Часть 23

Тяжёлая дубовая дверь кабинета Блейза Забини распахнулась с глухим стуком, ударившись о стену. Нечто, лишь отдалённо напоминающее наследника древнего рода Малфоев, буквально ввалилось внутрь, волоча левую ногу. Его обычная ледяная грация сменилась рваными, лихорадочными движениями. Не глядя на хозяина кабинета, он рухнул на кожаную кушетку, и тяжёлый, влажный хлопок пропитавшейся кровью мантии о мебель заставил Блейза оторваться от пергаментов и подорваться. Драко лежал на спине, тяжело и прерывисто дыша. Его лицо, обычно бледное, сейчас приобрело пугающий сероватый оттенок, а по левой щеке тянулась глубокая рваная борозда, края которой подозрительно подёргивались синевой. Правый рукав дорогой шёлковой рубашки превратился в лохмотья, обнажая предплечье, иссечённое тонкими, как нити, но глубокими порезами. Блейз не стал задавать лишних вопросов — вид друга говорил сам за себя. Взмахнув волшебной палочкой, Забини прошептал ряд диагностических заклинаний. Над телом Малфоя вспыхнули тревожные алые и грязно-жёлтые искры. — Плохо выгляжу, да? — выдавил Драко, кривя губы в подобии своей обычной ухмылки, но тут же шикнул от боли: рана на щеке отозвалась жгучим пульсом. — Скажем так, — Блейз прищурился, изучая витающие в воздухе магические символы, — по внутренним повреждениям могло быть и хуже. Но вид такой, будто тебя долго и со вкусом драла свора адских гончих. Забини направился к шкафу с зельями, гремя стеклянными флаконами. — Почти угадал, — усмехнулся Малфой, — только драла меня Беллатриса. — За что на этот раз? Малфой закрыл глаза. — Была в восторге от новости, что я упустил отряд Грейнджер, — выдохнул он. — Видите ли, я «не проявил должного рвения» и позволил кучке налётчиков уйти прямо у нас из-под носа. В общем, решила «освежить» мне основы дуэльного мастерства. Блейз замер, держа в руке пузырёк с бадьяном. Он медленно вскинул брови, и в его глазах блеснул понимающий огонёк. — О-о-о... так Грейнджер объявилась? Драко не открыл глаз, но желваки на его челюсти заметно дрогнули. — Объявилась. — Ну, тогда всё ясно, — Блейз вернулся к кушетке и начал осторожно капать зелье на самые глубокие порезы. Кожа зашипела, по комнате разлился острый запах жжёного мяса и трав. — Тебе стоило просто честно ей сказать, что ты пытался задержать только свою несостоявшуюся убийцу. Глядишь, отделался бы простым «Круцио». — Очень смешно, — огрызнулся Малфой, дёрнувшись от резкой боли, когда бадьян начал стягивать края раны на скуле. Он помолчал несколько секунд, глядя в потолок, а затем, словно против своей воли, добавил тише: — Грейнджер слышала наш разговор. И сделала... вполне закономерные выводы. Рука Блейза замерла на полпути. Он медленно перевёл взгляд на друга, и выражение его лица сменилось с ироничного на искренне недоумённое. — В смысле — слышала? Драко, ты что, не наложил Муффилиато? Ты же это заклинание даже во сне невербально ставишь, стоит нам только начать обсуждать что-то серьёзнее погоды. Малфой болезненно поморщился и нехотя развёл руками, едва не свалившись с кушетки. — Вот в этот раз... забыл. Блейз глубоко вздохнул. Он посмотрел на Малфоя с какой-то смесью жалости и досады. — Знаешь, Драко... я давно подозревал, но теперь уверен: как только ты слышишь фамилию «Грейнджер» или, упаси Мерлин, видишь её саму — у тебя просто отключается мозг. Напрочь. Вместе со всеми инстинктами самосохранения. И, как друг, тебе скажу: если ты продолжишь в том же духе, до конца войны ты доживёшь только в виде экспоната. — Не нагнетай, Блейз, — процедил Драко, перехватывая его руку. Его пальцы, испачканные в подсохшей крови, дрожали, но хватка оставалась крепкой. — Теперь я, по крайней мере, точно знаю, за что чуть не попрощался с жизнью. Блейз резко выдернул руку и с силой отшвырнул пустой флакон в сторону камина. Пузырёк разлетелся на тысячи сверкающих осколков. — Знаешь?! — Забини взорвался, переходя на яростный шёпот. — Драко, я не слепой! Вы двое давно пересекли черту простой вражды, и мне, честно говоря, плевать, какие девиации у тебя в голове. Но посмотри на себя! Она хотела тебя убить. Из-за её выходок Тёмный Лорд пытает тебя едва ли не каждый месяц, а Беллатриса гоняет до полусмерти, как первогодку-недоучку. Хотя все знают, что по уровню дуэльного мастерства ты сейчас стоишь десяти таких, как Долохов. Блейз вплотную подошёл к кушетке, нависая над Малфоем. — Отстань от неё. Слышишь? Просто оставь её в покое. У вас ничего не получится, Драко. Вы по разные стороны баррикад, и эта пропасть завалена трупами. Если тебе так приспичило узнать, что задумал Орден, ради Мерлина, возьми в плен кого-то из её отряда. Для тебя это раз плюнуть, но ты всё время бегаешь только за ней. Но Малфой лишь упрямо качнул головой, садясь на кушетку. Алая капля крови сорвалась с его подбородка и упала на белоснежный воротник рубашки, расплываясь ярким маком. — Ты сам сказал — она меня чуть не убила, — прошептал Драко, и в его голосе зазвенела сталь, смешанная с чем-то пугающе одержимым. — А Малфои, как ты знаешь, не оставляют такие жесты без ответа. Пауза. Он усмехнулся — коротко, устало. — Но, к сожалению, у меня сейчас есть проблема поинтереснее. На самом деле... — он тяжело выдохнул и прикрыл глаза, — на самом деле мне действительно не до неё. У моих родителей началось очередное обострение аристократизма. Забини нахмурился, не понимая смены темы. — В каком смысле? — В самом прямом, — процедил Драко, морщась от того, как стягивается кожа на щеке. — Они решили устроить бал. Хотят, чтобы я посмотрел на претенденток в жёны воочию, в «достойной обстановке». Ты с матерью, кстати, тоже приглашён. Можешь начинать полировать запонки. Блейз замер с флаконом в руках, а потом кабинет сотряс его резкий смех. — Бал? — Забини хохотал так сильно, что едва не смахнул со стола остатки диагностических чар. — Мерлин, Драко, твои родители просто неадекватные! У нас война идёт, а они… Это за гранью. Драко тоже усмехнулся. — Улыбаемся и машем, Блейз. Улыбаемся и машем. Я просто опроверг абсолютно всех, кого они предлагали, но, как видишь, они не сдаются. Этот фарс утвердил сам Лорд, так сказать, хочет показать иностранным делегациям, что у нас всё под контролем. — И кто фаворитка? — Не поверишь — Астория Гринграсс. Блейз мгновенно перестал смеяться и издал звук, средний между хрюканьем и новым приступом хохота. — Гринграсс? Астория?! — он буквально рухнул в кресло напротив кушетки. — Драко, на ней же клейма негде ставить! Весь Слизерин знает, что её «кротость» заканчивается ровно там, где начинаются закрытые вечеринки. Она же... она же совершенно неуправляемая. — Тише ты, — шикнул на него Малфой, хотя в его глазах тоже заплясали ироничные искорки. — Я не могу сказать такого своей матушке, её же удар хватит на месте. Для неё Астория — «чистокровный цветочек с прекрасными манерами». Так что давай, заканчивай разглагольствовать и приведи моё лицо в божеский вид. Если я явлюсь на этот ярмарок невест с разорванной щекой, Нарцисса решит, что я сделал это специально, чтобы сорвать её планы, и мне придётся встречаться с каждой по отдельности. Блейз, всё ещё подхихикивая, поднялся и снова взял палочку. — Окей, «жених», лежи смирно. Постараюсь сделать так, чтобы ты выглядел как наследник престола. — Просто лечи, Блейз, — вздохнул Драко, снова откидываясь на подушки. — Просто лечи. Забини кивнул и сосредоточенно зашептал восстанавливающее заклинание. Синева на скуле Малфоя начала таять, сменяясь здоровым розовым цветом, а глубокие борозды на предплечье затягивались, оставляя лишь тонкие, едва заметные белые нити. В кабинете снова воцарилась рабочая тишина, нарушаемая лишь мерным шипением бадьяна.