Глава 3. Бюрократия

      Путь до церкви был недолгим, но погода не приносила удовольствия. Несмотря на то, что ночная сырость почти сошла на нет, было прохладно, а солнце ослепляло своими лучами.       Открытые кованые врата церкви изредка натужно чуть поскрипывали от порывов ветра.       Азалия тихо миновала их.       Звуков службы не было. Только откуда-то издалека доносился детский смех.       Настоятеля, видимо, не было. Только его помощник и сын.       «Необходимо осмотреться. Может кто-нибудь есть с другой стороны, во внутреннем дворике?»       По мере обхода здания становились все отчетливее и громче звуки метлы.       Человеком, державшим её, оказался никто иной как Маттиас — сын настоятеля.       На нем была черная сутана с небольшим металлическим крестом, блестящим на свету. Голова его смотрела в пол, а в пушистых русых волосах, закрывавших обзор по бокам, затерялось несколько лепестков померанца.       Он явно был погружен в свои мысли и не заметил её.       Азалия негромко кашлянула в кулак несколько раз.       Его плечи вздрогнули. Маттиас резко поднял голову в направлении источника звука. Поволока постепенно ушла с глаз, уступая место узнаванию. Движение метлы остановилось.       — Добрый де-день, мадемуазель Монтегю, — чуть склонил голову он. — В-вам чем-то помочь?       — Добрый, месье Коэн. Да, мне нужен доступ к некоторым документам, которые ведёт ваша церковь. Мне нужно проверить кое-что насчёт моих родителей. Можно ли это осуществить сегодня?       — Отца на данный момент нет, но есть месье Шон, наш клерк. У него есть допуск к записям. Лучше вам лично с ним поговорить насчёт этого. Я вас провожу. П-пойдёте?       — Конечно.       Маттиас в тот же миг прислонил метлу к живой изгороди. Он резко повернулся к ней спиной. Полы его сутаны взмылись и задели фиолетовые цветы рододендрона. Лепестки устлали дорогу, а парень, не заметив этого, повёл Азалию к церкви.       Когда они вошли в неё, девушке сразу ударил в нос запах ладана, воска и старого дерева.       Солнечные зайчики от цветных витражей прыгали по стенам, по скамьям, по каменному полу между рядами. Один из них — красный, тёплый — упал на ладонь Азалии, когда она невольно протянула руку навстречу ему.       Юноша вёл девушку к алтарю, но как только они приблизились, резко свернул в правую сторону. Там был неприметный закоулок с дверью, которая почти сливалась со стеной. Понять, что в этом месте есть дверь, можно было только вблизи и присмотревшись к щелям между досками.       Клирик тихо постучал два раза и распахнул её. Перед глазами Азалии предстало помещение сверху до низу заполненное различной документацией и книгами. Почти все поверхности были заняты бумагами и пишущими принадлежностями. Поравнявшись с Маттиасом она увидела сухонького старичка. Похоже, до того, как они вошли, он вёл какие-то подсчёты. Разглядеть, что писал этот месье не было возможности, да и интереса вызывало мало.         — Добрый, месье Шон, — торопливо поздоровался парень. — Тут такое дело, мадемуазель Монтегю нужен доступ к некоторым документам. Собственно я привёл ее к вам по этому поводу.        — Добрый, Маттиас и вам мадемуазель Монтегю. Чем могу помочь? — Сухо спросил он, откладывая ручку в сторону и откидываясь на спинку стула.       — Я ищу записи о крещении моего отца — Альфреда Монтегю. А также, возможно, его брата — Энтони Монтегю.       — Энтони Монтегю… Не припоминаю этого имени. Вы уверены, что его крестили здесь?       — Я не уверена, — призналась она, сжимая ручку саквояжа сильнее. — Однако мне сказали, что записи хранятся здесь. Мне необходимо подтвердить родство для семейных дел. Если оно будет установлено, то мне нужна будет расписка от вас об этом для банка.       Клерк нахмурился и в задумчивости постучал кончиками пальцев по столешнице.       — Это необычный запрос, мадемуазель. Обычно такие дела решаются с помощью нотариуса.       — Я знаю, но хочу проверить все самостоятельно.       Шон кивнул и поднялся из-за стола.       — Хорошо, но предупреждаю вас. Я не знаю сколько могут занять времени поиски. — Он обошёл столешницу и приглашающим жестом указал на стоящий в углу старенький диванчик. — Присаживайтесь. Назовите примерный период за который надо искать — год и дату рождения либо же крещения, если знаете.       — 1875 год, 3 июля — день рождения отца. Его брата неизвестно.       Месье Шон, потёр переносицу и продолжил уточнять.       — Хм-м, хорошо. Большая ли разница в возрасте была у них?       — Не могу сказать. Полагаю не большая.       — Допустим. Подождите тут, — после чего он повернул голову в сторону юноши. — Маттиас, ты тоже останься. Возможно мне понадобится твоя помощь.       Затем клерк скрылся среди полок. О том, что он находится там, свидетельствовало лишь тихое шуршание страниц и бормотание самого мужчины.       «Похоже это действительно может сильно затянуться.» — Подумала Азалия. В голове, то и дело возникали тревожные мысли. Время текло медленно, как песок в часах или же загустевший мед с ложки.       «Почему этот месье Эн появился только сейчас? А может это все какая-то новая схема мошенничества? Что-то по типу схемы Понци? Или же, как в той истории о мужчинах, которые давали объявления в газете и заманивали к себе, а после убивали? Этот месье Эн точно не простой человек. Да, и что это за имя у него? Слишком простое для такого господина, как он. Как будто это прозвище или инициал? Кто вообще называется таким образом?!»       Азалия тяжело вздохнула, отпустила ручку саквояжа и потёрла руками лицо.       «Мне нужна Лина либо же Виктор. Кто-то, кто лучше подкован во всей этой бюрократии и видит все нюансы.»       — Эм-м, мадемуазель Монтегю? — Голос клирика вырвал резко её из клубка тревожных мыслей. - С вами в-все в порядке?       — Да, просто последние дни перед отпуском были тяжёлые. Ещё и эти семейные дела, которые появились, как гром среди ясного неба.       Вдалеке раздался громкий шелест бумаги и скрип половых досок, а затем кашель похоже из-за пыли.       — Сочувствую вам. Надеюсь, что ваши проблемы решатся гладко и быстро.       — Благодарю, — легкая улыбка коснулась губ девушки.       — Как поживают ваши подруги? К-как мадемуазель Б-брук?       Он отвернулся и подошёл к одной из полок, рассматривая корешки книг. Правая рука погладила одну из них и толкнула вглубь, выравнивая контур.       — Приемлемо, думаю сейчас они ещё не покинули своих кроватей и предаются сладкому сну в отличие от меня.       Однако, он не смог таким образом скрыть начинающие алеть кончики ушей и шею.       «Эх, Маттиас, Маттиас. Тебе бы побольше уверенности. Был бы ты хоть немного поувереннее и упорнее, возможно Лотти и начала бы думать о тебе, как о мужчине, с которым хочет провести жизнь. Хотя… Вспоминая, то что говорила Лина. Как же она сказала? А! Породистых берут ещё щенками! И ведь урвала себе и кого… »       — Маттиас! — Из глубин архива раздался оклик. — Нужна твоя помощь, подойди, пожалуйста.       — И-извините, мадемуазель. Вынужден временно вас оставить одну тут, — юноша сделал неловкий полупоклон и пошёл вглубь полок. - Иду, месье Шон, иду. С чем нужна помощь?       После раздалось только неразборчивое бормотание.       Бам!       Что-то упало на пол, судя по прошедшей вибрации по нему. Затем натужное кряхтение и шелест бумаги, и дружный кашель. Тишина. Спустя примерно около четверти часа, раздался звук приближающихся шагов. Бодрых и быстрых.       Наконец двое мужчин вынырнули из обители старой документации. В руках месье Шон держал толстый томик, засунув один палец меж страницами, наподобие закладки.       — Вам несказанно повезло мадемуазель Монтегю! — Выдохнув, облегченно сказал мужчина.       С глухим стуком он опустил на стол книгу. Она вся была покрыта толстым слоем пыли, от пальцев рук оставались отпечатки, а сами страницы были пожелтевшими от времени с каплями воска по краям. Он раскрыл её и указал на одну из строк. После чего махнул рукой, приглашая подойти поближе.       — Вот, смотрите, — он постучал пальцем по одной из записей и провел. — Энтони Монтегю действительно существует либо же существовал. Они с Альфредом являются близнецами.       Азалия быстро пробежалась по указанным строкам, читая снова и снова. Она сделала глубокий вдох и выдох, прикрыв на мгновение глаза.       «Так все же это правда. Он не обманул.»       По спине по непонятной ей причине пробежали мурашки. Вслед за тем она выдала:       — Месье Шон можете, пожалуйста, дать мне расписку, подтверждающую существование этого человека?       — Конечно, это не займёт много времени.       Мужчина открыл один из множества небольших ящиков и взял бланк. Затем, взяв перьевую ручку, начал не спеша его заполнять и переписывать данные из книги. Через небольшой отрезок времени он закончил и поставил жирную печать, и подпись внизу. Следом он посыпал это песком из песочницы, избавляясь от избытка чернил. После чего высыпал его обратно, сдунул излишки, немного помахал и вручил в руки Азалии.       Проверив занесенные данные, она кивнула и подняла взгляд на него.       — Премного благодарна вам, месье Шон, — молвила она, аккуратно положив расписку между остальными документами в папке, вынутой из саквояжа.       Пальцы быстро нашли пару-тройку лир, в одном из внутренних карманов сумки, и были вынуты наружу.       — Не стоит, мадемуазель. Для меня это ничего не стоит, тем более времени много не заняло. — Пауза. — Но если вы настаиваете, то просто положите в ящик для пожертвований.       — Хорошо, — пальцы сжали монеты в кулак. — Ещё раз благодарю вас месье Шон. До свидания.       — До свидания, мадемуазель, — ободряющее улыбнулся мужчина, переведя после взгляд на юношу. — Маттиас, проводи молодую леди.       Клирик сделал лёгкий полупоклон и повёл Азалию на улицу. Чем ближе они подходили к воротам, тем громче становился детский смех. У самого выхода юноша окликнул девушку.       — Мадемуазель Монтегю, если вас не затруднит. М-можете подождать меня тут несколько минут?       — Эм-м, хорошо, я сильно не спешу.       Как только это было сказано, он быстро удалился на задний двор.       «Зачем он попросил меня подождать? Неужели, он снова что-то приготовил для Лотти?»       Глаза, скучающе, скользили по забору и оплетающему его дикому винограду. Азалия перекатилась с пятки на носок и обратно.       Вслед за этим вспомнив о лирах, которые все ещё были зажаты в её руке, она огляделась вокруг. Затем найдя искомый ящик, положила туда монеты. Они со звоном упали. Освободившаяся рука легонько огладила деревянные края, после чего отстранилась.       Детское веселье снаружи не умолкало, к ним прибавились ещё хлопки и перестуки.       «Может посмотреть, что там вытворяют дети? Все равно стою без дела.»       Девушка медленно вышла из территории церкви и повернула направо.       —… два, три, ч... ре…ть…       Речь становилась все четче:       — Вышел он тебя искать…       Хлоп, хлоп, хлоп.       — Он все знает и он все слышит…       Тук, тук, тук.       «Похоже они играют в подобие классиков, но слова… Они странные.»       — Он уж близко в спину дышит…       Обойдя стороной один из кустов, открылся вид на детвору, стоящую кругом, хором, поющие считалку.       — Не смотри в его глаза…       Внутри груди начал зреть комок тревоги. По спине прошел небольшой холодок.       Ногой Азалия задела мелкий камушек, который с громким звуком отлетел.       Все дети обернулись в её сторону и посмотрели прямо на неё. Семь пар глаз, через мгновение словно, сбросив, пелену от оборвавшейся игры, узнали её.       — Мадемуазель Монтегю! — вскрикнули они хором и подбежали к ней, окружив со всех сторон.       — Добрый день, учитель!       — Здравствуйте, дети, — сказала Азалия, стараясь, говорить ровным голосом.       — А что вы тут делаете? — Бойко спросил один из мальчишек. — Служба же в храме уже закончена!       — Вы слышали нашу считалку?       — Не все сразу дети. Я заходила по личным делам, — с лёгкой улыбкой ответила Азалия. — Да, слышала. Откуда вы её знаете?       Девочка озадаченно опустила глаза в пол и пожала плечами.       — Не знаю. Мы её всегда знали.       — Да, всегда! — хором ответили дети.       — А как…       Не успев закончить вопрос, девушку перебили.       — Мадемуазель Монтегю! — Окликнул её Маттиас. — М-можете подойти, пожалуйста?       — Конечно. До свидания, дети.       «… заканчивается считалка? О чем она? Никогда раньше не слышала. Ощущения еще от нее такие… Странные?»       Они зашли за один из кустарников. Юноша протянул бумажный кулёк цилиндрической формы. Он с немой просьбой посмотрел ей в глаза. Азалия тяжело вздохнула, и кивнув, взяла сверток.       — Спасибо большое, мадемуазель Монтегю.       — Пожалуйста. До свидания, месье Коэн.       Маттиас приложил руку к груди и кивнул, а затем ушел обратно в церковь.       Девушка подняла запакованный букет ближе к лицу и принюхалась. Неизвестная композиция имела интересный аромат. Это была смесь нежно-сладкой пряности, зелени и холодной чайной нотки. Первое, точно было сиренью, а вот второе было чем-то… знакомым, чем-то иллюзорным, как дым или туман.       «Это ведь уже третий подарок за все время, не так ли? Похоже кто-то берет быка за рога.»       Губы Азалии растянулись в ухмылке. Рука с букетом опустилась, а ноги зашагали вперед в направлении банка.       Он находился через две улицы от церкви. Девушка шла быстро, не глядя по сторонам — у неё была цель, и она больше не собиралась отвлекаться. Саквояж в руке, расписка, документы, ключ от ячейки внутри. Осталось только войти, получить доступ и проверить.       Скоро показалось в поле зрения нужное здание из белого камня и длинной лестницей ко входу. Она быстро поднялась по ней и взялась за бронзовую ручку.       В то же мгновение дверь растворилась, ударив ей по лбу. Азалия от неожиданности отшатнулась назад и почувствовала под одной из ног пустоту. Схватиться было не за что и не чем, руки были заняты. Ее тело начало падать и тут ее кто-то быстро схватил за руку, а после за талию. По спине прошла дрожь. Пронесло.       — Азалия? Азалия!!!       Сердце быстро стучало где-то в горле. Лоб разрывался от боли, а глаза наполнились влагой. Она судорожно вдохнула и открыла их.       — Дж-джулиан?       — Я… ради всего святого, я не хотел! — он смотрел на неё широко раскрытыми карими глазами, всё ещё придерживая за талию. — Я просто вылетел, как ошпаренный… как последний болван, а вы… простите, я не заметил. Вы целы?       Она сделала пару шагов дальше от злосчастной лестницы, освобождаясь от рук парня, и облокотилась спиной о перила.       — Голова болит, а так жить буду, — прокряхтела недовольно девушка, потирая ушибленный лоб.       — Как же так, что я скажу Лине? — он судорожно провёл рукой по светлым волосам и обернулся на дверь банка. — Если свет моих очей узнает, что я чуть не сбил тебя с ног, она мне устроит такое… А если это увидит Виктор — он меня просто добьёт после нее!       Раздался скрип петель.       — Что случилось? Ты чего там копошишься? — раздался мужской голос сзади.       — Ааааа, брат, — протянул испуганно Джулиан, оборачиваясь.       — Мадемуазель Монтегю? Что мой младший успел наделать?       — Организовал мне дневное рандеву с дверью, — тут же сдала его Азалия.       «Все равно бы догадался либо же выпытал, от него почти невозможно что-то скрыть. А наш Джу-джу… практически ничего не может держать при себе. Расколется он быстро. Сэкономим время всем участникам.»       По шее бедного парня прилетал удар свернутой газетой. Он тут же съежился и с грустными пристыженными глазами посмотрел на Азалию.       — Поганец! — Рассержено сказал Виктор. — "Кто идет медленно, идет здоровым и уходит далеко"! А ты, как медикейн — не успеешь опомниться уже все сломано и залито. Ни дня без происшествий не можешь, — на одном дыхании выдал он тираду.       После тяжело выдохнув, повернулся к девушке.       — Пожалуйста, простите его, мадемуазель Монтегю, — мужчина сделал изящный полупоклон. — Как мы можем загладить свою вину перед вами?       — Извинения приняты, господа. Да, ничего…       «… однако мне не помешал бы его консультация по этому делу.»       — Хотя, мне необходимо посоветоваться с вами по одному вопросу? Свободны ли вы завтра, месье Хилл?       Виктор недоуменно поднял брови и провёл рукой по гладко зачесанным назад волосам.       — Да, конечно, наши двери всегда открыты для вас. Ты для нашей семьи уже давно как сестра, — уголки его губ поднялись в легкой полуулыбке.       Затем он задумчиво перевел взгляд с нее на дверь и обратно. В глазах загорелось одновременно и понимание, и вопрос.       — Как я понимаю вы насчет этого сначала решили пойти в банк?       — Да, нужно кое-что проверить. Это касается семейных дел, — уклончиво промолвила она.       — Понятно, если желаете вас может сопровождать Джулиан. Опыт у него какой-никакой есть, да и как придет домой, расскажет с чем нужно будет иметь дело. Либо же можем вас проводить до умелого клерка. Что предпочтете?       — Я хотела бы все же сама поговорить с работником, но не откажусь пройтись с вами к нему.       — Тогда прошу, — он протянул Азалии свою согнутую в локте левую руку, приглашая.       Она привычным жестом положила ладонь на его предплечье.       Джулиан открыл им дверь и они вошли в зал банка. Их компания быстро преодолела шумную зону и перешла в тихие коридоры с одинокими дверями кабинетов. Пройдя примерно десяток таких дверей, Виктор остановился около одной из них. На ней висела табличка, которая гласила «Кабинет старшего клерка Н. Росси». Мужчина поднял руку и несколько раз постучал.       — Входите, — раздался бодрый голос.       В нос сразу ударил знакомый запах, почти такой же был в храме. Единственное отличие — отсутствовал запах благовоний. Вместо него был аромат табака и легкий шлейф мужского одеколона. Комната была маленькой с высокими потолками и тяжелыми шторами. На столе лежала раскрытая книга, а стопка бумаг и перо лежало чуть в стороне — похоже, у клерка только-только закончился обеденный перерыв. Сам работник стоял спиной к посетителям, около раскрытых настежь окон и опирался руками о раму.       В момент, когда он повернулся к нам лицом, в его глазах мелькнуло удивление и некоторая озадаченность.       — Месье Хилл? Какими судьбами?       — Добрый, месье Росс, — после чего указал рукой на нее. — Это мадемуазель Монтегю. Можно сказать, почти член нашей семьи. Я буду признателен, если вы уделите ей время и поможете разобраться с документами.       — Конечно, ради такого человека как вы, мне не составит труда и будет в радость помочь этой миледи, — с широкой, подобострастной улыбкой заявил он, а после перевел взгляд на девушку и указал на кресло. — Прошу, присаживайтесь.       — Тогда мы с вами пока прощаемся мадемуазель Монтегю, месье Росс, — произнес Виктор.       — До встречи, — почти одновременно ответили оба.       Мужчина повернулся к ним спиной и вышел из помещения. Когда закрывалась дверь, мелькнуло лицо Джулиана и его махающая на прощание рука. Это вызвало мимолетную улыбку. Сзади нее раздалось небольшое покашливание и она решительно села в кресло, и подняла взгляд на клерка.       — Ну, что ж миледи, — мужчина поднял руку к галстуку и немного ослабил его. — Мы уже друг другу представлены, так что отбросив все формальности, перейдем к сути вашей проблемы.       Азалия положила на колени саквояж, и раскрыв его, начала постепенно выкладывать все документы на стол.       — Недавно я узнала, что оказывается у моего отца был брат-близнец, Энтони Монтегю. А также, то что он оставил после себя наследство, — она пододвинула к нему письмо от Энтони и ключ от ячейки. — Я сходила в церковь и там получила подтверждение о существовании этого человека, — следом отправилась расписка. — Мне нужна консультация по этому поводу.       Клерк быстрым взглядом прошёлся по каждому документу, после чего взял в руки ключ. Он острым взглядом прошёлся по его частям, ощупывая: по головке и стержню с неясным узором, по сложной бородке. Даже поднял на свет, крутя его, то так, то эдак. После окончательно проверив, он кивнул самому себе и положил ключ обратно на стол.       — Все документы и ключ действительны, — огласил вердикт он.       Затем поднял руку, потирая в задумчивости подбородок.       — Энтони Монтегю… Звучит до боли знакомо, — продолжил он. — А, вспомнил. Я пересекался с ним пару раз до становления старшим клерком, помогая предыдущему владельцу этого кабинета, — его глаза заволокло небольшой проволокой, похоже от ностальгии. — Он был довольно импозантным мужчиной, — после чего он перевёл взгляд на девушку. — Вы даже чем-то похожи, но не пойму чем. Хаа, что-то я разговорился, — его глаза приобрели прежнюю ясность. Он неловко поправил свои волосы, а на губы снова вернулась учтивая улыбка.       — Пойдемте посмотрим, тогда, что хранится в ячейке, миледи? — игриво задал вопрос он, беря в руки ключ.       — Конечно.       Мужчина подошёл к двери и отворил её, пропуская Азалию вперед.       — Желаете взять эти документы с собой и посмотреть у себя либо же посмотреть в моем кабинете?       — Второе, — ответила она, выходя из кабинета.       Месье Росс, закрыв за ними дверь на ключ, повёл их вглубь коридоров. Затем он свернул в одну из каменных арок, которая вела к лестнице вниз. Через некоторое время они достигли хранилища и искомой ячейки. Мужчина открыл её. Там оказалась толстая пачка документов, небольшая стопка писем и выписок, обернутых бечёвкой.       — Возьмёте все, миледи?       — Да, — она посмотрела на стопу бумаг, а после на клерка. — Только не могли бы вы помочь донести их до кабинета?       Месье Росс ухмыльнулся.       — Для вас — все что угодно, миледи, — Он аккуратно схватил одной рукой стопку бумаг и вынул её из ячейки.       Азалия взяла оставшуюся книгу. Под ней оказалась лакированная шкатулка из тёмного дерева, украшенная металлической фурнитурой на уголках и небольшим замочком сбоку. Когда она взяла её в руки, изнутри раздался мягкий звякающий звук.       После чего ячейка была снова закрыта на замок, а ключ был передан в руки девушки.       — Прошу следовать за мной, — молвил он и повёл их обратно в кабинет.       Уже там, они разложили на столе все и поочерёдно начали рассматривать все искомые предметы.       Азалия решила сразу исследовать предметы, которые принесла сама. Первой была книга. Она называлась "История и традиции рода Монтенегро для самых маленьких". Быстро пролистав её, стало понятно, что она предназначалась для того, чтобы стать частью обучающей программы наследника с юных лет. Девушка решила отложить её в сторону.       «Почитаю позже в подходящей для этого обстановке.»       Затем Азалия взяла в руки шкатулку и провела пальцами по ней. Поверхность её была на диво нежной и приятной на ощупь. Древесный запах ударил в нос, вызывая какое-то странное, не ясное чувство. Возможно, ностальгии?       Щелкнул замок и теперь перед её глазами предстали внутренности шкатулки. На бархатной подушечке лежали три комплекта украшений, состоявших из броши, серёжек, кольца и кулона-капли с цепочкой.       Они были разные, но объединенные одним символом — гроздью винограда.       «Они, как будто бы одновременно и для трех людей созданы, но в то же время для одного. Как будто три разных личности — или три разных времени?»       У каждого комплекта была маленькая бирка, написанная от руки. Похоже у всех них было свое имя.       Самый первый был назван «Ночь надежды». Фиолетовые камни были оплетены золотыми лозами, только листья были окрашены в зелёную глазурь. От него исходило какое-то тёплое ощущение, как будто из детства.       Второй — «Сила крови». Вот уж действительно, название передавало суть. Весь комплект был как жизненная сила человека окутанная в серебряный свет металла. Оно пугало, но в то же время от него шло какое-то тяжёлое ощущение, от которого щемило сердце. Словно человек при создании его был в гневе и отчаянии.       Последний же комплект назывался «Слезы прощания». Он был из жемчуга и золота. Он был похож на первый, но был по ощущениям более… Светлый?       Месье Росс наклонился и взял в руки сначала первую брошь, а потом вторую, рассматривая её на солнечных лучах. Затем все, возвратил обратно. Подушечка чуть сдвинулась, показывая белую полоску, пока что неизвестного материала.       — Что аметисты, что гранаты очень хорошего качества. Такую чистоту редко встретишь, — с восхищением дал оценку он. — Огранка ручная, и судя по всему, все от одного мастера — что удивительно, ведь сделаны они в очень разные периоды времени. Если не эпохи. Возможно они уже сделаны его учениками, перенявшими его стиль и почерк.       После он указал пальцем на последний комплект.       — Насчёт жемчуга тоже очень интересно. Все в этом комплекте из разных видов, цвета и мест, — он взял в руку одну из сережек. — Это вытянутая, неправильная форма соответствует пресноводному жемчугу, но не из наших мест. Как и, впрочем, жемчуг в броши. Касаемо него могу сказать, что он точно откуда-то с юга. А вот кулон и кольцо… Барочные и точно наши.       — Не удивлюсь, если это стоит огромное состояние в наши дни, — вздохнула Азалия.       — Ну, иномарку либо же хороший загородный дом точно можно приобрести.       Он сел за стол и пододвинул к себе стопку бумаг, и развязав бечёвку, начал изучать.       Девушка тем временем решила посмотреть, что же находиться под бархатной подушечкой. Это оказалась сложенная втрое бумажка, которая имела следующее содержание:       «Для того или той, кто придёт после. Я создал эти три комплекта, веря, с надеждой на то, что они найдут когда-нибудь своего хозяина, наследника или наследницу рода. Это должен передать тебе твой близкий родственник, если же ты сам или сама нашла его, то… Надеюсь, он не предпочел забыть о своей крови и роде, как другие до него, и что это просто несчастное стечение обстоятельств. В любом случае прости меня. А.»       Азалия прошлась указательным и большим пальцем по написанному посланию.       «Кто же ты, неизвестный А? Когда написал это? Каким ты был и чего ожидал?»       Она снова прочитала записку, после чего вернула её в шкатулку.       «Ты чувствовал отчаяние не так ли?»       — Хм, а это любопытно, — вырвал голос клерка её из раздумий. — В этом завещании действительно прописано условие, что вы должны проживать в поместье большую часть времени. Конкретно, шесть месяцев ежегодно. Если же условие будет нарушено, то оно перейдёт либо следующему наследнику, либо обратно банку. Ещё и требования по половой принадлежности наследника отсутствуют, удивительно. Больше в принципе никаких особых условий нет, только несколько стандартных, но вы по всем ним подходите. Все же старые семейные договоры и контракты не перестают меня потрясать.       Клерк помассировал себе виски пальцами с некоторой отрешенностью, смотря на бумаги.       — То есть продать его невозможно? Тогда откуда брать деньги на пропитание и содержание этого наследства?! — раздражённо с долей разочарования уронила девушка.       — Да, продажа запрещена. А что насчет содержания… — Он перевёл острый взгляд с документов на нее и задержался дольше, чем позволяли приличия. Его темные глаза на мгновение показались бездной, трясиной, из которой можешь и не выбраться.       Неприятные мурашки пошли по коже. Азалия еле сдержала себя от того, чтобы не вздрогнуть. Пальцы сжали крышку шкатулки и с глухим стуком захлопнули ее.       —… Ваш род постарался, очень постарался над тем, чтобы наследство не только дошло в сохранности, но и приумножилось. Часть средств вложена в разные активы, предприятия, контракты с брокерами. Да, и что тут говорить вы всегда можете найти себе крепкое мужское плечо, которое сможет разобраться за вас. Мужчины иногда могут быть полезны, — с небольшим нажимом хитро сказал месье Росс. — Благо ваши внешние данные и социальные связи выше среднего, миледи, — усмехнулся он, и прикрыв рот одной из бумаг, немного наклонился и заговорчески продолжил. — Простите уж за прямоту, мадемуазель Монтегю. Иногда позволяю себе говорить, то что у других на уме или языке.       Азалия приподняла бровь, но ничего не ответила ему. Спорить и что-то доказывать, хоть и глубоко внутри хотелось, но нужды и толка не было. Цель другая, да и времени терять на это… Зачем? Тем более это действительно было правдой.       Мужчина её ответа в принципе и не ожидал, взяв следующий документ.       — Хоо, а возможно и искать не придётся, — он быстро перелистнул ещё пару бумаг, а после протянул часть из них ей. — К вашему поместью в этом банке прикреплён счёт. Оттуда периодически снимались средства на содержание поместья, — начал объяснять он, не отрывая глаз с документов. — Месье Рафаэль де Санг? Хм-м, кто же вы?       Тишину кабинета наполнил ещё более громкий шелест бумаг.       — Ага, ты оказывается смотритель, который временно следит и управляет поместьем, — задумчиво продолжил он. — Расходы расписаны тщательно, подписи, печати… Все есть. Какой однако… педантичный человек.       Он отложил бумаги в сторону и теперь смотрел прямо на девушку.       — С юридической стороны все чисто, аккуратно и правильно оформлено. Даже удивительно.       — Благодарю вас, месье Росс. Вы очень мне помогли, — Азалия сделала небольшую паузу и продолжила. — Одной мне было бы трудно разобраться во всем этом.       Мужчина поднялся из-за стола. Его лицо озаряла довольная улыбка. Он немного склонил голову и ответил:       — Всегда рад помочь, миледи. Возникнут вопросы, приходите. Если меня не будет на месте, оставьте на ресепшене запрос с указанием вашего имени.       — Спасибо вам.       Документы были собраны быстро, но часть все же было решено оставить в ячейке, а другую же она взяла с собой. Шкатулка еле влезла в саквояж, растягивая материал на уголках.       Общий вес теперь был не малый.       С клерком она попрощалась и вышла из здания банка.       Солнце прошло свой зенит и уже через несколько часов опустится к горизонту.       Азалия тяжело вздохнула.       На часть вопросов, конечно, теперь были даны ответы, но появились новые.       «Кто такой А и Рафаэль де Санг? Знаком ли с вторым, месье Эн? Какой же был сам род Монтенегро, что пришёл к такой нынешней ситуации?»       В таких раздумьях она не спеша побрела к общежитию.