Сгоревшие в пламени ведьмы перерождаются цветами (часть 2)

На следующее утро Экзюберант наконец-то получила долгожданный завтрак. В столовой собрались все женщины, служащие при соборе. Подавали только одно блюдо, которое таковым было сложно назвать. Девушка потрогала ложкой еду и поморщилась. Склизкая, вонючая каша удобно расположилась в старой потемневшей деревянной тарелке. Лили толкнула ногой соседку под столом и чуть слышно прошептала: "Ешь, а то накажут". Жасмин решила, что все-таки стоит скушать хотя бы немного, чтобы не скрутило живот. Но впихнуть в себя даже чуть-чуть оказалось непросто. После приема пищи младших послушниц отправили на огород прополоть сорняки. Неудавшаяся беглянка копалась в земле впервые и во всем пыталась повторять за остальными. Но корни никак не хотели поддаваться, срывалась только зеленая часть растения. Спустя четверть часа она решила отдохнуть и оглядеться. На одной стороне огромного участка располагался собор, величественное строение с несколькими шпилями. В нынешней ситуации он казался до жути тошнотворным и неприятным, хотя раньше Экзюберант находила его эстетически приятным взору. Сразу за ним было маленькое одноэтажное здание - жилище монахинь. Убогая лачужка, построенная наспех из наполовину сгнившей древесины и кое-где облепленная глиной. "Даже скоту загоны строят получше. Хорошо, что сейчас лето и по ночам не холодно." - пронеслось в мыслях. В домишке было несколько комнат для монахинь, небольшая кухонка и столовая. Сразу за этим "хлевом" находилась большая территория с садом, огородом и загончиком с курами, к которым не подпускались послушницы, кроме четырех самых старших сестер и отца Энцо. В этом городе и нескольких ближайших монастыри объединили с церквушками и соборами из-за соображений выгоды. Монахини обеспечивали едой себя и служителей бога, давая тем самым мужчинам больше времени на общение с всевышним и наставлением на путь истинный граждан, так же продавали на местном рынке излишки, плата от которых шла только на улучшение жизни дочерей создатели. В замен же церковь заботилась о здоровье женщин: предоставляла лекаря и защиту от неадекватных мужчин, которые раньше любили нападать на уединенные поселения прекрасного пола. По голове вдруг прилетел подзатыльник. "Нечего глазеть по сторонам!" - коротко и властно произнесла Маргаретт, которая проходила мимо к птице делать ежедневный пересчет пернатых. Боль и обида захлестнули Жасмин, появился неприятный ком в горле. Хотелось ударить по земле рукой, огрызнуться и убежать прочь, но Лили незаметно стукнула рядом граблей и снова прошептала, что не стоит делать необдуманных поступков. Брошенная аристократка проглотила негативные эмоции и снова принялась за прополку. Солнце начинало сильно напекать голову сквозь черный платок. Спасало только то, что периодически приносили попить воды. Вдруг одна из послушниц упала в обморок, но никто не придал этому значения. Ее просто облили водой, привели в чувства и она продолжила бороться с сорняками, еле передвигая руки. Экзюберант вопросительно посмотрела на Лили. - Она уже сутки не ела, да еще и солнце сегодня сильно греет, - прошептала соседка ко комнате. - Но это же очень жестоко, - последовал тихий ответ. - Не стоит обращать на это внимания. Так будет лучше и ей и тебе. Обед был спасением от жары. Но еда была ничуть не лучше утренней. Пустой овощной суп без соли было невозможно есть, но тарелки быстро пустели. Особенно жадно хлебала суп девушка, которая упала в обморок, но никто не обращал на это внимания. После обеда все молились в соборе, шепотом произнося стихи, но Жасмин не знала слов, поэтому только делала вид. Следом был невкусный ужин из погнившего картофеля. Все было в точности, как на завтрак и обед. Когда зашло солнце, сестры отправились жечь выкорчеванные сорняки и после уничтожения всех неправильных растений разошлись по спальням. - Лили, почему ты решила рассказать мне о том, что ты притворяешься? Я же могла сдать тебя. - Потому что ты нормальная в отличие от этих помешанных. Я сразу это увидела. Да и мне ж не с кем тут поговорить, я соскучилась по обычным беседам. - А почему предостерегаешь и помогаешь? - Тоже потому что я не они, как бы не старались это исправить. Не надо совершать мои ошибки, последствия ужасные, а доверие заслужить будет тяжелее. И ты не становись такой бездушной! - Лили пристально посмотрела на собеседницу, а потом обе рассмеялись. Они не боялись быть услышанными, потому что говорили тихо, а соседняя комната пустовала. Тем более после тяжелого труда все спали очень крепко.Проболтав еще немного они улеглись спать, пытаясь не шевелиться ночью, чтобы не беспокоить ужасно болевшие мышцы. Однообразные дни тянулись один за другим, менялись только дела и количество находившихся рядом послушниц. Но работа все равно была скучной и однообразной. За время ночных посиделок девушки подружились и эти беседы были единственным лучиком счастья в месте уныния. В этот вечер подошла очередь Жасмин мыть полы в соборе. Натирая очередную доску до блеска, девушка вдруг вскрикнула. Большая заноза впилась в палец. Она пыталась ее вытащить, но деревяшка не поддавалась. Экзюберант освободили от дел и вызвали лекаря. Он обработал палец, вытащил фрагмент пола и забинтовал рану. Девушка была рада отдохнуть от обязанностей, но на следующий день была запланирована прополка грядок. Жуткая боль и несгибающаяся фаланга мешали дергать траву. Послушница пыталась не отставать от других, но ничего не выходило. На обед пошли все, кроме Жасмин. Кристен заставила ее доделать свою норму. Ужина тоже лишили и голодные бурления в животе не давали покоя. По удачному стечению обстоятельств спать отправились раньше и можно было прилечь, свернувшись на боку и обхватив колени руками. Боль отступала и можно было спокойно полежать. - Лишать еды слишком жестоко и несправедливо, сил то на дела становится меньше! - Согласна, но это место еще неплохое. В других вообще не только кушать запрещают, но и выгоняют спать на улицу. И даже не важно, что может быть зима! - Какой ужас! Это же настоящая пытка! - Мне вообще кажется, что такие места придумали для издевательств! По-другому никак не могу такое объяснить. - А здесь как зимой? Разве не холодно? - Холодно конечно, еще как! Но выдают одеяла. Если закутаться как следует, то вполне терпимо. Надеюсь, выберусь отсюда до морозов. Не хочу больше все это опять пережить.. - Мне тоже совсем не нравиться здесь... - Знаешь, тут мы живем по двое, а почти во всех остальных монастырях одна большая комната на всех и там тотальный контроль даже за сном! - Ну в чем-то нам повезло. - Однозначно! Снова проходили дни, в которых медленно тянулась каждая минута, а часы казались вечностью. Тело постепенно привыкало к нагрузке и уже не болело так сильно как в начале. И вот в очередной из дней всех женщин собрали в соборе. Энцо вышел, улыбнулся противной слащавой улыбкой и сказал, что в честь предстоящего праздника стоит выучить новые стихи и молитвы. Подозвал Лили, положил ей в руки толстенную старую книгу, открытую на нужной странице, и уехал на частную проповедь. Девушка принялась читать по абзацам, а сестры повторять за ней. Так продолжалось несколько часов, пока каждое слово не было высечено навсегда в памяти всех присутствующих. - Ты хорошо читаешь вслух, поэтому тебе доверяют обучение? - сказала вечером Жасмин подруге. - Спасибо, но не это причина. Только мы с тобой владеем таким навыком. Ну еще и Энцо конечно же, но он благополучно скинул это на меня. - Это так странно, что он дает тебе читать. Это ведь называют ведьминским занятием. - Ты знала, зачем девочек вообще учат читать, а потом запрещают брать в руки книги? - Конечно, так ты считаешься образованной и подтверждаешь свой статус аристократки, а еще это помогает выгоднее выйти замуж. - Ага, а есть еще причина. Чтобы ты читала библию и святые писания сама и становилась более послушной! - Я думаю есть третья причина. Чтобы девушка была как-бы образованной, но внутри оказалась пустышкой и не превзошла своего мужа по знаниям. А то станет слишком умной и независимой, как графине Розе, и возлюбленный уже не сможет манипулировать и указывать жене. - Но для Кейтлин все закончилось все равно не очень. Даже фамилию отобрали, чтобы всем показать, что не стоит идти против мужской власти. - А я вот не совсем поняла для чего надо было давать ей совершенно другую фамилию и статус.. - Жасмин любопытно посмотрела на подругу. - Ее же в ад отправили. А Энцо говорил, что без имени и фамилии тебе не назначат наказание и не отправят на нужный круг, поэтому ее заочно выдали замуж за преступника и назвали Летьер дэ Шу, чтобы она не ассоциировалась с Розе и дальше не порочила род и компанию. - Грустная история. Я так ей восхищалась... - Я тоже, прекрасная женщина.