Глава 11

      Утро у Катерины не то чтобы не задалось, но назвать его хорошим она не смогла бы даже с натяжкой. Вытаскивать себя из постели пришлось через «не хочу», хоть как-то успокаивало, что завтра выходной. Она с удовольствием бы осталась дома после вчерашнего дня, который мог претендовать на звание «что-то около катастрофы».       «Не надо было это делать. Не надо было ставить меня в такое положение! Это была защитная реакция. Надо было тихо послать его, чтобы все думали, что я поехала рыдать домой. Если я разревусь посреди школы, это исправит положение? Я не умею реветь на людях».       Усталость и тяжёлая голова не добавляли приятных ощущений, а при мысли, что сегодня ей разговаривать с Карлайлом, и вовсе начинало тошнить.       «Ну и пиздец», — сокрушённо подумала Катя, рассматривая прыщи на лбу и на остальной части лица, стараясь не концентрироваться на общей картине. — «Скоро месячные, ещё и гормоны бьют по голове, класс. Нужно обзавестись кремом, я не могу на это смотреть».       Волкова тяжело вздохнула и вернулась к утренним процедурам, упорно отбрасывая мысли о докторе Каллене. Если её мысли читают, то им лучше не знать, какой сюрприз она для них подготовила. Это может лишить её козырей.       Катя могла признаться себе, что Карлайла она боится больше, чем его детей. И не без оснований. Катерина была уверена, что доктор Каллен вполне осознанно рискует несколькими сотнями детей, отправляя своих детей в школу каждый день. И видимо считает это приемлемым риском, раз пользуется этим прикрытием долгое время.       Катерина боялась такого подхода. Она могла его понять как родителя, который хочет лучшего для своих детей и сделает всё, чтобы они были в порядке. К примеру: уничтожит свидетелей чужого срыва или заметёт следы. У Кати самой такая мама, она может это понять. Но понять, почему Карлайл рискует чужими детьми без веской причины, она не может. И не горит желанием разбираться.       То, что Белла мертва, — прямой намёк, что в это лучше не лезть. А она как на зло призналась в симпатии Джасперу.       «Божечки, вляпалась же. Осталось только влюбиться. Может, хватит столько флиртовать и ходить по краю?» — Волкова прикрыла глаза, делая глоток кофе. — «Господи, я не влюблялась уже целую вечность. Нормально всё будет, если не придавать этому большое значение. Просто флирт, и Джаспер вроде как не против, раз не останавливает меня. Ага, только отшил посреди парковки. Чертов Каллен, не зря я его послала, не будет лезть со своими идиотскими планами».       Катя кое-как впихнула в себя немного еды, пересиливая рвотный рефлекс. Она знала, что через пару часов захочет кушать, а нормально поесть в школе даже во время ланча проблематично, поэтому завтрак был необходимостью.       «Тело поменяла, а проблемы с едой остались».       К моменту когда приехал Тайлер, Катя была собрана, но всё ещё нервная.       — Кто-то не в духе, — усмехнулся Кроули, рассматривая нахмуренное лицо девушки.       — Я из тех людей, которых по утрам лучше не трогать, — тихо ответила Катя, кутаясь в куртку. В машине было не сильно тепло, чуть теплее чем на улице. Она понаблюдала, как парень аккуратно выехал на дорогу, убедилась, что тот не собирается гонять, и немного расслабилась, переводя внимание вперёд.       — Кто-то сегодня станет звездой школы после вчерашнего, — интригующим голосом сказал Тайлер, широко усмехаясь и поглядывая на чужую реакцию. — Майк рассказал, что парковка гудела и по Калленам неплохо проехались.       Катя досадливо застонала, кривясь и представляя, что она натворила. Кроули хохотнул с чужой реакции и остался доволен.       — Может, обойдётся? — без особой надежды спросила Волкова.       — Ты что, сестрёнка? — искренне удивился Тайлер. — Ты взлетела на самую вершину! Радуйся!       «Пиздец», — устало подумала Катерина. — «Грёбаный Каллен со своими идеями. Неужели так сложно пережить один отказ? Ублюдок. Сегодня я от тебя избавлюсь, слава Богу».       — Я с кем разговариваю? — попытался достучаться Тайлер, когда не получил ответа.       — С жизнеспособной версией Марии Уитлок, — вкинула Катя, вспоминая «Железного человека».       — Что? — непонимающе переспросил Кроули, и Катерина нахмурилась. — Не важно, дай мне нормальную версию Марии Уитлок.       «Железный человек ещё не вышел?»       — Ожидайте пару часов, — насмешливо фыркнула Волкова в ответ, радуясь, что они подъехали к школе.       Парковка была заполнена больше чем на половину, и Катя натянула шарф до носа и поглубже капюшон, желая раствориться, но на неё никто не обращал внимания. Катерина немного расслабилась, решив, что, возможно, всё не так плохо, как нарисовало её воображение.       Они с Тайлером успели отойти на несколько метров от машины, как внимание всей стоянки привлёк громкий звук мотора. Под многочисленными взглядами на парковку въехал Джаспер на мотоцикле.       «А шлем где? Шлем где?!» — негодовала Катерина, хмуро рассматривая вампира, который припарковал свой транспорт рядом с местом, где обычно стоит Вольво Эдварда. — «Люди зимой вообще стараются не ездить на этом, не то что без шлема». — Джаспер заглушил мотор, погружая парковку в тишину, и через пару секунд ловко слез с мотоцикла. Катя не смогла не оценить длину мужских ног. — «Хорош, сука».       — Господи, это же Кавасаки ZX-10R, — благоговейно произнёс Тайлер. — Его же в этом году выпустили.       Волкова скосила взгляд на парня, тот был увлечён только мотоциклом и его ничего не смущало. Катя постаралась незаметно осмотреться, внимание всех было сосредоточено на двухколёсном транспорте, пока на Джаспера никто не смотрел, словно его и не было.       «Что за хуйня?» — озадачилась Катерина, находя взглядом Джаспера, тот спокойным шагом направлялся к лестнице.       — Может, пойдём? — спросила Катя, которой надоело стоять на холоде, пока Тайлер рассматривал мотоцикл.       — Ты хоть знаешь, что это за модель? — восторженно ответил Кроули, переводя на девушку полувменяемый взгляд.       — Я не фанат мотоциклов, — безразлично пожала плечами Волкова и двинулась в сторону школы. Чернокожий парень бросил последний взгляд на Кавасаки и поплёлся за девушкой.       — Конечно, ты же девчонка, — небрежно фыркнул Тайлер, и Катя закатила на это глаза, не видя смысла спорить. — Вы просто радуетесь, если вас на таком прокатят.       — Я на этот транспорт для самоубийц никогда не сяду, — уверенно ответила Волкова, аккуратно поднимаясь по лестнице.       Она никогда не была поклонницей мотоциклов. А тех, кто носился на них ночью, и вовсе была готова убить. Ценность тишины она поняла, когда лишилась её. Живя в Санкт-Петербурге на проспекте, Кате летом часто не давали нормально выспаться такие лихачи. От духоты невозможно было закрыть окна, а при открытых отлично разносился шум мотора.       «Чувствую себя бабкой».       — Предложит Джаспер — и согласишься, — абсолютно уверенно произнёс Тайлер.       — Не соглашусь.       — Согласишься.       — Нет.       — Да.       — Нет.       — Да.       — Нет.       — Да.       — Прекрати спорить, — зашипела недовольная Катерина. — Я сказала нет.       Её раздражала упёртость Кроули, спина Джаспера, которая маячила впереди и который наверняка слышал этот разговор. И что её позиция выглядит показухой, а не сформировавшимся мнением.       — Неужели откажешь Джасперу? — ухмыльнулся с намёком Тайлер.       — Да, — отрезала Катя без сантиментов. Она злилась на Хейла, который устроил шумиху вокруг своего мотоцикла.       «Выебнулся он, а приплели каким-то образом меня. Зачем ему вообще мотоцикл, если они сами бегают быстрее?»       — Что-то не особо верится, — сомневающимся тоном протянул Кроули.       — Твои проблемы, — раздражённо пробормотала Волкова, заходя в школу. Тёплый воздух окутал её, согревая, и Катя расслабила напряжённые плечи. Внимание Тайлера перешло на Майка, который поджидал их, и дальше тема мотоцикла обсуждалась уже с ним, что не могло не обрадовать Катерину.       Результат вчерашнего спектакля Катя начала оценивать после первого урока. С ней начали здороваться ученики, которых она не знала. Каждый пятый считал своим долгом, проходя мимо, спросить, как у неё дела. Волкова видела пару парней с заинтересованными взглядами, поэтому старалась держаться с кем-то из компании на переменах. Тайлер тихо ржал с этого, но на удивление не бросал её.       «Господи, ненавижу этот мир».       Настроение, которое и так было не сильно хорошим, стало постепенно портиться ещё больше из-за всеобщего внимания и давления.       — Ты придёшь завтра? — аккуратно спросила Анжела на перемене. Она видела, что новенькую ситуация напрягает, и хотела немного её отвлечь.       — А? Да, приду, — немного растерянно, но дружелюбно ответила Катя. — Где ты живёшь?       — Я тебя отвезу, — влез позади идущий Тайлер. — Во сколько собираетесь?       — Мне бы ещё завтра продуктами закупиться, — протянула Волкова и обернулась к парню. — Получится?       — Мы можем встретиться часов в двенадцать, — предложила Вебер, с интересом наблюдая за чужим разговором.       — Отлично, в двенадцать закину её к тебе, часа в три-четыре заберу. Этого времени вам достаточно?       — Лучше в четыре, — поправила Анжела.       — Лады, потом поедем за продуктами, — резюмировал Тайлер и посмотрел на Уитлок. — Королева довольна?       — Вполне, — усмехнулась Катя, на какое-то время отвлекаясь.       Она вчера нашла на кухне пятьдесят долларов и записку от Джеймса, что это на продукты на две недели. И теперь Катерине было интересно, хватит ей этих денег или она будет экономить?       — Вы встречаетесь? — с заминкой спросила Вебер, смотря на Марию с Тайлером. Кроули прыснул, но отвечать на вопрос не стал.       — Нет, — спокойно ответила Катя. Она не ожидала такого вопроса.       «Тут что, даже поехать с кем-то в магазин нельзя? Новая сплетня на старте».       — Ладно, — пожала плечами Анжела и сменила тему, больше к ней не возвращаясь.       Никого из вампирской семейки в коридорах Волкова не видела. Словно те провалились сквозь землю. Катерина не знала, радоваться этому или нет. С каждым часом близился момент встречи с Карлайлом, и она нервничала всё больше. Катя чувствовала, как её накрывает тревога, и старалась держать себя в руках.       «Всё будет хорошо, нет смысла трепать себе нервы. Чему быть, того не миновать, мне нужна холодная голова. Ну же, дыши, они не тронут меня или пожалеют об этом».       Самовнушение помогало только временно, как и контроль дыхания. Когда время подошло к ланчу, Катерина поняла, что идти туда — не лучшая затея. Её тошнило, и вряд ли бы она смогла что-то запихнуть в себя. Она и так весь день подавляла рвотный рефлекс. А если вокруг будет ещё куча народа, перед которыми нужно держать лицо, то ситуация может стать критической.       Волкова переждала начало ланча в туалете, дожидаясь, чтобы большая часть учеников покинула коридоры. Своих знакомых она предупредила, чтобы её не ждали. Стоило шуму в коридоре стихнуть, и Катя тихо вышла из уборной, направляясь в библиотеку.       «Дожилась, блять, бегаю от детей», — несмотря на внутреннюю иронию, отсутствие людей вокруг позволило немного расслабиться и успокоиться. — «Надо узнать адрес электронной почты больницы. Если я не хочу поднимать шум, то можно отправить от себя. Только далеко не факт, что это сработает. Меня могут проигнорировать, и это в лучшем случае. А могут кинуть ответочку. Есть более официальный вариант с юристом».       Волкова свернула на повороте и резко остановилась, увидев в паре метров Эдварда, который прислонился плечом к стене и рассматривал её. Катя нахмурилась, сразу же напрягаясь. Они были одни в коридоре, и Катя как никогда пожалела о своих словах в адрес вампира.       «Вот же блять».       — Поговорим? — без агрессии, вполне миролюбиво предложил Каллен.       — Кажется, нам больше не о чем разговаривать, — напряжённо, но нейтральным тоном ответила Катерина, желая избежать любого разговора без свидетелей. Она сделала шаг, собираясь продолжить свой путь, но вампир одновременно сделал шаг в её сторону, отходя от стены. Ещё два шага, и он преградит ей дорогу. Это заставило Катю остановиться, чтобы между ними оставалась дистанция и пространство для манёвра.       — Мне просто интересно, каким ты его представляешь, — с задумчивым видом произнёс Эдвард, наклоняя голову немного в бок.       — Ты о чём? — переспросила Катя, стараясь успокоить громко бьющееся сердце.       — О Джаспере, — легко пояснил Каллен, не делая попыток приблизиться. — Ты, наверное, представляешь его заботливым, нежным, обходительным. Тем, кто положит к твоим ногам целый мир. Или драконам это не надо? — Идеальная бровь приподнялась. — Уверен, даже драконы хотят, чтобы о них заботились и берегли.       — К чему ты ведёшь? — с непониманием спросила Волкова. Она не понимала, что происходит, и это напрягало её ещё больше.       — Джаспер не сможет позаботиться о твоём сердце, которое перенесло три остановки, — просто ответил Эдвард, и взгляд Катерины сразу заледенел. Она быстро поняла, что эту информацию он мог узнать только из её карты.       — А ты, видимо, сможешь? — язвительность в тоне сдержать не удалось. Раздражение копошилось в груди, сжигая страх.       — Я постараюсь, — заверил Каллен. — Мария, жестокость у него в крови, и это не то, что тебе нужно.       — А ты поливаешь брата грязью за его спиной. Тоже не идеал, — пренебрежительно фыркнула Катя.       — Я говорю правду, — твёрдо произнёс Эдвард, нахмуриваясь.       «Да кому нужна твоя правда?»       — У него хотя бы честь есть, — вбросила Катерина, внутри до конца не веря в свои слова. — Удивительно, что даже это сыграло против меня.       — Обложка может быть идеальной, но то, что скрывается за ней, может не соответствовать ожиданиям.       — Хватит, Каллен, твой брат отшил меня на парковке. Почему мы вообще говорим об этом? — Катя сразу же пожалела, что закончила реплику вопросом, давая вампиру шанс продолжить разговор.       — Потому что я не уверен, что ты поняла.       — В отличие от тебя, я могу услышать «нет», — поддела Катя и на пробу сделала шаг. Эдвард не двинулся с места, и это дало Волковой надежду.       — Я слышу, что мне говорят, — с лёгкой обидой в голосе ответил Каллен. Он нахмурившись наблюдал, как Уитлок обходит его.       — Ты слышишь только себя, — спокойно заметила Катерина, и это стало завершением их разговора.       Она не стала ждать ответа, а Эдвард не стал останавливать её.       «Боже, дай мне сил».       До библиотеки Волкова добралась без приключений и только сев в отдалении за компьютер, смогла немного расслабиться.       «Ёбучий Каллен, сколько можно трепать мне нервы? Закончится этот пиздец или нет? Все мысли мне сбил, сучонок». — Катя глубоко вздохнула и решила сосредоточиться на своём плане. — «Грёбаный Карлайл, если даёшь мою карту детям, то вели держать рот закрытым. Я тебе это припомню. И подпишу себе этим смертный приговор. Классно придумала, молодец».       Волкова сделала глубокий вдох, заставляя себя думать о чём-то другом. Ей нужен адрес больницы. Разбираться со всем по очереди.       «О чём я думала? На юриста у меня нет денег. Можно, конечно, попробовать найти бесплатную контору, но как показывает практика, от бесплатного в таких случаях толку мало. Тем более уверена, что чтобы нанять юриста, мне должно быть восемнадцать. А потом всё снова упирается в деньги. Боже, как хуёво быть бедной. И несовершеннолетней».       Катя нашла официальный адрес больницы в Нью-Йорке и переписала его в блокнот. Оставшуюся часть ланча она просто пыталась успокоиться и набраться сил, чтобы пережить этот день.       «Даже на фильмы не отвлечёшься. А тратить деньги, которые мне дают на еду, чтобы взять что-то напрокат, меня жаба душит. Но мне нужно отвлечься, иначе крыша поедет. Я даже писать перестала. Никакой мотивации. Никаких сил. Зато сюжет в голове крутится. Не хочу я писать в стол, мне нужна реакция. Вон, примерно как у Джаспера. Боже, сегодня же история и литература. Ну твою мать». — Дикое желание сбежать с уроков пришлось задавить и смириться с неизбежным.       Как бы Катя ни хотела не идти на историю и как бы ни оттягивала этот момент, опаздывать она тоже не хотела. Это могло испортить отношение с преподавателем и привлечь к ней больше внимания.       Когда Волкова вошла в класс, Джаспер уже был на месте, как и Кроули с остальной компанией, что ходила на историю с ней. Большая часть класса наблюдала за Катей, и та упорно делала вид, что не замечает этого.       «В какой момент своей жизни я стала развлекательной программой для школьников? Где моя жизнь пошла не туда? Боже, Хейл, ты что, не можешь отвлечь их?»       С началом урока стало легче, пока Волкова не почувствовала, как её взглядом пилит сам Джаспер. Сначала она подумала, что ей показалось, но со временем это зудящее чувство не проходило.       Вампир сидел откинувшись на спинку стула, и поэтому Катя, которая облокотилась на парту, не видела его даже боковым зрением, если не считать руки, что лежала на столе и играла с ручкой.       Зуд заставлял нервничать, а потом трансформировался в раздражение. Надолго терпения у Волковой не хватило, и она медленно откинулась назад, садясь вровень с вампиром. Боковым зрением она наконец увидела, что Хейл смотрит на неё в упор.       — Либо говори, что хочешь, либо перестань пилить взглядом, — раздражённо прошептала Катерина. Удобство было в том, что ей не нужно было следить за громкостью, он бы в любом случае услышал её.       — Просто интересно, — задумчиво ответил Джаспер, наклоняясь ближе, чтобы не говорить громко. Класс не обращал на них внимание благодаря его дару, но рисковать не стоило. — Любовь прошла? — Вопрос был задан таким простым и лёгким тоном, что Катя сначала даже не осознала его, находясь на взводе.       Когда же до неё дошло, Катерина сначала застыла на секунду, нахмурилась и наконец повернула голову к Джасперу, который с интересом наблюдал за ней.       — Что ты сказал? — тихо, чётко разделяя слова, произнесла Волкова, кривясь. Раздражение бурлило в ней, сердце начинало биться быстрее, а эмоции искали выход. — Во-первых, это симпатия, а не любовь, а во-вторых, ты сам сказал, чтобы я, — она сделала паузу, поднимая глаза к потолку, будто пыталась вспомнить его слова, но через секунду снова посмотрела на вампира, поднимая брови. — Как ты там сказал? Не переходила границы в общении?       — Проявила понимание и не допускала вольностей в нашем общении, — послушно повторил свои слова Хейл. Его спокойный, умиротворённый вид только больше раздражал Волкову.       — Ох, спасибо, — едко пропела с улыбкой, больше гримасничая. — Так чем ты недоволен?       — Ничем, — ровно ответил Джаспер и отвернулся, переводя внимание на учителя. Катя несколько раз моргнула, пытаясь переварить то, что произошло. Злость взорвалась внутри, она отказывалась оставлять всё как есть.       — Нет уж, блять, говори, — прошипела Катерина, корпусом разворачиваясь к мужчине. — Теперь мне интересно.       Хейл перевёл на неё взгляд. Всё такой же спокойный и непробиваемый, оценил состояние девушки и безразлично ответил, вновь отворачиваясь:       — Если это всего лишь симпатия, то мне нечего сказать.       Волкова почувствовала, как ей дышать становится труднее из-за обуреваемых чувств. Челюсти заныли от силы сжатия, но это не помогало. Последняя здравая мысль, за которую Катя держалась, — это что нельзя кричать, хоть и очень хотелось повысить голос. Высказать всё, выплеснуть это на Хейла.       Она выпустила ручку из пальцев и, схватив вампира за бицепс, заставила обернуться к ней, прилагая усилия.       — Так ты хочешь глубоких чувств? — зашипела Катерина, смотря в янтарные глаза, обладатель которых нахмурился. — Одно твоё слово, и я не побоюсь тебя полюбить, — выплюнула ему в лицо, постепенно сбавляя тон, но не теряя твёрдости и эмоциональности. — Но имей в виду, тогда меня ничто не остановит. Я сожгу весь этот город просто чтобы прикоснуться к тебе. И никто меня не остановит. Ни твой брат, ни Элис — никто не встанет на моём пути, а если посмеет — уничтожу. — И закончила снисходительным тоном: — Вряд ли ты готов к этому.       — Будь аккуратней в словах, — процедил Джаспер с темнеющим взглядом, медленно поворачивая корпус к девушке. Он не знал, как реагировать на её слова, но ей точно нужно было остановиться.       — Не играй со мной! — прорычала Катерина, хватая свитер Хейла на груди в кулак и тяня на себя. Вампир поддался лишь немного, позволяя ткани натянуться, но всё равно оказался в чужом личном пространстве. Расширенные зрачки полны были эмоций, грудь ходила ходуном от рваного дыхания, а сердце бешено билось ему в уши.       Это то, чего он хотел. Но не от неё.       — Мария, — настойчиво произнёс Джаспер, обдумывая, как теперь успокоить девушку и самому не поддаться искушению выпустить пар.       — С чувствами всё понятно, — неожиданно спокойным, размышляющим голосом сказала Волкова. — А что насчёт желания?       — Что? — не понял Джаспер, внутри почему-то напрягаясь, словно чувствовал опасность.       — Я спрашиваю, — более тяжёлым тоном произнесла Катя, отпуская бицепс и кладя ладонь ровно на пах, аккуратно сжимая ладонь, чтобы обозначить положение члена. Сердце билось в горле, но она заставила себя идти до конца и хрипло спросила: — Ты хочешь меня?       Джаспер перестал дышать в тот момент, когда женская ладонь легла на ширинку джинс. Он застыл каменным изваянием, в полной мере осознавая ситуацию. А тепло ладони тем временем проникало через тонкую ткань и грело член, а лёгкое сжатие не способствовало спокойствию.       Катерина на периферии сознания ощущала, как сердце бьётся о рёбра. Её внимание сконцентрировалось на мужчине напротив, которого она снова довела, но переполнявшие эмоции не давали и шанса мозгу обдумать что-то. Чувствуя ладонью контур члена через ткань, волнение поднималось к горлу одновременно с желанием зайти дальше. Твёрдый на ощупь орган, неестественно твёрдый, будил любопытство, и это не улучшало положение.       Вампиру нужно было успокоиться и просто отстранить её, но он продолжал смотреть в горящие глаза напротив, что смело смотрели на Джаспера в ответ, и поглощать тепло на уровне паха.       Она будет такой же темпераментной в постели? Ей понравится грубый секс? Эти мысли, как сработавшая сигнализация, заставили вампира прийти в себя. Он быстро, аккуратно, но непреклонно убрал от себя её руки, бесшумно встал и быстрым шагом направился прочь из класса.       — Беги, беги, — сквозь зубы процедила, сжимая кулаки и сдерживая желание запустить чем-нибудь вслед. — От меня сбежишь, от себя не сможешь.       Слова сказанные из злости и с желанием задеть. Катерина села нормально за партой и постаралась успокоиться. Теперь, когда Джаспера не было рядом, все физические чувства ощущались ярче. Сердце, которое бешено билось в груди. Дыхание, которого не хватало. Страх и тревога, которые должны были прийти раньше. Руки мелко тряслись, а усидеть на стуле было тяжело.       «Почему ты просто не можешь держать рот закрытым?» — с досадой подумала Волкова. Она старалась не смотреть на пустое место рядом с собой и сосредоточиться на том, что говорил учитель, но всё проходило мимо. Она приложила ладонь к груди, пыталась успокоиться, но ничего не выходило. Ей становилось хуже, воздуха становилось меньше, и мозг требовал уйти, выйти из класса и найти место, где можно дышать.       Катерина бросила идею успокоиться в классе, понимая, что находится на пределе. Она тихо встала и вышла через задние двери, воспользовавшись путём Джаспера. Она глубоко вдохнула прохладный воздух коридора и ощутила секундное облегчение. Свернула в сторону запасного выхода, где спалила Кроули с травкой, и старалась идти не быстро, а наоборот — успокоить дыхание и сердцебиение.       Катерина пропустила момент, когда Джаспер затащил её в соседний коридор и прижал к стене, держа за горло. Просто в один момент за спиной оказалась стенка, а перед ней вампир с чёрными глазами. Сердце споткнулось и понеслось вскачь.       Хейл держал не крепко, телом не соприкасался, а рука словно просто обозначала своё присутствие.       — Крепче сжимай, в первый раз что ли? — сказала Волкова раньше, чем подумала, и сразу же пожалела о своём длинном языке.       — Ты сумасшедшая? — выдохнул Джаспер, забывая о привитых манерах. Что в голове у этой девушки? Она же всегда ведёт себя разумно, и только рядом с ним у неё словно инстинкт самосохранения отключается.       Катя закрыла глаза и поджала губы. — «Господи, блять, боже! Хватит!» — Глубоко вдохнула, холодная ладонь этому не препятствовала. Нахмурилась, вспоминая, что где-то читала, будто если приложить холодное к груди, то это поможет успокоиться.       Подняла веки, рассматривая вампира, который просто наблюдал за ней. Катерина подняла руку и аккуратно сжала чужое запястье. Благодаря длинным рукавам свитера она не соприкоснулась с кожей. Осторожно потянула руку, что обхватывала горло, ниже, и Джаспер поддался, думая, что Мария хочет просто убрать руку, но когда она прижала его ладонь ниже ключиц, то растерялся.       — Говорят, это помогает успокоиться, — тихо пояснила Волкова, видя непонимающий взгляд Хейла. Тот ничего не сказал в ответ, но ладонь оставил.       Джаспер как никогда отчётливо чувствовал, как ему в ладонь громко, быстро бьётся живое сердце. Кончиками пальцев он ощущал каждый удар, что разносил кровь по организму. Через секунду, прежде чем он напрягся, боясь за свой контроль, эмпат понял, что не хочет укусить Марию. Она не пахнет, не фонит эмоциями. Он настолько сильно отвлекается на её поведение и свою реакцию, что не вспоминал о жажде, поглощённый другими эмоциями.       — Прости меня, — мягким тоном сказала Катя, привлекая внимание. Брови блондина дрогнули, будто он не ожидал таких слов, но Катерина осталась безмятежной на вид и продолжила: — Я перешла границу.       Девушка выглядела искренней и совсем не скованной. Эмпат привык, что люди при извинениях чувствуют дискомфорт, но Мария будто наконец успокоилась. Он видел в её глазах больше рациональности, чем в классе.       — Я тоже повёл себя неподобающе, прошу прощения, — ровным тоном ответил Джаспер.       — Остановимся на том, что оба хороши? — улыбнулась одним уголком губ, поднимая брови. Вампир кивнул через секунду, рассматривая Уитлок, подсознательно ища признаки лжи. Внутреннее напряжение не отпускало, он не часто оказывался в таких ситуациях.       — И не отходя далеко от темы, — протянула Катя, её глаза наполнились весельем. — Как относишься к обездвиживанию?       Тон голоса и выражение лица прямо говорили, что вопрос шуточный, возможно, с намерением разбавить обстановку, а не служили очередным флиртом.       — Хочешь, чтобы я тебя обездвижил? — поддержал Джаспер с ухмылкой.       — Я говорила о тебе, — полноценно улыбнулась Волкова, постепенно успокаиваясь. — Но можно начать и с твоей идеи. — Аккуратно убрала мужскую ладонь с груди. Вероятность заболеть всё ещё существовала. — Спасибо.       Хейл кивнул в ответ, и повисла тишина. Никто не делал попытки уйти, и Катя, желая избежать неловкой тишины, спросила первое, что пришло в голову:       — Тяжёлая неделя?       Эмпат слегка приподнял бровь, будто в издёвке, уголок губ дрогнул:       — Немного, — односложно ответил, не горя желанием откровенничать с девушкой, и через секунду добавил: — У тебя тоже?       — Не спрашивай, — со смешком ответила Катерина, закатывая глаза. Неделя у неё выдалась адской, но вряд ли она могла пожаловаться на это вампиру.       — Из-за переезда? — аккуратно уточнил Джаспер. Ему пришла идея разговорить девушку, хотя бы попробовать и посмотреть, что она будет отвечать. Сейчас она выглядела спокойной и расположенной к беседе. Да и сам Джаспер выпустил часть напряжения в их стычке.       — В том числе, не люблю быть в центре внимания, — пожала плечами, стараясь быть аккуратной в словах, и не могла не добавить, отчасти из вредности: — Ещё твой брат нервы треплет.       — Он просто заинтересован, — нейтрально ответил Хейл. Волкова закатила глаза, не скрывая своего отношения.       — Пожалуйста, не надо. Он сравнил меня с принцессой, — негодование отчётливо слышалось в женском голосе. Катя чуть прищурилась, рассматривая Джаспера, и спросила с усмешкой: — Разве я похожа на принцессу?       — Нет.       — И на кого же я похожа? — протянула Катерина, которую не устраивал односложный ответ. Ей было интересно, будет ли вампир выкручиваться и как.       Эмпат наклонил голову, размышляя над ответом. Говорить «на дракона» не хотелось, как минимум потому что Джаспер не представлял её драконом. Было желание назвать котёнком, который шипит, но реальной опасности не представляет. Она бы наверное оценила шутку, но вампир решил не выбирать самый простой вариант.       Постепенно светлеющие глаза цепко осматривали девушку, что покорно ждала ответа, в её глазах блестело любопытство. Хейл перебирал воспоминания, информацию, свои ощущения, пытаясь найти что-то, что подошло. Догадка не пришла озарением, просто всплыла в мыслях, и он понимал, что ему лучше промолчать, сдержаться, но молчать больше не хотелось.       — На стихийное бедствие, — произнёс тихим, глубоким тоном, заставляя прислушиваться. Глаза Марии расширились от удивления, а дыхание замерло. Джаспер продолжил, смотря в её глаза, считывая каждую реакцию, которую мог уловить. — Приходишь без предупреждения и уничтожаешь всё на всём пути. Беспристрастно, безжалостно. — Голос вампира был без агрессии или других негативных эмоций. Он властно, тяжело перечислял, будто это касалось не его, и она заворожённо слушала. Сердце вновь начало биться быстрее, и он впервые видел, как её щёки покрывает румянец. — Напоминая, что никто не может считаться всесильным. — Сделал выразительную паузу и многозначительно закончил: — И на каждого хищника найдётся свой охотник.       Джаспер видел, что она уловила намёк. Глаза на секунду расширились, она сглотнула. Он пожалуй впервые видел её растерянной рядом с собой, эмоции вновь поглощали её, но теперь из-за его слов. В этот раз контроль был у Хейла.       Катерина часто заморгала, пытаясь сбросить с себя оторопь от чужих слов. Отвела взгляд в сторону, облизала губы. Хотела ответить что-то остроумное, но в голове было пусто, только сердце быстро билось.       — Мне нравится, — тихо выдавила, бегая взглядом по коридору. Зачем-то кивнула.       «Возьми себя в руки! Это даже не комплимент!» — глубоко выдохнула, задавливая эмоции, и ещё раз осмотрелась. Она находилась перед входом в перпендикулярный коридор, который был с окнами, выходящими в сторону леса.       Катерина оттолкнулась от стены и медленным шагом пошла к окну. Где-то на полпути она поняла, что Джаспер затащил её не в соседний коридор. Путь был метров тридцать в общей сложности с поворотами, а она этого даже не заметила. Он открыто использовал вампирскую скорость, а она на это не отреагировала.       Волкова споткнулась от понимания, а сердце снова забилось в горле. Раньше чем она успела среагировать на то, что споткнулась, сзади её поддержал Хейл, оказываясь близко, хотя должен был быть в нескольких метрах.       «Он нарушил закон», — отчётливо поняла Катя, и первое, о чём она подумала после страха за себя, это то, что Джаспер подписал себе смертный приговор. — «Или мне».       Волкова резко обернулась к Хейлу, который продолжал её поддерживать и смотрел с неожиданной тревожностью.       — Ты в порядке? — нахмурился Джаспер. — Нога болит?       «Он серьёзно?» — неверяще подумала Катерина. Почему он делал вид, будто ничего не произошло? Наверное, лучшим решением будет сделать так же? — «Я не заговорю первая, это ловушка. Не может же он не понимать, что делает?»       — Спасибо, всё нормально, — пробормотала Волкова и аккуратно выбралась из рук вампира, чтобы наконец дойти до подоконника и сесть на него. Прислонилась левым плечом к стене, чтобы не облокачиваться на холодное стекло.       Вампир степенным шагом, спиной вперёд отошёл к стене напротив и остался там, скрестив руки на груди. Катя не могла не обратить внимание на прорисовавшиеся мышцы рук. Ей сложно было представить, сколько силы в этих руках. Это напомнило ей, кто стоит перед ней, и вернуло к мысли о законе. Совпадение ли, что это случилось перед разговором с Карлайлом? Что происходит и что ей делать?       Джаспер наблюдал, как она о чём-то размышляла, оглядывая его цепким взглядом. Лёгкая растерянность всё ещё присутствовала, но он мог с уверенностью заявить, что это не имеет никакого отношения к романтике.       — Поэтому я выбрала тебя, — пояснять неожиданное заявление Уитлок не захотела, игнорируя приподнятую бровь. А вслух спросить Джаспер не решился, не уверенный, что готов услышать ответ. Он выбрал более безопасную тему. Она выбрала сделать вид, что ничего не заметила.       — Возможно, Эдвард изменится, если ты дашь ему шанс, — ровно произнёс Хейл, но внутри что-то было против этих слов. Он лгал ей. Эдвард не изменился бы, он подмял бы её под себя, заставляя измениться только её. Они не меняются. Разве он не прямое доказательство этому?       — Люди не меняются, — твёрдо отрезала, без капли сомнений Катя. Реплика вампира потушила последние эмоции от его слов и охладила голову.       — Меняются рядом с теми, кто им дорог, — заспорил Джаспер неожиданно для себя. Что он хотел услышать от этой девочки, которая ничего не знает о жизни? Что она может знать? Что она может чувствовать к нему?       — Люди не меняются, — тем же тоном повторила и через секунду добавила более мягко: — Они учатся. — Эмпат не ждал такого продолжения, а Мария оказалась щедра на пояснения в этот раз. — А это долгий, полный ошибок, стараний и терпения с обеих сторон процесс. Ради каждого на такое не согласишься.       — Ради меня согласилась бы? — спросил Джаспер раньше, чем успел остановить себя. Естественно, она заверит его, что согласна на всё ради него.       Губы Катерины приоткрылись, чтобы ответить согласием, но в следующую секунду замерли. Слишком очевидно, слишком фальшиво. Насколько это будет ложью? Она не знала. Не могла так быстро ответить себе. Чуть наклонила голову в бок и тихо спросила:       — А ты бы проявил терпение ко мне?       Один вопрос мягким тоном — и атмосфера становится тяжелее, словно с налётом искренности, которой здесь не место. Они честны в эмоциях, но держат дистанцию в словах.       — А это нужно? — уходит от вопроса Джаспер. Он ждёт, что она расстроится, но нет. Волкова довольно усмехается и поддевает:       — Приятно знать, что ты считаешь меня идеальной.       — Ты меня таким видимо не считаешь, — бросает в ответ Хейл, расслабляясь под её игривый тон.       — Квалиа, мы уже определились, что я ещё не дошла до этапа, где не замечаю твоих недостатков, — просто пожимает плечами Уитлок, даже не пытаясь оправдываться за свои слова или чувства. Джаспер понимает, что она никогда за всё время их знакомства не стеснялась того, что чувствовала. Редкость для людей её возраста. Кто-то так и не приходит к этому до конца жизни. Эмпат предпочитает сконцентрировать внимание на другом.       — Почему квалиа? — Хейл не ждёт чего-то опасного от этого вопроса, просто очередное признание в симпатии с претензией на философию, но отдаёт должное. Красиво, оригинально, цепляет.       — Потому что, — Катя делает паузу, подбирая слова, те путаются с чувствами, которые ей ещё только предстоит проанализировать и понять. — Сложно облечь в слова, — медленно произносит каждое слово, хмурится. — Или подобрать логическое объяснение тому, что я чувствую рядом с тобой. — Катерина выдыхает, на секунду прикрывая глаза и немного откидывает голову, чтобы расслабиться и найти равновесие внутри. — Словно все слова исчезают и остаются только эмоции. Flashback       — Я дождусь объяснений? — вкрадчиво спросил Джаспер, которому надоело слушать тишину и ощущать нервозность Питера.       Тот упрямо смотрел вперёд, стоя боком к эмпату. Тянул время, которого у них не было. Джаспер не чувствовал никого рядом с ними, это была редкая возможность поговорить открыто.       — Питер, — надавил старший вампир, подумывая, чтобы пустить в ход дар.       — Я не знаю, как это объяснить, — абсолютно растерянным голосом наконец произнёс Питер, поворачивая голову к Майору. Красные глаза беспомощно блестели, и Джаспер нахмурился сильнее. — Это чувство, которому я не могу найти определение. Там слишком много всего. Я просто знаю, что она должна быть рядом.       — Ты не можешь сделать её парой, — жёстко напомнил Майор. Мария не терпит в армии пар, все должны быть преданы только ей. По официальной версии.       — Я знаю, — едва слышно прошептал Питер, отворачиваясь. — У меня предчувствие, что без неё жизнь потеряет смысл.       Джаспер коротко рыкнул на друга. Если бы эмпат знал, когда обращал Шарлотту по просьбе Питера, чем это обернётся, то всё равно бы не смог ему отказать. И теперь ему предстояло решить ещё одну проблему.       — Ты можешь взять её под защиту, — тихо сказал Питер, бросая на Майора взгляд, не поворачивая головы.       — Говори прямо, — отрезал Джаспер, не желая сейчас разгадывать намёки.       — Она очень похожа на меня внешне, — низко протянул вампир, медленно поворачиваясь к эмпату.       Джасперу понадобилась секунда, чтобы понять его план. Все в клане знали, что Питер являлся любовником Джаспера и находился под его защитой. Мария считала это блажью и попыткой вызвать ревность, но это нравилось ей больше, чем когда эмпат пытался занять всё её время собой.       Питер стал опытным бойцом и сумел завоевать себе место среди постоянного состава, не используя расположение Майора. Но то, что он сейчас предлагал, могло плохо закончиться.       Джаспер понимал мотивы друга. Шарлотта получила бы защиту и была бы ближе к Питеру через эмпата. Вряд ли бы Мария уделила этому много внимания, ведь сама меняла любовников как перчатки, всегда в итоге призывая к себе Уитлока.       Джаспер резко повернул голову в сторону лагеря, уловив приближение кого-то по эмоциям.       Нервозность, беспокойство, ревность, неуверенность.       Шарлотта появилась перед ними меньше чем через минуту. Её длинные белокурые волосы растрепались от бега, но только украшали нежный образ. Красные глаза неуверенно бегали от Джаспера к Питеру и обратно. Она чувствовала неловкость, и Майор понял, что её посвятили в нюансы их отношений.       — Я не вовремя? — тихо спросила Лотта, сжимая ладони в кулаки, пытаясь как-то скрыть свои переживания.       Джасперу стало интересно: она ревнует его как создателя или проявляет интерес к Питеру?       — Почему ты здесь? — ровный тон эмпата не выдавал ни единой эмоции. Шарлотта растерялась, у неё не было ответа на вопрос.       — Ревнуешь его? — мягко спросил Питер, оглядывая маленькую по сравнению с ними вампиршу. — Хочешь оказаться на моём месте?       Джаспер закатил глаза, но Шарлотта этого не заметила. Она была слишком поглощена эмоциями. Свою растерянность и стыдливый интерес она скрыла под возмущением.       — Как ты смеешь? — выдохнула Лотта и решила избежать разговора привычным для новорождённого способом — дракой.       Шарлотта бросилась на Питера, но Джаспер без труда перехватил её. Приподнял над землёй и прижал к себе спиной, удерживая одной рукой. Вырываться из его хватки она не решилась.       — Лотта, — с мягким укором произнёс эмпат в шелковистые волосы. Новорождённую накрыла вина и стыд. Джаспер аккуратно убрал из белых волос запутавшийся листик.       — Он… — запнулась, дрожащим голосом. — Он сказал…       Шарлотта замолчала, когда Питер в одно мгновение приблизился к ним. Он нежно поддел пальцами подбородок, приподнимая лицо вампирши.       — Что-то не нужно объяснять, — прошептал он, смотря ей в глаза. — Только чувствовать.       Питер без предупреждения поцеловал Лотту, и Джаспера накрыло их взаимным желанием. Он раздражённо зарычал, злясь на Питера за такой грязный приём. Мысль отпустить Шарлотту и оставить их одних погасила ладонь Питера, что крепко сжала его бедро.       Больше его план не казался плохим. The end of the flashback       Пока Джаспер обдумывал то, что она сказала, если вообще об этом думал, Катя рассматривала вампира. Она не понимала его поведение. Исходя из информации, которая у неё была, Хейл не должен уделять ей и капельки своего внимания. Потому что у него есть пара, он сам сказал, что любит Элис.       Конечно, Катерина понимает максимум, что испытывает Джаспер, — это желание, под вопросом. Любопытство — под таким же вопросом. Ладно, она готова признать, что вообще ничего не понимает. Не будь Хейл вампиром, было бы логичнее. Решил мужик изменить своей девушке — это понятно. Но разве вампиры изменяют своим парам?       «Ну, Белла же умерла» — аргументом пролетело в мыслях, и Катя резко оборвала цепочку на случай, если её слушает Эдвард. Что ж, своё поведение она тоже не всегда может объяснить, так что не ей осуждать. Хотелось бы просто знать, что с этим всем делать.       — Ты не выглядишь растерянной, — сказал эмпат, обрывая воспоминания и мысли, которые могли зайти не туда. Волкова моргнула, отвлекаясь от своих дум и концентрируясь на диалоге. — Ты стихи мне читала.       — Самый простой и красивый способ выразить чувства, — поджала губы и плечи Волкова, стараясь выглядеть непосредственной и отказываясь признаваться, что это было импровизацией больше нацеленной на его реакцию, чем на выражение её чувств. И ведь вроде сработало, сложно было определить. Вампир тщательно следил за своей реакцией.       Губы Катерины исказились в усмешке, и она двумя пальцами подозвала Хейла к себе. Тот на это только вопросительно вздёрнул бровь, но не двинулся.       — Не бойся, свет мой, — пропела весёлым тоном, откровенно подтрунивая. Джаспер приподнял уголок губ, опустил руки и медленно, словно издеваясь, пошёл к Кате, которая шире заулыбалась.       Выпрямилась, не прислоняясь больше плечом к стене, чуть шире раздвинула ноги, позволяя вампиру встать между ними.       — «Мои глаза в тебя не влюблены», — вполголоса зачитала, пытаясь считать чужую реакцию. — «Они твои пороки видят ясно». — Джаспер без сомнений встал впритык и опустил ладони на подоконник по обеим сторонам от женских бёдер. — «А сердце ни одной твоей вины не видит и с глазами не согласно». — Катя медленно положила ладони на чужую талию и завела немного за спину, приобнимая, не прерывая зрительного контакта. — «Ушей твоя не услаждает речь. Твой голос, взор и рук твоих касанье, прельщая, не могли меня увлечь на праздник слуха, зренья, осязанья». — Сделала голос тише и нежнее, заканчивая: — «И все же внешним чувствам не дано — ни всем пяти, ни каждому отдельно — уверить сердце бедное одно, что это рабство для него смертельно».       — Нравится Шекспир? — тихо спросил вампир, не уводя взгляд и оставаясь опасно близко.       — Нейтрально к нему отношусь, — честно ответила Катя, рассматривая непроницаемые янтарные глаза. Он правда такой спокойный или хорошо скрывает? — Но о любви он пишет прекрасно.       — А ты пишешь?       — Стихи? — уточнила, чтобы это не было ложью. — Нет. Иначе бы описала твои глаза, что похожи то на солнечный свет, то на самую тёмную ночь. — Немного приблизилась к крепкому телу, понижая голос до шёпота. — Написала бы о твоих губах, — опустила взгляд на уста. — О том, как хочу узнать их вкус, — вздохнула и вернула взгляд выше. Глаза вампира темнели, и губы Катерины сами сложились в улыбку от радости. — Написала бы о твоих волосах. Какие они мягкие, как я хочу зарыться в них руками и лицом. Написала бы о твоих руках, о том, как хочу почувствовать их на своём теле, ощутить силу объятий и раствориться в них.       Пока шептала первое, что приходило в голову, обнажая собственные желания, едва прижалась к телу Джаспера. Наблюдать за его реакцией Катя больше не могла, оказавшись в позиции щека к щеке без соприкосновения. Ладони медленно заскользили по твёрдой пояснице ниже, к поясу брюк, и остановились на уровне задних карманов. Губы Волковой сложились в довольную ухмылку.       — Но, к сожалению, я не пишу, — с притворным расстройством произнесла Катя и слегка хлопнула обеими ладонями по каменным ягодицам вампира. Короткое рычание, которое быстро оборвалось, вызвало восторг и лёгкий смех. — Потрясающий звук, — оценила Волкова. Звук был совершенно нечеловеческий и очень впечатляющий. Дрожь по спине пробежала вместе с выбросом адреналина. — Хочу услышать его, когда на тебе не будет одежды и мы будем наедине, — промурлыкала на ухо, больше занятая тем, что вспоминала всех животных, рычание которых слышала. Остановилась на тигре.       — Un poco más y te deslizarás del borde, querida. — выдохнул Джаспер, усиливая контроль над своими эмоциями. Катя, услышав испанский, нахмурилась и чуть отклонилась, чтобы посмотреть вампиру в лицо.       — А перевод? — уточнила, недовольная тем, что не поняла, что сказал Хейл.       — Учи язык, — усмехнулся эмпат, и Волкова сильнее нахмурилась, чувствуя раздражение. Она в отместку сильнее ударила по ягодице мужчины.       — Мария, — процедил Джаспер, теряя самодовольный вид. Та в наивном удивлении подняла брови:       — Что такое?       Девушка явно думала, что может играть Хейлом как хочет, и тот решил её проучить. Она должна знать, что он может ей ответить. Одна ладонь вампира легла на поясницу и одним движением прижала женское тело к вампирскому. Катерина резко вдохнула, когда её ноги под напором раздвинулись сильнее, а промежность прижалась к чужому паху.       Вторая рука аккуратно, но крепко сжала пучок волос и несильно потянула, заставляя запрокинуть голову.       Сердце быстро забилось, дыхание стало рваным, тело напряглось, но она не вырывалась. Джаспер медленно приблизился к уху и бархатно протянул:       — Ты хотела моих объятий? Наслаждайся.       После этих слов Катерина медленно начала расслабляться, ожидая подвоха. После всего, что она делала и не получала никаких действий в ответ, подобное поведение обескураживало.       — Значит, не сядешь? — медленно проговорил вампир. Катя таяла от его тона, с трудом соображая. Она пропустила момент, когда Джаспер практически навис над ней, просто в один момент он словно заслонил собой весь мир. Тёмные глаза, ещё не чёрные, но уже и не янтарные, властно смотрели. Внизу живота медленно скапливалось тепло, и чужое холодное тело не помогало охладиться.       — Ты предлагаешь член или лицо? — прошептала на выдохе Волкова. Через пару секунд она поняла, что Хейл имел в виду свой Кавасаки. Что ж, стыда она не испытала. Ладонь мужчины, что твёрдо лежала на пояснице, медленно двинулась вверх по спине. По телу побежали мурашки, и спина рефлекторно выгнулась. Грудь сильнее прижалась к торсу Джаспера, и Катя сжала челюсти, пытаясь сохранить хоть какой-то контроль, а не превратиться в течную суку. Она ещё не раз будет проклинать свои гормоны, из-за которых вспыхивает как спичка.       — А что ты выберешь? — вкрадчиво спросил эмпат, нависая над девушкой непоколебимой скалой. Ладонь дошла до шеи и тем же путём начала опускаться обратно.       — Всё, — не думая, ответила Волкова. Тут она даже не собиралась выбирать. За разговором она не заметила, как тело полностью расслабилось, подстраиваясь под вампира.       — Думаешь, выдержишь? — усмехнулся Джаспер, не имея заблуждений по поводу её выносливости. Может, это будет страстно, но точно не долго.       — Думаю, ты вернёшься за добавкой, — прошептала, прикрывая глаза от волны удовольствия. Вампир обвил рукой талию, ощутимо её сжимая.       — Cuánta ingenuidad, — усмехнулся Хейл. Его позабавило недовольство, которое пробилось сквозь пелену возбуждения. Как ей не нравилось чего-то не понимать. — Да, — ровно добавил вампир. Катерина слегка нахмурилась, вспоминая нить разговора. — Да, я хочу тебя.       У Волковой дыхание замерло от его слова. Глаза удивлённо расширились, а сердце быстро застучало. Открытого признания она не ждала. Она почувствовала, как щёки начали гореть, и волна эмоций накрывала.       — Жаль только, не возьмёшь, — попыталась поддеть, не обращать внимания на чувства, но не получилось. Тон вышел слабым, а не с издёвкой, как хотелось.       — Не возьму, — уверенно и спокойно подтвердил Джаспер, рассматривая неожиданно уязвимую девушку. Он видел, как его слова потушили большую часть желания в её глазах. Понимал, что Мария скорее всего не хочет, чтобы он это видел, поэтому аккуратно прижал к своему плечу.       Была вероятность, что она оттолкнёт его после таких слов, и эмпат ждал этого, но нет. Уитлок обняла его, расслабляясь, и здесь уже не было чего-то эротичного. Простые объятия, которые поставили Джаспера в тупик. Он убрал ладонь с волос и положил её на плечи, следя за тем, чтобы ни в коем случае не прикоснуться к голой коже. Рядом не было Питера, который помог бы прийти в себя, а проверять свой контроль в очередной раз не хотелось.       Мария обнимала не крепко, очень мягко, едва ощутимо по его меркам, но её тепло проникало в него сквозь слои одежды. Он ощущал её горячее дыхание на шее, а сердце билось в его грудь. Она была слишком живой, слишком мягкой по сравнению с ним. И он не знал, что чувствует по этому поводу.       — Нам нужно возвращаться, — тихо сказал Хейл. Катя зажмурила закрытые глаза. Она не хотела возвращаться, ей было спокойно, она наконец расслабилась и не хотела, чтобы это заканчивалось. Но она давно привыкла игнорировать усталость и держать себя в руках.       Катерина медленно отстранилась от твёрдого плеча, к которому сильно не прижмёшься — неудобно, и это стало сигналом для Джаспера. Он так же медленно разорвал объятия и сделал шаг назад.       — Все вы, мужчины, такие, — притворно расстроенно вздохнула Волкова, спрыгивая с подоконника. — Сначала возбудите, потом не дадите, а потом и вовсе сливаетесь.       — Какой кошмар, — в тон девушки ответил Джаспер, следуя за Марией по коридору в сторону кабинета истории.       — Да, — согласилась Катя и обернулась к вампиру, идя спиной вперёд. Подняла левую руку и поиграла пальцами. — А нам потом, ночью, использовать пальцы и воображение. — Она широко ухмыльнулась, когда Хейл нахмурился, поняв намёк.       — Ты… — Джаспер оборвал сам себя. Он не знал, хочет ли знать, шутит она или всерьёз. Катерина приподняла брови, ожидая продолжения, но его не последовало.       — Ладно-ладно, не буду тебя смущать, — серьёзно заверила и даже кивнула. Отвлеклась на поворот, продолжая идти спиной вперёд, и Хейл уже мысленно смирился, что придётся спасать её от падения. — Но задница у тебя отпад.       Джаспер вздохнул и решил, что такие комплименты лучше, чем разговоры о чувствах. Это хотя бы можно не воспринимать всерьёз.       — Просто шлёпать и гладить. Можно я иногда буду шлёпать её на удачу? — Волкова попробовала сделать моську Кота в сапогах и сложила руки в молитвенном жесте. Естественно, это не сработало.       — Нет.       — Никакой радости в жизни, — печально вздохнула Катя. — Малыш, — протянула, усмехаясь. — Я готова её даже отлизать, настолько она прекрасна.       Будь Джаспер человеком, он бы споткнулся.       — Твои шутки иногда за гранью, — несколько ворчливо проговорил эмпат, хмурясь. Катерина остановилась, прекратила гримасничать и серьёзно на него посмотрела:       — Это не шутка.       Хейл сглотнул, чувствуя себя странно.       — Ты же не думал, что отлизать можно только девушке, а парням делают только минет? — вздёрнула бровь девушка, следя за чужой реакцией. Джаспер должен был признать, что ему неловко. Конечно, он понимает, о чём речь, но никто не предлагал ему подобного, тем более девушка. Он привык быть тем, кто контролирует процесс, доминирует.       — Ладно, тебе явно надо переспать с этой мыслью, — легко проговорила Катя, не давая атмосфере стать неловкой, и провокационно добавила: — А я знаю, о чём буду сегодня фантазировать. — С широкой улыбкой подняла левую ладонь и поиграла пальцами. После этого развернулась спиной к вампиру и бодро пошла по коридору.       Джаспер выбросил все мысли и пошёл следом. Она просто шутит, провоцирует. Не нужно об этом думать, именно этого она и хочет.       — Откуда ты так много знаешь о сексе? — не удержался от вопроса Хейл. Ей семнадцать, у неё амнезия, но она явно слишком много знает о постельной жизни.       — О, смотри, наш класс! — преувеличенно бодро сказала Мария, игнорируя его вопрос и заходя в класс. Джаспер закатил глаза от такого демонстративного ухода от вопроса, но почему-то улыбался.       Волкова тихо прошла до своего места, оглядывая класс, который не обратил на неё никакого внимания. Это было странное ощущение — желать стать незаметной и наконец получить это.       Около своей парты Катя оглянулась на Джаспера, который двигался абсолютно бесшумно, и пропустила его к его месту, и после сама села.       Катерина взяла в руку ручку, прислушиваясь к тому, что говорит учитель, и меньше чем через минуту поняла, что ничего не понимает и не хочет в это разбираться.       «Я всё завалю» — с нотками безразличия подумала.       — Если я завалю историю, то буду винить тебя, — непосредственным тоном заявила Катя вампиру, который наблюдал за ней.       — Я могу позаниматься с тобой, — неожиданно даже для себя предложил Джаспер. Волкова повернула к нему голову. Она определённо удивилась этому предложению, подозрения в наличии подвоха не заставили себя ждать.       — Думаешь, у нас получится заниматься, а не флиртовать? — с усмешкой спросила, приподнимая брови. В принципе она ничего не имела против.       — Я умею быть строгим, — отзеркалил усмешку эмпат. Катя изобразила притворное удивление, оглядывая Хейла полностью.       — От одного до десяти насколько это сексуально? — усмешка превратилась в широкую улыбку.       — Десять, — подыграл Джаспер, наблюдая, как Мария сдерживает смех.       — Заманчиво, — протянула Волкова и даже кивнула. Она хотела и в то же время боялась соглашаться. От ответа её спас звонок, одновременно заканчивая их время.       Джаспер и Катя не сговариваясь перестали обращать внимание друг на друга. Катерина с одной стороны была рада этому. Ей не хотелось отвечать на любопытные вопросы подростков и создавать новые сплетни. Но и грусть присутствовала. Джаспер не скрывался рядом с ней, и Катя, не задумываясь, ответила тем же.       Волкова перевела мысли в другое русло. Последним уроком была литература, и Катя не ждала от неё ничего страшного. За исключением наличия Эдварда позади, но это можно было пережить, пока он не обращался прямо к ней.       — Спешу вас расстроить, — с энтузиазмом начал мистер Маслоу. — Вам предстоит делать проект по литературе.       Класс наполнился недовольным гулом и стонами страдания. Учитель на это только радостно улыбнулся, и Катерина сама с лёгким весельем наблюдала за этим, пока не поняла, что ей тоже придётся делать проект.       «Блять».       — Не переживайте, — перекрыл шум учеников Маслоу. — Вы берёте любое на ваш выбор произведение из списка на семестр и придумываете тему. Да, сами. Да, на выбор вам даётся неделя. Хочу посмотреть на вашу фантазию.       Катя не сдержала смешка, который за общим гулом был не заметен. Большая часть учеников была не в восторге от такой свободы.       «Кажется, кто-то любит издеваться над учениками».       — А теперь внимательно слушаем требования, — более строго сказал преподаватель, и ученики затихли. Катя приготовилась делать заметки. — Делать проект будете в парах, по партам. У вас будет от пяти до десяти минут, чтобы раскрыть тему, которую выбрали. Нужно минимум три аргумента для доказательной базы. Темы повторяться не будут, поэтому не думайте долго. Не выберете тему — будете писать два проекта. На подготовку проекта даётся три недели.       «Ненавижу школу».       — Да, мистер Каллен? — произнес Маслоу, и Катерина сдержала желание закатить глаза. Позади неё было так тихо, что она забыла, что там не стена.       — Мария сидит одна, будет ли справедливо заставлять её делать проект одной? — учтивый, мелодичный голос Эдварда прозвучал на весь класс.       Катя резко обернулась к нему на первых словах, прожигая недовольным взглядом, но телепат упрямо делал вид, что не замечает этого.       — Не переживай, — елейным тоном произнесла Катя. — Уитлок, — сделала акцент на фамилию, в очередной раз. — Справится.       — Я просто хотел помочь, — мягким, безобидным тоном ответил Эдвард, переводя взгляд на Волкову. Тон и весь вид парня ни капли не впечатлили её.       — Мне не нужна помощь, чтобы выразить своё мнение, — язвительно кинула Катя и отвернулась, только тогда поняв, что устроила лёгкую перепалку на уроке, не дав учителю ответить.       Мистер Маслоу открыто усмехался, смотря на неё. Катерина сделала невинное лицо и захлопала ресницами.       — В двадцать первом веке не ценят рыцарство, — пошутил Маслоу, и класс наполнился лёгкими смешками. Дальше урок шёл своим ходом, и Катя только наблюдала.       Преподаватель, как и обещал, дал ей время на адаптацию, и Волкова этим пользовалась. Катя решила потом подумать над темой проекта, у неё неделя впереди, а ещё у неё впереди выходные, что намного лучше.       После урока мистер Маслоу попросил Катю задержаться, и та мысленно надеялась, что это не предвестник новых проблем. Тайлер ушел со всеми, пообещав ждать на парковке.       Волкова медленно подошла к столу преподавателя, наблюдая, как последние ученики уходят.       — Эдвард прав, что немного не справедливо, что ты одна делаешь весь проект, — произнёс мистер Маслоу, откидываясь на спинку стула. — Поэтому даю тебе поблажку: можешь выбрать любое произведение, не ограничиваясь только списком на семестр.       — Спасибо большое, — радостно поблагодарила Катя, широко улыбаясь. На самом деле никакой большой благодарности она не почувствовала. Масштаб работы у неё не уменьшился, и она в принципе не хотела разбирать чью-то книгу, которую скорее надо было либо прочитать, либо перечитать, чтобы освежить память. А ей не приходило в голову ничего, что хотелось бы перечитать.       — Если мистер Каллен будет переходить границы, — аккуратно заметил Маслоу.       — Я пойду к шерифу, — закончила за него Волкова, без тени сомнений. Она не собиралась играть в полсилы и таскать Каллена по учителям, которые ему ничего не сделают. Она сразу пойдёт к Чарли, вот кто точно имеет вес в городе.       — Умница, — похвалил учитель, заметно расслабляясь.       На этом Катя распрощалась с Маслоу и не спеша направилась к парковке. Теперь ей предстояло отправиться в больницу, на разговор с доктором Калленом.       Нервозность и тревожность вновь закопошились внутри. На парковке к этому времени осталось не много машин. Кавасаки Джаспера и Вольво Эдварда отсутствовали, и Катя молилась, чтобы не увидеть их в больнице.       Тайлер сидел в машине, а остальная компания, видимо, уже разъехалась.       — Мне нужно в больницу, — с ходу сказала Катя, открывая дверь пассажирского сиденья. — Отвезешь или скажешь, как туда добраться?       — Запрыгивай, сестрёнка, — улыбнулся Кроули. — Ты к доктору Каллену?       — Да, надеюсь, он на месте.       — Он всегда на месте, если не уезжает с семьёй, — успокоил парень, трогаясь с места.       «Потрясающе, блять», — нервно подумала Волкова, больше всего желая поехать домой.