Часть 2

—Ой, опять некрасиво! – расстроенно произнесла Дейла. Она шила большими и неровными стяжками, из-за чего ее работа рвалась. Ей было обидно, ведь любой семилетний ребенок больно реагирует на ошибки. —Стяжки должны быть меньше, – строго произнесла септа. —Леди Элла, у вас прекрасно получается. Элла улыбнулась септе. Конечно у нее получалось, особенно, когда этому учат чуть ли не с пеленок. Дейла напомнила ей её в детстве. Помнится такая обстановка была привычна для нее – ворчащая септа, кузины и брат, не отходивший ни на шаг. —Дейла, смотри, – Элла взяла иголку и, продев ткань несколько раз, затянула петлю. —Так намного легче. —У тебя так красиво получается. Я тоже так хочу, – с детским восторгом произнесла Дейла. —Отстань от Эллы, – пробурчал Эйгон. Он ненадолго остался с ними перед тренировкой. Эйгон – младший сын принца Мейкара. Элла не застала его рождения, когда жила в Красном замке, и поэтому не могла знать его прежде. Он с интересом и обожанием смотрел на нее, просил называть его Эгг, прозвищем, которое ему дал старший брат. Свадьба не сыграна, но для него Элла уже была сестрой. Принцесса Дженна говорила, что ему одиноко, возможно поэтому он хотел проводить время с Эллой. Его брат Эймон недавно уехал в цитадель для обучения на мейстера. Эгг оказался милым и забавным ребенком, он любил безудержанно болтать, спорил со всеми и дулся, когда его ругали. Жаль, его мать не видит, как растет ее сын. Дианна Дейн бы гордилась им. —Всё в порядке, Эгг. Вышивать на самом деле, очень сложно. Для девочек это так же трудно, как для мальчиков стрелять из лука. —Правда? – спросила Дейла, раскрыв рот от удивления. —Правда-правда. В другой стороне комнаты Джейн беседовала с принцессой Кирой. Принцесса родилась за Узким морем, и была дочью архонта Тироша. Она выглядела экзотично для подданных королевства. Смуглая кожа,карие глаза и волосы необычного цвета, больше похожего на розовые. Кира плохо говорила на общем языке, с Таргариенами она общалась на высоком валирийском. С Джейн они были очень похожи. Обе тихие, начитанные и, что самое главное – прирожденные леди. Элла считала, что именно этих качеств ей не хватает. В глубине души она осталась немного ребенком. Ей не нравилось сидеть на месте и заниматься вышивкой и чтением. Элла хотела покорить этот мир, отправиться в приключение. —Принц Эйгон, вам пара на занятие, – напомнила ему септа. Эгг нахмурился. —Можно леди Элла проводит меня? – настойчиво произнес Эгг. —Принц Эйгон… —Всё в порядке, – вежливо сказала Элла. Эйгон открыл дверь и радостно выбежал наружу, не придерживая тяжелую дубовую дверь. Элла ускорила свой шаг, подстраиваясь под его темп. Какое-то время они шли молча, пока не оказались вдали от комнат для занятий. —А ты посмотришь, как я катаюсь на пони? —Ты, кажется, пользуешься тем, что я не умею отказывать, – пошутила Элла. Маленькие дети – её главная слабость. Она любила играть, разговаривать с ними, ведь они были такими невинными и добрыми, всегда говорили прямо, что думают, не совершали осознанно плохие поступки. —Я так хочу, чтобы ты посмотрела, – жалобно произнес Эгг. —Я хорошо держусь в седле, отец обещал, что скоро я буду оруженосцем Дейрона. —Он будет выступать в Девичьем пруду? —Я не знаю, возможно будет, но после вашей свадьбы тоже будет турнир. Может отец его имел ввиду? —Возможно, но скорее всего свадьба будет не скоро. После пышных торжеств в честь принца Валарра и Киры казна оскуднела, и новую свадьбу неразумно играть так скоро. —Я так жду, когда ты станешь моей сестрой. Вы с Дейроном поженитесь, и у вас будут дети. Обещаю, я буду с ними играть. Честно. Элла улыбнулась. Она не особо надеялась на счастливую семейную жизнь с Дейроном. Элла никогда не в кого не влюблялась, да и не особо верила, что влюбится. Она любила многих людей, но не знала, что значит любить не членов семьи, это казалось ей странным. Ей говорили, что любовь придет после нескольких лет брака, но она не особо в это верила, считая, что это больше походит на смирение. Элла не долго наблюдала за тренировкой Эйгона, всё-таки ей нужно было спешить обратно, а потом начнутся сборы на вечерний пир, где будет принц Дейрон. Вернувшись, она заметила, что секунды кажутся часами, а остаток дня тянется ужасно медленно. Волнительное ожидание будто бы убивало её. Служанки надели на нее платье с гербом красного яблока Фоссовеев. Джейн неторопливо заплетала ей прическу, осторожно перебирая каштановые локоны. —Выглядешь изумительно, – с восхищением произнесла Джейн. Она тяжело вздохнула и жестом выгнала служанок из комнаты. —Не смотри на замужество так, будто это тюрьма. Знаешь, для нашей семьи, – это большая удача. Мы не самый именитый дом в Просторе, но именно нам выпала честь его представлять. Если бы у Лео Тирелла была дочь или Хайтауэры и Редвины выступили на стороне короля, всё могло бы быть иначе. Поверь, никто не ждет, что ты и принц полюбите друг друга, но может вам для начала следует поговорить друг с другом и приложить хоть немного усилий. Джейн достала из шкатулки украшения, столетия принадлежащие дому. Она взяла в руки жемчужное колье с переливающимся на свету голубым сапфиром и застегнула его на затылке у кузины. —А Раймун приедет в Королевскую Гавань? – поинтересовалась Элла. —К свадьбе приедут все родственники: и Раймун, и бабушка с моим отцом, и Стеффон, и кузены. —И твой муж тоже? —Роберт приедет через две недели, перед моими именинами, – нейтрально произнесла Джейн. Иногда Элла задавалась вопросом, любила ли кузина Роберта. Она никогда не говорила о нем с восхищением и нежностью, но и плохого о нем никогда не говорила. —Пора, – выдохнула Джейн, когда закончила прическу. Они вместе спустились к Великому чертогу, где собралось несколько сотен гостей. На другом конце находился стол, на котором пировала королевская семья, именно там был Дейрон. Он выглядел отстраненным и даже испуганным, находившись под строгим взором своего отца. Дейрон в отличии от своих братьев не обладал валлирийской внешностью. Копна русых волос, голубые глаза и желтоватая кожа – он явно выбивался из своей семьи. Джейн усадила ее прямо за тот стол рядом с Дейроном. От него сильно пахло алкоголем. Его глаза блестели, но выглядел он опрятно. Элла неловко покосилась на него, боясь заговорить первой, но всё же пересилила себя. —Рада видеть вас, мой принц, – неловко произнесла Элла. —Я тоже, миледи, – Дейрон закашлялся. —Простите, леди Элла. Как добрались? —Прекрасно. —Вы выглядите очень красиво, миледи. Не откажите мне в танце? – неловко произнес Дейрон. Он взял ее за руку и вывел в центр зала. Дейрон выглядел смущенно, боялся смотреть ей в глаза и касаться талии, его движения были неловкими и неуклюжими, будто он хотел быстрее сделать всё, о чем его просили, и идти по своим делам. Дейрон даже нечаянно наступил на ее лодышку. —Простите, – произнес он. Элла не ответила ему, она понимала, что он не хочет находится с ней. Она пыталась поймать бегающий от нее взгляд, но Дейрон уворачивался от ее взора, смотрев то на музыкантов, то на гостей. —Вы хорошо себя чувствуете, мой принц? – спросила Элла. Дейрон вздрогнул, не ожидая, что она начнет с ним говорить во время танца. —Честно говоря, миледи, мне не здоровится. Я, пожалуй, вернусь в покои, когда закончится танец. Элла тяжело вздохнула. Она ему противна, вот он и не хочет ее видеть. —Извините, миледи. Мне жаль, – виновато произнес Дейрон. Когда музыка закончилась, они поклонились друг другу в знак учтивости. Потом Дейрон оставил ее одну посреди зала, он и не подумал, каким позором это может обернутся для них. Выглядело так, будто ее отвергли после первого знакомства. Дейрон повернулся к ней спиной, не видя ее разочарованного взгляда, и трусливо ушел посреди зала, породив много помодов для слухов, если ее не пригласят для нового танца, то она будет опозорена. Элла уже собиралась возвращаться за стол, но увидела перед собой Эйриона. —Позволишь? —А у меня есть выбор? – улыбнулась она. Движения Эйриона были намного увереннее, чем у его брата. Он не боялся касаться ее рук, талии смотреть ей в глаза. Элла впервые увидела его, повзрослевшего, настолько близко. Эйрион стал мускулистее, его плечи стали шире и массивнее, лицо не было округлым, как в детстве, оно стало более точеным. Он сильно изменился, только взгляд прежний. У Эйриона были глаза матери. Это мало, кто замечал, но это так. У Дианны Дейн они были ярко-лиловыми, а у Мейкара сиреневыми. —Кто учил тебя танцевать? – поинтересовался Эйрион. —Кузены и брат. Он невозмутимо окинул ее взглядом, после чего произнес: —Неужели в Сидрхолле никто не боролся за право танцевать с тобой? —У нас редко проводятся масштабные пиры. —Или они боялись, что ты им ноги отдавишь. Элла закатила глаза и раздраженно фыркнула. Повисла тишина. —Мой брат настоящий трус и глупец, раз меняет тебя на шлюх. Их взгляды встретились. Элла сильно сжала его плечо, надеясь причинить ему боль. Эйрион дерзко рассмеялся, увидев гнев в ее взгляде. Он взял ее за талию и закружил вокруг себя. Элла не на шутку испугалась, она машинально схватилась за его плечи, как за единственную опору. Эйрион опустил ее. Элла никак не ответила ему. Она только могла злится и гневно смотреть на него, слова словно застряли внутри нее. Наглец. Свинья. Хам. Элла бы сказала ему все это, но походу он и так это знал. А еще знал, что она никуда не денется от него, пока не закончится их танец. Эйрион незаметно убрал ее локоны назад, чтобы рассмотреть ее шею и грудь. Он пристально смотрел на нее, хотя знал, что она принадлежит его брату, а не ему, и вряд ли сможет принадлежать вообще. —Иронично, малышка Элла, но ты красная, как яблоко. Тебе лучше присесть, – тихо прошептал он. Элла весь пир не могла смотреть на него. Она танцевала с другими: принцем Бейлором, его сыновьями, но не могла усидеть в одном пространстве с Эйрионом. Элла до сих пор чувствовала на себе его прожигающий взгляд и жгучие, как огонь, прикосновения к ключицам. В чертоге стало неимоверно душно, даже ледяная вода не спосла бы ее от этой жары. —Тебе нехорошо? – встревоженно спросила Джейн. Голова Эллы кружилась не от танцев и вина а от чего-то другого, было чувство, что она упадет в обморок прямо здесь. —Да, я лучше пойду, – согласилась Элла. Она подошла к принцу Мейкару, чтобы поблагодарить за праздненства и уйти. Элла с детства боялась его сурового вида. После смерти жены характер принца стал тверже. Видимо он настолько любил ее, что его душа умерла вместе с ней. —Спасибо за оказанное гостеприимство, Ваше Высочество. Мне нехорошо, я, пожалуй, вернусь в свои покои, – произнесла Элла. Принц Бейлон, сидящий рядом с братом, обеспокоенным голосом спросил: —Может быть попросить кого-нибудь проводить вас? —Нет, Ваше Высочество, я дойду сама, – заверила всех Элла. Она улыбнулась и учтиво сделала поклон. Вернувшись в комнату, служанки помогли справиться со шнуровкой на ее платье. Элла поблагодарила их и заползла под одеяло, укутываясь в его тепло. Она продолжала повторять себе, что завтра станет днем, когда её помолвка будет разрушена. Элла не верила, даже себе... по большей части.