часть 2 глава V:страх из прошлого.

Неделя прошла быстро. Слишком быстро — как вода сквозь пальцы, как утренний туман под лучами солнца. Отряд Теней занимал свои позиции ещё затемно, когда Коноха только просыпалась, а первые птицы начинали робкие трели. Юри стояла на крыше здания, откуда открывался вид на учебный корпус — то самое место, где проводился письменный экзамен. Серая форма Анбу скрывала её фигуру, маска — лицо, но глаза — зелёные, острые — не пропускали ни одной детали. Она не имела права вмешиваться. Экзамен есть экзамен. Но если вдруг — если кто-то попытается навредить её брату, его друзьям, другим детям, которые просто хотят стать сильнее… Она не будет стоять в стороне. Отряд был раскидан по всей территории деревни. Шиди занял позицию у восточных ворот — наиболее вероятное направление для внешней угрозы. Мэй скрылась в тени у академии , её техники сокрытия делали её практически невидимой. Шин патрулировал западный сектор, Шу бесшумно следовал за хозяином, готовый в любой момент броситься в бой. Четверо теней. Четверо стражей. Но сердце Юри было там — за стенами учебного корпуса, где генины сражались не с оружием в руках, а с собственными страхами и надеждами.                                      *** Первый этап прошёл быстро. Письменный экзамен. Испытание, где главным врагом была не логика и не знание ответов, а страх разоблачения. Юри знала эту тактику — её саму так проверяли, когда она была молодой и глупой. Проверяли на умение жульничать так, чтобы не поймали. Проверяли на волю. В глубине души она переживала за Наруто. Конечно, переживала. Как можно не переживать за того, кто дороже всех? Она представляла, как он сидит за партой, крутит карандаш в пальцах, морщит лоб над вопросами, на которые не знает ответов. Как он, возможно, ёрзает на месте — не от неуверенности, а от нетерпения. Надеюсь, он не наломает дров, — подумала Юри и тут же усмехнулась под маской. Когда это Наруто не наломает дров? Но в глубине — глубоко, там, где она редко позволяла себе быть слабой — она верила в него. В его упрямство. В его способность выкрутиться даже из самой безнадёжной ситуации. В его сердце, которое никогда не врёт. Верила и в остальных. В Саске, который слишком горд, чтобы проиграть. В Сакуру, которая умнее, чем кажется. В других генинов — тех, кто пришёл из других деревень, кто смотрел на Коноху с надеждой или вызовом. Они — наше будущее, — думала Юри, глядя на закрытые двери корпуса. — Каждый из них. И пусть не все пройдут. Пусть кто-то вернётся домой с горечью поражения. Но те, кто останутся — станут сильнее. И однажды примут эстафету из рук тех, кто сейчас стоит на страже их сна.                                 *** — Слышала, письменный закончился, — голос Мэй раздался в наушнике, чуть насмешливый, но беззлой. — Как думаешь, много отсеяли? — Неважно, — коротко ответила Юри. — Те, кто достоин — пройдут. — Ого, какая ты сегодня философ, кэп, — усмехнулась Мэй. — Ладно, возвращаюсь на пост. Юри не ответила. Она смотрела на дверь, из которой уже начали выходить первые генины. Кто-то шёл, опустив голову, кто-то — с гордой улыбкой. Её взгляд искал светлую макушку. Увидела. Наруто выбежал чуть ли не вприпрыжку, что-то оживлённо рассказывая Сакуре и Саске. Он был весь в движении — растрёпанный, потный, но жутко довольный. Сакура рядом улыбалась, Саске шёл с каменным лицом, но в его глазах тоже читалось облегчение. Они прошли. Юри выдохнула — так тихо, что никто не услышал. Первый этап, — подумала она, провожая брата взглядом. — Самый простой. Дальше будет сложнее. Но сегодня — сегодня они заслужили право продолжать. И она, капитан отряда Теней, невидимая защитница этой деревни, будет рядом. Не вмешиваясь. Но всегда готовая.                                   *** — Юри! — крикнул младший брат, влетая в дом. — Я сдал! Узумаки обернулась на крик, отрываясь от плиты. Пару минут назад она была ещё в форме Анбу, но сейчас уже переоделась в обычную домашнюю одежду. Раскинув руки, она обняла Наруто. — Я в тебе не сомневалась, — сказала она. — Это надо отпраздновать! Они отправились в Ичираку Рамен, где так любил проводить время Наруто. Лапша дымилась в мисках, мальчик уплетал её за обе щеки, рассказывая о своих планах. Юри слушала, улыбалась, но в глубине души засела тяжёлая мысль. — Ты теперь будешь чаще дома? — спросил Наруто, отодвигая пустую миску. — Да, — ответила Юри. — Моя долгая миссия закончена. Но я всё ещё капитан Анбу, поэтому буду часто дежурить ночью. Но каждую свободную минуту я буду с тобой. Обещаю. Наруто нахмурился, но кивнул. Он привык, что сестра всегда возвращается.                                     **** Ночью Юри ушла на дежурство. Она стояла на крыше административного здания — в чёрной форме Анбу, с маской на лице. Ветер шевелил волосы, луна пряталась за облаками. Она проверяла периметр вместе с отрядом: Шиди, Мэй и Шин докладывали о тишине. Ничего не происходило — спокойная ночь, каких в её работе было немного. — Кицунэ, у тебя всё нормально? — спросил Шиди. — Всё хорошо, — ответила Юри. — Просто думаю о доме. Перед рассветом она вернулась, приготовила завтрак и, пока Наруто ещё спал, отправилась к дому Саске. Он жил на окраине деревни — в небольшом аккуратном доме. Юри оставила у порога свёрток с едой, как делала уже много раз. — Саске, я знаю, ты не хочешь меня видеть, — тихо сказала она. — Но я не могу не приходить. Дверь приоткрылась. Саске стоял на пороге — уставший, с колючим взглядом. — Зачем ты это делаешь? — спросил он. — Мне не нужна твоя жалость.Я сказал тебе уже «спасибо» и просто больше не приходить. — Это не жалость, — твёрдо ответила Юри. — Я не брошу тебя. Даже если ты меня прогонишь. Саске молчал, потом скрылся в доме, но дверь не закрыл. Юри постояла ещё немного и ушла.                                   *** В этот же день,после встречи с Саске Юри пришла на тренировочное поле. Она договаривалась с Асумой — хотела отточить пару приёмов против кнутовидного оружия. Но когда на горизонте показались Асума и трое его генинов, она поняла: планы меняются. — Асума, как я поняла, наша тренировка отменяется? — спросила Юри. Асума виновато развёл руками: — Прости, мне надо провести им тренировку. Давай завтра? — Может, я проведу им? — предложила девушка. — Вдруг они встретят на втором этапе противника сложнее? Тем более с Шикамару мы уже знакомы, с остальными, думаю, тоже подружимся. Асума задумался, потом кивнул: — Ладно. Но без фанатизма. — Договорились. Она повернулась к генинам. — Вы должны попытаться меня достать. Я буду только уклоняться и блокировать. Никаких ответных атак. — А если мы случайно попадём? — спросил Чоджи. — Не попадёте, — спокойно ответила Юри.                                       *** Тренировка началась. Чоджи атаковал первым — мощно, но предсказуемо. Юри ушла в сторону, небрежно уклонилась от удара Ино, перехватила сюрикен на лету. Шикамару пытался захватить её тенью, но она уходила с траектории. — Футон: Дайтоппа, — выдохнула она, создавая небольшой вихрь, чтобы сбить их с ритма. — Она использует ветер! — удивился Чоджи. — Не отвлекайтесь, — напомнила Юри. Когда они атаковали втроём, она коснулась земли ладонями: — Мокутон: Мокусеки. Из земли выросла небольшая деревянная стена, сбившая атаку Чоджи. — Дерево?! — воскликнула Ино. — Концентрация, — повторила Юри. Она не использовала сильные техники — только малые отвлекающие приёмы. Но этого хватило, чтобы генины потеряли ритм. Через полчаса Юри остановилась: — Достаточно. Вы не безнадёжны. Шикамару выдохнул: — Спасибо на добром слове. — Это не комплимент, — усмехнулась Юри. — Работать есть над чем. Она попрощалась и направилась к выходу. — Она крутая, — тихо сказала Ино. — Ага, — согласился Чоджи, доставая чипсы. Шикамару промолчал, но подумал, что с такой наставницей можно многому научиться. А Юри, уходя, улыбалась. Может, тренировка и не состоялась так, как планировалось, но она не зря потратила время. Ребята увидев,что Узумаки ушла,отправились на второй этап.                                     *** Лес Смерти встречал гостей тяжёлым, влажным воздухом и запахом гниющей листвы. Высокие деревья тянулись к небу, переплетаясь кронами так плотно, что солнечный свет едва пробивался сквозь эту живую крышу. Где-то в глубине раздавались крики птиц — резкие, предупреждающие. Генины уже собрались у входа. Команда за командой подходили к воротам, получали инструкции, проверяли снаряжение. Наруто, Саске и Сакура стояли чуть поодаль, ожидая начала. Наруто что-то возбуждённо рассказывал, жестикулируя, Саске, как всегда, молчал, а Сакура поправляла сумку с медицинскими принадлежностями. Их не видели. И не должны были увидеть. Отряд Теней появился позже — специально, чтобы остаться незамеченным. Юри, Шиди, Мэй и Шин заняли позиции на верхних ветках деревьев, окружавших поляну. Чёрные маски Анбу скрывали лица, чакра была подавлена до минимума. Со стороны они казались частью леса — тенями среди теней. — Всем занять позиции, — тихо произнесла Юри в коммуникационную печать. — Наблюдаем, но не вмешиваемся. Если что-то пойдёт не так — сигнал. — Принято, — отозвались трое. Снизу донёсся голос Анко — громкий, почти весёлый. Она стояла у ворот, широко улыбаясь, будто дети отправлялись не на смертельно опасное испытание, а на пикник. — Добро пожаловать на второй этап экзамена на чунина! — провозгласила она, уперев руки в бока. — Надеюсь, вы готовы к Лесу Смерти. Потому что назад дороги нет! Юри смотрела на неё сверху, и её губы под маской чуть дрогнули в усмешке. Анко всегда была такой — энергичной, слегка безумной, с той особой жестокостью, которая отличает тех, кто сам прошёл через многое. Генины начали расходиться по воротам, ведущим в лес. Юри проводила взглядом Наруто — он шёл бодро, почти бежал, таща за собой Саске. Сакура семенила следом, оглядываясь по сторонам. — Будьте осторожны, — прошептала Юри одними губами. Через несколько минут поляна опустела. Анко осталась одна, проверяя списки и поглядывая на часы. — Выходите, — сказала она громко, не поднимая головы. — Я знаю, что вы здесь. Юри спрыгнула с ветки, приземлившись почти бесшумно. Шиди, Мэй и Шин последовали за ней. — Анко, — поприветствовала её Юри, снимая маску. — Давно не виделись. — Юри, — Анко скрестила руки на груди, окидывая их взглядом. — Разве вам не дали задание охранять Коноху? Что вы забыли здесь, в Лесу Смерти? — Прости, Анко, — ответила Юри, убирая маску за пояс. — Есть подозрение, что среди детей находится человек, который выдает себя за другого. Улыбка на лице Анко медленно исчезла. Она нахмурилась, подалась вперёд: — Что значит «выдаёт себя за другого»? Ты хочешь сказать, что кто-то проник на экзамен под чужим именем? — Возможно, — кивнула Юри. — Мы не знаем точно. Но Хокагэ приказал нам проверить. Слишком много странных совпадений в этом году. Анко задумалась, постукивая пальцем по губе: — Я не замечала ничего подозрительного. Все участники прошли регистрацию, их документы были проверены… — Документы можно подделать, — вмешался Шиди, стоявший чуть позади Юри. — А чужака можно спрятать среди толпы. — Мы не будем мешать проведению экзамена, — добавила Юри. — Будем наблюдать со стороны. Если ничего не случится — мы уйдём тихо. Если же наша информация подтвердится… — Вы вмешаетесь, — закончила Анко. — Именно. Анко вздохнула, покачала головой: — Ладно. Делайте, что должны. Но если кто-то из ваших помешает экзамену… — Не помешаем, — твёрдо сказала Юри. Она снова надела маску, и отряд растворился в тени леса — туда, где уже начался второй этап экзамена на чунина. Где среди молодых шиноби, возможно, прятался тот, кто не должен был там находиться. Анко осталась одна перед закрытыми воротами. — Чёрт, — тихо выругалась она. — Почему всё всегда так сложно?                                    *** Прошло несколько часов с начала второго этапа. Лес Смерти жил своей жизнью: где-то вдалеке раздавались крики, лязг металла, взрывы техник. Отряд Теней передвигался бесшумно, перепрыгивая с ветки на ветку, оставаясь невидимыми для участников экзамена. Юри шла впереди, сканируя пространство. Её сенсорные способности были обострены до предела — она чувствовала каждую вспышку чакры, каждое движение в радиусе нескольких километров. Внезапно она остановилась. Резко, будто налетела на невидимую стену. На пару секунд её правая рука дрогнула — едва заметно, но Шиди, шедший следом, заметил. — Кицунэ? — тихо спросил он, замирая рядом. — Всё хорошо? Юри не ответила сразу. Она стояла неподвижно, прикрыв глаза, пытаясь сфокусироваться на ощущении, которое только что пронзило её сознание. Холод. Липкий, тягучий холод, знакомый до боли. — На севере, — наконец произнесла она, открывая глаза. — Я отдалённо чувствую чакру. — Чью? — спросил Шин, подтягиваясь ближе. Юри помолчала, собираясь с мыслями. Это была та самая чакра — скользкая, как змеиная кожа, пугающая в своей неестественной силе. — Будто это та чакра… Орочимару, — тихо сказала Узумаки. — Но я не уверена. Слишком далеко, слишком слабо. Мэй, сидевшая на соседней ветке, напряглась: — Орочимару? Он же предатель. Что он забыл в Лесу Смерти? — Ничего хорошего, — ответил Шиди. Юри снова закрыла глаза, углубляя сенсорику. В этот раз она почувствовала больше — не только холодную, змеиную чакру, но и знакомые вспышки. — С ним ещё и отряд номер семь… — её голос дрогнул. Шин выругался сквозь зубы: — Наруто там? — Да, — Юри уже не говорила — она действовала. — И Саске. И Сакура. Она развернулась на север, её пальцы сами сложились в боевую печать. — Кицунэ, — предостерегающе сказал Шиди. — Мы не должны вмешиваться. Экзамен есть экзамен. — Я знаю, — отрезала она. — Но если там действительно Орочимару, то это уже не экзамен. Это угроза для жизни генинов. — А если ты ошибаешься? — спросил Шин. — Если это просто сильный участник с похожей чакрой? Юри посмотрела на него. Даже через маску было видно, как горят её глаза. — Я не ошибаюсь, — твёрдо сказала она. — Я чувствовала эту чакру раньше. Когда он похитил меня. Когда я была в его лаборатории. Мэй побледнела: — Ты хочешь сказать… — Я хочу сказать, что мы должны проверить, — перебила Юри. — Дорагон, Юнаги, Тори — остаётесь здесь. Наблюдаете за периметром, фиксируете всё необычное. Я иду одна. — Исключено, — Шиди шагнул к ней. — Мы отряд. Мы действуем вместе. — Это приказ, — Юри повысила голос. — Я не хочу рисковать всеми. Если это ловушка — кто-то должен предупредить Хокагэ. — А если ты попадёшь в эту ловушку? — спросила Мэй. — Кто тогда спасёт тебя? Юри на мгновение замерла. Потом её голос стал тише, но твёрже: — Я справлюсь. Я уже была у него в руках — и вырвалась. В этот раз я не дам себя поймать. Она развернулась и прыгнула на следующую ветку, направляясь к северной части леса. Шиди хотел последовать за ней, но Шин схватил его за рукав: — Не надо. Она права. Если она ошиблась — мы нужны здесь. Если нет — её не остановить. Шиди стиснул зубы, но кивнул: — Будь осторожна, Кицунэ. Мы на связи. — Принято, — донеслось в ответ. Юри уже скрылась в густой листве, оставив отряд наблюдать за её удаляющейся чакрой. Мэй нервно теребила край плаща: — Она справится? — Должна, — ответил Шиди, хотя в его голосе не было уверенности. — Она сильнее, чем думает. А вдалеке, там, где чакра Орочимару сталкивалась с тремя маленькими, но яркими огоньками команды номер семь, уже начиналось то, что изменит их всех.                                    *** Юри следовала на север, прыгая с ветки на ветку, не сбавляя скорости. Чакра Орочимару становилась всё ближе — холодная, липкая, пугающая. Но вместе с ней она чувствовала и три маленьких огонька. Команда номер семь. Наруто, держись, — думала она, перепрыгивая через поваленное дерево. — Я уже близко. Внезапно она резко остановилась. Прямо на ветке, замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Чакра Орочимару… она сместилась. Ушла в сторону. Отошла от детей. Юри выдохнула — с облегчением, с короткой радостью. — Хоть дальше от детей, — прошептала она. Она сменила направление, двинувшись туда, где теперь чувствовалась змеиная чакра. И там, на небольшой поляне, она увидела их. Орочимару стоял в центре, склонившись над Анко. Его длинные тёмные волосы падали на лицо, бледные пальцы касались её щеки — почти нежно, почти ласково. Анко застыла, не двигаясь. Её глаза были широко раскрыты, в них застыли страх и что-то ещё... боль? — Ты всё ещё злишься на меня? — спросил мужчина, гладя щеку Анко. Его голос — тихий, шипящий — разнёсся по поляне, заставляя воздух вокруг сгуститься. Юри не стала ждать ни секунды. — А ну убрал от неё руку, ублюдок! — крикнула она, выхватывая катану и занося её для удара. Лезвие блеснуло в лучах заката, пробивающихся сквозь кроны. Юри встала между Орочимару и Анко, закрывая подругу собой. Её дыхание было тяжёлым после бега, но рука с катаной не дрожала. — О, маленькая Узумаки, — протянул Орочимару, и его губы растянулись в змеиной улыбке. — А ты выросла. Я помню тебя. Ту самую девочку с интересной кровью. — Не смей подходить, — процедила Юри, сжимая рукоять катаны. Орочимару рассмеялся — тихо, шипяще, будто змея перед броском. Его глаза скользнули по её фигуре, остановились на кулоне, затем снова поднялись к лицу. — Когда-нибудь я и тебя заполучу, — произнёс он, и в его голосе прозвучала почти ласковая угроза. — Когда твой спасатель будет далеко. Юри стиснула зубы, но не двинулась с места. — А деревня будет уничтожена, если помешает, — добавил он, делая шаг назад. — Передай это своим. Он растворился в тени деревьев, оставив после себя лишь лёгкий холодок и запах змеиной кожи. Юри не опускала катану, пока его чакра не исчезла из радиуса чувствительности. Только тогда она перевела взгляд на Анко, вставая перед ней. — Ты что тут делаешь? — спросила она. Анко выглядела бледной. Её руки дрожали, дыхание было прерывистым, на шее проступали тёмные вены — последствия проклятой печати. — Я… я узнала, что здесь он, — ответила она, опуская глаза. — И поспешила. — Ты в порядке? — спросила Узумаки, замечая её состояние. — Техника… действует на меня, — прошептала Анко, прижимая руку к шее. — Когда он рядом, печать активируется. Я не могу это контролировать. Юри опустилась на корточки рядом с ней: — Давай помогу. Она направила свою чакру в ладони — тёплую, зелёную, целебную — и осторожно коснулась шеи Анко. Техника медицинского дзюцу мягко обволокла проклятую печать, успокаивая пульсацию, снимая боль. Анко выдохнула — с облегчением, с благодарностью: — Спасибо… легче. — Как дети? — спросила Юри, не убирая рук. — Команда номер семь? — Я не знаю, — ответила Анко, качая головой. — Мы не должны вмешиваться, да и Орочимару ушёл. Они сами. Должны справиться сами. Юри помолчала, обдумывая её слова. — Ты права, — наконец сказала она, убирая ладони. — Экзамен есть экзамен. Они должны пройти через это сами. — Но ты всё равно волнуешься, — заметила Анко. — Всегда, — призналась Юри. — Каждый раз, когда он в опасности. Но я верю в него. Она помогла Анко подняться и огляделась: — Нам пора возвращаться. Отряд ждёт. — Да, — кивнула Анко. — Иди. Я догоню. — Уверена? — Уверена. Юри посмотрела на неё — в глаза, в которых всё ещё застыла боль, но появилась и решимость. — Береги себя, Анко. — И ты, — ответила та. Юри развернулась и прыгнула на ветку, направляясь обратно к отряду. Анко осталась на поляне, глядя в ту сторону, куда скрылся Орочимару. — Ты не получишь её, — прошептала она. — И не получишь деревню. Я не позволю. Она поправила плащ и пошла в противоположную сторону — туда, где её ждали обязанности экзаменатора.                                     **** Рассвет только начинал окрашивать небо в бледно-розовые тона, когда отряд Теней собрался в небольшом помещении на окраине Конохи — их временном штабе. Стены были увешаны картами, на столе лежали свитки с отчётами, в углу догорала свеча. Юри сидела во главе стола, сняв маску. Её лицо было бледным после бессонной ночи, но глаза оставались ясными и сосредоточенными. Шиди, Мэй и Шин расположились напротив, каждый с блокнотом для записей. — Докладывайте, — сказала Юри, складывая руки на столе. Шиди начал первым: — Северный сектор чист. За ночь — никаких перемещений. Несколько команд генинов прошли через нашу зону, но все они были в рамках экзамена. Ничего подозрительного. — Восточный сектор аналогично, — добавила Мэй. — Одна команда задержалась у ручья, но они просто отдыхали. Мы проверили их чакру — всё чисто. Шин отложил блокнот: — Западный сектор. Там было оживлённее. Две стычки между командами, но без серьёзных последствий. Один генин получил лёгкое ранение, его команда оказала первую помощь. Мы не вмешивались. Юри кивнула, обдумывая услышанное. — Хорошо. А теперь — то, что произошло в северной части. Вчера я обнаружила чакру Орочимару. Шиди напрягся, Мэй перестала крутить ручку, Шин прищурился. — Он был в Лесу Смерти, — продолжила Юри. — Я чувствовала его чакру. Она была… слабее, чем в прошлый раз, но это точно был он. Я не ошибаюсь. — Он напал на генинов? — спросил Шин. — Напал на команду номер семь, — ответила Юри. — Но они справились. Наруто, Саске и Сакура выжили. Орочимару ушёл, когда я приблизилась. — Почему ты не вступила в бой? — спросила Мэй. Юри помолчала, собираясь с мыслями. — Он был рядом с Анко. Проклятая печать активировалась, она не могла двигаться. Я… я выбрала защитить её. И Орочимару ушёл сам. Сказал, что вернётся. — Что именно он сказал? — спросил Шиди. — Сказал, что когда-нибудь заполучит меня. И что деревня будет уничтожена, если помешает, — тихо ответила Юри. В комнате повисла тишина. — Он угрожает Конохе, — наконец произнёс Шин. — Он всегда угрожал, — ответила Юри. — Просто теперь — открыто. Поэтому мы должны быть готовы. Она встала, подошла к карте на стене. — Орочимару не просто так появился на экзамене. Ему что-то нужно. Возможно, Саске. Возможно, информация. Возможно, он просто проверяет наши силы. — Что думаешь делать? — спросил Шиди. Юри обернулась к отряду: — Мы продолжаем наблюдение. Но теперь — с удвоенной осторожностью. Если Орочимару вернётся, я хочу знать об этом первой. Не вмешиваемся, пока он не нападёт на генинов. Но если он приблизится к команде номер семь… — Мы вмешаемся, — закончил Шин. — Именно, — кивнула Юри. —Шиди, ты сегодня берёшь северный сектор.Шин — западный.Мэй — восточный. Я буду в центре, следить за перемещениями. — А если Орочимару появится снова? — спросила Мэй. — Тогда я пойду к нему, — твёрдо сказала Юри. — И на этот раз не отпущу. Она села обратно на место, посмотрела на товарищей. — Вопросы? — Нет, — ответили трое хором. — Тогда свободны. Доклад Хокагэ я напишу сама. Отдыхайте до вечера — ночь будет тяжёлой. Отряд начал расходиться. Шиди задержался у двери: —Принцесса … ты уверена, что справишься? С ним? Юри подняла на него глаза: — Должна. Другого выхода нет. Он кивнул и вышел. Юри осталась одна, глядя на карту. Её взгляд скользнул к северной части Леса Смерти — туда, где прошлой ночью она чувствовала чужую чакру. — Орочимару, — прошептала она. — Что ты задумал? Она взяла чистый свиток и начала писать доклад Хокагэ — чётко, по делу, без лишних эмоций. О том, что видела, о том, что слышала, о том, что чувствовала. О том, что Коноха в опасности. И о том, что она сделает всё, чтобы эту опасность устранить.                                                                         *** Резиденция Хокагэ встретила Юри привычной тишиной и запахом старой бумаги. Она прошла по коридору, миновала охрану, которая пропустила её без вопросов — лицо капитана Анбу здесь знали хорошо. Хокагэ сидел за своим столом, попыхивая трубкой. Его усталые глаза поднялись на вошедшую девушку, и он жестом пригласил её сесть. — Юри, — приветствовал он. — Я слышал, у тебя есть что рассказать. — Да, Хокагэ-сама, — она села напротив, положив на стол запечатанный свиток. — О событиях прошлой ночи. Сарутоби кивнул, откладывая трубку. — Я слушаю. Юри выпрямилась, сложила руки на коленях и начала рассказ — чётко, по делу, без лишних эмоций. — Второй этап экзамена проходит в штатном режиме. Отряд Теней рассредоточен по периметру Леса Смерти, наблюдение ведётся непрерывно. Генины действуют согласно регламенту. Но прошлой ночью произошло нечто, выходящее за рамки экзамена. Она сделала паузу, собираясь с мыслями. — Я почувствовала чужую чакру. Холодную, очень сильную. Я узнала её — это был Орочимару. Хокагэ нахмурился, но не перебил. — Он проник в Лес Смерти. Находился там несколько часов, предположительно контактировал с одним из участников экзамена. Я зафиксировала его присутствие рядом с командой номер семь. — С командой Наруто? — голос Хокагэ стал жёстче. — Да, — кивнула Юри. — Но когда я приблизилась, он уже ушёл. Оставил после себя только… следы своей чакры. Она помолчала, затем продолжила: — Я встретила в лесу Анко. Она тоже почувствовала его приближение — проклятая печать на её шее активировалась. Я помогла ей чакрой, сняла напряжение. — Анко в порядке? — спросил Сарутоби. — Да, Хокагэ-сама. Она осталась на посту, сказала, что справится. Юри опустила взгляд на свои руки, затем снова подняла глаза на старика. — Но есть ещё кое-что. Я предполагаю, что Орочимару мог оставить проклятую печать ещё на ком-то. На ком-то из генинов. Хокагэ замер. Его лицо стало непроницаемым. — Почему ты так думаешь? — Его чакра пульсировала странно, — ответила Юри. — Не равномерно, как обычно, а с резкими всплесками. И ещё… когда я подошла к поляне, он склонился над ней, гладил её щеку. Будто проверял, как действует его техника. Зачем ему это делать, если не собирается использовать её снова? Она сделала глубокий вдох. — Я считаю, что Орочимару ищет новые тела. Новых носителей для своих экспериментов. А экзамен на чунина — идеальное место, чтобы присмотреть жертву. Молодые, талантливые, полные сил генины. Кто-то из них мог привлечь его внимание. — Ты знаешь, кто именно? — спросил Хокагэ. — Предполагаю, но не уверена, — ответила Юри. — Слишком много совпадений. Команда номер семь — они были ближе всех к нему. Саске — Учиха с пробуждающимся Шаринганом. Это могло заинтересовать Орочимару. Хокагэ молчал долго. Потом встал, подошёл к окну, глядя на просыпающуюся Коноху. — Если твои предположения верны… это очень серьёзно, — тихо сказал он. — Проклятая печать не просто техника. Она меняет человека, подчиняет его волю, медленно убивает. — Я знаю, — ответила Юри. — Поэтому и пришла к вам. Вы должны знать, что среди участников может быть носитель печати. — Ты предлагаешь что-то предпринять? — спросил Хокагэ, оборачиваясь. Юри покачала головой: — Нет. Экзамен есть экзамен. Мы не имеем права вмешиваться без прямых доказательств. Я просто докладываю о том, что видела и чувствовала. Решение — за вами. Хокагэ задумался. Потянулся к трубке, раскурил её, выпустил облако дыма. — Ты поступила правильно, — наконец сказал он. — Я проверю эту информацию. Но пока — никаких официальных действий. Наблюдайте, как и раньше. Если Орочимару вернётся… — Если Орочимару вернётся, — перебила Юри, — я имею право действовать по своему усмотрению? Как капитан Анбу? Хокагэ посмотрел на неё долгим взглядом. — Да, — кивнул он. — Как капитан Анбу. Но только если возникнет прямая угроза жизни генинов. — Поняла, — Юри встала, взяла свиток со стола. — Доклад окончен. Я вернусь на пост. — Юри, — окликнул её Хокагэ уже у двери. Она обернулась. — Ты веришь, что Наруто справится? Юри улыбнулась — едва заметно, но искренне. — Он справится. Он всегда справляется. Она вышла из кабинета, оставив Хокагэ одного с его мыслями. Старик снова повернулся к окну, глядя на Лес Смерти, темнеющий на горизонте. — Орочимару, — прошептал он. — Что ты задумал на этот раз?                                 *** Прошло пять дней. Второй этап экзамена на чунина закончился. Лес Смерти, ещё недавно сотрясаемый криками и взрывами техник, снова погрузился в тишину. Только ветер шелестел листвой да где-то вдалеке кричали птицы. Юри и её отряд сменили дислокацию. Теперь они охраняли Саске. Мальчик лежал на больничной койке в одном из помещений на окраине Конохи — подальше от посторонних глаз, но достаточно близко к медицинскому корпусу на случай осложнений. Проклятая печать на его шее была заблокирована Какаши, но напряжение всё ещё чувствовалось в воздухе. Чакра Орочимару, оставленная на теле Учихи, пульсировала слабо, но не исчезала полностью. Юри сидела на подоконнике, сложив руки на груди. Её взгляд был устремлён на спящего Саске, но мысли витали далеко. Шиди стоял у двери, Мэй проверяла периметр снаружи, а Шин… Шин сидел на стуле в углу, вертя в руках кунай. — Этот Учиха совсем не похож на брата, — сказал он, не подумав. В комнате повисла тишина. Юри резко повернулась к своему другу. Её глаза — зелёные, острые — сверкнули холодом. Шин сразу замолчал, поняв, что сказал лишнее. — Я… — начал он, но Юри подняла руку, останавливая его. — Не продолжай, — тихо сказала она. Шин опустил взгляд и замолчал. Шиди бросил на брата предостерегающий взгляд, но ничего не сказал. Юри снова повернулась к окну. Итачи. Она не произносила это имя вслух уже давно. Но думала о нём постоянно. Что сейчас с ним? После того случая в лаборатории Орочимару, после того, как он спас её, принёс к храму и исчез — Юри так и не видела его. Чувствовала чакру иногда — мельком, на грани восприятия. Но самого парня не видела. Он избегал её. Или она избегала его. Или они оба избегали друг друга, потому что не знали, что сказать. — Кицунэ, — раздался в коммуникационной печати голос Анко. — Отправляйся к нам. Под своей личностью. Юри напряглась, но не перебила. — Будешь следить не в тени, а на видном месте, — продолжила Анко. — Бери кого-то из своего отряда, кто будет с тобой в тени. Остальных оставляй следить за Учихой. Юри на мгновение задумалась. — Принято, — ответила она. Она спрыгнула с подоконника, подошла к Шиди. — Остаёшься за старшего. Присматривай за Саске. И за Шином, — добавила она тише, чтобы младший брат не услышал. — Понял, — кивнул Шиди. — А ты? — Я иду с Анко. Мэй, ты со мной. В тени. Мэй, только что вошедшая в комнату, кивнула: — Готова. Юри надела маску, поправила пояс с кунаями и направилась к выходу. У двери она остановилась, обернулась на Саске. Мальчик спал. Его лицо было бледным, под глазами залегли тени, но дыхание было ровным. Проклятая печать на шее темнела на коже — напоминание о том, что Орочимару не оставил попыток заполучить его. — Мы скоро вернёмся, — тихо сказала Юри, хотя знала, что он не слышит. Она вышла из комнаты, Мэй последовала за ней. Шиди посмотрел на Шина: — Будет лучше, если ты запомнишь: при ней не стоит говорить про Итачи. — Я понял, — буркнул Шин. — Просто… вырвалось. — Вырывайся осторожнее, — ответил Шиди. — Она не показывает, но ей больно. Даже спустя столько времени. Они замолчали, глядя на спящего Саске. Где-то там, за пределами Конохи, в тени Акацуки, Итачи, возможно, думал о том же. О брате. О деревне. О ней. А Юри шла на встречу с Анко, готовясь к новому заданию.