Новая кожа

Камилла стояла в пустой комнате и смотрела на голые стены. Солнечный свет падал из окна, оставляя на полу пыльные прямоугольники. Здесь больше не было её вещей — ни книг, ни рисунков, ни старого пледа, в котором она куталась по ночам. Только запах — тот самый, въевшийся за четыре года, смесь одиночества и дешёвого кофе. Она провела рукой по стене. Холодная, шершавая. Чужая. «Четыре года. Я боялась, плакала, пряталась, — думала она. — А сегодня я ухожу. Не потому что страшно. Потому что я выбрала другой дом. Его». Она взяла с подоконника последнюю вещь — серого кота Лояла. Прижала к груди, ещё раз оглядела комнату. Дверь закрылась с глухим щелчком. Внизу, у подъезда, стоял Ваня. Он ждал, прислонившись к стене, в чёрном худи, с руками в карманах. Увидел её — и просто улыбнулся. Не спросил «как ты». Не сказал «ты молодец». Просто протянул руку, когда она подошла. — Домой? — спросил он. Она кивнула, взяла его ладонь, и они пошли пешком.

***

Дома было тихо и уютно. За окном темнело, Ашка дремал на подоконнике, выставив лапу вперёд и поджав под себя хвост. Камилла разобрала вещи, привела себя в порядок, переоделась в домашнее — его футболку, мягкие штаны. Они сидели на кухне, когда зазвонил телефон. Ваня взял трубку, включил громкую связь. Камилла услышала голос — молодой, добродушный, с лёгкой хрипотцой. — Вань, привет! Слушай, мы на выходные в загородный дом. Бассейн, шашлыки, природа. Будет пара моих друзей и их девчонки. Если у тебя есть кто-то — я жду вас обоих. Если нет — приезжай один. Ваня перевёл взгляд на Камиллу. Она сжала кружку, сделала глоток — латте остыл, но она не заметила. Ей было страшно. Но почему-то в этом страхе было нечто другое — любопытство, желание попробовать. Она кивнула. — Хорошо, — сказал Ваня в трубку. — Мы приедем. — Отлично! Тогда ждём! — голос на том конце провода был искренним. Никаких лишних вопросов. Никакого «расскажи о ней». Просто принятие. Ваня положил трубку. — Это Дима, — сказал он. — Друг. — Я поняла, — она улыбнулась. — У него приятный голос.

***

Она собиралась долго. Перебрала полшкафа, пока не нашла то, что нужно: белый укороченный топ в рубчик с чёрной окантовкой, объёмное худи оверсайз цвета хаки с капюшоном и принтом «07» на рукаве, широкие джинсы-карго. Она хотела выглядеть своей. Не нарядной, не вызывающей. Просто Камиллой. На полке лежал купальник — шоколадно-коричневое бикини, лаконичное, без лишних деталей. Она купила его ещё месяц назад, но ни разу не надевала — стеснялась. Слишком открыто, слишком смело. Она взяла его в руки, посмотрела на себя в зеркало и положила в сумку. — Я не обещаю, что надену, — сказала она Ване, уже стоя у двери. — И не надо, — ответил он. — Как решишь. Если что-то будет не так, мы уедем. Хоть через пять минут. Ты только скажи, если будет некомфортно. — Хооошо, — ответила Ками, обуваясь.

***

Дом показался издалека. Чёрный, строгий, двухэтажный. Архитектура — геометричная, с плоской крышей и панорамными окнами во всю стену. Стекло отражало деревья и закатное солнце, превращая фасад в зеркало. Подсветка — мягкая, тёплая — уже начинала зажигаться, подчёркивая линии козырьков и входных зон. Машина подъехала к высоким автоматическим воротам из чёрных вертикальных реек-ламелей. Рядом — монументальные бетонные пилоны с номерным знаком «04» и встроенной подсветкой. — Ничего себе, — выдохнула Камилла. — Да, — Ваня усмехнулся. — Дима умеет выбирать места. Они проехали внутрь. За воротами открылся двор с ухоженной дорожкой, ведущей к входу. Несколько машин уже стояли у дома. Навстречу вышел Дима — тот самый, с рыжевато-каштановыми кудрями и веснушками. — Вань! — он хлопнул друга по плечу, потом перевёл взгляд на Камиллу. — А это, я так понимаю, та самая? — Камилла, — она протянула руку. — Приятно познакомиться. Дима взял её ладонь — мягко, без нажима. Улыбнулся, и веснушки на его щеках чуть сместились. — Приятно, — ответил он. — Ваня про тебя ничего не говорил, но я вижу, что ты крутая. Ты ему идёшь. Проходите, чувствуйте себя как дома.

***

В доме было просторно и светло. Высокие потолки, панорамные окна, минималистичная мебель в тёмных тонах. Из гостиной доносились голоса — кто-то уже собрался у бассейна. Камилла прошла в комнату, оставила вещи, взяла полотенце и купальник. Женская раздевалка оказалась небольшой, уютной — зеркало во весь рост, деревянная скамья, несколько крючков. Она разделась, надела купальник. Посмотрела на себя в зеркало. Узкая талия. Плавный, заметный переход к округлым бёдрам. Стройные руки, подтянутые плечи. Кожа ровная, с лёгким загаром — лето уже дало о себе знать. В раздевалку вошли две девушки. Они замолкли, глядя на неё. Одна из них — стройная блондинка с тёмными глазами — тихо, почти шёпотом, сказала своей подруге: — Ничего себе... Камилла слышала. Она не обернулась. Она смотрела на своё отражение и чувствовала странное спокойствие. Её тело больше не было предметом стыда. Оно было её. Тёплым, живым, красивым. Она взяла полотенце, выпрямилась и вышла.

***

Она вышла к бассейну. Солнце уже клонилось к закату, и вода казалась золотистой, тёплой. Ваня сидел на шезлонге в чёрных плавательных шортах с белой окантовкой по краю. Камилла подошла, села рядом, кутаясь в полотенце. — Мне немного неловко, — сказала она тихо. — Ощущение, будто я голая... Ваня посмотрел на неё — спокойно, без жадности. — Ками, всё нормально. Я уверен, тебе нечего стесняться. Ты уже одевала относительно обтягивающую одежду передо мной, я примерно понимаю, какая у тебя фигура. Думаю, девушки тут даже бы позавидовали тебе. Хочешь, пойдём сразу в воду? Она хотела сказать «нет». Остаться в полотенце, наблюдать со стороны. Но внутри что-то щёлкнуло. — Давай, — выдохнула она. Он встал, спрыгнул в бассейн. Вода поднялась брызгами, он вынырнул, встряхнул головой — тёмные волосы разлетелись, блестящие капли стекали по плечам. — Иди ко мне, — протянул руку. — Не переживай. Камилла встала. Подошла к краю бассейна. Секунду помедлила, потом медленно сняла полотенце, откинула его в сторону. Тишина повисла над водой. Ваня смотрел на неё снизу вверх, запрокинув голову. В глазах — не похоть, не оценивающий взгляд. Изумление. Как будто он видел её впервые. — Ого... — выдохнул он. — Ками... Где-то слева звякнул разбитый стакан — девушка, которая стояла у столика с коктейлем, от неожиданности уронила его на плитку. Камилла заметила, как она застыла, смущённо улыбаясь. Камилла покраснела. Но не отвела взгляда. Она смотрела на Ваню и чувствовала, как внутри разливается странное спокойствие. Она шагнула в воду. Прохлада окутала её тело — приятная, освежающая. Она сделала шаг, потом другой, приближаясь к нему. Вода поднималась выше, касаясь бёдер, талии, груди. Он всё ещё держал руку протянутой. Она взяла её. — Я здесь, — сказала она тихо. — Я вижу, — ответил он. Они стояли в воде, держась за руки. Солнце садилось за деревьями, и свет падал на поверхность бассейна, превращая её в золотую гладь. Где-то смеялись люди, шкварчал мангал, но Камилла не слышала их. Она смотрела в его глаза и чувствовала, как страх отпускает. «Она шагнула в бассейн, почувствовала, как прохлада окутывает её тело, и поняла — она не боится. Не их взглядов. Не своей кожи. Она боится только одного — что это мгновение закончится. И она не хотела, чтобы оно заканчивалось. Она хотела остаться здесь. С ним. В этом свете, в этой воде, в этом новом мире, где она — красивая. Где она — его». Он отпустил её руку — только для того, чтобы обнять за талию. Она положила голову ему на плечо, и они стояли так, пока солнце не коснулось горизонта. За спиной кто-то свистнул — Дима, стоящий у мангала с шампуром в руке, улыбался во весь рот. — Ну вы даёте, — сказал он, но в голосе не было насмешки. Только искренняя радость. Камилла улыбнулась, не отрываясь от плеча Вани. Она хотела запомнить этот момент — воду, золотой свет, его руки на своей талии. И она запомнила.