Уоренс

Вдали поблескивали крыши одноэтажных конструкций Уоренса. Издалека они напоминали большие жестяные коробки. Красный песок разносился по разбитому асфальту, словно волны. Городской шум отдалялся и растворялся эхом в пустоши. В руке Трессы покачивались испачканные кровью туфли. Носить их стало невыносимо после того, как мозоли опять стали кровоточить. Мелкие камушки приносили меньше боли нежной коже ступней, чем школьная обувь. Арден всю дорогу молчал, лишь изредка указывая направление пути. На удивление Трессы, её загадочный путник оказался предусмотрительнее и носил с собой медицинские пластыри, которые сейчас закрывали кровоточащие мозоли девушки. Она испытывала смешанные чувства от общения с Арденом. Он угрожал ей, хамил, намеренно пытался задеть её чувства, но при этом был честен и не боялся последствий, даже если собеседник — дочь важной шишки. Тресса исподлобья взглянула на Ардена, который всё это время шёл рядом, подстраивая свой шаг под скорость Трессы. Так он казался ещё выше, чем до этого. Девушка мысленно одёрнула себя. То, что он производит впечатление честного человека, ещё не значит, что он ни разу ей не врал. Солнце медленно скользило к горизонту, теряя свой жар. Наконец, они дошли до Уоренса — района, который, как оказалось, с обоих сторон ограждён высоким сетчатым забором. Уоренс встретил их лишь дуновением ветра и поскрипыванием каркасов домов. Тресса ступала короткими шагами, стараясь обходить битое стекло. Её взгляд был прикован к стальным баракам, которые выглядели как наспех переоборудованные грузовые контейнеры. Дома стояли рядами, простирающимися по обе стороны от дороги. Удивительно, но чем глубже вела дорога, тем чаще на обочине встречались ростки зелени и мелкие насекомые, которые не водились в Новом Вавилоне. То и дело встречались дома с граффити и различными рисунками. Где-то были карикатуры, изображающие богачей как толстых людоедов, где-то — просто каракули. Уоренс простирался на несколько километров вперёд и в нем было мертвенно тихо. Внезапно мрачный спутник остановился у одного из рядов контейнеров и с серьёзным выражением лица посмотрел на девушку. — Мы почти пришли, — он протянул руку, указывая на дальний дом с правой стороны от дороги. — Нам туда. Ржавые конструкции скрипели, измученно стонали. Липкая тьма из приоткрытых дверей конструкций всматривалась в Трессу, приманивая заглянуть внутрь. Воображение само дорисовывало блуждающих внутри призраков, тянущих руки к обжигающим лучам солнца. — Это здесь, — скрипучий голос Ардена выбил девушку из наваждения. Её спутник стоял напротив закрытого контейнера. В верхнем углу двери была потрескавшаяся краска, складывающаяся в перечёркнутый ноль. Тресса сглотнула загустевшую слюну. Дочь апостола подошла к двери и провела пальцем по куску чёрной краски. — Знаешь, — Арден поджёг материализовавшуюся во рту сигарету, — я на самом деле знаю про эту метку. — Метку? — девушка обернулась через плечо. — Да, это метка Нового рассвета, — Арден втянул сигаретный дым, так что на его щеках образовались ямочки. Тресса, затаив дыхание, сделала шаг навстречу мрачному парню. — Это подпольная секта, которая приносит жертв своему богу, — Арден указал на саму метку. — И такими рисунками они помечают свою территорию. По спине девушки побежали мурашки. Если верить Ардену, получается, что сектанты живут буквально под её домом. Значит, и отец скорее всего о них знал и не говорил. Вопросы копошились в мозгу в попытке найти правильный ответ. Но главным был один: кому верить — отцу, который всё время молчит, или Ардену, который говорит слишком много? Возможно, он действительно преступник и просто хочет получить выкуп за дочь апостола. — Но зачем? — голос Трессы дрогнул, и она дёргано поправила упавшую на лицо прядь угольных шелковистых волос. Бледный парень пожал плечами, вдыхая очередную порцию никотина. Он был по-прежнему серьёзен, его глаза блестели, отражая заходящее за горизонт красное солнце. — На этот счёт — море догадок и баек. Но одно я знаю точно: они хотят освободить проклятых, — Арден подошёл к двери контейнера, покрытой рыжей ржавчиной, и облокотился на неё. Дверь коротко скрипнула. Внутри контейнера послышалось какое-то шевеление, будто кто-то топтался на месте. Тресса вздрогнула — в груди что-то больно кольнуло. Она представила, как внутри контейнера сидят безумные люди, что ежедневно осыпают гневными криками её отца. Их глаза налиты кровью от пережитых несчастий, и сейчас они готовятся отомстить, пролив кровь дочери апостола. А вдруг она это лишь надумала? — Каких ещё... проклятых? — девушка попыталась сглотнуть слюну между словами, но язык пересох. Арден ухмыльнулся, дымяшая сигарета в его губах укоротилась до обрубка. Что, если он на самом деле хищник, который вёл Трессу за собой лишь для того, чтобы она угодила в его паутину? — Этих. — Казалось, будто глаза Ардена стали светиться изнутри. Он будто наслаждался происходящим, как актёр спектакля, на которого устремлены тысячи восторженных глаз. Парень потушил сигарету о дверь контейнера, оставив на ней чёрное пятно. Он схватил рукоятки, повернул их и рывком распахнул двери. Девушка обронила пару туфель, которые за время пути стали с ней одним целым. В нос Трессе ударил запах тухлятины, заставив прикрыть нос и рот руками. Она зажмурилась. На неё никто не напал, никаких криков — вообще ничего. Послышались шаги в её сторону. — Ты хотела знать правду, принцесса. А для этого нужна смелость, — голос Ардена доносился сзади, совсем рядом с её ухом. На секунду показалось, что по коже побежали маленькие насекомые. Девушка ощутила на руках холодные шершавые прикосновения. Её спутник, на удивление, мягко убрал руки Трессы от лица. — Открой глаза, Тресса. Помни о моём обещании. Тресса прикусила губу и распахнула глаза. Контейнер был заполнен людьми, вернее — чем-то похожим на людей. Они стояли на месте, шатаясь из стороны в сторону. Один из них повернул голову в сторону девушки. Белые глаза смотрели куда-то вдаль, на лбу зияла сквозная дыра, от которой спускалась полоса засохшей крови. Серая кожа свисала с костяного каркаса, местами обнажая внутренности. У кого-то был проломлен череп, кто-то был покрыт страшными ожогами, кто то лежал на полу, издавая хриплые стоны. Тресса хотела сорваться с места, но ноги словно пустили корни. Всех их объединяло одно: они не были живыми, но и мёртвыми — тоже.