Глава 8, остоновка перед столицей.

Кейл сидел в простой, но не менее изысканной карете. Она была без герба их семьи – он не хотел, чтобы на него обращали внимание. Бикрос вёл её, управляя лошадьми. Шатен с момента отправки не произнёс ни слова. Красноволосый смотрел в окно, встроенное в дверцу, на проносящиеся мимо пейзажи. Они были в пути уже больше дня, лошади устали, да и Кейлу было неудобно спать сидя. Не то чтобы они совсем не останавливались – они делали небольшие остановки, чтобы перекусить или отдохнуть. Не то чтобы юноша торопился добраться до столицы, но хотелось бы вернуться в срок, через две недели, чтобы отец ничего не заподозрил. *** Солнце клонилось к закату, когда они остановились у небольшой таверны, решив там переночевать. Бикрос остановил лошадей прямо перед дверью. Кейл, не дожидаясь, когда ему откроют, сам это сделал и спустился. Шатен отогнал карету чуть в сторону и привязал лошадей за поводья к небольшому заборчику вокруг таверны. Мальчик следил за этим действием взглядом, потом они вместе с Моланом-младшим зашли в помещение. Бикрос придержал дверь для молодого господина. Когда шатен отпустил дверь, звякнул колокольчик над дверью. На мгновение в помещении стало тихо, потом разговоры возобновились. Никто на мальчишек не обратил внимания. Бикрос просканировал таверну цепким взглядом своих карих, почти чёрных глаз. Внутри было душно, пахло кислым пивом, прогорклым жиром и чем-то сладковато-гнилым. Круглые столы потемнели от времени и грязи, липкая поверхность блестела в тусклом свете, а между ними молчаливо двигалась фигура без лица – то ли служка, то ли тень. У стойки, как призраки, сидели несколько человек: никто не повернулся к двери, только пальцы сжимали кружки. Барные стулья стояли криво, один и вовсе валялся на полу. Справа от входа уходила вверх деревянная лестница, ступени её просели, как старые кости. Наверху, говорили, сдают комнаты, но оттуда не доносилось ни звука. Масляные лампы чадили, свет их был жёлтым и неровным, словно вот-вот потухнет. Где-то в углу шипела кошка (если, конечно, обычные здесь водятся). Кареглазый шагнул вперёд и загородил Кейла собой на всякий случай, хотя Бикрос не сильно выше самого мальчика. На голове Кейла был капюшон от плаща, и не было видно цвета волос – можно было разглядеть только холод лисьих глаз. Шатен подошёл к стойке. – Можно хозяина, – подал слегка ломающийся голос. Человек за стойкой кивнул и отошёл. Кейл уже приблизился и встал рядом. Красноволосый огляделся: Ким Рок Су было интересно, в новелле мало упоминались описания таверн и гостиниц. Немного погодя к ним подошёл мужчина лет сорока на вид. Одет он был просто, но опрятно: тёмные брюки, слегка поношенный сюртук и белая рубашка с потёртым воротником. Взгляд у него был тяжёлый, внимательный, а на подбородке – короткая щетина. Пахло от него табаком и дешёвым крепким пойлом. – Чем могу помочь таким юным гостям? – хриплый, прокуренный голос хозяина таверны раздался над их головами. – Хотели бы снять у вас номер на ночь, – ровно сказал Бикрос. И шатен положил три серебряные монетки на стойку. Мужчина обвел мальчишек взглядом и глянул на монетки. Трактирщик кивнул своим мыслям, улыбаясь кривовато. – Конечно, – хозяин поднял руку, показывая на продавленную лестницу. – Анри вас проводит. Потом мужчина рявкнул на парнишку, что приносил пиво какому-то типу в плаще в углу: – Иди сюда, дрянной мальчишка! Парень, которого назвали Анри, аж подпрыгнул от испуга и, извинившись перед гостем, поторопился к трактирщику. – Пойдёмте со мной, – заикаясь, выдавил из себя парень. Анри был нескладным рыжеволосым мальчишкой: волосы цвета тёплого мёда, на носу и щеках – россыпь веснушек. Худой, в балахоне, заношенном до дыр. Невысокий, он казался ещё меньше из-за того, что сутулился. А если приглядеться – на голове среди рыжих прядей торчали такие же рыжие ушки, почти незаметные, а из-под рубашки выглядывал хвост, который нервно обвивал его лодыжку. Глаза были тоже цвета тёплого меда, светло-карии. «Из кошачьего племени», — промелькнула мысль в голове у Кейла и Бикроса. Они переглянулись. Анри повёл их через всю таверну к лестнице, ведущей наверх. Ступеньки под их ногами скрипели. – Вы тут давно работаете? – подал голос Кейл, когда они шли по коридору второго этажа и остановились перед третьей дверью. – Пару лет, – без заикания сказал рыжеволосый парень. Голос его казался мягким, с мурлыкающими нотками. Рыжий хвост скользнул по полу, почти расслабленно. Почти. Кейл кивнул, больше не смотря на Анри, хотя его поведение внизу немного волновало мальчика. Кареглазый принял два ключа из рук рыжего. Анри ещё раз скользнул по ним взглядом, кивнул чуть поспешно и, не говоря больше ни слова, ушёл вниз по лестнице, почти бесшумно, только хвост мелькнул напоследок в полумраке. Бикрос открыл одну из дверей. Та поддалась с глухим скрипом. Комната оказалась небольшой и тёмной, но сухой. Кейл вошёл первым, огляделся: узкая кровать, стол со свечой, окно, задёрнутое пыльной шторой. – Вторая, – кареглазый шагнул к соседней двери, отпер её и, не переступая порога, заглянул внутрь. – Такая же. Он закрыл её, вернулся и только после этого закрыл дверь комнаты Кейла изнутри. – Осмотрю, – коротко бросил он, и Кейл не стал спорить. Шатен цепким взглядом осматривал комнаты: провёл пальцами по краю окна, проверяя, плотно ли сидит рама, заглянул под кровать, коснулся ручки двери, словно прикидывая, выдержит ли она удар. Даже свечу на столе приподнял, осмотрел фитиль и поставил обратно, не издав ни звука. Каждое движение – точное, выверенное, без лишней суеты. Бикрос кивнул и скрылся в соседней комнате. Комнаты совсем погрузились во мрак, луна взошла в небе, мерцали звёзды. Кейл задул свечу, складывая плащ на спинку стула. *** Ночь прошла тихо, без происшествий, и утро скользнуло в окна серым, размытым светом. В комнате пахло остывшим воском и пылью, осевшей на шторах. За дверью послышались мягкие, почти бесшумные шаги, потом нерешительная пауза, и только после неё – осторожный стук. Анри не стал входить, лишь подал голос из-за двери, негромко, будто боялся спугнуть тишину: – Завтрак, – донеслось мягким, приятно мурлыкающим голосом. – Если вы уже проснулись, конечно. *** После сытного – насколько это возможно в заведении, где всё пропахло алкоголем и пылью, – завтрака Кейл со своим спутником отправились обратно в путь. Бикрос прикрыл за Хенитьюзом-младшим дверцу кареты – негромко, плотно, будто ставил точку в их короткой остановке. Бикрос отвязал поводья от небольшого заборчика таверны, легко сел на выступ кареты и дёрнул за поводья. Лошади зашевелились, фыркнули и тронулись с места, отправляя их в путь. Анри проводил их долгим, ничего не говорящим взглядом. На мгновение его уши дрогнули, а хвост скользнул по полу, но он тут же отвёл глаза и снова скрылся в полумраке за дверью — принялся выполнять свою работу, бесшумно, как тень, и почти незаметно для чужих глаз.