ГЛАВА 20 - Домой

Мелоди весело перескакивала со ступеньки на ступеньку, спускаясь из домика моралии. Деревянные ступени тихо скрипели под её лёгкими шагами, а утренний ветер мягко играл с подолом её платья и растрёпанными рыжими волосами. Флорелин, узнав о том, что моралия эти три дня держала у себя не только Кейна, но и Мелоди, приготовила ей различные вкусности. Поэтому сейчас в небольшой плетёной корзинке у Мелоди лежали сладкие пирожки, булочки с ягодной начинкой и ещё несколько маленьких лакомств, аккуратно завернутых в тканевую салфетку. Отдав ей корзинку, она возвращалась домой, тихо напевая себе под нос какой-то весёлый мотив, который сам собой рождался в голове от лёгкости утра, свежего воздуха и ощущения, что всё, возможно, наконец начинает налаживаться. Внезапно резкий звук заставил её остановиться. Она замерла. Огляделась. И увидела Кейна. Тот сидел под большим старым деревом, прижимая к груди рюкзак. Его плечи были напряжены, пальцы нервно сжимали ткань лямок, а дыхание было неровным — то глубоким, то коротким, словно он пытался успокоиться, но не очень получалось. Мелоди никогда не видела Кейна в таком состоянии. Даже когда тот был ещё совсем ребёнком и частенько сбегал из Фаламория по ночам ради их совместных ночных игр. Тогда он тоже был тихим и осторожным, но не таким… потерянным. — Эй, — окликнула его Мелоди. — Ты… всё-таки… — Да. Сбежал, — сказал он, не поднимая глаз, но сразу узнав её голос. — Не то чтобы сбежал… мама сама позволила мне уйти. — Сама? — удивилась Мелоди, подходя ближе. — Ого, я такого не ожидала… — Я тоже, — сказал он, слегка улыбнувшись. Но улыбка была слабой. В груди у него оставалось гаденькое чувство, будто что-то всё-таки было не так в поведении матери. Слишком легко она отпустила его. Слишком спокойно. Это тревожило. — Куда ты теперь? — спросила она, садясь рядом с ним на траву. Трава была прохладной после ночи, ещё немного влажной от росы. — Хотел к моралии… но… — он замолчал. — Что «но»? — не поняла Мелоди. — Думаю, что я ей уже поднадоел, — признался он и опустил глаза. — Я почти пять дней у неё провёл. Правда, сейчас я готов работать, зарабатывать и помогать ей… но всё равно как-то стыдно. Мелоди нахмурилась. Потом резко встала. — Так это же не проблема! — сказала она, словно это было очевидно. — Ты просто пойдёшь ко мне домой, вот и всё! — К тебе? — опешил Кейн. — Я даже не знаю, Мэл. А как же твой отец? Финн ведь сказал, что… — Этот балабол много чего может сказать, — отмахнулась Мелоди. — Но своего папу я знаю куда лучше, чем он. И на девяносто девять и девять процентов уверена, что мой папа согласится. Кейн опустил взгляд. С одной стороны — у Мелоди дома будет куда безопаснее, чем в лесу. Да и её мама уже с ним знакома… даже слишком хорошо. Но её отец… Драгос Вайлдхарт. Всё ещё вселял в него огромное недоверие. И даже страх. — Но у меня кофта без капюшона, — сказал он вдруг. — И? — не сразу поняла Мелоди. — Все будут на меня пялиться… а заодно и на тебя… а я… Он не успел договорить. Мелоди резко сняла свою сиреневую кофту с бабочкой на груди и протянула ему, оставшись в лёгкой белой рубашке с короткими рукавами. — Возьми, а я твою одену. Она быстро схватила его серый жакет, натянула на себя и, встав на месте, повертелась из стороны в сторону. — Мне идёт? — Безусловно… огонёк, — сказал он, но тут же осёкся. — Прости… Он снова почувствовал неловкость. Старую привычку из Фаламория — следить за словами, бояться сказать лишнее. — За «огонёк»? Да брось, — сказала она. — Мне даже нравится. Меня так ещё никто не называл! Она схватила его за руку. Её ладонь была тёплой. И уверенной. И двинулась в сторону центра Эссенсфилда. Домой. Впереди был город — шумный, живой, полный света, разговоров и запаха свежей выпечки из утренних лавок. И впервые за долгое время Кейну казалось, что он идёт не в неизвестность… А куда-то, где его действительно ждут. Эссенсфилд шумел. Город жил. Люди кричали, торговали, спорили, смеялись. Запахи смешивались в воздухе — сладкая выпечка из утренних пекарен, свежая рыба с прибрежных лавок, травы, развешанные на деревянных прилавках, и ткань, пахнущая краской и солнцем. Кто-то развешивал лечебные травы на верёвках над лавками, кто-то выкладывал разноцветные ткани и одежду, переливающуюся на свету, а кто-то вытащил на прилавок целую свежую рыбу, чьи чешуйки блестели как серебро под солнцем. Шум, гам, люди, улицы — всё смешалось перед Кейном. И если бы не Мелоди, которая всё ещё крепко сжимала его руку в своей, он бы наверняка просто сел где-нибудь в тихом и укромном месте, спрятался бы там и попытался переждать этот поток жизни. Ему было тяжело. Слишком много людей. Слишком много звуков. Слишком много свободы сразу. — Всё нормально? — спросила она у него, слегка повернув голову. — Мхм… — только и смог прохрипеть Кейн. Горло будто сжимала невидимая рука. Ему казалось, что стоит ему открыть рот — и его тут же вывернет наизнанку от напряжения, страха и волнения одновременно. Мелоди ободряюще сжала его руку. Её пальцы были тёплыми. Уверенными. Живыми. Она повела его дальше. К счастью, никто и подумать не мог, что рядом с ними идёт фэралис. А не просто фэралис. А сын короля и королевы Брайнвордов. Принц, который сейчас выглядел скорее потерянным подростком, чем наследником престола. Пройдя мимо центрального парка, она увидела друзей. Финн, Эван, Никс и Лили как всегда резвились в волейбол — мяч с глухим звуком ударялся о землю и снова взлетал в воздух. Эстелла и Эвина сидели на траве под деревом и спокойно читали книгу, иногда что-то тихо обсуждая, склонившись друг к другу. Мелоди радостно кликнула их и помахала ладошкой. Ей ответили тем же. Внезапно Финн прокричал: — Не забывай о договоре, Мэлли! — Тебе хотела бы сказать то же самое! — весело хихикнув, ответила она, потянув Кейна за собой вперёд. Вперёд — к дому. Стоило им дойти до дома семейства Вайлдхартов, как Кейн тихо выдохнул. Облегчение. Небольшое. Но всё же. — Всё в порядке? — спросила она, поднимая на него настороженный и обеспокоенный взгляд. Кейн кивнул. Хотя внутри понимал — радоваться очень и очень рано. Впереди была ещё более сложная задача. Мелоди вздохнула и постучалась в дверь. Ей открыла Флорелин. И стоило ей увидеть Кейна, её лицо из румяного мгновенно стало бледным и напряженно обеспокоенным. — Мэлли… — начала она. — Что ты… — Мам, — перебила Мелоди. — Помнишь, я тебе говорила про Кейна? Так вот… Папа дома?

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ.