Часть 9

Вернувшись в замок Эсдес решила не просто хранить эти трофеи на полке. Для неё сила существовала лишь для того, чтобы её поглощать и преумножать. Сидя на своем ледяном троне, она держала в ладони застывшие сферы глаз Учихи, в то время как Юки, свернувшись у её ног, доверчиво прижимался щекой к её колену, ожидая ласки. Ритуал Слияния Используя свои познания в пытках и анатомии, а также мощь «Демонического экстракта», Эсдес решилась на чудовищный эксперимент. Она не просто пересадила себе глаза — она заставила ледяную силу прорасти сквозь зрительные нервы Саске, подчиняя древнюю силу своей воле. Когда она открыла веки, зал содрогнулся от выброса абсолютного холода. Её новые глаза больше не были человеческими. Пурпурный цвет Риннегана смешался с арктической синевой её собственной ауры. Узор кругов и томоэ теперь походил на застывшие кристаллы снежинок, пульсирующих ледяным светом. Теперь её контроль над пространством и льдом стал безграничным. Она могла замораживать само время и материю в радиусе видимости, создавая «Ледяной ад», из которого не было выхода даже для богов. Первая проба и награда Эсдес опустила взгляд на Юки. Тот почувствовал исходящую от неё колоссальную мощь и инстинктивно вжался в пол, издав тихий, подобострастный скулеж. Его вертикальные зрачки расширились от первобытного страха перед новой ипостасью Госпожи. — Не бойся, мой верный пес, — её голос теперь вибрировал от переполняющей её силы. — Теперь я вижу всё. Каждую снежинку в этом мире. Каждое движение твоего сердца. Она протянула руку и глубоко запустила пальцы в его длинные сапфировые волосы. Ощутив привычное прикосновение, Юки мгновенно расслабился. Он начал тереться головой о её ладонь, ловя каждое движение её пальцев. Эсдес начала медленно почесывать его затылок, перебирая густые синие пряди. Теперь, с новыми глазами, она видела структуру каждого его волоска, видела, как её ледяная чакра пульсирует в его жилах. — Ты мой идеальный спутник, Юки, — прошептала она, поглаживая его по голове. Юки издал громкое, вибрирующее мурчание, полностью растворяясь в её власти. Его мир был прост: холод, запах Эсдес и блаженное ощущение её руки в его волосах. Используя объединенную мощь своих новых глаз и «Демонического экстракта», Эсдес решила провести финальную деконструкцию Юки. Она видела сквозь его плоть остатки человеческой ДНК и подавленную природу зверя, решив извратить их и подчинить своей ледяной эстетике. Финальная метаморфоза Ритуал был болезненным, но для Юки боль давно смешалась с экстазом служения. Под воздействием её новой силы его тело окончательно утратило человеческие пропорции: Уши и Хвосты: Из его головы прорезались длинные, чуткие лисьи уши, покрытые густым темно-сапфировым мехом. Из основания позвоночника вырвались девять роскошных хвостов. Они были тяжелыми, пушистыми, цвета глубокой полуночи, а их кончики сияли ослепительной белизной, словно присыпанные вечным снегом. Сущность: Это не была сила Курамы — это была его форма, наполненная ледяной яростью Эсдес. Хвосты двигались плавно, как щупальца, и каждый их взмах высекал искры инея. С помощью Риннегана Эсдес наложила на него печать абсолютного подчинения на уровне души. Награда за преображение Когда трансформация завершилась, Юки замер перед троном. . Огромный синий лис-оборотень с лицом прекрасного павшего ангела припал к полу. Его девять хвостов покорно обвили ноги Эсдес, создавая живой сапфировый ковер. Эсдес наклонилась вперед. Её новые глаза со снежинками в зрачках сияли торжеством. Она запустила обе руки в его густой мех: одна рука поглаживала длинные сапфировые волосы на голове, а вторая нежно почесывала основание его новых лисьих ушей. Юки издал громкий, гортанный звук — смесь рычания и довольного урчания. Его уши подергивались под её пальцами, а хвосты ритмично постукивали по ледяному полу. — Мой совершенный зверь, — прошептала она, перебирая его синие пряди. — Теперь ты — воплощение самой зимы. Никто в твоем прошлом мире не посмеет даже помыслить, что это чудовище когда-то было их «солнцем». Юки закрыл свои хищные глаза. Для него больше не существовало слов, смыслов или памяти. Осталось только бесконечное блаженство от того, как Госпожа гладит его за ушами, и ледяная пустота в душе, заполненная её абсолютной властью.