часть 2 глава VI:озарения .

Анами осталась в тени, растворившись в полумраке коридора, а Узумаки зашла в башню именно в момент сражения её брата. Она остановилась у входа, прислонившись плечом к холодной каменной стене. Отсюда открывался вид на всю арену — и никто из зрителей не обращал на неё внимания, принимая за очередного наблюдателя. Юри видела всё. Как Киба атаковал Наруто с яростной, почти звериной жестокостью. Как Наруто уклонялся, падал, поднимался снова. Как кровь текла по его щеке из рассечённой брови, как он стискивал зубы, отказываясь сдаваться. Она сжала кулаки, когда Киба нанёс очередной удар — сильный, почти сбивающий с ног. Наруто покачнулся, но устоял. Его глаза горели. Вставай, — мысленно приказала она. — Вставай, Наруто. Ты можешь. И он встал. Она видела, как он использовал свою хитрость — превратился в Кибу, обманул противника и его собаку. Как нанёс решающий удар — не силой, а умом. Как Киба рухнул на землю, не в силах продолжать бой. Наруто победил. Юри выдохнула — тихо, но с таким облегчением, будто сама только что вышла из боя. В груди смешались гордость и гнев. Гордость за то, что он не сдался. Гнев за то, что он рисковал собой. Идиот, — подумала она, но в мыслях не было злости. Только страх за него и любовь, которую она никогда не умела выражать словами.                                      *** Юри поднялась выше, ближе к арене, чтобы видеть лучше. Наруто уже пытался встать на ноги, весь в синяках и ссадинах, но улыбался — той самой улыбкой, от которой у неё всегда щемило сердце. Она уже хотела подойти к нему, но заметила движение сбоку. Хината. Девушка с тёмными волосами и застенчивым взглядом приближалась к Наруто, держа в руках маленькую баночку с мазью. Её щёки пылали румянцем, пальцы слегка дрожали, но она не отступала. — Наруто-кун, — тихо сказала она, протягивая баночку. — Это… это мазь. Моя сестра сказала, что она хорошо помогает от синяков. Возьми, пожалуйста. Наруто удивлённо поднял брови, потом нахмурился и помотал головой: — Да не, Хината, я не могу… Мне неудобно. Это твоя мазь, ты сама можешь понадобиться. Он оттолкнул баночку, и Хината уже начала прятать её за спину, смущённо опуская взгляд. Но тут вмешалась Куринай. — Наруто, — сказала она, подходя ближе. — Невежливо отказываться. Кто-то заботится о тебе — это нужно ценить. Наруто замялся, посмотрел на Хинату, потом на Куринай, потом снова на Хинату. Та стояла, потупив взгляд, баночка уже почти скрылась в складках её одежды. — Ладно, — вздохнул Наруто. — Ага, спасибо, Хината. Это мило. Он взял баночку из её рук, повертел её в руках и довольно улыбнулся. Хината подняла глаза, и на её лице расцвела такая счастливая улыбка, что Юри невольно залюбовалась. — Пожалуйста, Наруто-кун, — прошептала Хината и быстро отошла в сторону.                                   *** Юри стояла чуть поодаль, наблюдая за этой сценой, и улыбалась. Тёплой, почти материнской улыбкой. Он не замечает, — подумала она. — Совсем не замечает, как она на него смотрит. Но она заметила. И это грело душу. Она подошла к Наруто, когда Хината уже отошла, а Куринай вернулась к своим ученикам. — Юри-не! — воскликнул он, заметив её. — Ты видела? Я победил! — Видела, — ответила она, скрещивая руки на груди. — Идиот. Зачем ты так рисковал? — Но я победил! — повторил он, надувая губы. — Победил, — согласилась Юри. — И получил кучу синяков. Хорошо, что Хината такая добрая — принесла тебе мазь. Она кивнула в сторону удаляющейся девушки. Наруто проследил за её взглядом и пожал плечами: — Ага, она хорошая. Мы друзья. Юри чуть не рассмеялась вслух. Друзья, — повторила она про себя. — Конечно, друзья. — Дай посмотрю, — сказала она, беря его за подбородок и поворачивая его лицо к свету. Она осмотрела рассечённую бровь, ссадины на скулах, синяки на руках. — Не смертельно, — заключила она. — Но мазь используй. И не забывай менять повязку. — Ты же врач, — ухмыльнулся Наруто. — Могла бы и сама помочь. — На экзамене — нет, — строго сказала Юри. — Самостоятельно справишься. И вообще, у тебя теперь есть мазь от Хинаты. Пользуйся и благодари. Она взъерошила его волосы, и он привычно отмахнулся, но беззлобно. — А теперь иди, — сказала Юри. — Тебя ждут. Наруто кивнул, убрал баночку в карман и направился к выходу с арены, где его уже ждали Сакура и Саске. Юри осталась стоять, глядя ему вслед. — Вырос, — тихо сказала она. — Да, — раздался голос Мэй из тени. — И стал сильнее. — И кое-кто на него смотрит с такими глазами… — добавила Мэй с лёгкой усмешкой. Юри улыбнулась, не оборачиваясь. — Это его дело, — сказала она. — Пойдём. Наше дежурство продолжается. Она растворилась в тени, оставив арену пустой,двигаясь ближе к Хокагэ. Только эхо шагов разносилось по залу — туда, где начинался новый этап экзамена. Новый этап жизни. И, возможно, новая любовь. Но радость длилась недолго. Объявили новых соперников. Все взгляды обернулись на двоих. — Хината Хьюга и Неджи Хьюга. — Они же брат и сестра? — спросила Мэй в коммуникационной печати, оставаясь в тени за колоннами. — Кузины, — ответила Юри, не отрывая взгляда от арены. — Неджи из побочной ветви, а Хината из главной. Но ходят слухи, что, несмотря на это, парень намного сильнее. Она чувствовала это по чакре — холодной, собранной, смертоносной. И по тому, как Хината стояла напротив: напряжённая, бледная, но решительная. Бой начался. Хината проигрывала — и это было понятно с первых секунд. Каждый удар Неджи приходился по её телу: плечи, корпус, ноги — он бил точно, безжалостно, не оставляя шанса. Кровь вырывалась изо рта девушки, разлетаясь мелкими каплями по арене. Юри стиснула зубы. Он не щадит её, — подумала она. — Не смотря на родство. Наруто всячески поддерживал девушку, кричал слова поддержки: — Хината! Держись! Ты можешь! Может, это и давало ей силы? Потому что она продолжала вставать. Снова и снова. Но силы были неравны. Удар — быстрый и неожиданный. Прямо в сердце. Хината Хьюга тут же упала. Экзаменатор — Гекко Хаяте — уже поднял руку, собираясь объявить победителя. Но голос с трибун не дал этого сделать. — Не делайте этого! — крикнул Наруто, вскакивая с места. — Что он задумал? — спросила Мэй. — Не знаю, — так же тихо ответила Юри, вглядываясь в брата. Но что больше всего удивило — это что Хината встала. Забыв о боли, о крови, о разбитых рёбрах — она поднялась. — Хината, ты делаешь ошибку, — повторял кузен, глядя на неё сверху вниз. — Сдавайся. Ты не сможешь победить. Она не сдалась. Последний удар должен был стать решающим для Хинаты. Рука Неджи, наполненная чакрой, была устремлена в её сторону — удар, от которого не спасает ни броня, ни защита. Но вот незадача: сенсеи закрыли её собой. Какаши схватил Неджи за руку, Куринай — за вторую. Гай подхватил сзади, не давая двинуться. А Гекко Хаяте, экзаменатор, закрыл девушку собой. — Ты обещал мне не обращать внимания на ваши проблемы в семье, — сказал Гай, и в его голосе впервые не было привычного энтузиазма — только сталь. — Не влезайте в не своё дело, — процедил Неджи, пытаясь вырваться. Но его держали крепко. Хината начала падать назад — силы окончательно покинули её. Юри не раздумывала ни секунды. Она выскочила из тени, оказалась на арене быстрее, чем кто-либо успел моргнуть, и поймала девушку за секунду до того, как та ударилась головой о каменный пол. — Хината, не двигайся, — приказала она, осторожно опуская её на землю. — Хината! — крикнула Куринай, отпустив руку Неджи и бросаясь к ученице. — Хината, ты как? — подбежали ребята. Саске стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди, но в его глазах читалось беспокойство. — Зачем ты это сделала? — спросил Наруто, опускаясь на колени рядом с ней. Хината с трудом повернула голову, посмотрела на него — и улыбнулась, сквозь кровь, сквозь боль. — Наруто… как ты думаешь… я стала сильнее? Юри не стала ждать ответа. Она направила свою чакру в ладони — зелёный дымок окутал тело Хинаты, проникая в раны, останавливая кровь, снимая боль. — Тори, — позвала она в коммуникационную печать. — Позови врачей. Ей надо в лазарет. Немедленно. — Принято, — ответила Мэй, и в её голосе не было привычной лёгкости.                                   *** Неджи, освободившись от хватки сенсеев, не уходил. Он стоял на арене, глядя на поверженную кузину, и его лицо не выражало ни капли сожаления. — Эй, — начал он, обращаясь к Наруто. — Я дам тебе два совета. Наруто поднял голову. Его глаза горели. — Первый: если ты хочешь стать настоящим шиноби, то не выпендривайся. — Голос Неджи был холоден, как лёд. — А второй: если ты неудачник, то таким и останешься. Наруто тут же разозлился. Его лицо исказила ярость, кулаки сжались — он рванул на парня, готовый броситься на него с голыми руками. Но его тут же остановил Ли — схватил за плечо, не давая двинуться. — Наруто! — крикнул зелёный шиноби. — Не поддавайся на провокации! Юри не стала слушать их спор. Она поднялась, когда Хинату забрали медики, и отошла в сторону, наблюдая за происходящим. Наруто вытер кровь Хинаты с пола — провёл пальцами по каменным плитам, где ещё не высохла алая жидкость. — Я клянусь, что одержу победу! — крикнул он, и его голос разнёсся по всему залу. — Он бросил ему вызов? — спросила Мэй в наушник. — Как видишь, — тихо ответила Юри, не отрывая взгляда от брата. Она видела его глаза — в них горел тот самый огонь, который она знала с детства. Огонь победителя. Огонь того, кто не сдаётся. — Береги себя, Наруто, — прошептала она, растворяясь в тени                                   *** Юри сидела в отдельной комнате — небольшом помещении для наблюдателей, расположенном высоко над главной ареной. Отсюда открывался вид на всё происходящее внизу, но сейчас она не смотрела на бой. Её глаза были закрыты, ладони лежали на коленях. Она пыталась найти чакру Орочимару. Сенсорные способности Узумаки были обострены до предела. Она сканировала пространство вокруг башни, вокруг Леса Смерти, вокруг всей Конохи — но змеиная чакра не отзывалась. Пустота. Где ты? — думала она. — Что задумал? Вдруг — резкий всплеск. Чакра ударила откуда-то снизу, с арены. Мощная, дикая, почти неконтролируемая. Юри открыла глаза и схватилась за коммуникационную печать. — Тори, что у вас там? Голос Мэй в наушнике звучал взволнованно: — Рок Ли… он открыл врата. — Что? — Юри подалась вперёд. — Какие врата? — Первые. Или даже вторые… я не уверена. Он сражается с Гаарой, и его чакра… она бешеная. Слишком сильная для его тела. Юри стиснула зубы. Она знала, что значит открытие врат — техника, дающая невероятную силу, но убивающая пользователя, если он не остановится вовремя. Мысли метались между Ли, Гаарой, Орочимару и Саске, который ждал своего боя. Но оставаться здесь и ждать неизвестно чего было уже бессмысленно. Чакра Орочимару не появлялась. А Саске — без сознания, с заблокированной, но всё ещё пульсирующей печатью — нуждался в защите. — Принято, — сказала Юри. — Мы идём к вам. Она выскользнула из комнаты, бесшумно ступая по каменным коридорам. Мэй уже ждала её внизу, у выхода из башни. — Что с Ли? — спросила Юри, не сбавляя шага. — Его унесли, — ответила Мэй. — Бой остановили. Он не мог двигаться. Тело не выдержало. Юри мрачно кивнула. — Идём. Нужно вернуться к Саске. Они двинулись к больнице быстрым шагом, почти бегом, растворившись в тени. Вокруг было тихо — экзамен продолжался, но звуки боёв доносились лишь отдалённым эхом. — Шиди и Шин уже там? — спросила Юри. — Да. Сидят в комнате. Ничего не случилось, пока нас не было, — ответила Мэй. — Хорошо.                                      *** Они зашли в здание через чёрный ход — так, чтобы никто не заметил. Маски сняли только перед самой палатой, у дверей которой стояли Шиди и Шин. — Кицунэ, — кивнул Шиди, пропуская её внутрь. — Всё тихо. Саске не приходил в сознание. — А чакра? — спросила Юри, проходя в комнату. — Спокойная, — ответил Шин из-за плеча. — Печать не пульсирует. Какаши сделал свою работу хорошо. Юри подошла к кровати. Саске лежал неподвижно, бледный, с закрытыми глазами. Проклятая печать на его шее темнела на коже — молчаливое напоминание о том, что Орочимару не оставил попыток заполучить его. Но сейчас она была заблокирована. Спокойна. Словно спящий зверь. — Ты чувствуешь его? — тихо спросил Шиди, имея в виду Орочимару. Юри покачала головой. — Нет. Он исчез. Не знаю, ушёл из Конохи или просто прячется очень хорошо. Но его чакры нет в пределах моей сенсорики. — Это хорошо или плохо? — спросила Мэй. — Не знаю, — честно ответила Юри. — И это пугает больше всего. Она села на стул у кровати Саске, сложила руки на груди. — Вы остаётесь здесь, — сказала она Шиди и Шину. — Мэй, ты со мной. Мы сходим на арену, посмотрим, что там. Если Орочимару не появится до конца экзамена… значит, его план не связан с этим. — А с чем же? — спросил Шин. Юри посмотрела на Саске. — Возможно, он уже получил то, что хотел. Или ждёт чего-то другого. Она встала, надела маску. — Выдвигаемся. Дорагон, Юнаги — держите нас в курсе. — Принято, — ответил Шиди. Юри и Мэй вышли из палаты, оставив братьев охранять Учиху. — Думаешь, он вернётся? — тихо спросила Мэй, когда они шли по коридору. — Уверена, — ответила Юри. — Орочимару не из тех, кто отступает. Он просто ждёт. Выбирает момент. Она остановилась у выхода, вдохнула свежий воздух. — И мы будем ждать. И будем готовы. Они растворились в тени — туда, где продолжался экзамен, где сражались генины, где будущее Конохи решалось здесь и сейчас. А за их спиной, в маленькой палате, один Учиха спал — и видел сны о брате, о мести, о той силе, что когда-нибудь сделает его непобедимым.                                     *** Прошло достаточно времени. Наруто успел встретить жабьего санина — Джирайю — и стать его учеником. Тренировки шли одна за другой: отработка техник, контроль чакры, изучение призыва. Мальчик рос, менялся, становился сильнее. Но в глубине души всё ещё жила тревога. Сестра снова пропала. Единственные слова, которые он услышал перед её уходом, были те же самые: «Я ухожу ненадолго». И она исчезла. Сначала Юри ещё появлялась в Конохе раз в месяц, проверяла его, оставляла еду, коротко обнимала перед сном. Но потом — тишина. Близились последние этапы экзамена на чунина. Наруто готовился к финальным боям, но мысли о сестре не отпускали. Где она? Что с ней? Почему молчит? Он не знал ответов.                                   *** Храм Огня встретил отряд Теней холодным ветром и серым небом. Юри шла впереди, сжимая в руках кунай, готовая к любому развитию событий. Мэй и Шиди — за её спиной. Шин замыкал. Они вошли внутрь. В центральном зале, на коленях, сидела Мико. Её лицо было бледным, волосы растрёпанными, руки скованы за спиной специальными печатями. Она не сопротивлялась. Не кричала. Просто смотрела в пустоту, словно её здесь не было. Юри остановилась перед ней, положила руки на бёдра. Её взгляд — холодный, безжалостный. — Мико, говори всё, что знаешь, — сказала Юри, резко поднимая кувшин с водой и выливая его на голову девушки. — Кто твой хозяин? Мико вздрогнула, закашлялась, но не подняла головы. Только усмехнулась — тихо, почти беззвучно. — Кицунэ, хватит, — сказал Шиди, делая шаг вперёд. Его голос был тихим, но твёрдым. Юри резко обернулась к нему. В её глазах горел тот самый огонь, который она так долго сдерживала. Гнев, усталость, отчаяние — всё смешалось в одном взгляде. — Как смешно, — усмехнулась Мико, и в её голосе прозвучала горечь. — Заместитель успокаивает своего командира. Шиди не отступил. Он подошёл ближе, положил руку на плечо Юри — легко, почти невесомо. — Я не успокаиваю ее, — сказал он,поворачивая голову на Юри— Я напоминаю: ты устала. Ты ищешь ответы, которых здесь нет. Мико не знает больше того, что уже сказала. Юри сбросила его руку, но не отошла. Она смотрела на Мико, пытаясь прочитать её мысли, её страх, её ложь. — Ты знаешь, — сказала она. — Просто боишься говорить. Мико подняла голову. Её глаза — голубые, когда-то полные ненависти, теперь выглядели пустыми. — Я знаю только то, что он приходил, — сказала она. — Дважды. Спрашивал о тебе. О том, где ты находишься, когда появляешься, с кем встречаешься. Я ничего не сказала. — Почему? — спросила Мэй, входя в зал. Мико усмехнулась — горько, устало: — Потому что я не хочу, чтобы он получил то, что хочет. Даже если это не спасёт меня. Юри опустила руки. Напряжение в её плечах чуть ослабло. — Его имя, — сказала она. — Или хотя бы описание. Мико закрыла глаза. — Я видела его лицо только один раз, — сказала она. — Шрамы. Много шрамов. И татуировка на левой руке — змея, обвивающая меч. Тишина. — Это не Орочимару, — сказал Шиди. — Нет, — согласилась Юри. — Но это связано с ним. Или с теми, кто использует его методы. Она повернулась к Мико: — Ты останешься здесь. Под охраной. Если он снова придёт — ты сообщишь нам. — А если не придёт? — спросила Мико. — Тогда мы найдём его сами, — ответила Юри. Она вышла из зала, оставив Мико сидеть на коленях в одиночестве.                                   *** Шиди догнал её у выхода. — Ты не веришь ей? — Верю, — ответила Юри, не оборачиваясь. — Но боюсь, что она сама не знает всей правды. — Ты устала, — сказал он. — Я знаю. — Ты должна отдохнуть. — Я знаю. Шиди остановился, положил руку на её плечо, заставляя остановиться. — Юри, — сказал он. — Ты не сможешь защитить всех, если не будешь защищать себя. Она обернулась. В её глазах блестели слёзы — непролитые, спрятанные глубоко внутри. — Я обещала Наруто, что вернусь, — сказала она. — А сама сижу здесь, когда он там, на экзамене, один. — Он не один, — сказал Шиди. — У него есть Джирайя. Есть Сакура и Саске. Есть все, кто верит в него. — А у меня есть только долг, — тихо ответила Юри. Она вырвала плечо и пошла дальше — в темноту, в холод, в неизвестность.                                    *** Шиди догнал её у выхода. — Ты не веришь ей? — Верю, — ответила Юри, не оборачиваясь. — Но боюсь, что она сама не знает всей правды. — Ты устала, — сказал он. — Я знаю. — Ты должна отдохнуть. — Я знаю. Шиди остановился, положил руку на её плечо, заставляя остановиться. — Юри, — сказал он. — Ты не сможешь защитить всех, если не будешь защищать себя. Она обернулась. В её глазах блестели слёзы — непролитые, спрятанные глубоко внутри. — Я обещала Наруто, что вернусь, — сказала она. — А сама сижу здесь, когда он там, на экзамене, один. — Он не один, — сказал Шиди. — У него есть Джирайя. Есть Сакура и Саске. Есть все, кто верит в него. — А у меня есть только долг, — тихо ответила Юри. Она вырвала плечо и пошла дальше — в темноту, в холод, в неизвестность.                                     *** Юри вернулась в свою комнату в храме. Она сидела за столом, уставившись на разложенные перед ней карты и свитки. Перед глазами всё плыло — усталость, напряжение, бессонные ночи давали о себе знать. Но она не могла остановиться. Должна была найти ответ. В голове крутились обрывки фраз Мико: «шрамы… много шрамов… татуировка — змея, обвивающая меч…» Что-то щёлкнуло. Она резко встала, смахнув со стола все принадлежности. Свитки, карты, кунаи — всё разлетелось по полу с громким звоном. — Чёрт! — крикнула Юри, ударив кулаком по столу. Дверь приоткрылась, и на пороге появился Шин. Он выглядел встревоженным, но сдержанным. — Юри? — спросил он тихо. — Что случилось? Она повернулась к нему. Глаза горели, дыхание было прерывистым — от усталости и внезапного прозрения. — Я кажется догадалась, кто может быть её хозяином, — сказала Узумаки. Шин шагнул в комнату: — Кто? Юри сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Этот человек не связан с Орочимару, — начала она. — Это он и есть. Точнее… его прошлое обличие. Шин нахмурился: — Ты хочешь сказать, что «хозяин» — это сам Орочимару? Но он же… — Не в нынешнем теле, — перебила Юри. — В прошлом. Перед тем, как он начал менять тела. Те шрамы, татуировка — я видела что-то подобное в старых архивах Анбу. Это его ранняя форма. Когда он только начинал свои эксперименты. Шин открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент в комнату ворвалась Мэй. Она была бледна, дыхание сбито, а в голосе звучала паника. — Капитан! — крикнула она. — Коноха в опасности! Орочимару напал на деревню! Юри замерла. В ушах зазвенело. — Что? — переспросила она, хотя уже слышала каждое слово. — Он прорвался на экзамен. Атакует Хокагэ. Говорят, хочет уничтожить всё, — добавила Мэй. Юри уже не слушала. Она сорвалась с места, выбежала из комнаты, на бегу натягивая маску. — Шин! Мэй! Собирайте отряд! — крикнула она, не оборачиваясь. — Мы выдвигаемся сейчас же! — А Мико? — крикнул Шин вдогонку. — Оставьте её под охраной! — ответила Юри. — Коноха важнее! Она выбежала во двор храма, где уже стояли Шиди и остальные. Ветер бил в лицо, но она не чувствовала холода. Только одно желание — быть там. Быстро. Как можно быстрее. — Выдвигаемся! — скомандовала она. — Бежим на предельной скорости. Времени нет. Отряд сорвался с места, растворяясь в ночи. Юри бежала впереди, и в голове билась одна мысль: «Наруто, держись. Я уже рядом. Я не дам тебя в обиду».                                    Лес мелькал за спиной. Деревья, камни, кусты — всё сливалось в одно пятно. Юри не чувствовала усталости, не чувствовала боли в мышцах. Только холодная, сконцентрированная решимость. Где-то там, впереди, горела Коноха. Где-то там был её брат. И она готова была сжечь весь мир, чтобы защитить его.