Глава 6. Ло Ду

      Ночь в Си-Цо приходила быстро.       Солнце ещё касалось верхушек деревьев, когда под сводами храма уже сгущались тени.       Камень медленно отдавал накопленное за день тепло, и воздух внутри становился прохладнее. Огонь в очаге потрескивал тихо и ровно. Старик сидел у него, поджав ноги, и перебирал тонкие ветки, будто считал их.       Я проснулся от запаха дыма.       Пламя почти погасло, но угли ещё тлели. Старик уже не спал. Он сидел напротив и что-то тихо бормотал, глядя в огонь.       Когда он заметил, что я открыл глаза, морщины у его глаз чуть углубились. Он поднялся без спешки и исчез в темноте у стены.       Вернулся с узлом ткани.       Старик бросил его мне.       Ткань была грубой и плотной, пахла дымом и сухой травой. Внутри оказалась простая одежда — длинная рубаха и штаны, перетянутые шнуром.       Я посмотрел на свою кожу.       Она всё ещё была в пятнах засохшей крови.       — Да, пожалуй, это будет уместно.       Старик не понял слов, но, кажется, смысл уловил. Он показал жестом на ближайший сосуд с водой.       Каменная чаша стояла у стены. Вода в ней была прохладной и чуть мутной, но после вчерашнего дня она казалась роскошью.       Я смыл кровь с рук и плеч. Кожа там, где когти и зубы оставили раны, уже почти затянулась. Остались только бледные полосы.       Я снова коснулся плеча.       Непривычно.       Старик наблюдал за этим спокойно, без удивления.       Когда я закончил, он жестом подозвал меня к стене.       На камне висела плоская дощечка. На ней были вырезаны символы.       Я подошёл ближе.       Линии переплетались, изгибались, иногда сходились в углы.       Старик коснулся одного знака пальцем.       — Ло.       Он произнёс это медленно, растягивая звук.       Потом указал на себя.       — Ду.       Я посмотрел на него.       — Ло Ду.       Он слегка кивнул.       Имя.       Я повторил.       — Ло… Ду.       Звук вышел неровный.       Старик поморщился, как будто попробовал кислый фрукт. Потом повторил снова — мягче, с другим ударением.       Только тогда я понял.       Язык был тональным.       Звук менялся не только формой, но и высотой. Малейшая ошибка превращала слово во что-то другое.       Я попробовал ещё раз.       — Ло Ду.       На этот раз старик чуть улыбнулся.       Он взял уголь и начертил символ на камне.       Черта.       Поворот.       Ещё одна линия.       Потом протянул уголь мне.       Я смотрел на знак.       Странно.       Он казался сложным — слишком много изгибов, слишком много мелких деталей. Но когда я начал повторять линии, рука двигалась уверенно.       Как будто уже делала это раньше.       Я отступил на шаг.       Символ вышел почти таким же.       Старик наклонил голову и долго рассматривал рисунок.       Потом тихо хмыкнул.       Следующие часы прошли у стены.       Он показывал знак.       Произносил звук.       Я повторял.       Иногда он недовольно качал головой и поправлял тон. Иногда просто переходил к следующему.       Знаки множились на камне. Некоторые напоминали когти. Другие — сплетённые змеи.       Я заметил, что запоминаю их слишком быстро.       Старик рисовал символ один раз — и он уже оставался в памяти. Не смутным пятном, а чёткой формой.       Я поймал себя на мысли и остановился.       Я всегда был таким?       Ответа не было.       Память по-прежнему оставалась пустой.       Старик тем временем поднялся и показал жестом на выход.       Джунгли встретили нас утренней прохладой. Ночь смыла дневную жару, и воздух был влажным и свежим.       Ло Ду шёл впереди, опираясь на посох.       Он двигался медленно, но уверенно, словно знал каждую трещину в камне. Мы прошли через разрушенную площадь, где между плитами росли деревья, потом спустились к узкой тропе, почти скрытой в траве.       Старик остановился у дерева.       На ветвях висели жёлтые плоды, похожие на маленькие лампы.       Он сорвал один и бросил мне.       Я поймал его.       Плод оказался тяжёлым и тёплым. Кожура легко лопнула под пальцами. Внутри была сладкая мякоть.       Старик показал на дерево и несколько раз повторил слово.       Я повторил следом.       Потом он повёл меня дальше.       Мы нашли ещё несколько мест — кусты с тёмными ягодами, дерево с длинными зелёными плодами. Он произносил названия, я повторял.       Иногда он смотрел на меня странно.       Как будто что-то сравнивал.       Когда мы вернулись к храму, солнце уже поднялось над деревьями.       Голод снова начал напоминать о себе.       Я взял обломок копья, который подобрал вчера, и пошёл в сторону заросшей улицы. Старик остался у ступеней, наблюдая.       Охота оказалась проще, чем должна была быть.       Я слышал животных раньше, чем видел. Шорох лап, дыхание, движение травы. Тело двигалось быстро и легко.       Через час я вернулся с добычей — небольшой кабанчик висел у меня на плечах.       Ло Ду встретил меня у огня.       Он смотрел, как я бросаю тушу на камни.       Потом перевёл взгляд на мои руки.       И кивнул.       Мы разделывали мясо молча.       Огонь снова разгорелся, и запах жарящегося мяса наполнил храм. Старик что-то тихо напевал, переворачивая куски на камне.       Я сидел напротив и повторял в голове новые слова.       Знаки.       Звуки.       Они укладывались в памяти слишком легко.       Старик поднял взгляд и произнёс новый символ.       Я повторил.       Он снова кивнул.       Потом взял уголь и начертил следующий знак на стене.       Так прошли первые недели.