6.

Воздух в хижине был пропитан запахом сырой сосны, дешевого растворимого кофе и перегретого пластика. Это место находилось глубоко в лесах, в нескольких часах езды от Дасквуда — заброшенный охотничий домик, который Джейк присмотрел еще несколько лет назад как «крайний вариант». Сейчас этот вариант стал их единственной реальностью. Джейк сидел за столом, сооруженным из старого верстака. Перед ним мерцали три монитора — два портативных и один планшет, соединенные паутиной проводов с мощным внешним аккумулятором и спутниковым передатчиком. Синий свет экранов подчеркивал резкие черты его лица и глубокие тени под глазами. Он не спал уже тридцать шесть часов. На старом диване в углу, укрытый поношенным шерстяным одеялом, сидел Ричи. Его вид вызывал болезненное сжатие в груди: левая сторона лица и рука были скрыты под слоями бинтов, через которые проступали желтоватые пятна мазей. Он смотрел в одну точку — на трещину в бревенчатой стене. Его вечный оптимизм, его дурацкие шутки и кепка остались там, в пылающей шахте Грим-Рок. — Ричи, — тихо позвал Джейк, не оборачиваясь. Его голос был сухим, как пергамент. — Тебе нужно поесть. Ричи вздрогнул, словно его ударили током. Он медленно повернул голову. — Я не голоден, Джейк. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я чувствую запах гари. И я слышу их голоса. Джесси... Клео... Томас... Они думали, что я мертв. И, честно говоря, иногда мне кажется, что так было бы лучше. Джейк наконец оторвался от экрана и посмотрел на него. Его взгляд, обычно холодный и аналитический, на мгновение смягчился. — Мы уже обсуждали это. Если бы ты остался там, тот, кто присылал тебе те сообщения, победил бы. Мы здесь, чтобы найти его. Ты был пешкой в его игре, Ричи. Но пешка, которая дошла до края доски, становится самой опасной фигурой. Ричи горько усмехнулся, что вызвало гримасу боли на его обожженном лице. — Я не фигура, Джейк. Я просто сломанный инструмент. Мой отец... — он запнулся. — Ты уверен, что это произойдет сегодня? Джейк снова повернулся к мониторам. Его пальцы заплясали по клавиатуре, вызывая каскад командных строк. — Да. Я перехватил зашифрованное сообщение в сети «DarkNet», которое использовало старые коды связи, применявшиеся в Дасквуде еще двадцать лет назад. Твой отец, Пол Роджерс, получил сигнал. А Тед Мадруга... его побег из тюрьмы был слишком профессиональным для обычного заключенного. Ему помогли. И теперь они встречаются в Старой Лесопилке. Джейк надел массивные наушники и протянул второй комплект Ричи. — Слушай внимательно. Нам нужно понять, кто стоит за угрозами, которые заставили тебя надеть маску Человека без лица. Джейк активировал систему прослушивания. Несколько дней назад он тайно пробрался к лесопилке и установил там три микрофона с направленным действием и одну скрытую камеру с датчиком движения. На экране появилось зернистое изображение. Старая лесопилка выглядела зловеще в свете заходящего солнца. Ветер раскачивал ржавые цепи, создавая металлический скрежет, который в наушниках звучал как крик проклятой души. — Соединение стабильно, — прошептал Джейк. — Я настроил фильтр частот, чтобы отсечь шум ветра. Вдруг на экране появилось движение. Старый пикап Пола Роджерса медленно въехал во двор лесопилки. Двигатель заглох, и наступила тишина, прерываемая только треском остывающего металла. Пол вышел из машины. Он выглядел постаревшим на десять лет. Его плечи были опущены, а в руках он судорожно сжимал старый кожаный портфель. — Папа... — выдохнул Ричи, подавшись вперед. Его здоровая рука вцепилась в край одеяла. Через пару минут из тени деревьев вышла другая фигура. Человек был одет в темную рабочую куртку, на голове — низко надвинутая кепка. Это был Тед Мадруга. Тот самый человек, которого весь Дасквуд какое-то время считал подозреваемым в убийстве Дженнифер Хэнсон. Человек, чье имя долгие годы было синонимом проклятия. — Ты пришел, — раздался в наушниках голос Теда. Он был хриплым, надтреснутым, словно человек долго не разговаривал. — У меня не было выбора, Тед, — ответил Пол. Его голос дрожал. — После того, что случилось в шахте... после того, как мой сын... Пол не смог договорить. В хижине Ричи закрыл глаза, из-под бинтов потекла одинокая слеза. Джейк увеличил громкость и начал запись, одновременно отслеживая любые попытки внешнего взлома его канала. Его пальцы замерли. Сейчас решалась судьба всего их расследования. — Твой сын жив, Пол? — спросил Тед, подходя ближе. Он остановился в пяти шагах от отца Ричи. — Официально — нет. Тело не нашли, но там был ад. Полиция считает его погибшим под завалами. Алан Блумгейт ищет его, но... — Пол всхлипнул. — Тед, это зашло слишком далеко. Ты обещал, что если я помогу тебе выйти, это прекратится! — Поможешь мне? — Тед издал лающий, безрадостный смех. — Ты не мне помогал, Пол. Ты помогал ему. Своему сыну. Ты думал, что отправив меня за решетку десять лет назад за то, чего я не совершал, ты спасешь свою мастерскую и свою репутацию?Вы сбили девчонку на моей машине, которая вообще шла в утиль и усадили меня за решетку, думали я оставлю все это просто так. Твой сынок заслужил то, что получил. Смерть-слишком легко. Ему повезло. В хижине Ричи замер. — О чем он говорит? — прошептал он. — Мой отец... он знал, что Тед невиновен? Джейк сделал знак рукой, призывая к тишине. На записи Пол Роджерс закрыл лицо руками. — Я не знал, что делать! Когда Дженнифер погибла... когда машина была в моей мастерской... Когда я понял, что в этом всем замешан мой сын.. — И ты выбрал своего сына, — холодно констатировал Тед. — Я не виню тебя за это как отца. Но я виню тебя за трусость. Из-за тебя я гнил в камере, пока настоящий монстр Дасквуда гулял на свободе. — Ты вернулся, Тед, — прошептал Пол. — Но он заставил Ричи делать те ужасные вещи с Эми и Ханной. Он угрожал разоблачить меня, разрушить всё, что у нас есть. Ричи пытался защитить меня... он взял на себя роль этого «Человека без лица», чтобы отвести удар от семьи. Он думал, что сможет переиграть его. Ричи в хижине закрыл лицо руками. — Боже... я думал, я спасаю отца от анонимного шантажиста. А отец думал, что спасает меня. Мы оба... мы оба были на крючке у одного и того же дьявола. Джейк лихорадочно вводил данные. «Один и тот же дьявол». Это означало, что личность «Неизвестного» (MWAF) в игре была лишь фасадом, за которым скрывался кто-то гораздо более древний и влиятельный. На лесопилке разговор накалялся. — Кто он, Пол? — Тед схватил отца Ричи за лацканы куртки. — Назови его имя. Я сбежал не для того, чтобы прятаться в лесах. Я сбежал, чтобы прикончить его. — Я не знаю его настоящего имени! — закричал Пол. — Он всегда использовал маскировку, менял голоса. Но у него есть связь с... с фондом Хэнсонов. Он знает всё о деле Дженнифер не из газет. Он был там, Тед. В ту ночь, когда Майкл Хэнсон потерял дочь, этот человек стоял за деревьями. — Фонд Хэнсонов? — Джейк быстро вбил запрос в базу данных. — Это благотворительная организация, созданная после смерти Дженнифер. Но она была закрыта пять лет назад... официально. Вдруг на мониторе Джейка вспыхнуло красное предупреждение. WARNING: EXTERNAL CONNECTION DETECTED — Нас обнаружили, — голос Джейка стал ледяным. — Ричи, быстро, хватай вещи! — Что? Как? — Ричи вскочил, забыв о боли. — Кто-то еще слушает этот канал. И этот кто-то только что отправил сигнал на лесопилку.На экране камеры произошло нечто странное. — Они знают, где мы! — крикнул Джейк, срывая провода и запихивая ноутбук в рюкзак. — Ричи, к задней двери, живей! Ричи, несмотря на раны, проявил удивительную ловкость. Годы работы в мастерской приучили его тело действовать быстрее, чем мозг успевал испугаться. Они выскочили в ночной лес за мгновение до того, как в окно хижины влетела светошумовая граната. Они бежали сквозь густые заросли, ориентируясь только по слабому свету фонарика Джейка. Сзади слышались крики и шум моторов. Они остановились у подножия старого оврага. Джейк быстро достал планшет и проверил статус камер на лесопилке. — Камеры уничтожены, — констатировал он. — Но последний кадр... смотри. Они сидели в глубоком овраге, укрытые густым кустарником. Шум погони начал стихать — преследователи, видимо, решили, что в ночном лесу искать двух беглецов бесполезно, или же у них были другие цели. Ричи дрожал — то ли от холода, то ли от осознания глубины предательства своего отца. — Джейк... что нам теперь делать? Мы вне закона. Мой отец в руках этих людей. Тед снова в бегах или схвачен. А наши друзья... они в опасности. Джейк посмотрел на свои руки. Они всё еще немного дрожали после лихорадочного набора кода. Он вспомнил Джейн. Вспомнил те сообщения, те звонки по видеосвязи, ту надежду, которую они разделяли. — Мы сделаем то, что у нас получается лучше всего, — сказал Джейк, и в его голосе снова зазвучала сталь. — Мы исчезнем. Но на этот раз мы не будем прятаться. Он открыл ноутбук, используя защищенный спутниковый канал. — Я создам новый протокол связи. Мне нужна помощь Джейн. Только она сможет действовать в открытую, пока мы будем вскрывать вены этой организации изнутри. Ричи посмотрел на свое отражение в темном экране планшета. Ожоги, шрамы, боль — всё это теперь казалось ему не клеймом позора, а боевой раскраской. — Я помогу тебе, Джейк, — твердо сказал он. — Я знаю каждую улицу в Дасквуде, каждый заброшенный дом, каждую лазейку в мастерских. Мой отец совершил ошибку, пытаясь защитить меня ценой чужих жизней. Я исправлю это. Даже если это будет последнее, что я сделаю. Джейк и Ричи продолжали свой путь под покровом ночи. Они еще не знали, что их «побег» был частью плана. Они не знали, что Тед Мадруга скрывает еще одну, самую страшную тайну о Дженнифер. Но когда первые лучи солнца коснулись верхушек сосен, Ричи впервые за долгое время поправил воображаемую кепку и посмотрел вперед. — Знаешь, Джейк, — сказал он, когда они вышли к заброшенной железнодорожной ветке. — Я ведь так и не дорассказал тот анекдот про айтишника и механика. Джейк едва заметно улыбнулся, не отрываясь от навигатора. — Расскажешь, когда мы вернемся домой, Ричи. Когда мы действительно вернемся домой. Они пошли вдоль путей, две тени в мире, который считал их мертвыми.

***

Вечер в Дасквуде выдался непривычно тихим. Дождь, который обычно барабанил по крышам города, сменился тяжелым, липким туманом, сползающим с лесистых холмов. В доме Ханны и Томаса горел мягкий, желтоватый свет. На кухне свистел чайник, а в гостиной, за большим дубовым столом, собрались те, кто выжил в кошмаре шахты Грим-Рок. Год прошел с тех пор, как огонь поглотил тайны Человека без лица. Год, в течение которого Дасквуд пытался забыть, а эта компания — вспомнить всё до мельчайших деталей. — Если мы сможем доказать, что подпись на двери была подделана до того, как Ричи начал ему "помогать", у нас будет зацепка для пересмотра дела, — Клео поправила очки, вглядываясь в монитор ноутбука. Перед ней лежала кипа распечаток, которые Джейк переслал им через зашифрованный канал месяц назад. Джесси, сидевшая рядом, нервно крутила на пальце кольцо. Она выглядела повзрослевшей, в её глазах больше не было той детской восторженности, но верность друзьям только окрепла. — Я была в мастерской сегодня, — тихо сказала она. — Там всё еще пахнет гарью, несмотря на ремонт. Но я нашла кое-что в старом сейфе отца Ричи. Скрытый отсек. Там были письма. Тед Мадруга писал Полу еще до того, как его посадили. — Мы перетрясли всё, что могли, — подал голос Дэн. Он сидел в кресле-каталке (хотя уже мог ходить с тростью, он предпочитал старое «кресло силы», как он его называл). В руке у него был стакан с содовой. — Но пока эти двое — наш Хакер-невидимка и Бродяга-механик — прячутся по лесам, полиция будет считать их соучастниками либо мертвецами либо их найдут и они станут соучастниками. Алан Блумгейт парень неплохой, но его прижали сверху. Ему нужны козлы отпущения. Ханна, сидевшая на диване рядом с Томасом, вздрогнула. Томас мягко обнял её за плечи. Ханна всё еще боролась с паническими атаками, но присутствие Джейн в городе придавало ей сил. — Мы их вернем, — твердо сказала Джейн, глядя на друзей. Она сидела во главе стола. Перед ней стояла нетронутая чашка кофе. — Джейк рискует всем каждый день, чтобы присылать нам данные. А Ричи... Ричи заслуживает второго шанса. Он спас нас всех в итоге. Лили, сидевшая на подоконнике, задумчиво смотрела в окно. — Знаете, что самое странное? — спросила она. — Сегодня ровно год с того дня, как Ханна отправила то самое сообщение с номером Джейн. Круг замыкается. Джейн слушала вполуполха. Её мысли были далеко. Уже год она жила двойной жизнью. Для всех она была лидером группы, стратегом и другом. Но по ночам, когда город засыпал, она становилась «его» Джейн. Год тайных переписок в чате, где каждое «люблю» могло быть перехвачено спецслужбами. Год коротких аудиосообщений, в которых его голос, обычно лишенный эмоций, дрожал от нежности. Они встречались всего два раз — полгода назад, в шахте, когда нашли Ханну, и когда на Джейн напали, и он не смог стоять в стороне. Всего десять минут в темноте. Он не снимал капюшона, но она чувствовала тепло его рук и запах леса, исходящий от его куртки. Один поцелуй, который должен был длиться вечность, но закончился через секунды, когда датчики Джейка зафиксировали приближение патруля. С тех пор — только тишина и редкие цифровые следы.— Джейн? Ты с нами? — голос Томаса вырвал её из раздумий. — Да, извини. Я просто... задумалась о зацепках.. В этот момент её телефон, лежащий на столе экраном вверх, завибрировал. Разговоры в комнате мгновенно стихли. Все взгляды устремились на устройство. На экране светилась надпись: «Номер скрыт». Сердце Джейн пропустило удар. Она знала этот ритм вибрации. Это не был обычный звонок. Это был зашифрованный сигнал, пропущенный через семь прокси-серверов. — Это он? — прошептала Джесси, подавшись вперед. — Не знаю, — соврала Джейн, хотя её пальцы уже тянулись к телефону. — Я отвечу в другой комнате. — Оставь на громкой! — попросил Дэн. — Мы все имеем право знать, что происходит. Джейн посмотрела на экран, затем на друзей. Она видела в их глазах надежду, страх и усталость. Но она также знала, что Джейк звонит не по делу. Если бы это было дело, он бы написал в чат. Это было личное. — Нет, — мягко сказала она. — Если это информация по делу, я сразу всё расскажу. Но сейчас... дайте мне минуту. Она быстро встала и вышла на веранду, плотно закрыв за собой стеклянную дверь. На веранде было прохладно. Туман окутывал перила, создавая иллюзию, что дом парит в облаках. Джейн глубоко вздохнула и провела пальцем по экрану. — Алло? Сначала была тишина. Только легкое шипение статического электричества, характерное для спутниковой связи. А затем... — Привет, Джейн. Этот голос. Глубокий, чуть хриплый, с той самой интонацией, от которой у неё по коже всегда пробегали мурашки. Это не был механический голос хакера. Это был голос мужчины, которого она полюбила вопреки здравому смыслу. — Джейк... — её голос сорвался. Она прижала телефон к уху так сильно, словно пыталась пробиться сквозь тысячи миль и цифровых барьеров. — О боже, Джейк. Ты в порядке? — Теперь — да,— ответил он. Она почти видела его слабую улыбку. — Я знаю, что сейчас не лучшее время. Я видел через камеру на улице, что вы все собрались у Ханны. Но я просто... я не мог больше ждать. — Год, Джейк. Мы не виделись по-настоящему уже шесть месяцев. И год, как всё это началось. — Я знаю. Я считаю каждый день, Джейн. Каждую минуту. Иногда мне кажется, что я существую только в двоичном коде, и единственный момент, когда я становлюсь реальным — это когда я пишу тебе. Джейн прислонилась лбом к холодному стеклу двери. Через него она видела друзей в гостиной. Они делали вид, что продолжают обсуждать документы, но она знала, что они прислушиваются к каждому звуку. — Где ты сейчас? — прошептала она. — С тобой Ричи? — Ричи спит. Ему сегодня было тяжело... годовщина, сама понимаешь. Мы в безопасности, насколько это возможно. Мы нашли место, где сигнал не пеленгуется. Я настроил скрипт так, что у меня есть ровно пять минут, прежде чем система безопасности начнет перезагрузку. — Всего пять минут? — в её глазах закипели слезы. — Этого мало. Мне нужно столько всего тебе сказать. Мы продвинулись, Джейк.Мы нашли письма Пола. Мы вытащим вас. Скоро ты сможешь войти в эту дверь, не скрывая лица. Ты сможешь просто... быть со мной. На другом конце провода послышался тяжелый вздох. — Джейн, послушай меня. Ты — самое светлое, что когда-либо было в моей жизни. Когда я сидел в той шахте, окруженный огнем, и думал, что это конец... я думал не о своих файлах. Не о погоне. Я думал о твоем аватаре в мессенджере. О том, как ты смеешься над моими сухими шутками. Это помогло мне выбраться. Это ведет меня сейчас. — Я люблю тебя, Джейк, — сказала она, не заботясь о том, услышит ли её кто-то за дверью. — Я тоже люблю тебя. И именно поэтому я продолжаю сражаться. Но я позвонил не только для этого. Береги Джесси. И скажи Ханне, что я... я присматриваю за ней. Всегда. — Джейк, постой! — Джейн почувствовала, что время истекает. — Расскажи мне что-нибудь обычное. Что угодно. Что ты ел на завтрак? Какая погода там, где ты прячешься? Я хочу знать человека, а не призрака. Джейк негромко рассмеялся. Это был самый прекрасный звук, который она слышала за весь год. — Обычное? Хм. Я пил ужасный кофе. Ричи говорит, что я варю его так, будто хочу отравить всё живое в радиусе мили. И здесь... здесь звездное небо. Я сижу на крыше старого фургона и смотрю на созвездие Кассиопеи. Оно напоминает мне букву "W", с которой начинается твое второе имя. — Ты романтик, Джейк. Кто бы мог подумать. — Обстоятельства меняют людей. Раньше я боялся привязанностей. Теперь я боюсь их потерять. В трубке раздался резкий звуковой сигнал — предупреждение системы. — Две минуты, Джейн. Мне пора уходить в тень. — Мы справимся, слышишь? — она вытерла слезы свободной рукой. — Мы соберем группу. Мы пойдем в суд. Мы заставим их слушать. Ричи будет оправдан. Ты будешь свободен. — Я верю тебе. Ты сделала невозможное один раз — ты нашла Ханну. Теперь ты спасаешь нас. Джейн... — Да? — Когда это закончится... мы уедем. Далеко от Дасквуда. Туда, где нет камер, нет сетей и нет прошлого. Только ты и я. Обещаю. — Ловлю тебя на слове, хакер. — Береги себя. Я всегда рядом. Даже если ты меня не видишь. Связь оборвалась короткими гудками. Экран телефона погас, оставив Джейн в темноте веранды. Она стояла неподвижно несколько минут, пытаясь запечатлеть в памяти каждую интонацию его голоса. Когда Джейн вернулась в гостиную, в комнате воцарилась такая тишина, что было слышно тиканье старых часов на стене. Все смотрели на неё. Джесси первой нарушила молчание. Она встала и подошла к Джейн, взяв её за руки. — Это был он, да? Джейн кивнула, не в силах сдержать слабую, но уверенную улыбку. — Он передает всем привет. Ричи в порядке. Они вместе. И... они верят в нас. Лили спрыгнула с подоконника и подошла к столу, решительно хлопнув по стопке документов. — Ну всё. Хватит соплей. Если Джейк нашел время позвонить из своей дыры, значит, мы не имеем права прохлаждаться. Клео, что там с финансовыми отчетами фонда Хэнсонов? Томас, где контакты того журналиста из Роджерс-Корнер? Комната мгновенно ожила. Уныние сменилось яростной решимостью. Дэн начал что-то бурно объяснять Томасу, размахивая руками. Клео и Лили углубились в код. Ханна подошла к Джейн и тихо прошептала: — Спасибо, что не сдаешься. За них обоих. Джейн посмотрела в окно. Где-то там, под тем же звездным небом, человек, которого она любила, смотрел на Кассиопею. Они были разделены лесами, законами и опасностью, но в этот момент, в этом маленьком доме в Дасквуде, они были ближе друг к другу, чем когда-либо. Она знала: битва будет долгой. Но теперь она точно знала, за что сражается. Не за правду. Не за справедливость. А за тот день, когда телефон зазвонит, и на экране будет не «скрытый номер», а просто его имя. И когда она ответит, он скажет: «Я у твоей двери. Открывай».