Часть 11

Эсдес не видела смысла в длительных осадах или сложных дипломатических играх. Обладая силой глаз Учихи и своим идеальным зверем, она решила завершить объединение континента одним кровавым росчерком. День Гнева Она восседала на ледяном троне, который медленно парил над столицей крупнейшего сопротивляющегося государства. У её ног, вцепившись когтями в ледяную платформу, замер Юки. Его девять сапфировых хвостов яростно хлестали по воздуху, высекая искры инея, а лисьи уши чутко ловили каждый крик ужаса внизу. — Юки, — небрежно произнесла Эсдес, не отрывая взгляда от горизонта. — Видишь этих людей? Они посмели отказать своей королеве. Юки издал глухой, вибрирующий рык. Он не понимал слова «государство» или «отказ», но он идеально чувствовал ледяную ярость, исходящую от Госпожи через их общую связь душ. — Убей всех, кто не склонит голову. Не оставляй камня на камне, — приказала она, коротким жестом указав вниз. Ледяная Жатва Юки сорвался вниз сапфировой кометой. То, что последовало за этим, нельзя было назвать битвой — это была бойня. Он двигался быстрее звука, превращаясь в размытое синее пятно. Его хвосты работали как гигантские ледяные хлысты, одним ударом разрубая каменные башни и замораживая целые отряды солдат в статуи из синего льда. Он не использовал техники шиноби. Он рвал врагов зубами и когтями, ведомый лишь инстинктом и волей Эсдес. Те, кто пытался бежать, натыкались на лес ледяных шипов, вырастающих прямо из земли по его негласному зову. Над городом стоял хруст ломающегося льда и предсмертные вопли. Кровавая награда Через час всё было кончено. Город превратился в безмолвное ледяное кладбище. Юки, тяжело дыша, вернулся к платформе Эсдес. Его сапфировый мех был густо покрыт инеем и замерзшей кровью врагов. Он подполз к ней на животе, скуля и заглядывая в её новые глаза с немым вопросом: «Я был хорошим псом?» Эсдес удовлетворенно улыбнулась. Весь континент теперь лежал у её ног, парализованный страхом перед её личным демоном. Она опустилась на одно колено и глубоко запустила пальцы в его окровавленные длинные волосы. — Умница, Юки, — прошептала она. Она начала медленно и властно поглаживать его по голове, очищая мех от ледяной крошки и перебирая сапфировые пряди. Юки мгновенно обмяк, его девять хвостов покорно легли на лед, а из горла вырвалось громкое, преданное урчание. Для него этот жест стоил тысяч жизней, которые он только что отнял. — Теперь мы — закон этого мира, — Эсдес притянула его голову к своему плечу, продолжая почесывать его за ухом. — И никто больше не посмеет встать между мной и моим питомцем.