Глава 38 - Хэллоуин, слезы и тяжёлая рука

Хэллоуин, слезы и тяжёлая рука

Утро 31 октября встретило Хогвартс ароматом запечённых тыкв и предвкушением вечернего пира, но для Лиама это был лишь очередной день, когда история должна была совершить свой поворот. На уроке Чар профессор Флитвик, сияя от восторга, объявил тему занятия: Левитационные чары. Лиам наблюдал за маленьким профессором с искренним уважением. За его комичной внешностью и стопкой книг вместо пьедестала скрывался разум одного из величайших дуэлянтов прошлого. Его объяснения были настолько стройными и логичными, что магия казалась математической формулой, оживающей в воздухе. Рон Уизли, сидевший неподалёку, в своём репертуаре размахивал палочкой так, будто пытался сбить назойливую муху, едва не выколов глаз Гарри. Когда Гермиона предсказуемо вмешалась со своим каноничным «Ты это неправильно произносишь», Лиам не стал её останавливать. Как взрослый человек, он понимал: если он будет постоянно оберегать её от собственных ошибок или пресекать её занудство, она никогда не повзрослеет. Её манера поучать была раздражающей, но в этой детской бескомпромиссности была своя прелесть. Лиам лишь мягко, день за днём, вбрасывал ей идеи о том, что подход к людям нужно менять, но за один вечер характер не исправишь. На уроке Лиам снова стал фаворитом. Пока другие мучились с одним пером, он заставил три пера танцевать в воздухе сложный вальс, не используя палочку в полную силу. Флитвик вскрикнул от восторга и в очередной раз начислил Слизерину баллы. Лиаму было плевать на Кубок школы, но признание мастера всегда было приятным бонусом. Катастрофа случилась в коридоре после урока. — …она настоящий кошмар, честное слово! Неудивительно, что у неё нет друзей, — язвительный голос Рона разнесся по каменным сводам. Гермиона, шедшая чуть впереди, замерла. Её плечи дрогнули, и, не оборачиваясь, она бросилась прочь, задевая прохожих. — Кажется, она тебя слышала, — прошептал Гарри, выглядя крайне неловко. Лиам вздохнул. Видеть слезы Грейнджер было неприятно. Это было частью её «обучения жизни», но это не означало, что виновник должен уйти безнаказанным. — Эй, Рон, — негромко позвал Лиам, подходя сзади. Уизли обернулся, собираясь что-то ответить, но не успел. Кулак Лиама врезался ему точно в челюсть. Удар был выверен до миллиметра: Лиам контролировал угол и силу, чтобы причинить резкую, отрезвляющую боль, но не сломать кость и не оставить серьезной травмы. Рон охнул и повалился на пол, хватаясь за лицо. Пока Гарри и остальные стояли в оцепенении, Лиам молниеносно выхватил палочку. — Силенцио, — холодно произнес он, но вместо обычного молчания применил модифицированные чары, которые буквально «склеили» губы рыжего. — Следи за словами, Уизли. Если из твоего рта не вылетает ничего дельного, лучше ему оставаться закрытым навсегда. Лиам обвёл присутствующих ледяным взглядом, от которого у многих пошли мурашки, и спокойно удалился. Ему было плевать на «эффект бабочки». Если Золотое трио не сложится из-за того, что он защитил подругу — так тому и быть. Надеяться на двух одиннадцатилетних оболтусов в битве с горным троллем он не собирался. Канон мог катиться в тартарары, безопасность близких была приоритетом. Он не пошел на пир. Вместо этого он методично обыскивал этажи, пока не подошел к туалету для девочек. Изнутри доносились приглушенные всхлипы. Лиам зашел внутрь — в магическом мире на такие условности ему было глубоко плевать. Под раковиной, сжавшись в комок, сидела маленькая девочка с копной пушистых волос. — ДжиДжи, ты в порядке? — тихо спросил он, присаживаясь рядом на корточки. Гермиона подняла заплаканное лицо. — Лиам? Тебе… тебе нельзя здесь находиться. Уходи, — всхлипнула она, пытаясь вытереть слезы мантией. — Мне можно находиться там, где я считаю нужным, — Лиам протянул ей чистый платок. — И уж точно я не оставлю тебя здесь одну в такой вечер. Уизли — идиот, это медицинский факт. Не стоит тратить свои выдающиеся мозги на оплакивание его глупости. Лиам присел рядом с ней и начал гладить ее волосы утешая.