Глава 8

      Совсем небольшая, скалистая пещера стала их единственным укрытием. Скарлетт судорожно вздохнула, потирая ладони в попытках согреться. Леон лежал неподвижно, нахмурившись из-за боли, которая преследовала его даже в потере сознания.       Разводить огонь было крайне небезопасно, поэтому оставалось полагаться лишь на собственные силы. Она поспешила снять с него насквозь мокрую куртку, футболку и штаны, мимолетно касаясь ледяного тела.          В этот миг он пришел в себя и разлепил глаза, находясь на грани сознания и бреда. Понять окружающую обстановку было трудно, из-за чего его взгляд судорожно метался по её лицу в попытках разузнать ответы,   — Мы в лесу, Леон...Не хочу говорить, что в полной безопасности, но шансы какие-никакие есть, — пробормотала Морган, обратив всё свое внимание на кровоточащую рану. Пуля наверняка была внутри, что усугубляло ситуацию в несколько раз.         Она сделала пару глубоких вздохов, в попытке не податься панике, а сделать всё, чтобы выбраться из этого ада. Скарлетт потянулась к брошенной неподалеку футболке Леона и разорвала ткань.    — Твое отчаянное желание спасти меня удивляет, — прохрипел Кеннеди, нахмурившись.   — Я могу сказать тоже самое про тебя, придурок чертов.         Морган начала туго перевязывать рану в попытке остановить кровотечение. Она могла лишь надеяться, что не занесет ему инфекцию и не сделает ещё хуже. Её руки мелко дрожали, выдавая удушливую тревогу.   — Скарлетт, не стоит так сильно из-за меня переживать. Ты бы знала, с какими ранами меня уносили из миссий.   — Но тогда тебе оказывали профессиональную помощь! А не перевязывали всякими грязными тряпками, — выпалила Скарлетт и коснулась его окоченевших пальцев. Ему нужно было тепло, чтобы не дать лихорадке развиться.   — Брось...из тебя полевой медик хорош.         Она закатила глаза, внимательно осматривая своеобразную повязку: кровотечение понемногу утихало, но на всякий случай Морган затянула ткань сильнее, выбив из Леона приглушенный стон.   — Знаю, глупый вопрос, но...ты как? — тихо произнесла она, следом стянув и с себя мокрую футболку со штанами. Холод казался невыносимым: словно была не середина осени, а глубокая зима.   — Лучше, чем могло бы быть. Но меня по-прежнему жутко клонит в сон из-за дурацких успокоительных. Господи, словно лошадиная доза.   — Была бы моя воля я бы голыми руками прикончила эту суку, — цокнула Скарлетт, неловко осматривая дрожащее тело Кеннеди. — Тебя бы согреть. Вот только в нашей ситуации подходит лишь один способ.   — Намекаешь на старый добрый "кожа к коже"? — вымученно произнес он, прокашлявшись. — Ну дерзай, "медик".   — Что-то ты стал больно веселым. Мне это не нравится.         Он тихо хмыкнул вовсе не противясь тому, как Морган, оперившись на скалистую стену пещерки, притянула его к себе. Голова Леона покоилась около её груди, и, руками, она окольцевала его тело. Стеснение Скарлетт было необъятным, но в этой ситуации явно не место эмоциям, всё это - вынужденная мера.   — Хоть бы нас не нашли, — вдруг произнесла она, дернув губами. Одно лишь осознание, что ищейки Мадлен ходят где-то рядом заставляло сердце неистово стучать.    — Не найдут, всё будет нормально, — твердо прошептал Кеннеди, всё чаще и чаще закрывая глаза.       Тело Морган по сравнению с собственным было таким теплым, живым...Ничего толком не понимая из-за спутанности сознания он намного сильнее прижался к источнику тепла, спрятав нос в изгибе её шеи.         Скарлетт покраснела от столь напористого действия, чувствуя, как его горячее дыхание в шею вызывает приятный мурашки, но ничего предпринимать не стала. Ему нужен хороший сон и отдых, чтобы как можно скорее восстановиться.       То, что сейчас место было погружено в объятия ночи - было очень на руку, ведь шансы быть замеченными и вправду ниже. Но как только наступит утро и лучики солнца проникнут через тучи, будет сложнее и опасней.         Стараясь об этом не думать, Морган откинула голову навстречу стене, прикрыв глаза лишь на мгновение. После, она наклонила её к Леону, заметив, что тот погрузился в глубокий сон. Брови были расслаблены, а тело больше не было в таком жутком напряжении. Сон не заставил долго ждать и Скарлетт: глаза закрывались от усталости всё чаще, прежде чем отдаться чуткому сну.         Понемногу они начали согреваться в объятиях друг друга, в надежде остаться незамеченными и выжить. Достучаться справедливости и отправить Мадлен за решетку - туда, где ей и место.

***

      Морган подорвалась где-то под утро, когда небо затянуло серыми тучами, и из них почти не пробивалось солнце. Она беспокойно взглянула на Леона, который уже не лежал в её объятиях, а прислонился к стене рядом. Его глаза тоже ослаблено приоткрылись, встретившись с карими Скарлетт.   — Ты как, Леон? — тихо поинтересовалась Морган, вовсе позабыв, что находится в одном лишь нижнем белье.       Она смущенно выдохнула и потянулась к брошенной рядом одеждой, которая успела более-менее высохнуть за ночь.         Без раздумий Скарлетт натянула на себя штаны с футболкой и уже уверенно взглянула на Кеннеди вновь, а после приблизилась к нему, коснувшись повязки - та оказалась сухой.    — В норме, — коротко произнес он и посмотрел в сторону выхода пещеры. Их окружал один лишь сплошной лес и скалистые горы. Леон прислушался, так и не уловив звук отдаленных шагов или лай собак. Он попробовал принять более удобное положение, но тут же застонал сквозь сцепленные зубы из-за пронзающей боли в плече. — Однако это лишь дело времени, когда нас найдут.    — У тебя есть план? Я понятия не имею как нам выбраться из этой глуши. Мы не знаем, где заканчивается лес, не знаем в каком мы штате, — нервно произнесла Морган, бегая глазами по сторонам.   — Часы. На моих часах есть датчик, напрямую связанный со штабом. Его в основном используют когда я на миссиях и....в случаи низкого давления, пульса - подается сигнал о том, что я ранен вместе с координатами. Ночью они наверняка получили его, поэтому нам остается лишь дожидаться подмоги. А потом объяснять, как я ввязался во все это.         На последних словах Леон фыркнул из-за раздражения и взглянул на встревоженную Морган.   — Не переживай, Скарлетт. Сигнал всегда приходит без погрешностей. Эти часы были проверены множество раз.   — Я про твою рану беспокоюсь, — призналась Скарлетт и, сцепив руки в замок, попыталась унять нервозность. — Не знаю, правильно ли перевязала и не сделала ли ещё хуже...Пуля всё ещё внутри, у нас в любом случае не так много времени.   — Перестань. Только нервы тратишь. Кровотечение остановлено и это главное. Об остальном позаботятся в штабе.   — Ты так доверяешь им.…ну, своим коллегам, напарникам. Для меня это что-то вовсе невиданное. Всю жизнь приходилось доверять лишь себе, как и быть другом самой себе, — угнетенно ответила Морган, тут же замотав головой. — Не бери в голову.   — Всё нормально, Скарлетт. Иногда очень важно выговориться, чтобы наступило хоть мимолетное облегчение, — произнес Леон, опустив брови в сочувствии, а после взглянул на левую руку. Сердце пропустило глубокий удар, когда он не обнаружил там обручального кольца. — Скарлетт, где кольцо?   — Ч...что? — её глаза слегка расширились при виде на его безымянный палец, который больше не окутывало серебряное звено. Был видимый лишь след, что служил напоминанием про утраченную счастливую жизнь. — Я не...я не брала его. Вероятней, слетело в реке и.…господи, Леон, мне очень жаль...         Кеннеди понимающе закивал, плотно поджав губы. Неужто Вселенная так яро напоминала ему о том, что пора отпустить прошлое и принять в свою жизнь что-то новое. Лотти...сердце всё ещё болезненно разрывалось при одном лишь упоминании, а слова Мадлен отрезвляюще врезались в сознание.          Может, когда он добьётся справедливости и она понесет должное наказание за гибель жены — это станет неким искуплением для Леона. Может это сможет, хоть и поверхностно, но залечить раны...Добиться справедливости — вот чего он хотел больше всего на свете.    — Мы обязательно должны заставить её заплатить, — отрешенно проговорил Кеннеди, с терпкой нежностью и в то же время грустью, провел пальцем по бледному следу от кольца.   — И мы заставим. Я буду помогать тебе в этом, — твердо произнесла Скарлетт, а в её глазах сверкнул решительный огонек. Леон нарочито медленно обвел взглядом лицо Морган, черты которого прекрасно мерцали в полумраке пещеры.          На душе было легче, ведь при одном лишь взгляде на Скарлетт, перед его лицом больше не мелькало лицо Лотти. Конечно, он всё ещё безмерно любит её до сих пор и эта любовь умрет вместе с ним и пустит свои корни. Но лучшего всего будет отпустить Лотти...дать её душе заслуженное упокоение и легкость...         Кеннеди должен жить дальше ради покойной жены и себя в первую очередь. Бороться со всяким дерьмом, чтобы больше ни за что не допустить подобного исхода. На словах и мыслях это всё легко.       Но вот отпустить по-настоящему всё ещё остается его непосильной задачей. Ведь кажется, словно после этого Лотти уйдет из его сердца навсегда и он утратит её уже окончательно, вовсе забывая о том, что человек живет в памяти, воспоминаниях, любви и безмерном, искреннем счастье, а не в убивающим душу горем.  

***

      Мадлен не спала почти всю ночь, находясь на связи с ищейками, которые обхаживали территорию. Она проклинала всех: себя, своих напарников, Скарлетт и чертового Кеннеди. И лишь спустя безмерные часы неудачных поисков, Нокс приказала ищейкам вернуться, чтобы тщательней обдумать дальнейший план и, наконец, найти сбежавших.         Тяжелая дверь особняка распахнулась, где в прихожей уже стояла Мадлен, с ядовитым гневом в зеленых глазах осматривая Дэвида и Гаррисона. Под её глазами легли темные круги, а веки всё чаще и чаще смыкались. Похода была шаткой, а голос низкий и хриплый:   — Вы серьезно не можете найти их? Они не могли далеко уйти, особенно если моя пуля попала в цель!         Они стыдливо отпустили глаза под гнетом её губительного, пугающего взгляда. Настолько злой Нокс ещё никогда не была.   — Мы прочесывали абсолютно всё, — с придыханием произнес Гаррисон, дрожа от холода, что приносила насквозь мокрая одежда.   — Значит плохо! Мне плевать, какой ценой вы найдете их и вернете сюда же. Подключайте остальных, пусть возвращаются сюда. И только попробуйте упустить их, я лично отыграюсь на каждом в таком случае.         Вдруг, на крики прибежал Томас, трясущейся рукой поправив очки, сползшие на переносицу и мягко удержал Мадлен за руку, чтобы она не свалилась с ног от усталости и отсутствия сна.       Первой её мыслью было отдернуть руку, сорваться и на Томаса, однако...он был единственным мужчиной, к которому она не чувствовала такого отвращения и жуткого предчувствия угрозы. Может дело было в том, что он был умником. Слабым умником, который, даже если захочет, больно не сделает. По-крайней мере физически.         Нокс выдохнула через нос, прикрыв глаза. Томас с опаской приобнял её за плечи и сглотнул.   — Тебе...то есть Вам, нужно хорошо отдохнуть, а потом, с трезвой головой принимать решение и...   — Знаю...я знаю, Томас! Но нельзя допустить, чтобы они ушли, ведь тогда все мы под угрозой. А моя окончательная разработка вируса?! Мне нужно испытать его, черт возьми!   — Мы...мы попросим других присоединиться к поискам и обязательно найдем их, Мадлен. На этот раз не подведем, — выпалил Дэвид, сжавшись от страха перед ней.         Однако Мадлен лишь обессилено отмахнулась от его слов, неосознанно опершись на Томаса. Она была слишком изнемождена, чтобы дальше читать нотации и доносить к ним очевидное.       Да и Нокс четко дала понять - либо Леон и Скарлетт вновь становятся её заложниками, либо остальных, кто не сумел выполнить поручение ждет жестокая смерть, опыты или тестирование вируса.         Он осторожно провел её в спальню, усадив на кровать. Его взгляд беспокойно метался по лицу Мадлен, а пальцы теребили края медицинского халата.   — Если Вам что-то нужно - скажите, я помогу.         Она оценила его долгим, цепким взглядом и мотнула головой, а после легла на пышные подушки, что даровали невероятный комфорт.   — Ничего не нужно, просто оставь меня в покое.         Томас послушался и, закивав, поспешил покинуть комнату, захлопнув за собой дверь. В горле по-прежнему комком стояло слово "спасибо".  Однако оно было таким липким и мерзким, вовсе не желая изрекаться, а тем более мужчине. Тяжко вздохнув, Нокс потянулась к пачке сигарет на прикроватной тумбочке.         Ловко вытащив одну тонкую и запалив её, Мадлен тут же затянулась, выдыхая едкий дым. Мысли принесли к достаточно давнему воспоминанию - день смерти Шарлотты Кеннеди. Почему-то ранее Нокс чувствовала некое ликование, а сейчас пустоту.         Ей было невыносимо видеть эту ослепляющую любовь везде...То, как сильно Кеннеди любил и любит Шарлотту до сих пор, разрывало сердце на куски, так же, как и его скрытая любовь к Морган. В уголках глаз защипало от осознания, что Мадлен никогда не чувствовала и, вероятней, не почувствует себя любимой.         Ею лишь воспользовались, как ненужной игрушкой и кинули "умирать". Нокс не хотела заглядывать в корень проблемы и пробираться сквозь завесу ненависти к мужскому полу. Как и не хотела признавать то, что искренне желает чувствовать себя любимой от терпких поцелуев и нежных рук достойного мужчины.       Желает получать ласку, чувствовать себя ценной. Но всё это захоронено глубоко внутри неё...Ненависть, и то ужасное событие заслепили абсолютно всё: её былое тепло, игривость, хрупкость, любовь и сладкую нежность.       Возвращаясь к тому дню...Мадлен уже давно все распланировала, специально манипулировала и давила на Шарлотту, чтобы та медленно ломалась под давлением. Преследования не прекращались даже после того, как она стерла все свои записи о расследовании...         А в тот злосчастный день, Нокс тайно связалась с Шарлоттой и приказала ей покинуть дом, оставив все личные вещи. В случае непослушания - Леона бы ждала верная смерть. И это было чистой правдой - Мадлен без раздумий убила бы его, оставив Шарлотту в одиночестве и в днях, наполненных горькими слезами и виной.         Кеннеди едва ли успела переступить порог дома, как её "любезно" встретила Нокс в компании ищеек. На её устах расплылась усмешка, что передавала всё ликование, что хранилось в душе. — Пойдем, Шарлотта.          Она с отчаянным страхом в глазах взглянула на эту властную женщину и, не в силах перечить, ступила следом. Они пробирались по пустующему пути, пока не оказались в сердцевине леса. Запах озона после дождя был стойким, а холодный ветер вызывал озноб. Ищейки крепко придержали Шарлотту за запястья, подавив даже малейшую попытку сбежать.   — Понимаешь, Шарлотта...я пыталась. Я правда пыталась решить всё мирно. Замять это дело и отпустить тебя. Но я знаю твоего мужа, успела узнать тебя...И прекрасно понимаю, что рано или поздно ты расскажешь ему об этом, а я утрачу всё, — приторно нежно проговорила Мадлен, словно объясняя простую истину ребенку.   — Я бы не рассказала, никогда! Я сделала всё, как Вы и просили, — задыхаясь от паники выдавила из себя Шарлотта, а глаза жутко пекли от горьких слез.       Она подалась вперед, настолько, насколько это возможно и всхлипнула сильнее от осознания, какого же будет Леону, когда он вернется в пустую квартиру, утратив свое счастье.          А больше всего сердце разбивало то, что Шарлотта буквально несколько дней назад узнала о своей беременности. Срок был совсем маленьким, однако она уже готовилась со дня на день сообщить об этом ему.       Шарлотта всё представляла, каким же он будет прекрасным отцом. Сколько же любви и ласки подарит как и ребенку, так и ей. Ведь во всем этом мраке, что окружал его - Леон заслуживает на что-то столь сокровенное и трепетное.    — Пожалуйста, поймите меня...хотя бы как женщину. Я...я ношу его ребенка и.. Правда сделаю что угодно. Мы уедем, сменим имена. Я навсегда забуду, что вообще связывалась с Вами. Прошу...прошу, Мадлен.         Услышав её речи о ребенке, Мадлен замерла, чувствуя, как к горлу подкатывает сковывающий ком, а в уголках глаз скапливаются слезы. Шарлотте досталось всё - любовь Кеннеди, его поддержка, абсолютно всё! Даже, черт возьми, ребёнок. Нокс не хотела признавать это, но завидовала...Страшно завидовала их счастью и тому, что кого-то могут любить настолько сильно...         Известия о ребенке не добавили в ней жалость, а наоборот - отбили напрочь. На душе стало ещё дерьмовей и желание разрушить это счастье в мире, полном тьмы, возросло в сто крат.   — Как это вы с такой ситуацией в мире и вечными отъездами Леона на смертельные мысли решили завести ребёнка? Разве это не эгоистично?   — Он...он был бы прекрасным отцом и уж точно заслуживает на счастье. Мы...мы правда планировали, хотели подписать ему некую договорённость в случае рождения и...         Шарлотта так и не закончила предложение, заплакав сильнее. Все мечты и надежды на счастливую, крепкую семейную жизнь, разбились вдребезги. Мадлен смотрела на неё с нескрытной завистью, очерняющей душу. Почему некоторым достается всё, а остальным лишь ослепляющая боль.   — Если ты думала, что со мной пройдет женская солидарность, то нет, —фыркнула она и кивнула головой в сторону ветки, где уже висела петля. — Ну давай, Шарлотта. Не заставляй меня ждать или предпринимать жестокие меры. Либо умираешь добровольно, либо Леон умрет. Мы знаем, где вы живете, знаем, каким маршрутом он добирается на работу и обратно, в какие заведения заезжает чтобы...порадовать тебя.         Шарлотта не слышала в её голосе блефа и понимала, что та не врет. Всё будет так и никак иначе. Слезы не прекращались литься рекой. Она не хотела прощаться с жизнью, не хотела и смерти мужа.       Шарлотта жаждала просто наслаждаться их любовью и продолжением. Быть светом в этом мире...Но её воля была настолько подавлена, что, с помощью ищеек она прошла прямо к петле, встав на возвышение прочного корня и схватившись руками за петлю. Веревка впивалась в нежную кожу ладони, которая скоро окажется вокруг её шеи.    — Прошу, не делайте этого, — судорожно завопила Шарлотта, не решаясь вступить в костлявые объятия смерти.   — Тогда Леон умрет. Разве твоя любовь к нему настолько слаба, что ты предпочтешь остаться в живых, и позволить нам убить его? Я права?         Мадлен наблюдала за ней. За тем, как трусилось всё тело, а в глазах был необъятный страх. Как ветер развивал её каштановые волосы, словно убаюкивая. В душе Нокс не было места жалости, было лишь насилие и очерняющая жестокость.    — Нет. Я люблю его. Люблю больше своей жизни, — прошептала Шарлотта и решительно потянула петлю, накинув её на шею. Всего один шаг вперед и всему придет конец. Ей было страшно...страшно умирать, страшно не чувствовать рядом Леона, который всегда оберегал от всех бед.         Поэтому в последние минуты своей жизни она закрыла глаза, погрузившись в светлые воспоминания с Леоном. Вспомнила, каковы на вкус его губы. Вспомнила, как бережно он убирал пряди волос с её лица.       Вспомнила, как заботился и ставил её комфорт превыше своего...Прежде чем сделать шаг к смерти, устами Шарлотта прошептала едва слышное: "я люблю тебя, милый. Прости меня за всё."         Она ступила вперед, утратив опору под ногами. Горло сдавило с такой силой, что это вызвало протяжный хрип и неимоверную агонию, которая продлилась какие-то секунды, прежде чем смерть верно приняла Шарлотту в свою обитель.         Мадлен отвела свой пустой взгляд в сторону и от нервов закурила, до конца не осознавая, что убила не одного человека, а сразу троих. Погубила...разрушила чужое счастье. Нокс распахнула глаза, вырвав себя из пучины воспоминаний.          На сердце не было не гадко ни радостно от столь изощренного поступка. Лишь пустота и понимание от того, что как бы она не пыталась разрушить чужое счастье - от этого легче не становится и счастья в её жизни не прибавляется. Ей уже всё осточертело...  

***

      Скарлетт расхаживала вперед-назад насколько позволяла пещера, покусывая пальцы. Прошло несколько часов - никого так и не было, а состояние Леона ухудшилось. Он заметно побледнел и, пусть рана больше не кровоточила, исключить распространяющуюся инфекцию нельзя. Мысли сжирали её, подбивая надумывать образы ужасного конца и утратить надежды на счастливый конец.   — Тебе стоить унять нервы и не мелькать у меня перед глазами так хаотично. Голова раскалывается, — недовольно пробурчал Леон, здоровой рукой потерев висок.   — Прости, — она резко остановилась, вдохнув полной грудью. — Что если сигнал не дошел? Или тут глушат навигацию? Ненавижу чувствовать себя такой беспомощной.   — Понимаю, но погрешности быть не может. Нам просто нужно время...мы даже понятия не имеем насколько далеко нас привезла Мадлен. А сейчас самое главное успокоиться - лишние нервы ни к чему хорошему не приведут.       Морган провела ладонью по лицу и села рядом с Кеннеди, мельком осмотрев его бледное лицо и крепкое тело с внушительными мышцами, от которого кровь стыла в жилах. Покраснев, она отвернула голову и выпалила:   — Как ты можешь быть таким спокойным? Где такой выдержки учат...   — Учит жизнь и бесчисленные миссии, на которых я множество раз был на грани смерти, — уныло объяснил он, взглянув на часы. Уже перевалило за вечер, но даже ищейки не сумели их отыскать.   — Я даже представить не могу, какого тебе, — прошептала Скарлетт и придвинулась к нему ближе, оказавшись плечом к плечу. Её прохладная ладонь легла на лоб Леона, почувствовав колющий жар.   — Черт, ты горишь...а я даже ничем не могу помочь тебе.   — Ты уже делаешь больше положенного. Всё со мной будет в порядке, прошу тебя, не паникуй.         Его слова вовсе не звучали как упрек, а скорее как скрытая забота и даже переживание за Морган. Не каждый сталкивается с подобными ситуациями так часто и, она даже хорошо держится.   — Если бы всё было так легко...         Она поджала под себя колени и положила на них подбородок. Скарлетт боялась часто смотреть на Леона, ведь это пробуждало в ней вовсе не те чувства, которые следовало. Это казалось таким неправильным...Влезать со своими глупыми чувствами в жизнь человека, который не так давно утратил свою жену. А с другой стороны...он ведь тоже заслуживает на повторное счастье?         Её размышление прервал рев лопастей и яркие вспышки света. Морган сжалась всем телом, с опаской взглянув на Леона. Авиацию могло поднять агентство, а могла и Мадлен. Вертолет все приближался, пока не начал пикировать.   — Леон....   — Тш...знаю, подожди.         Теперь ослепляющий свет был направлен в сторону пещеры. Они зажмурились, едва разглядев как вертолет завис над кронами деревьев и по веревкам наземь спустились снаряжённые люди. Кеннеди расслабился, сразу узнав в них оперативников. Впереди шел, вероятней, капитан команды и приказал направить оружие на незнакомку.   —  Руки перед собой! Так, чтобы я их видел.         Морган подняла дрожащие руки, чувствуя биение сердца под самими ребрами. На неё было наставлено множество лазерных прицелов, что не могло не ввести в ступор. Командир направил винтовку прямо на центр её груди, а после послышался щелчок предохранителя.   — Оставить! — прохрипел Леон, в тщетной попытке подняться. — Она со мной - своя...Я потом всё объясню.         Мужчина пристально осмотрел Скарлетт ещё раз, прежде чем махнуть рукой. Остальные агенты послушались, опустив оружие. Командир прошел прямо к Кеннеди, бегло взглянув на рану и намекнул, чтобы Морган поделилась деталями.   — У...у него пулевое ранение в плечо. Пуля, вероятней, внутри. Я попыталась сделать всё, что могла, но его в добавок накачали чем-то. Транквилизаторами, наверное.         Скарлетт заломала пальцы от страха перед столь грозным и серьезным агентом, то и дело что поглядывая на ослабленного Леона в поиске безмолвной поддержки.   — Накачали? Где? Как это вообще произошло? Как вас вообще угораздило оказаться здесь?  — резко спросил мужчина, прищурившись в подозрении. Морган едва успела открыть рот, как Кеннеди тут же вмешался.   — Долго объяснять. Сейчас не самое подходящее время...всё потом.         Он без промедления кивнул и приказал другим агентам помочь доставить этих двоих на борт. Командир притянул ко рту рацию: послышалось шипение, а после приглушенный голос Ханниган.   — Удалось найти Кеннеди?   — Да. У него пулевое ранение в плечо и вместе с ним девушка. Вероятней, гражданская. Кеннеди сообщил, что объяснит всё позже, а пока мы сейчас же выдвигаемся. Отбой.          Мужчина вернул рацию на место и последовал за кучкой оперативников, которые помогли им взобраться на борт. Железная дверь сзади захлопнулась, отрезав их от знойного воздуха.       Скарлетт тут же свалилась на сиденье рядом с иллюминатором, пока к Леону уже подоспели медики, чтобы оказать должную помощь. Вертолет начал возвышаться, набирая высоту, все дальше и дальше унося их от особняка Мадлен, который был скрыт от нежелательных глаз.