Часть 5

Саске проник в ледяную крепость бесшумно, как тень. Его Шаринган сканировал коридоры, ища знакомую сигнатуру чакры, но то, что он ощущал, пугало его больше, чем ловушки Эсдес. Энергия Наруто, обычно яркая и неистовая, превратилась в едва заметное, ледяное мерцание — холодное и безжизненное. Когда он наконец выбил дверь в тронный зал, он замер. — Наруто! — выкрикнул Саске, выхватывая Кусанаги. — Я вытащу тебя отсюда! У подножия ледяного трона, на котором вальяжно восседала Эсдес, на коленях сидело существо. На нем была тяжелая железная цепь, соединяющая ошейник с ножкой трона. Спутанные светлые волосы, впалые щеки, пустой, расфокусированный взгляд. В зубах существо сжимало костяной свисток. Эсдес лениво приподняла бровь, глядя на пришельца. — Наруто? — она усмехнулась, поглаживая существо по голове. — Ты ошибся, Учиха. Здесь нет никого с таким именем. Это Юки. Мой самый преданный пёс. — Ублюдина... — Саске рванулся вперед, но Эсдес лишь коротко свистнула. Юки среагировал мгновенно. Это не была скорость шиноби, подпитанная чакрой — это была ярость дрессированного хищника. Он сорвался с места, не разрывая цепи, и в один прыжок оказался перед Саске. Саске занес меч для удара плашмя, надеясь привести друга в чувство, но Юки даже не моргнул. Он перехватил запястье Саске голыми руками, вцепляясь в кожу с такой силой, что послышался хруст. — Наруто, это я! Очнись! — Саске заглянул ему в глаза, надеясь найти там хоть каплю узнавания. Но Юки смотрел сквозь него. Его зрачки были расширены от наркотика, а в уголках рта выступила пена. Он не видел друга. Он видел цель, на которую указала Хозяйка. Издав гортанный рык, он вцепился зубами в плечо Саске, игнорируя удар локтем в ребра. — Он тебя не слышит, — Эсдес рассмеялась, наслаждаясь зрелищем. — Я стерла из него всё лишнее. Теперь он знает только вкус моей руки и страх перед моим гневом. Юки, фас! Оторви ему руку, которой он посмел коснуться твоего ошейника! Юки взвыл и с удвоенной силой повалил Саске на ледяной пол, прижимая его своим весом. В его движениях не было ни грамма техник ниндзя — только животная жестокость и слепое подчинение. Саске совершил роковую ошибку — он пришел спасать того, кого больше не существовало. Глядя в пустые, остекленевшие глаза Юки, он на мгновение замешкался, не желая наносить смертельный удар другу. Этого мгновения хватило. — Убей его, Юки. Принеси мне его сердце, — ледяной голос Эсдес прорезал тишину зала. Юки взвыл, и этот звук не был похож на человеческий крик. В нем не было ни боли, ни гнева — только чистый, механический импульс к действию. Когда Саске попытался активировать Чидори, его рука заискрилась, но Юки, игнорируя разряды тока, сжигающие его кожу, просто вцепился в горло Учихи. Саске замер. Он видел, как прямо перед его лицом челюсти Юки сжимаются на его шее. В Шарингане отразилось последнее: полное отсутствие узнавания в глазах Наруто. Для Юки Саске был не братом, не соперником — он был просто препятствием, мешающим получить одобрение Хозяйки. Раздался страшный хруст. Юки рванул головой в сторону, вырывая кусок плоти. Кровь Саске — горячая, алая — брызнула на бледное лицо Юки и на ледяной пол. Саске хрипел, его пальцы судорожно вцепились в оранжевые обрывки куртки Юки, но силы быстро покидали его. В этот момент в сознании Юки что-то вспыхнуло. На долю секунды образ Саске, окровавленного и умирающего, столкнулся с глубоко запрятанным воспоминанием о Долине Завершения. Но Эсдес, почувствовав эту минутную заминку, щелкнула хлыстом. — Не отвлекайся, пес! Заканчивай! Боль от хлыста и жажда похвалы мгновенно выжгли этот проблеск памяти. Юки зарычал и, обхватив голову Саске руками, свернул ему шею одним резким движением. Тело последнего Учихи обмякло и рухнуло на лед. Юки замер над трупом. Он тяжело дышал, его лицо было залито кровью того, кто когда-то был ему дороже всех. Он посмотрел на свои руки, затем на мертвое тело. В его голове окончательно погас последний огонь. Имя «Саске» стерлось, превратившись в бессмысленный шум. Прошлое Конохи, клятвы, мечты о Хокаге — всё это умерло вместе с человеком в черном плаще. Он медленно повернулся к Эсдес, виляя всем телом и скуля, как побитая собака, ожидающая похвалы. — Хороший мальчик, — Эсдес поднялась с трона и подошла к нему. Она наступила сапогом на безжизненную руку Саске и протянула Юки руку чтобы погладить его. — Теперь ты действительно чист. Теперь ты только мой. Юки прильнул головой к руке, получая наслаждение от награды. Мир шиноби пал в этот день — не от великой войны, а в этой маленькой ледяной комнате, где последний герой стал послушным зверем.