Глава 10

22.12.1989

Утром меня разбудил шум подъехавшей к дому машины. Одри распахнула входную дверь, впуская свежий воздух. Девушка сняла пальто, поправила перед зеркалом прическу и тут увидела меня. Удивленно подняв брови, она подошла ближе: - Что ты делаешь здесь на диване? Почему ты не в постели? - К нам в гости заехал Альберт, и я пригласил его остаться на ночь. Надеюсь, ты не против. Одри в ответ кивнула, улыбнулась и направилась в сторону кухни: - Жаль, не удастся с ним пообщаться подольше. У меня сегодня очень много дел, поэтому я только выпью кофе – и сразу отправлюсь в город. - Он сам скоро уезжает. Тебя подвезти? - Не стоит, меня заберет человек отца. - Хорошо. В шкафу около плиты есть круассан. Я купил его вчера для тебя. - Спасибо, ты очень мил. В этот момент на пороге комнаты появился Альберт. Похоже, он встал давно, поскольку уже был одет в черный костюм, а в руках держал свой саквояж. - Мисс Хорн, доброе утро. - Агент Розенфилд, рада Вас видеть! Выпьете с нами кофе? - Благодарю за гостеприимство, но я должен ехать. Меня ждут в Сиэтле. Купер, если тебе еще раз понадобится моя помощь, дай знать. И я в случае необходимости могу рассчитывать на твои показания против агента Брайсон? - Альберт, все произошедшее отражено в моем отчете, который я вчера отправил в Бюро. Мое личное подтверждение вряд ли потребуется, а подкреплять свои слова оценочными суждениями касательно Дениз я не хочу. - Как знаешь. Всего доброго. Внезапно Одри подошла к Альберту и протянула ему руку: - Спасибо, что откликнулись на мою просьбу. Я ценю, что могу положиться на Вас. Альберт сперва замешкался, но затем все-таки пожал руку девушки в ответ: - Гм… Рад был помочь. Но постарайтесь впредь не позволять ему участвовать в столь сомнительных авантюрах. На этом он покинул наш дом, а Одри повернулась ко мне: - Что он имел в виду под «сомнительными авантюрами»? И зачем приезжал сюда? - Не обращай внимания. Ему просто не нравится карьеризм Дениз. Сделаешь мне кофе? Я тоже после завтрака съезжу ненадолго в участок. Не дожидаясь ответа, я ушел в ванную комнату. Я не собирался подпускать Одри к новому расследованию, которое все больше становилось связанным с мартовским. Я не мог допустить, чтобы девушка вновь пострадала из-за меня. Побрившись и умывшись, я вышел из ванной и обнаружил, что остался в доме один. На столе стояла кружка свежесваренного кофе, а рядом с ней лежала записка: «За мной уже приехали. Буду поздно. Целую, Одри». Я быстро позавтракал и отправился в департамент. Недавнее потепление сменилось похолоданием: температура опустилась ниже нуля, а ночью в городе была метель. Я улыбнулся солнечному утру и вдохнул морозный воздух. К счастью, синоптики вновь оказались не слишком точны в своих прогнозах, и нам не придется встречать Рождество без снега. Шериф Труман сидел в своем кабинете перед развернутой картой города, задумчиво подперев подбородок кулаком. - В чем дело, Гарри? Над чем размышляешь? - Утром 25-го мне некого отправлять в патруль. Энди в отпуске и проводит следующую неделю с Люси, Хоук отпросился по делам. Я бы и сам поехал, но должен дежурить с 24-го на 25-е. - Назначь на патрулирование меня. Ночью я высплюсь, утром буду свежий как огурчик. А 26-го все равно выходить на работу, так что днем раньше, днем позже… - Одри не будет против? - Я с ней договорюсь. - Спасибо, ты меня очень выручил. Я успокаивающе поднял руку: - Нет проблем, Гарри. Кстати, ты знаешь, что в кабинет к Бенджамину Хорну позавчера кто-то проник? - Нет, я не видел его обращения. Ты взял это дело? - Он не стал подавать заявления. Тем более, до сих пор не совсем понятно, что именно украли. Может быть, свет на это прольет Бобби Бриггс, когда вернется в город. - Опять взлом с проникновением, но ни улик, ни украденного? Думаешь, это как-то связано с тем, о чем говорила миссис Палмер? - Может быть, очень даже может быть. Я расскажу тебе все, как только сам пойму, что к чему. Мне пока не хотелось посвящать шерифа в то, что мне удалось обнаружить. Конечно, он и парни из Читальни могли бы помочь поймать преступника в обход бюрократических полицейских процедур, но сначала я сам должен был разобраться в происходящем. Я улыбнулся Гарри и отправился в свой кабинет. До вечера я разбирал заявления о мелких кражах и пьяных драках. Каждый подобный случай должен был быть учтен к концу года, а Энни и так хватало работы, поэтому я решил не нагружать девушку еще и этим. Наконец, в 6 часов вечера мой рабочий день был завершен, и я решил, что пора отправляться домой. Одри еще не вернулась, а потому я, чтобы убить время, включил телевизор. В новостях рассказывали об аресте крупного торговца наркотиками на границе с Канадой. Дениз давала интервью для федерального телеканала. Мне было интересно, какое влияние окажет рапорт Альберта. Зная его, я не сомневался, что он обязательно сообщит о своих претензиях, но мне было сложно оценить, насколько крепки позиции Дениз в Департаменте. К тому же, Альберт все же принадлежал к другому ведомству, и хорошо известно, как к таким заявлениям у нас зачастую относятся. На этом мои размышления прервали. Открылась входная дверь: это пришла Одри. Раскрасневшаяся от мороза, она казалась еще красивее, чем обычно. Быстро переодевшись и заварив себе чай, девушка села рядом со мной на диван и положила голову мне на плечо. - Устала? - Немного. Зато к завтрашнему приему все готово. Нас с тобой ждут к 4 часам. - Хорошо. Завтра я как раз свободен весь день, но придется выйти на службу в понедельник. - Прямо в Рождество? Ты же говорил, что 25-го будешь свободен? - Оказалось, что совершенно некому патрулировать улицы, и я обещал Гарри помочь. Но, думаю, смена будет короче, чем обычно. Одри зевнула, а потом неожиданно попросила: - Дейл, научи меня обращаться с оружием. Хотя бы с пистолетом. - Зачем тебе это? - Ну, ты же не можешь пообещать мне, что перестанешь попадать в опасные ситуации, как тебе посоветовал Альберт. Значит, я должна быть готова помочь тебе, когда в этом возникнет необходимость. - Хорошо, я подумаю. - О большем и не прошу. Спасибо, это действительно важно для меня. Я задумался. Умом я понимал, что ее просьба разумна, и подобные навыки будут небесполезны для любого человека, но на душе все равно было неспокойно.