практически целиком загораживали и без того рассеянный солнечный свет. Бурно заросшие мхом каменистые породы, создающие естественные ущелья, возможно, пережили и расцвет средневековья, и промышленную революцию, оставшись всё в том же первозданном виде. Казалось, что нога человека не ступала здесь аж с сотворения мира. Английские живописные леса поистине одурманивали насыщенным до предела воздухом, будто придавая сил для неблизкой дороги и нелёгкого разговора.       — Ладно, Тош, прости уже, ну сколько можно обижаться, — Попов попытался дотронуться до его руки, но тот резко её одёрнул.       — Ладно? Просишь меня сделать одолжение? — раздражение парня не знало границ.       — Не придирайся к словам, я уже двести раз тебе объяснял, что это вышло случайно, — Арс пнул камень на пути, тем самым выместив негодование на нём.       — Даже если так, это наша последняя совместная поездка, и я согласился на неё не для того, чтоб выслушивать твои жалкие оправдания, — Шастун демонстративно прибавил шаг, на что тут же отозвался звучным хрустом подножный хворост. Арсению упорство Антона начинало поднадоедать. Точнее, сейчас оно гложило его в разы больше, нежели пару дней назад: «И сколько мне ещё ждать, когда он наконец остынет?»       — Слушай, Тош, а… — начал было Арс, но Шастун неожиданно оказался прямо возле него.       — Хватит меня так называть, — сквозь зубы процедил он и тут же развернулся, продолжив путь.       — Хорошо-хорошо, — Арсений не знал, в какой момент парень сорвётся, поэтому предпочёл немного уступить, — Антон, мы же всё равно остались и останемся коллегами, так что завязывай с этим представлением.       — Не беспокойся, я уже подал заявление на увольнение, — его серьёзный тон не вызывал ни капли сомнения.       — Что?!! Зачем?! — в эмоциональном порыве Арсу таки удалось остановить прущий напролом «вездеход», несмотря на сопротивление.       — Что значит «зачем»? Понятно ведь. Как при таких обстоятельствах я вообще могу работать? — при взгляде сверху вниз Антон чувствовал себя в более выгодном положении.       — «Импровизация» без тебя – ничто! Как вернёмся, отзовёшь заяву, — не отставал Арс.       — Ага, мечтай, — Шастун и не думал отступать. Он собирался вновь устремиться к пункту назначения, но Попов всё же решил спросить:       — А почему тебя это настолько сильно задело? — он хотел уловить во взгляде Антона хотя бы блёклые намёки, но тот ни в какую не устанавливал зрительный контакт. — Будь добр, объясни, я действительно не понимаю. На некоторое время между ними повисла напряжённая тишина, которую ни одна певчая птица не решалась нарушить. Мерно опадающие с реликтовых пород изумрудные и охристые листья плавно освещались золотистыми лучами, играючи раскачивались на невидимых ветряных потоках, проносясь мимо парней. По всей видимости, Антон терзался внутренними противоречиями, но в итоге нашёл в себе смелость заглянуть в кристальную голубизну проницательных глаз собеседника, твёрдо выдавив:       — Потому что я думал, что мы – друзья, а ты взял эту «дружбу» и разорвал в клочья, — Шастун жестами обрисовал ситуацию, подкрепив выразительной мимикой.       — Вот только не гиперболизируй, — Арс скрестил руки на груди, немного расслабившись, ибо в кои-то веки Антон соизволил перейти на конструктивный диалог, — тоже мне – трагедия, между друзьями, что, не могут случаться казусы?       — Могут, но не настолько же неестественные, — накопившаяся злость постепенно сменялась на язвительность, — скажи, а как часто ты своих друзей-парней целуешь взасос, оставаясь наедине? Арсений от такого вопроса ничуть не смутился. У него было достаточно времени, чтобы всё обдумать:       — До этого обычно не доходит. Они, к счастью, останавливаются на половине бутылки, — он хотел разделить вину пополам, ведь если б не поползновения со стороны Антона, ничего бы не произошло.       — А, то есть, это ещё и я виноват, что ты полез ко мне бухому, — парень и не думал брать на себя даже малую часть ответственности. Под таким психологическим напором и разницей в росте Арсу пришлось сделать полшага назад и сбросить «козырь»:       — Для начала следует выяснить, кто вообще первый начал лезть мне под одежду. Это был «удар под дых» для Шастуна, ведь, несмотря на тогдашнее опьянение, он досконально помнил роковой вечер и свои не совсем контролируемые действия тоже. В какой-то мере парень надеялся, что столь непотребная правда не вскроется, но раз так вышло, он решил перейти в контрнаступление:       — Ты это, конечно, ловко придумал: предъявлять пьяному в хлам за его поступки, — чуть ли не чеканя каждое слово, Антон всё надвигался и надвигался на Арса, вследствие чего тому приходилось хоть и уверенно, но пятиться вглубь леса, — ты-то себя получше чувствовал, мог бы и остановить. Или что, не хотел грубо со мной поступить? Да я был бы рад, если б ты врезал мне за такое поведение, но нет, Арсений выбрал другой путь. Так почему ты позволил мне касаться себя? Почему не ударил? Почему в конце концов поце… Внезапно Шастун почувствовал, будто земля под ногами начинает проседать. Он тут же с тревогой посмотрел вниз и обнаружил нечто необъяснимое, после чего без колебаний с силой толкнул Арсения подальше. Но из-за размягчения грунта и отсутствия опоры Антон не успел вовремя отскочить в сторону: почва под ним словно разверзлась, образовав провал в кромешный ад, куда его тело устремилось в свободном падении. Казалось, состояние невесомости продлится бесконечность, но, пролетев около пяти метров, он всё же приземлился на рыхлую поверхность, местами покрытую чем-то, что с хрустом разломалось под его весом.       — Ох! Блять! — выругался парень, поднимаясь на ноги. — Что за херня?       — Антон! Ты в порядке? — откуда-то сверху раздался взволнованный голос Арса.       — Да вроде в норме, как минимум ничего не сломал, — он слегка поглаживал левое плечо.       — Подожди, я сейчас спущу верёвку, — спустя секунду он удалился, но тут же вернулся, — на, лови. Из расщелины прилетел ручной фонарь – в столь тёмном месте он действительно был необходим. Но лучше бы Шастун его не включал, ибо то, что он увидел, повергло парня в неописуемый немой шок. Всюду лежали вросшие в породу, а местами и вовсе слившиеся с ней, бронзового оттенка человеческие тела с до ужаса натуральными чертами лиц. Парень от потрясения машинально сделал шаг назад, и тут же характерный хруст известил об очередном разломавшемся объекте. Чтоб окончательно не подпортить себе нервы, Антон даже и не думал оборачиваться. Тем временем потревоженная внезапным гостем жуткая атмосфера нещадно нарастала за счёт пробирающего до мозга костей зрелища, исходящего от десятков пар слегка прикрытых глазниц, в глубине которых просматривался всё тот же бронзовый блеск глазных яблок. Такое чувство, будто ещё секунда, и живые трупы без единого звука приподнимут нависшие веки, вопросительно взглянут на парня и, как ни в чём не бывало, встанут, отряхиваясь от клочков земли, после чего в непринуждённой манере заведут с ним беседу… «Пиздец какой-то… Где это я оказался?…» — Антон поспешил скрыть от себя кошмарный образ братской могилы, решив переместить луч света в сторону, выискивая в темноте небольшие туннели между массивными корнями деревьев, насквозь пронизывающие естественные «стены». Видимо, они вели ещё дальше и глубже, где, вероятно, картина была соответствующая, а может, и ещё хуже… Б-р-р! «Не думай об этом, не думай», — как мантру повторял Шаст, переведя взор на свод «пещеры». По всей площади землянисто-каменистого фона с золотистыми прожилками еле-еле выделялись линейно расположенные параллельные углубления, возможно, высеченные чем-то острым в хаотичном порядке. Или кем-то? «Да нет, не может быть, только если какие-нибудь кроты или землеройки. Очень… большие землеройки», — от таких размышлений Антону становилось всё неуютней в этом музее восковых фигур. И словно в подтверждение его догадок, в одном из отверстий на долю секунды неслышно промелькнула объёмная тень. Он не успел толком направить туда пучок света, как вдруг из другой дыры послышалось тихое-тихое шуршание. «Походу, я уже начинаю сходить с ума. Арс, не мог бы ты побыстрее вытащить меня отсюда?» — Антон задрал голову в сторону проёма, но его взору предстали лишь увесистые кроны с проблесками синевы.       — Эй! Ты ещё там? — Шаст решил всё же поторопить коллегу, на что ответа не последовало; зато долгожданная прочная верёвка наконец-то свесилась с края, приглашая парня на волю. «Какое счастье», — он облегчённо выдохнул, сунул фонарь в петлю ремня, чтоб не мешался, и воспользовался помощью. Проползти пару-тройку метров вверх для него не составляло труда. Антон уверенно начал продвижение, но внезапно вскрикнул от резкой боли: что-то вцепилось ему в ногу, никак не желая отпускать.       — Да с-сука! — тщетно пытаясь пнуть существо, парень выхватил фонарь и подсветил нужную область - тварь тут же с мерзким воплем отпрянула, скрывшись в пустотах. Шаст, не теряя ни минуты, мигом вскарабкался наверх и немедля отполз от злополучной расщелины, после чего устало разлёгся на лиственно-древесной подстилке, переводя дыхание.       — Ебать, как же больно! Какая-то хуйня меня укусила! — еле сдерживая стоны, он поделился произошедшим с Арсением. — А ещё там везде, блять, абсолютно везде человеческие окаменевшие трупы!! Что это за ёбаный лес вообще?? Не получив никакого отклика, парень слегка приподнялся и, насколько хватало сил, огляделся, но никого не обнаружил. «Чё за?» — он только собирался позвать Арса, как вдруг ветка сзади хрустнула; и сразу же огненный вихрь вперемешку с давящей тяжестью разлился по шее Антона. Он чувствовал, что сознание начало потихоньку покидать его. Парень пытался хоть что-то предпринять, но тело стремительно немело, отказываясь слушаться.       — Вот так уда-а-ача, — будто в тумане, прозвучал на чистом русском незнакомый хриплый голос – последнее, что услышал Шаст, перед тем как не́хотя отключиться.