Часть 2 Кто не спит?

Входная дверь со скрипом открылась, Сия вошла в полумрак дома. Как и ожидалось, никто не встречает, не бежит, спотыкаясь, не выкрикивает её имя, а главное — не заглядывает в пакет со словами: «Что купила?». Эх… Маленький Джорджи и под дулом пистолета не заснул бы, пока его любимая старшая сестричка не принесёт домой гостинец от зайчика. Обычно Билл с заспанными глазами выходил следом из своей комнаты, спускался по скрипучей лестнице и улыбался. На радостные детские возгласы выползали из родительских покоев мама с папой. Они тоже улыбались и как можно быстрее гнали всех спать. Теперь всё не так. Дом впитал в свои стены гнетущую атмосферу. Сейчас здесь темно, прохладно, как-то вяло. Вещи разложены по своим законным местам, но весь дом покрылся пылью. Кажется, что люди здесь вообще не живут — настолько тут было странно. Да и пусть. Она сняла кроссовки и лёгкую ветровку, повесила её на крючок в прихожей и направилась в ванную. Завтра у Билла последний день в школе перед летними каникулами. «Я возьму родительскую машину и отвезу его с друзьями в какое-нибудь хорошее место после уроков», — планировала она про себя. Билл — единственный брат, который у неё остался, так что она обязательно позаботится о нём, пока родители полностью не оправятся после похорон, которые произошли месяц назад. Подумать только — уже целый месяц. Сия зашла в ванную комнату, смыла лёгкий макияж и включила горячую воду. Желание полежать в парящей почти кипящей воде было сильнее голода, который скручивал желудок. Пока ванна набиралась, девушка пошла в свою спальню взять пижаму. Лестница, как всегда, скрипела, выдавая её присутствие, которое она, впрочем, и не пыталась скрыть. Проходя мимо комнаты Билла, Сия заметила, что оттуда, к её удивлению, доносились шаркающие звуки. Младшего снова мучила бессонница. Она постучала в дверь. Легонько и тихо, с надеждой, что ей показалось и Билл сейчас не шуршит бумажками или чем он там занимается, а спокойно сопит у себя на кровати. Но напрасные надежды разбились о такие же тихие слова: — З-заходи, открыто. Вдох. И глубокий выдох. Рука нажала на ручку и толкнула дверь от себя. — Чего не спишь? — слова прозвучали с упрёком, который обычно был присущ маме. Вот в кого Сия пошла характером. Глаза осматривали комнату. Она была вся завалена вещами, которые лежали на полу, кресле, кровати и Бог знает где ещё. Бардак, но хотя бы видно, что здесь кто-то живёт. Но не это привлекло внимание. Билл сидел за письменным столом, на котором лежала какая-то огромная карта. Вот что вызывало тот шорох. — Это же папина, Билл. Он разозлится. — Он не у-у-узнает, я одолжил ненадолго. Под его глазами лежали тёмные круги. Парень должен был бы уже видеть десятый сон, а не клевать носом над… над чем вообще он работает? И, будто прочитав мысли сестры, парень резко оживился. — П-подойди, я тебе кое-что покажу. Заикался он немного меньше обычного. Сия прошла в комнату и встала рядом. Перед глазами открылись какие-то чертежи на помятой бумаге — то ли рисунок лабиринтов? — Это к-к-канализационная схема под Дерри, — продолжил он. — Я тут п-понял, что Джордж д-должен быть в-вот здесь. Билл ткнул пальцем в отдалённую часть карты-схемы. — Только если б-бы добраться до этого мест-та, я мог бы… Но его перебили. — Нет. Ты не полезешь в канализацию. Билл посмотрел исподлобья прямо в глаза встревоженной сестре. На его лице появилась обида: его не выслушали, не смогли понять. Родители не одобрили его идею, а теперь и сестра не на его стороне. Заметив грусть брата, девушка поспешила смягчить ситуацию. — Слушай. Ты теперь мой единственный брат, и я хочу только самого лучшего для нас. И ещё я очень не хочу, чтобы ты лез во всякие неприятности. — Она положила ладони ему на плечи. — Пообещай не лезть туда. Напряжённая тишина росла. Парень что-то обдумывал, принимал важное решение для себя и наконец произнёс без единого заикания: — Ладно. — Отлично, — выдохнула она. — А то я знаю вас, подростков: сначала делаете, а потом думаете, когда чёртова задница уже застряла в дерьме. От небольшой ругани парню стало веселее. Не каждый день услышишь, как порядочная сестричка говорит «чёртова» или «задница». Она говорит такие слова только когда злится, и в такие моменты ему точно не до смеха. — В-вспомни себя, ты сама т-такой недавно б-была, — ткнул неприятную правду в лоб Билл. — Да как ты смеешь! — теперь рука с плеча переместилась к голове и растрепала волосы парня ещё сильнее. — Мне уже 21! — она поучительно подняла палец вверх. — Так что слушай и вдумывайся в слова мои. Нарочито, с тоном мудреца, она медленно произнесла это.