Пролог

— Это платье отвратительно смотрится на тебе.       Непрошенные советы. Нежеланные комментарии. Почему люди так щедры на них? Словно они задохнутся от жажды, если не выпалят очередное важное мнение. — Выпускной через неделю, платье выбиралось месяц. Оплатишь новое?       Для меня так важно это несчастное платье. Оно словно отражает меня в переливе зелёных страз и струящейся ткани янтарного цвета, подчёркивающей фигуру без намёка на откровенность. По крайней мене, её не предполагалось. — Прекрати разговаривать со мной в таком тоне. Мы это уже обсуждали, дорогая.       Ненавижу, когда она обращается ко мне так. Есть люди, которые закладывают в это слово нежность, а есть Елена. Сомневаюсь, что она может вкладывать какой-либо светлый смысл в то, что вылетает из её рта, в принципе. Исключительно общении со мной, конечно. Однако же отец легко ведётся на её кошачьи уловки и невинный тон всякий раз, когда она выставляет себя ангелом. — Что тебя опять не устраивает? — осмеливаясь на тон с намёком на раздражительность, я пытаюсь отстоять хотя бы свой выбор. — Мы можем купить тебе пуш-ап. Может, хоть это поможет, раз не хочешь признавать полное отсутствие вкуса у тебя.       У меня давно выработался иммунитет на подобные нападки, да и вообще мало кому удаётся вывести меня из себя, тем более из-за чего-то материального. Это же просто деньги. И вещи, приобретённые на них. Разве они стоят того, чтобы на почве них злиться или ссориться? Но в этот раз самоконтроль начинает сочиться из крепко выстроенных стен в сознании. — Сделай уже себе грудь и перестань проецировать свои комплексы на других. Не переживай, мой любимый отец даст тебе денег на очередные хотелки. А платье я купила на свои и ничего менять не собираюсь.       Вот это приток смелости. Адреналин растекается по венам, вызывая тревогу где-то в районе груди, разрастающейся предчувствием опасности. А именно — последствий.       Я считаю себя довольно смелым человеком, но ссоры — это другое. Это животный страх, сдерживающий все эмоции внутри, которые так и жаждут освобождения. Ему не бывать.       Хлопок пощёчины.       Ни одной эмоции на лице. Лишь скрытая ненависть повисает в воздухе, так и не достигая её провокатора. — Не смей больше так со мной говорить. Мы обсудим это позже.       Уже не трясёт. Теперь нет. Когда ты знаешь сценарий будущего наизусть, прокручивая его из раза в раз в голове как мантру, перестаёшь бояться.       И это она трезвая.       Легче ко всему относиться, когда ты уверен в своём пути освобождения. Когда ты точно знаешь, что оставишь кошмары прошлого за спиной, найдя в себе силы никогда не оборачиваться. В какой-то степени я тоже чувствую это.       Ведь мой план надёжный. И я верю в его осуществление.       Однако какое-то противное чувство покрывает внутренности, не давая покоя мыслям. Словно я что-то упускаю. Побег планируется на первое июля. День выпускного. Поэтично? Вполне. Я изучила свой план досконально, прокручивая в голове все детали, не упуская ни одной. Он созревал уже год, став единственной причиной идти дальше, заставлял из раза в раз поднимать себя на ноги, согревая одной лишь мыслью: «Скоро меня здесь не будет». Осталось потерпеть совсем немного. Скоро всё будет не важно. Никто и ничто.

***

      Улицы родного города уже нежно греют почву, солнце палит как не в себя, ничуть не привнося яркости в жизнь.       Всё такое же серое, как и вчера. И месяц назад. И год назад.       Только в детстве краски знакомых улиц, словно под наложенным фильтром, искрились своей лучезарностью, даря то самое ощущение счастливой реальности. Когда, вдыхая аромат цветущих лип, я чувствовала прохладу озера недалеко от дома в деревне, срывала листья с ярко-зелёных деревьев. Ничего здесь не изменилось. Так почему же всё такое серое?       Любимая природа. Бесконечный вдохновитель и единственный незыблемый способ умиротворить бурю в душе. Почему ты изменилась? — Потому что изменилась ты сама. Чудесный человек сказал мне эту фразу, открыв глаза на лежащий на поверхности ответ. — Ты поменяла своё отношение к этому месту. К этому городу и людям. Оттого ты и не видишь его красок, как прежде. Тебя они утомили, — ласковым тоном поясняет Анастасия Александровна.       Человек, рядом с которым я всегда чувствую себя живой. Рядом с которым хочется быть лучше и показывать только лучшие стороны себя, не стесняясь худших. Не боясь невзначай раскрыть боль в душе, даже не надеясь на совет, который всегда следует, успокаивая душу. — Но почему все любят свою Родину, а я даже находиться здесь не могу? — С просветлевшим от надежды услышать ту самую разгадку, взгляд поднимается на вечно спокойную женщину средних лет. — Ты загнала себя в клетку из собственного непринятия. Люди и события с течением времени исказили восприятие значимых для тебя вещей, омрачив и словно обесценив важные воспоминания. Только они не всегда были воспоминаниями, за которые, как многие говорят, не нужно держаться. Это когда-то была твоя жизнь, потерю которой ты не успела заметить, — подытоживает учительница французского. Только бы понять, что с этим делать. Настигнет ли меня это в будущем? Какое дать название этому неожиданно возникшему явлению? — Какие вы уже все взрослые. Я так вами горжусь, — откровенно и от того неожиданно произносит учительница. — Спасибо вам за всё. Я буду приходить, как только появится возможность. Без вас я бы не была тем, кем являюсь. — В добрый путь, Еся.